В коридоре её уже ждала Майя.

— Идем в мои покои, — коротко приказала принцесса.

— Слушаюсь, Ваше Королевское Высочество, — поклонилась служанка.

Оказавшись в своей спальне, принцесса уселась на ложе, жестом пригласила Майю подойти и присесть на пуф напротив.

— Скажи мне, во всех подробностях, когда начались все эти смешки и издевательства надо мною? — холодно поинтересовалась она. — После сна я мало что помню.

— Три года назад, — грустно сообщила служанка. — После гибели его Величества, вашего отца. Когда он был жив, то носил вас на руках, особенно после смерти королевы-матери. Вы были для него самым любимым человеком на свете, смыслом и радостью жизни. При жизни короля, никто не мог кинуть на вас косого взгляда, расплата бы последовала незамедлительно. Вы росли как бабочка в коконе из заботы и нежности вашего венценосного батюшки, и стали слишком доброй и мягкой, не способной давать отпор распоясавшимся хамам. Как подснежник на тонком маленьком стебельке, который может нечаянно затоптать любое лесное животное. Когда погиб ваш батюшка, вы неделю не появлялись на людях, проплакали в своих покоях. Даже в трапезную ходить не хотели, и советник Риддер распорядился, чтобы стол вам накрывали прямо в апартаментах. Для вас рухнул целый мир, в котором добрый и нежный отец был его центром. А Ваша мачеха, пока вы пребывали в депрессии, действовала. Договорилась с Советом Лордов, получила регентство и опеку над вами, как вдова Его Величества. Первое время вас никто не трогал, но постепенно начали шпырять и говорить колкости в спину. Они видели, как мачеха обращается с вами, она могла заставить вас долго ожидать под её покоями, убирала всех верных людей, преданных вам и погибшему королю. А вы никогда не перечили мачехе и её окружению, просто терпели, плакали в подушку, ходили печальной и поникшей, как нежный цветок, умирающий без воды и солнца. Придворные не получали отпора, старались угодить мачехе и её сыночку, и распалялись ещё сильнее. Насмешки и колкости становились всё обиднее и острее. Мне кажется, они, унижая и оскорбляя вас, больше мстили покойному королю. Его Величество Рикардо Храбрый обладал буйным нравом, был скорым на расправу, но при этом справедливым и порядочным.

«Понятно, нежная, избалованная отцом, но неплохая девчонка с добрым сердцем. С серьезными проблемами, до смерти отца не сталкивалась, росла как комнатное растение, спрятанное от непогоды и вредителей, за которым ухаживают заботливые руки садовников. Полностью беззащитна, давать отпор насмешникам не может, предпочитает тихо плакать, уткнувшись в подушку. С таким характером в гадюшнике не выживают. Особенно на вершине власти, где грызня особенно ожесточенная. Начинаю понимать лордов, не желающих, чтобы такая королева-размазня управляла страной. Она просто похоронит государство своим мягкосердечием. Ладно, будем переламывать мнение о себе».

Внезапно принцессе захотелось покинуть апартаменты, вдруг ставшие слишком тесными, вдохнуть свежего воздуха, прогуляться по аллеям и поразмыслить обо всем, что рассказали советник и служанка.

— Тут есть, где прогуляться? — спросила она.

— Конечно, Ваше Королевское Высочество, — с готовностью ответила служанка. — К вашим услугам большой парк у дворца. Вы можете погулять там. Есть великолепный сад, фонтан, широкие аллеи и укромные беседки под деревьями, даже небольшое озеро с лебедями.

— Отлично, — кивнула Айрин. — Показывай, куда идти и где он находится.

— Слушаюсь, Ваше Королевское Высочество, — поклонилась Майя…

За центральным входом раскинулся ухоженный зеленый парк. Резные деревянные беседки, оплетенные зеленым ковром из побегов плюща и других растений, разместились по бокам от полукруглых ступенек, ведущих в парадный вход королевской резиденции. Аккуратно подстриженные бордовые, светло-красные, бежевые и белые розы на клумбах вдоль широких прогулочных аллей, распустили бархатные лепестки, источая еле улавливаемый нежно-сладкий аромат. В центре журчал водой фонтанчик — огромный бородатый мужчина, состоящий из чудовищных вздутых мышц, широко расставив мощные ноги, держал откинувшуюся назад красивую женщину, в одежде чем-то напоминающей древнеримскую тогу, гордо вскинувшую вверх чашу, из которой били во все стороны прозрачные струи.

— Восхитительно, — оценила фонтан Айрин. — Кто это такие?

Майя странно глянула на принцессу, но ответила:

— Светлые боги, муж и жена. Арс — покровитель воинов, олицетворение доблести и чести и Элиана — богиня любви и супружеского счастья.

— Я слышала, браки заключаются на алтаре Элианы? — поинтересовалась принцесса.

— У благородных, да, — подтвердила служанка. — Обычным людям достаточно, чтобы их благословил и записал в приходскую книгу жрец храма.

— Что будет, если жрец перед алтарем соврет о браке, которого в действительности не было? — бесстрастно спросила Айрин.

— Богиня его испепелит или уничтожит другим способом, — уверенно сообщила Майя. — Никто из жрецов не осмелится пойти на лжесвидетельство. В прошлом было несколько подобных случаев, все они закончились смертью жрецов.

«Похоже, советник говорил мне правду», — отметила принцесса. — «Но я все равно не поверю, что такой видный мужчина как Рикардо женился на жирной жабе Оргвельд, пусть она и в молодости была ослепительно красивой. Что-то в этом поспешном браке явно нечисто».

Приятная прохлада сада, пьянящий чистый воздух от раскинувшихся по территории сада хвойных деревьев-великанов, улучшили настроение принцессы. Она в сопровождении служанки, неторопливо гуляла по тенистой аллее, рассматривая окружающее пространство.

В глубине парка что-то блеснуло в солнечном свете.

— Там специальное место для военных и знати. Аристократы проводят дружеские поединки, разучивают новые приемы, офицеры стражи отрабатывают бои на мечах, кидают копья, стреляют из лука. Иногда, потехи ради, дерутся голыми руками, — пояснила Майя, проследив за направлением взгляда принцессы.

— Пойдем, посмотрим, что там делается, — распорядилась Айрин и, стуча каблучками по вымощенной камнями аллее, двинулась к тренировочной площадке.

Через пять минут принцесса подошла к большой широкой площадке-постаменту из толстых досок. На ней тренировался рослый юноша в темно-синем камзоле. Меч в его руках, порхал бабочкой, с резким свистом рассекая воздух, движения были молниеносно быстрыми и пугающе отточенными.

«Он работает, как отлаженная машина для убийств», — сделала вывод Айрин, наблюдая за крутящим мечом парнем.

Юноша последний раз махнул мечом, рассекая невидимого врага, одним движением развернул блестящее лезвие меча и вставил в ножны. Затем заметил принцессу и замер. Блестящее от пота лицо осветилось радостной улыбкой. Он рухнул на одно колено, придерживая левой рукоять меча. Глухой звук удара ноги о деревянную доску заставил завороженную зрелищем Айрин встрепенуться.

— Ваше Королевское Высочество! Слава Светлым Богам, вы очнулись! — выпалил парень, поедая её преданным взглядом.

Принцесса прищурилась, холодно кивнула и подтвердила:

— Да, я очнулась. С кем имею честь разговаривать?

Юноша пошатнулся, словно его неожиданно ударили. В небесно-голубых глазах отразилось неподдельное страдание.

— Ваше Королевское Высочество, — его голос дрогнул. — Неужели вы не узнали меня? Магический сон так повлиял на вас, что вы забыли Алексио?

Он шагнул вперед, принцесса инстинктивно отступила на шаг. Юноша остановился.

— Ваше Королевское Величество, простите за назойливость. Я — Алексио Русвальд. Мой отец Рене прорвался к его Величеству, в битве при Шелруде, закрыл щитом и бился плечом к плечу. Он спас короля, но умер от ран и был удостоен баронского титула посмертно, а нашей семье было разрешено жить при дворе. Мы с самого детства играли вместе, прятались в этих садах от воспитателей, вы называли меня своим рыцарем, а сейчас смотрите, будто я чужой человек.

Молодой барон помолчал и продолжил:

— Я понимаю ситуацию, в которой вы очутились. У меня нет золота и известного рода за спиной. Но знайте, во дворце у вас есть один преданный воин и меч, который перережет горло любому вашему обидчику. Вы всегда можете рассчитывать на мою верность.

Девушка молчала, пристально глядя на парня и оценивая его слова.

«Он искренен», — решила она, глядя на взволнованное лицо Русвальда. — «Так играть невозможно. Алексио не просит ничего взамен, просто готов примчаться по первому зову и защитить свою юную королеву».

Стук башмаков, заставил девушку, прервать раздумья. К ним приближалась компания юных щеголей. Четверо юношей в разноцветных зауженных в талиях камзолах, щегольских башмаках с золотыми пряжками и шляпами с широкими полями и залихватски воткнутыми перьями, шли к ним, придерживая ладонями рукояти мечей, чтобы ножны, висевшие на перевязях, не колыхались.

— Смотрите, господа, наша запуганная мышка выползла из норки, — лениво сказал толстый мордатый блондин. В синих глазах светилось холодное презрение, холеное лицо с печатью порочности и брезгливо поднятой губой вызывало желание, как следует по нему приложиться.

— Следи за манерами, Трент, иначе я вобью их тебе в глотку, — вперед выдвинулся Алексио, заслоняя принцессу своими широкими плечами. — Не забывай, с кем разговариваешь. Её Королевское Высочество очень добра, смотрит сквозь пальцы на твои колкости, я ей когда-то обещал вас не трогать, но это уже переходит все границы.

— Тише, мальчик, — Трент шагнул вперед. — Ты, простолюдин, которому, благодаря счастливой случайности, достался титул барона. Не забывай, что разговариваешь с настоящим графом. У меня за спиной многие поколения благородных предков, а не нищеброды, как у тебя. Я близкий друг лорда Свилена, сына Леди-Регента, а мой отец один из самых могущественных лордов Арадона. Если я скажу им хоть слово, тебя отсюда выгонят вон, охаживая плетями как блохастого безродного пса, вздумавшего кидаться на своих хозяев.

Неожиданно полный блондин замолк и сыто рыгнул, обдав поморщившегося Русвальда кисло-сладким запахом вина и непереваренной пищи. Алексио поморщился.

— Ты считаешься потомственным аристо, а манеры как у немытого пастуха, — хладнокровно заметил он. — Боюсь, ты им и являешься. Просто в младенчестве тебя поменяли местами с настоящим сыном графа. Ибо истинный потомственный аристо не может вести себя как безродное быдло, без совести и чести. Но я готов тебя простить, не вызывать на дуэль, и сохранить твою никому не нужную никчемную жизнь, если принесешь свои извинения наследнице Престола, Его Королевскому Высочеству — принцессе Айрин. Откажешься — мне придется обагрить меч твоей гнилой кровью.

— Тут кто-то назвал меня запуганной мышкой? — вступила в разговор принцесса. — Запомни одну истину, граф. Под роскошным камзолом не спрячешь истинную сущность и отсутствие мозгов. Как ни наряжай мерзкого жирного осла в дорогие одежды, какие титулы ему ни присваивай, он так и останется тупым животным с засаленной желтой гривой. Как у тебя, например.

Алексио хохотнул и захлопал в ладоши.

Трент побагровел и схватился за рукоять меча.

— Как ты меня назвала? — прохрипел он.

— Я тебя? Никак, — пожала плечиками принцесса. — И чего ты так взбеленился? Задело упоминание тупого осла? Интересно, почему? Наверно потому что, между вами так много общего, что ты принял это на свой счёт.

Даже дружки Трента стоящие сзади, героическими усилиями давили улыбки. Алексио уже откровенно ржал, глядя на багровую рожу графа.

— Чего ты рукоять меча лапаешь? — продолжала глумиться над графом Айрин. — Хочешь его достать и накинуться, как ты сказал, на запуганную мышку? Понимаю, это как раз в твоем духе. Бросаться с мечом на беззащитных девушек и накладывать в штаны при виде настоящих воинов. Только не забывай, я — наследница Престола и за покушение на члена монаршей семьи, твою щекастую морду отделят топором от жирной тушки и засунут, не буду говорить куда, это нельзя упоминать вслух порядочной девушке.

Трент прекратил хвататься за рукоять. Его дружки побледнели и чуть отступили.

— Извинись перед принцессой, и я не буду вызывать тебя на дуэль, — вперед опять выступил Алексио, нежно отодвигая Айрин назад. — Откажешься, погибнешь.

— Мой отец этого так не оставит, — оскалился граф. — Он тебя уничтожит, жалкий баронишка.

— Может и уничтожит, — спокойно согласился Русвальд. — Но честь принцессы для меня превыше всего. Ты оскорбил Её Королевское Высочество и должен, либо извиниться, либо умереть. Третьего не дано.

— Бено, Вейл, Солан, — толстяк поспешно отступил и обвел взглядом дружков. — Раз он так хочет драться, давайте исполним его желание.

— Аксель, он же вызвал тебя на дуэль, — неуверенно ответил один из друзей, невысокий, но плечистый брюнет. — Один на один. Вы будете выяснять отношения между собой, причем здесь мы? Можем только побыть секундантами.

— Как жрать и пить за мой счет, одалживать у меня деньги, вы тут как тут, — взревел толстяк. — А как наказать наглого простолюдина, и помочь другу, желающих нет.

Дружки молчали.

— Он не простолюдин, — возразил невысокий брюнет. — Барон.

— Он простолюдин, — заорал толстяк. — Его отец был обычным воином и по недоразумению получил титул барона. Скоро его поганую семейку лишат этого благородного звания, а вонючую мамашу-шлюху вместе с останками сынка выставят из дворца!

Юный барон окаменел и стиснул скулы так, что на них заходили желваки.

— Как ты назвал мою мать, свинья? — голос Алексио зазвенел от напряжения. — Теперь я тебя точно убью! Защищайся.

Меч Русвальда с еле слышным лязгом вылетел из ножен, заточенная полоска стали блеснула в лучах солнца.

— Если вы сейчас не поможете мне наказать этого смерда, будете возвращать все деньги с процентами, — взвизгнул толстяк, в свою очередь вытягивая меч.

— Я не буду в этом участвовать, — твердо заявил брюнет. — Это подло. Деньги тебе верну.

Он развернулся и зашагал обратно к дворцу.

Двое оставшихся дружков Трента переглянулись и потащили мечи из ножен.

— Так я и думал, — усмехнулся Алексио, крепко держа меч перед собой. — Вы не аристо — подлые шакалы, способные накинуться втроем на одного.

Пока они препирались, Айрин подошла к Майе.

— Быстро приведи сюда стражу, — шепнула она. — Будут отказываться, скажи: в саду рубятся на мечах, существует угроза жизни наследницы Престола. Делай что хочешь, но чтобы стражники здесь были, как можно быстрее.

Служанка кивнула, и, подобрав подол платья, побежала во дворец.

Сзади зазвенела сталь. Айрин обернулась.

Юный барон вертелся юлой, крутясь на месте, отпрыгивая и отскакивая, отражая клинки наседавших на него Трента с двумя дружками. Сверкающее лезвие в его руке вертелось как лопасти пропеллера, слившись в одну стальную полосу, и отражая сыпавшиеся со всех сторон удары противников.

Под натиском троих нападающих Алексио отступал, искусно перемещаясь назад и в стороны, чтобы они не могли напасть одновременно и мешали друг другу.

«Надо ему помочь, убьют парня, он же за меня заступился», — принцесса закусила губу, высматривая, что использовать в качестве оружия. Заметила идущую вдалеке служанку с деревянным тазом, из которого шел пар, и побежала к ней.

— Стойте, подождите, — отчаянно закричала Айрин и служанка послушно остановилась, даже изобразила что-то вроде поклона, продолжая держать таз.

— Слушаю, вас Ваше Королевское Высочество, — вежливо ответила женщина средних лет, выставив таз перед собой.

— Дайте сюда, — Айрин выдернула схватилась за ручки и выдернула посудину у неё из рук. — Я потом всё компенсирую, не переживай.

— Это горячая вода, я хотела постирать белье, — пролепетала женщина.

— Потом постираешь, — бросила принцесса, разворачиваясь с тазом наперевес. — Я же сказала, не обижу.

Она быстро двинулась к площадке, на которой продолжали звенеть мечи. Русвальд искусно лавировал между противниками, отражал удары, но сам об атаке не думал, сосредоточившись на обороне. Наседавшие с разных сторон Трент с дружками просто не давали ему ничего сделать.

Принцесса, стараясь не обращать внимание, на поднимавшиеся к лицу клубы пара, зашла в тыл к дерущимся и с размаху выплеснула кипяток на спины Трента и дружков.

— Аааа, — истошно заорал здоровяк, наседавший на Алексио справа, изгибаясь и подпрыгивая.

Громко взвизгнул Трент получивший целый водопад на голову и плечи. Парень слева, которому досталось меньше всех, на секунду замешкался. Алексио отточенным финтом с подкруткой выбил из ослабевшей руки меч, улетевший в небо, и почти незаметным движением распахал лезвием плечо.

Принцесса размахнулась, отвела руку и движением дискобола запустила таз прямо в жирный загривок Трента.

Таз с глухим стуком впечатался в затылок графа. Треснула древесина. Трент замычал, пошатнулся, меч выпал из разжавшейся ладони. Толстяк хлопнулся на колени. Третий нападающий, посерел, и поспешно отпрыгнул назад, выставив клинок перед собой, заметно подрагивающей рукой.

Алексио размахнулся мечом, глянул на оседающего с закатывающимися глазами толстяка, брезгливо усмехнулся и опустил оружие.

— Немедленно прекратить, мечи в ножны, — прорычал громовой голос.

Айрин обернулась.

К парням на площадку уже бежали стражники с алебардами и мечами, впереди — знакомый седоусый воин, несший караул у зала для трапез.