Началось все с того, что монахи с Соловков и других монастырей, не принявшие Никоновскую реформу, бежали в леса от преследований и селились на безлюдных берегах реки Выг.

Возможно, ничего бы больше и не было, не появись на Выге Даниил Викулин (1653–1733) и Андрей Денисов (1664–1730), в 1685 году тайно ушедший от отца, князя Дионисия Мышецкого, в карельские леса ради познания истины у старообрядческих учителей. Семья Мышецких славилась открытостью, и в дом Дионисия заходили самые разные люди. Среди них был раскольник Игнатий, увлекший умного и начитанного юношу в старую веру.

Андрей был принят монахами с радостью и в конце XVII века вместе Даниилом Викулиным (по его имени и назван монастырь) организовал Выговское общежитие, а в 1702 году возглавил обитель. К ним присоединились брат Андрея Симеон и сестра Соломония. Андрей оказался прекрасным организатором и хозяйственным руководителем.

К первому-второму десятилетию XVIII века вокруг пустыни образовался целый город Данилово, с собственным самоуправлением, производством и даже флотом. Причем Андрею удалось «легализовать» пустынь на официальном уровне.

Петр I, как известно, относился к староверам достаточно лояльно. Владимир Майнов приводит в своей книге следующую историю:

«Прослыша о проходе чрез их места Петра, выгорецкие раскольники выслали на выгорецкий ям своих старшин с хлебом-солью. Зная, что они будут являться тому, кого они считали Антихристом, кто был для них зверем апокалипсиса и чей титул представлял собою апокалипсическое число звериное, старшины выгорецкие порядком струсили. Они ждали увидеть грознаго судью своего отщепенства и знали наперед, что Петру наговорили про них невесть что. “Что за люди?” – спросил царь, по словам местного предания. “Это раскольщики, – поторопился объяснить какой-то боярин, а может быть, и генерал, – властей не признают духовных, за здравие вашего царскаго величества не молятся”. – “Ну, а подати платят исправно?” – справился прежде всего практический Петр. “Народ трудолюбивый, – не мог не сказать правды тот же ближний человек, – и недоимки за ними никогда не бывает”. – “Живите же, братцы, на доброе здоровье, о царе Петре пожалуй хоть не молитесь, а раба Божия Петра во святых молитвах иногда поминайте – тут греха нет”».

От Петра выговские раскольники получили даже своего рода отчасти госзаказ, отчасти обременение: «Его императорскому величеству для Шведской войны нужно оружие, для этого устраивается завод, выговцы должны исполнять работы и всячески содействовать заводу, а за это им дается свобода жить в Выговской пустыни и совершать службу по старым книгам». Помог этому Александр Данилович Меншиков. Андрей Денисов при помощи богатых подарков умудрился заручиться поддержкой влиятельного князя. Выговцы, хорошие и честные работники, пользовались уважением у руководителей заводов.

Подарки выговцы подносили не только Меншикову, но и Петру I с Прасковией Феодоровной во время их визитов на Марциальные Воды. Денисов посылал приветственные письма Георгу Геннину, новгородскому архиепископу Феодосию, Екатерине I, придворному поэту Михаилу Ивановичу Ширяеву и другим.

Данилово общежитие разрасталось. В него принимали всех, даже финнов и шведов, если они признавали обряд и жили в согласии. В 1706 году на реке Лексе была основана женская обитель, где обосновались даниловские женщины.

В 1710 году, для того чтобы обеспечивать Данилово своим хлебом и мясом, Андрей Денисов арендовал шестнадцать квадратных верст государственной земли в более теплом и плодородном Каргопольском уезде, куда даниловцы приезжали на сезонные работы.

А чтобы удобнее было доставлять продукты, построили дороги, разместили постоялые дворы, на которых староверы бесплатно останавливались и кормились.

Выговцы развили морской промысел, их корабли бороздили не только Белое море, но и Северный Ледовитый океан, заходили и на Новую Землю, и, по слухам, даже в Америку.

Выговцы также активно занимались торговлей, и пустынь процветала. Но оставался один важный вопрос. Сам Андрей был сторонником монастырской жизни и безбрачия. Другие не были столь упорны, и «под давлением общественности» руководителю пришлось пойти на уступки – монахи остались в монастырях, а семейные верующие расселились по округе в двадцати семи скитах. Были вокруг и старообрядческие деревни: Пигматка, Негомозеро, Половинное, Тогма, Пурнозеро.

Но это все касалось материальной части, гораздо менее значимой для выговцев, чем духовная. В Данилове были организованы школы – как для мальчиков, так и для девочек, – куда староверы привозили своих детей со всей России. Здесь два года учился Михаил Ломоносов, по мнению биографов, юношу привела в Выговскую пустынь тяга к знаниям, которые он мог здесь получить. Обучали отдельно и специальным дисциплинам: письму, каллиграфии и книжному делу, пению, иконописи. Здесь процветали все искусства и ремесла. Слава мастеров была такова, что даже представители официальной церкви иногда делали заказы.

Сам Андрей был талантливым ученым-богословом и писателем. Он создал уникальнейшую библиотеку. «Оный же Андрей в те вышеписанныя нуждныя годы, – пишет Иван Филиппов в “Истории старообрядческой Выговской пустыни”, – ездяше ово з братом Симеоном, а ово и с ынными по всем градом и в Москве по всем монастырям и в Нижегородской пустыни промышляше книги и осматриваше, овые покупаше, а овые списываше, испытуя, како в древлеотеческом благочестии утверждатися и стояти». При этом в библиотеке было много книг по разным дисциплинам, от риторики и грамматики до философии, космографии и летописных сочинений, в том числе и на других языках.

Дабы расширить свои знания, Андрей под видом купца отправился в Киев и два года посещал Киевскую академию, изучая богословие, риторику, логику и практикуясь в проповедничестве. За свою жизнь он создал более сотни произведений. Его брат Симеон также был писателем, его перу принадлежат жизнеописания известных старообрядцев «Виноград российский», «История об отцах и страдальцах соловецких», и даже некоторые духовные стихи.

Знания понадобились братьям во время полемики с иеромонахом Неофитом, приславшим в 1722 году сто шесть вопросов. Ответом на них стали знаменитые «Поморские ответы», ставшие одной из главных старообрядческих книг. Ответы содержали внятные разъяснения по каждому из вопросов и блестяще, с вполне научными доводами разоблачали фальсификации, на которых некоторые «вопросы» были построены. По мнению историка Владимира Петровича Козлова, «Поморские ответы» явились первым в России источниковедческим, палеографическим и лингвистическим трудом, «который предвосхитил своими наблюдениями, методикой и выводами достижения последующей историко-критической мысли»[80]. Долгое время официальная церковь не могла найти достойных возражений на эти ответы.

Другая история была связана со следствием, проводимым по доносу бывшего старовера Ивана Круглого. Были предъявлены претензии, что не все выговцы упоминают царскую семью в молитвах. Дабы сохранить пустынь, решили сделать упоминание обязательным. Но «духовный отец» пустыни старец Филипп (он сменил Данилу Викулина) не одобрил этого и вместе со сподвижниками ушел из пустыни. Так в беспоповстве появился новый раскол – «филипповское согласие».

Почти безбедная жизнь продолжалась более ста лет. Но в 1837-м, в царствие Николая I, который был активным противником старообрядчества, началось планомерное уничтожение пустыни. В 1856 году от нее уже ничего не осталось. В 1906 году Михаил Пришвин, побывав в этих краях, застал лишь «жалкое село», где сохранились «полуразрушенные ворота на берегу Выга, несколько раскольничьих могил на кладбище и несколько старых даниловских домов».

С 2010 года началось восстановление Выгорецкого общежития. В 2015 году был построен дом и рядом с ним возведен поклонный крест.