Пусть будет Рим размыт

волнами Тибра!

Пусть рухнет свод

воздвигнутой державы!

Мой дом отныне здесь.

Все царства – прах.

Земля – навоз; равно дает

он пищу

Скотам и людям.

Но величье жизни —

В любви.

Несмотря на то что, увидев это имя, многие из вас сразу же подумали о Клеопатре, а совсем не о личности самого героя, мы все-таки отдадим должное талантам полководца, дабы восстановить историческую справедливость в рамках отдельно взятого исследования.

Защитник народных прав, консул, член триумвирата, друг великого Цезаря, талантливый военачальник, завоевавший сердце (если, конечно, оно там вообще было) самой царицы Клеопатры. Все это о Марке Антонии, политическом деятеле Древнего Рима.

По мнению греческого философа и историка Плутарха, Марк Антоний уже в подростковые годы отличался безрассудным поведением. Вместе с братьями и друзьями он скитался по Риму, играл в азартные игры, участвовал в шумных попойках и имел множество скандальных любовных связей. К 20 годам Марк Антоний погряз в долгах и, спасаясь от кредиторов, бежал в Грецию.

Уже ранние штрихи к портрету нашего воина раскрывают черту архетипа – умение строить стратегии в бою, но отсутствие навыка строить стратегии в жизни.

Впрочем, любовь к солдатской жизни, верность Родине и соратникам, а также природное обаяние дали плоды: Марк Антоний был назначен штабным офицером Юлия Цезаря, а спустя короткое время получил должность трибуна, представляющего интересы народа.

Надо сказать, что более трудностей, испытываемых народом, полководца интересовали бонусы власти: деньги, женщины и развлечения. Его увлекали либо военная жизнь, полная приключений, опасностей и командных действий, либо пиры и другие ублажающие тело мероприятия.

После смерти Цезаря, убитого по подозрениям в установлении единоличной власти, Марк Антоний, как единственный консул, взял на себя политическую инициативу, захватив государственную казну. Однако, к его сожалению, вскоре было обнародовано завещание Цезаря, в котором тот посмертно усыновил своего 19-летнего внучатого племянника Гая Октавия, впоследствии Гая Юлия Цезаря Октавиана Августа, первого римского императора.

Лоуренс Альма-Тадема.

Встреча Антония и Клеопатры, 41 г. до н. э. 1885 г.

Началось соперничество между импульсивным, недальновидным, эмоциональным Марком Антонием и хладнокровным, циничным, расчетливым Октавианом Августом. Какое-то время просуществовал триумвират, любвеобильный военачальник даже был женат на сестре будущего императора Октавии. В целом использование выгодных партий ради полезных связей было ему не чуждо. Любовником он слыл хорошим, что, очевидно, создавало ажиотаж на рынке статусных невест. Ну, что же, вот мы и дошли медленно, но верно, до самого будоражащего – романа римского полководца и наследницы фараонов.

Первую встречу легендарной пары изобразил мастер Лоуренс Альма-Тадема на картине «Встреча Антония и Клеопатры». Мужчина, очевидно, не планирующий производить впечатление ни золотом, ни регалиями, что было вполне тактически верно, учитывая положение царицы, сделал ставку на подход – чуткий, скромный и заискивающий. Дочь фараонов, расслабленно расположившаяся среди слуг, будто не замечает таинственного гостя, хотя, очевидно, прекрасно знает, кто он и зачем пришел. Положение было незавидным у обоих: Клеопатра осталась без поддержки Цезаря, Марк Антоний бежал из Рима, поверженный Октавианом. Царице нужна была поддержка и защита, полководцу – статус и ресурсы Египта. Она была умна и хитра, он – силен, энергичен и храбр.

Фламандский мастер Якоб Йорданс изображает момент, когда царица Египта растворяет серьгу с жемчугом в бокале с уксусом, показывая, насколько она богата, чтобы себе это позволить. Но мы обратим внимание на того, кто явно впечатлен, – римского военачальника. Словно завороженный, он смотрит на Клеопатру, взволнованный, судя по рукоятке меча, который он придерживает, могуществом и статусом наследницы фараонов. Марк Антоний, не будучи сам способным быть правителем в силу описанных выше качеств, нашел путь к власти: женщину. Что из этого вышло, вы, думаю, знаете.

Архетип Марка Антония – это сложное и многослойное психологическое воплощение напряжения между инстинктом и разумом. Марк Антоний был воспитан в рамках римского идеала доблести, долга и дисциплины, однако бессознательные инстинктивные импульсы оказались сильнее, что привело к трагическому концу.

Оказавшись на стороне проигравших, он вошел в историю как один из любовников Клеопатры, а также человек, полный эмоций, страсти и слабостей, что затмило другие черты его личности: смелость, храбрость, талант ведения боя и умение строить коммуникацию.