Холодный дождь барабанил по темным булыжникам мостовой, заставляя грязь растекаться широким черным озером. Угасающее сознание Стэна уже не чувствовало прохладные капли, леденящий холод, проникающий в тело. Он уткнулся окровавленным лицом в липкое месиво из сгнившей соломы, остатков фруктов, рыбьих потрохов и мелких кирпичных осколков, ободравших щеки и лоб.

Когда парня затащили на пустырь, он плюнул на всё и решил сопротивляться, припомнив уроки бокса, полученные в прошлой жизни. Избитое тело тормозило, и хук, которым Стэн угостил жилистого, получился весомым, но не нокаутирующим. Его повалили на землю и принялись месить ногами. Особенно старались жилистый, держащийся за поврежденную челюсть, и чернявый. И только убедившись, что залитый кровью парень вырубился, удалились.

Сколько он лежал под дождем, плавая в черной мгле забытья, Стэн не знал. В те моменты, когда сознание на минуту-другую появлялось, ему казалось, ещё чуть-чуть и душа покинет изломанное тело, милосердно укрывая саваном вечного покоя. Как манны небесной Стэн ждал смерти, избавления от страданий, момента, когда душа воспарит в сияющую небесную высь. Но каким-то чудом, с переломанными ребрами, отбитыми внутренностями, отхаркивая сгустки темной жирной крови, парень ещё жил…

— Эльза, смотри, не соврали парни, — плавающее в полузабытье сознание Стэна уловило скрипящий голос старухи. — Действительно, лежит голубчик. Избит, но ещё шевелится.

— А чего бы им врать, Мэгги? — ответил другой голос, более низкий и чистый. — Мы им серебром заплатили. Они столько за неделю таскания мешков получают. Знают: соврут — сильно пожалеют. С нашим ковеном шутки плохи.

— Но жалеть долго не придется, — хрипло рассмеялась Мэгги. — Быстро уйдут в объятья безумной Хильды

— Кладем его на тележку, — распорядилась Эльза, — Нам лучше тут не задерживаться. Парнишка может в любой момент уйти за грань.

— Как скажешь, Эльза, — ответила Мэгги.

Сквозь приоткрытые веки Стэн увидел, как за лодыжки мертвой хваткой вцепились серые морщинистые руки с остроконечными длинными когтями, вторая ведьма ухватила его под мышки. Несмотря на дряхлое сложение, старухи легко подняли бессильно повисшее тело парня.

— К-а-а- р, — протяжный птичий крик и хлопанье крыльев раздался совсем рядом. От неожиданности ведьмы уронили Стэна. Парень больно ударился боком о мостовую, глухо простонал и опять на мгновение потерял сознание.

— Кар, — второй раз выдал ворон.

— Пошел прочь, — с исказившимся лицом замахнулась Эльза.

— Кар, — ещё громче прохрипел ворон.

— Что-то Морт раскричался. Пойдем, глянем, чего он разошелся, — раздалось за домом.

— Как скажете, магистр, — отозвался второй мужчина.

На узкую колею между домами вступили двое. Высокий худощавый старик с породистым лицом в темном камзоле, опирающийся на посох, и крепкий широкоплечий коротко постриженный мужчина, в чешуйчатой кольчуге и тяжелом плаще с мечом на поясе.

— Чего вам здесь нужно, отродье Гистарда? — холодный голос старика сочился презрением. — Нашли очередную жертву для черных кристаллов?

Широкоплечий мужчина нахмурился и взялся за меч.

— Не твоё дело, старый хрыч, — фыркнула Эльза. — Убирайся отсюда, пока цел.

Ведьмы злобно оскалились. Синие губы ощерились в злобном оскале, клыки начали удлиняться и заостряться прямо на глазах. Черные когти на серых пальцах выросли, превращаясь в маленькие загнутые кинжалы.

Старик, переложил посох в левой, неторопливо поднял правую. Громыхнуло. С кончиков пальцев сорвалась молния, осветив всё окружающее пространство ярким голубым светом, и стремительно унеслась в небо.

Дождь моментально прекратился, из побелевшего облака выглянуло сияющее солнце.

Морщинистые лица старух вытянулись, в глазах появился страх. Эльза и Мэгги замерли, вылезшие когти-сабли укоротились, клыки втянулись обратно.

— Я бы мог испепелить вас одним движением, — усмехнулся старик. — И был бы в своем праве. Ибо за оскорбления мага в ранге Великого магистра полагается смерть. И Ваша глава Ковена унижено просила бы прощения, чтобы я в своем праведном гневе не стер с лица землю всю вашу проклятую шайку. Но сегодня я очень добр и великодушен. Наверно потому, что запеченная телятина и пиво в кабаке «Три брата» оказались выше всех похвал. Улетучитесь отсюда быстро — подарю вам жизнь. Время пошло.

Ведьмы ни слова не говоря, развернулись и исчезли в противоположном конце проулка, нырнув в кирпичную дыру забора.

Широкоплечий воин опустился на корточки.

— Этот бедолага, похоже, уходит за грань.

Крепкая рука бесцеремонно перевернула упавшего на бок Стэна на спину.

— Оставь его, Ронни, — холодно приказал старик. — Парень скоро умрет. К тому же, он, наверняка, ничем не отличается от шакалов, населяющих этот квартал.

— Зачем же вы его тогда спасали, магистр Имрион? — улыбнулся воин.

— Ненавижу ведьм, — серьезно ответил старик. — Какой бы он падалью не был, позволять, чтобы живое существо использовали для их ритуалов — бесчеловечно.

Седой вгляделся в Стэна. Извилистый шрам через всю щеку нервно дернулся, глаза изумленно расширились. Воин протер рукавом лицо юноши, стирая с него грязь, солому и прилипший мусор.

— Магистр Имрион, взгляните на него, прошу вас, — внезапно охрипшим голосом попросил воин.

— Зачем? — ледяным тоном поинтересовался маг, подставляя лицо солнцу. — Этот молодой человек мне безразличен.

— Прошу, посмотрите.

— Ладно, — Имрион опустил взгляд. Его лицо неожиданно дрогнуло, он опустился на корточки рядом с воином. В изумленно расширенных зрачках на секунду мелькнула растерянность.

— Заметили? — невесело усмехнулся воин. — Этот парень очень похож на Рика.

Маг немного помолчал, пристально всматриваясь в Стэна.

— Похож, — наконец признал он. — Не как две капли воды, но сходство есть.

Старческая ладонь поднялась над телом парня. Под ней ярко вспыхнул сиреневый огонек и распался на множество сияющих пылинок. Светящиеся точечки кружились в безумном хороводе, раскачивались, закручивались спиралью, опускаясь на распростертое на земле тело, и едва соприкоснувшись с ним грустно гасли и таяли.

Пребывающий в полузабытье Стэн чувствовал легкие, почти невесомые покалывания — будто десятки миниатюрных иголочек проверяли его чувствительность.

— Удивительно, — вдруг охрипшим голосом сказал маг. — Его прошлое и мысли сокрыты от меня. Будто, кто-то очень могущественный оградил его незримой стеной от слишком любопытных взглядов. Я чувствую, спящее в этом парне могущество и вижу ещё не пробудившуюся Искру, которая может разгореться в могучее Сосредоточие, равные которому ещё не было.

— К-а-а-р, — протяжно крикнул ворон.

Имрион немного помолчал, о чем-то напряженно думая, и добавил:

— Похоже, сами небеса решили подарить этого мальчика, способного стать одним из самых великих магов? Или это шутка темных богов над старым магом, надеявшегося обрести ещё одного ученика с Искрой? Я хочу это узнать. Ронни, тебе придется погрузить этого молодого человека на тележку и вытянуть отсюда. Дальше наймем кого-то из здешних бездельников, чтобы довезти до нашего дома.

Могучие руки легко подняли Стэна и бережно уложили на солому тележки.

Сквозь полузакрытые глаза парень видел, как маг распростер над ним руку и выкрикнул:

— Терес, андос, арус.

Стэн почувствовал, как теплая согревающая волна прошлась по телу от кончиков пальцев ног до макушки, терзающая тело боль стала глуше, потом исчезла совсем. Парень облегченно вздохнул и отрубился…

Сознание возвращалась к Стэну постепенно, медленно выплывая из вязкого темного тумана забытья. Сначала перед закрытыми глазами заплясали оранжевые пятна. Потом он ощутил мягкое тепло, и покалывающее тело колючую шерсть покрывала. Затем пробудившийся слух уловил тихий треск догорающих в камине расколотых поленьев.

Стэн медленно открыл глаза, и сразу же невольно зажмурился. Сквозь широкое окно напротив, лился мягкий утренний свет, подсвечивая лучами кружащиеся в воздухе миллиарды пылинок. Юноша с любопытством осмотрел окружающее пространство. Он находился в просторной комнате: массивные дубовые полки шкафа с другой стороны были доверху забиты книгами и свитками: темные кожаные корешки трактатов в сумраке углов, смотрелись немного зловеще.

У дальней стены стоял шкаф поменьше — сверху на нем были вперемешку сложены разные вещи: медные и серебряные кольца, потускневшие, потертые кругляши монеток, железный кувшин, искусно сделанный кинжал в ножнах, латная рукавица, на нижних полках — пучки кореньев, растения, колбы с какими-то разноцветными порошками и жидкостями.

Стэн откинул одеяло, он лежал в одних серых домотканых портках. Латаная рубашка и порванные в нескольких местах брюки из дешевого сукна, в которых бродил по городу, исчезли.

— Вижу, очнулся. Лежишь себе спокойно, рассматриваешь обстановку, пробуешь понять, куда попал, и где твоя одежда. Даже не пытаешься удрать или что-то украсть из дома, — раздался знакомый дребезжащий старческий голос.

— Кар, — довольно ответили старику.

На верхней полке что-то шевельнулось. Морт, ещё недавно бывший неразличимым темным пятном, среди пирамид книг, нагроможденных под потолком, расправил черные крылья. Резко спикировал вниз, прямо, на плечо старику, раскинувшемуся в кресле у дальнего окна.

Маг отложил на небольшой столик рядом развернутый свиток и продолжил изучать Стэна. Имрион глядел на него, прищурившись, подперев сухоньким старческим кулачком щеку. Смотрел внимательно, с холодным любопытством ученого, изучающего неизвестное ему природное явление.

— Чего молчишь? — спросил старик. — Нечего сказать?

— Спасибо, — искренне поблагодарил Стэн. — Вы мне жизнь спасли.

— Даже не знаю, радоваться ли этому или огорчаться, — проворчал старик. — С таким как ты, я ещё не сталкивался.

— Каким? — полюбопытствовал парень.

— Обладающим защитой, которую не может взломать даже Великий магистр, — пояснил Имрион. — Я не могу влезть в твои мысли, посмотреть прошлое. При этом сам ты не маг. Вернее, Искра у тебя есть, но она спит, и сейчас ты ничем не отличаешься от обычного человека. Почему тогда моя магия не действует? Это загадка, а меня всегда они привлекали.

— Понятно, — вздохнул Стэн. — Притащили вы меня сюда, дали временный кров, подлечили. Что дальше?

— Дальше, у тебя есть выбор, — спокойно пояснил Имрион. — Либо остаешься здесь, помогаешь мне с приготовлением снадобий, Ронни — с разными мелкими делами. С меня кормежка и жилье, плюс пять медяков в неделю — на карманные расходы. Но есть одно условие: периодически буду искать магические плетения, защищающие тебя. Мне это интересно.

— С тобой ничего плохого не произойдет, даю слово, — торопливо заверил маг, видя, что юноша колеблется. — Хочу найти нити, которые использовал твой могущественный покровитель, получить новые знания и умения.

— Второй вариант, какой? — уточнил парень.

— Я тебя подлечу, дам два-три медяка, через день-другой выпущу за ворота. Дальше, живи, как знаешь, и пусть тебя хранят Светлые боги. Я давно никого из обычных людей насильно ни к чему не принуждаю, если они не являются подонками.

«Давно не принуждаю, значит, раньше всё-таки принуждал?», — в последний момент Стэн прикусил язык, чтобы не выпалить неудобный вопрос, и вздохнул:

— Понятно.

«Вроде дед и его спутник — нормальные люди. Отбили от ведьм, не бросили подыхать под дождем, притащили к себе домой», — подумал он. — «Выбор нормальный: или живи с ним, выполняй несложную работу по дому, или иди на все четыре стороны — всё правильно. Ну поколдует дед немного надо мной, попробует разобраться в таинственной защите, что здесь такого? Он пообещал, что никакого вреда не будет. И судя, по тому, что предоставляет добровольный выбор, уйти или остаться, не принуждает силой согласиться на опыты, не врет. А уходить мне все равно некуда. Ещё кормить будет и деньги, пусть мизерные, но платить. Решено — соглашаюсь».

Волшебник внимательно наблюдал за раздумьями парня.

— Если хочешь, можешь подумать до завтра, — сухо сказал он.

— Я уже принял решение, — твердо ответил Стэн. — Я согласен. Готов работать у вас за еду, ночлег и пять медяков в неделю. При одном условии: ваши эксперименты не должны нанести мне никакого вреда и оставить без имеющейся, по вашим словам, защиты или равноценной охранной магии. Дайте своё магическое слово, такое, чтобы я ему сразу поверил.

— Ты, случайно, не бывший законник? — усмехнулся волшебник — Уж больно формулировки заковыристые. Я такие от них слышал, когда договоры купли-продажи или займов составляли.

— Нет, — серьезно ответил Стэн. — Просто немного в этом разбираюсь. Жизнь научила.

— Оно и видно, — фыркнул старик. Правую руку он приложил к сердцу, левую вскинул вверх. Ладонь засияла знакомыми сиреневыми огоньками:

— Даю клятву Великого Магистра: тебе, и твоим защитным плетениям не будет причинено никакого вреда, — скрипучий старческий голос мага внезапно прогремел оглушительными раскатами грома, заставив парня испуганно дернуться. — Клятва действительна при одном условии: если ты не будешь замышлять против меня, Ронни, Линды и Морта ничего дурного!

Ладонь мага загорелась ослепительным красным огнем, в языках пламени появился странный знак, похожий на круглую печать с причудливыми вензелями. Внезапно пламя погасло, а знак осыпался черным пеплом вниз и исчез на полу, будто его никогда не было.

— Кар, — хрипло выдал ворон, закрепляя клятву.

— Линда, — крикнул старик. — Принеси нашего настоя.

— Уже несу, господин Имрион, — ответил женский голос.

По доскам пола застучали каблуки башмачков. Дверь протяжно скрипнула, открываясь. В комнату величаво вплыла дородная женщина средних лет, торжественно неся исходящую паром глиняную чашку

— Ему передай, — маг показал глазами на парня.

Стэну вручили чашку. Он опасливо глянул на бултыхающуюся в ней рубиновую жидкость.

— Пей, не бойся, — усмехнулся чародей. — Там нет ничего магического. Шиповник, мед и пару бодрящих травок. Твоему телу нужна энергия, этот напиток её даст.

Макс осторожно попробовал напиток. Кисло-сладкая алая влага живительным теплом разлилась по телу. Парень замер, прислушался к своим ощущениям, и двумя большими глотками опустошил чашу. Ощутил волну бодрости, подъем настроения, прилив силы.

— Вижу, отвар подействовал, — усмехнулся старый маг. — Теперь, одевайся, одежда уже для тебя уже приготовлена, рядом на стуле лежит. Она должна подойти, ты, примерно, одних размеров с Риком.

На лицо Имриона набежала черная тень.

— Потом идешь во двор, там Ронни. Помогай ему по хозяйству, делай то, что он скажет.

— Но меня же вчера, — Стен оборвал себя на полуслове. После трепки у нищих и избиения в переулке тело чуть побаливало, но чувствовал он себя вполне нормально. Руки-ноги двигались, мысли ясные, слабости не ощущалось.

— Хорошо, — кивнул он и стал подниматься.

— Вижу, понял, что я тебя уже подлечил, — усмехнулся Имрион. — Не до конца, но достаточно, чтобы ты мог работать.

— А почему не до конца? — полюбопытствовал парень.

— Магия — не панацея от всех бед, — усмехнулся волшебник. — Её надо использовать осторожно. Телу лучше самому дать справиться с остатками недомоганий — полезнее для здоровья.

— Понятно, — вздохнул Стэн.

— Одевайся, иди во двор, там Ронни. С сегодняшнего дня помогаешь ему по хозяйству, делаешь, что он скажет.

— Хорошо, — Стэн встал, поставил чашку на маленькую тумбочку рядом с кроватью. Натянул темно-синие штаны, подвязался такого же цвета лентой, надел рубаху. Сунул босые ступни в мягкие разношенные туфли. Нигде ничего не жало, льняная ткань рубашки приятно холодила кожу.

— Удивительно, — вздохнул Имрион. — На секунду показалось, что это Рики передо мной стоит. Вы похожи, как родные. братья. И одежда, будто на тебя пошита. Начинаю думать, что тебя нам, действительно, послали светлые боги.