Итак, наконец я готов продолжить свой рассказ, и, пожалуй, начну с того момента, как мы пришли в это удивительное место.
Поднявшись по лестнице, мы оказались в просторном коридоре с высокими потолками. Никакого металла и заклепочных соединений. Стены здесь покрыты плотными, безупречно наклеенными обоями.
Ни единой морщинки и пузыря. Сложные повторяющиеся узоры, геометрические формы, выполненные в темных, благородных тонах. Прямо как в дорогих гостиницах, в которых я не бывал, а лишь видел в кино.
Пол всюду покрыт коротким темно-красным ворсом.
Двери комнат массивные – не железные и не раздвижные, а из темного дерева, с большими золоченными ручками. Над каждой дверью располагались маленькие тусклые таблички с выгравированными номерами комнат.
Воздух здесь прохладный и неподвижный, без какого-либо запаха. Освещение мягкое и теплое. И никаких ламп в решетках. Только старинные кристаллические люстры, подвешенные на длинных цепях к потолку. Также вдоль коридора размещены настенные бра с маленькими абажурами. Этот свет не рассеивал всех теней, оставляя некоторые уголки в таинственном полумраке.
Где-то вдали слышалась легкая музыка с классическими нотками, но она была такой ненавязчивой, что ощущалась лишь как вибрация в воздухе, а не мелодия.
Куда ни погляди: стиль шикарного отеля.
Затем откуда-то с потолка прозвучал мягкий голос виртуальной ассистентки:
– Добро пожаловать на восьмой уровень. Я – Селена Восемь. Не стесняйтесь обращаться ко мне за помощью. Желаю вам приятного отдыха.
Слава сказал:
– Надеюсь, это адекватная версия.
Я тоже ждал подвоха. Уж слишком тут было все безупречно. Мы стояли посреди старомодной роскоши в своей замурзанной одежде, как двое посторонних, которым тут не место.
Казалось, сейчас должен явиться какой-нибудь строгий усатый портье и выставить нас прочь.
И в самом деле в коридоре вдруг возник человек. Но совсем не грозный, а, наоборот, доброжелательный. Это был пожилой мужчина в сером махровом халате.
Этот человек выглядел как настоящий аристократ. Лицо худое и вытянутое. Высокий лоб, слегка заостренный нос, тонкие губы, редкие серебристые волосы. Кожа бледная, со множеством мелких морщинок вокруг глаз и в уголках рта.
Светлые глаза, скрытые за тонкой оправой очков, казались маленькими, но глядели на нас с теплым и немного шутливым выражением.
Несмотря на худобу, в нем не было ни капли слабости. Он держался прямо и с достоинством.
Мужчина воскликнул:
– Приветствую вас, молодые люди. Как вам здесь, нравится?
Слава ответил:
– Очень впечатляет.
Пожилой человек подошел к нам и, улыбнувшись, сказал:
– О да. По сравнению с другими уровнями, это просто рай какой-то.
Удивительно было встретить в бункере кого-то вроде него. Но он хорошо вписывался в отельную обстановку, в отличие от нас.
Я бы на его месте не стал бы так задорно встречать незнакомцев, а этот старик радовался, словно уже уверился в том, что мы хорошие люди.
Пожилой человек легонько ударил себя по виску и сказал:
– Ах, да. Забыл представиться. Совсем одичал взаперти. Не обращайте внимания на мой почтенный возраст и зовите меня просто Романом[27].
Руки он нам не подал. Оно и понятно, мы были такие грязные.
Мой товарищ представился первым:
– Вячеслав.
Я тоже назвался полным именем:
– Демид.
Роман восхитился:
– Какие благородные имена. Что сказать? Браво! Ох и помотала вас дорога. Вам бы принять горячую ванну и переодеться. К счастью, тут есть все, что вам нужно.
Это предложение казалось заманчивым, но мне не терпелось с ним поговорить, и я спросил:
– А вы давно здесь?
Пожилой мужчина ответил:
– Так давно, что уже и не помню, как пришел сюда в таком же непотребном виде. Ну же, приведите себя в порядок. У нас будет много времени на беседы… Селена, предоставь молодым людям номера.
И виртуальная ассистентка сказала:
– С радостью! Вы можете выбрать любую из ближайших комнат.
Как только мы сошли с места, в коридор въехал робот-уборщик, чтобы прибрать наши следы. Небольшая кубическая машина светло-серого цвета с двумя белыми кружками на черном мониторе, имитирующими глаза. Робот следовал за нами по пятам, стирая щетками грязь с ворса.
Слава зашел в одну комнату, а я в другую.
Внутри номер оказался просторным и поражал своей старомодной роскошью.
Стены были оклеены теми же плотными обоями с геометрическим узором, но цвета казались чуть светлее, создавая ощущение пространства. Пол покрыт полированным деревом и застелен мягким ковром.
На стенах, будто заменяя окна, висели огромные, искусно написанные картины. Одна изображала безмятежный морской пейзаж с лазурным небом, другая – залитый солнцем лесной массив, третья – оживленную городскую площадь с европейской архитектурой. Интересно, откуда они тут, и кто их писал?
Мебель была массивной и элегантной: большая кровать с тяжелым деревянным изголовьем, прикроватные тумбочки, письменный стол и пара кресел, обитых темно-зеленым бархатом. Это совсем не похоже на тесные каюты с нижних уровней!
Рядом с кроватью, на тумбочке, стоял черный телефон с золочеными кнопками.
В углу комнаты виднелась приоткрытая дверь в ванную. За ней скрывалась такая же царственная атмосфера: мраморные стены кремового оттенка с нежно-розовыми прожилками. Большое круглое зеркало. Раковина из белого фарфора. Тумбочка с гелями и шампунями в бутылочках. В центре – ванна с изогнутыми ножками.
Все было безупречно, слишком.
Я снял с себя грязную одежду, и мне сразу захотелось ее выбросить. Эта куча барахла только отравляла роскошную обстановку.
В жизни не плескался в такой удобной ванне. Я добавил туда пены и как следует вымылся.
Шампуни на этом уровне совсем другие. У них такие естественные цветочные запахи, что голова идет кругом.
Закончив водные процедуры, я облачился в мягкий халат и покинул номер. Через минуту в коридоре появился Слава. В таком же халате и с мокрой головой.
Вид у него был счастливый. Я тоже улыбался. После стольких испытаний мы наконец получили награду. Но меня до сих пор не покидает ощущение, что все как-то подозрительно хорошо.
С потолка прозвучал спокойный голос Селены:
– Дорогие гости. Позвольте предложить вам посетить наш бутик. Там вы сможете выбрать себе подходящие наряды.
Слава посмотрел на меня и спросил:
– Пошли, подберем себе пару хороших костюмов? Тут вроде все бесплатно!
Мне и в халате было ничего, но я, конечно же, согласился. Было интересно посмотреть на этот бутик и примерить что-нибудь подходящее.
Стоит ли говорить, что он был просто шикарен![28] Оформлен в темных серых тонах. Паркет теплого оттенка, уложенный елочкой.
Высокие стеллажи с полками. Свитера, футболки, брюки – все аккуратно сложено. Должно быть, этим занимались специальные роботы.
Слева и справа стояли манекены, одетые в стильные костюмы.
Я бы мог выбрать одежду попроще, но мне захотелось хотя бы раз нарядиться во что-то элегантное. Выбрал кожаные туфли, строгие черные брюки, пиджак и белую рубашку. От галстука отказался. Понятия не имею, как их завязывать. Костюм сел почти идеально.
Я вышел из примерочной, показался Славе и спросил:
– Что думаешь?
Он ответил:
– В этом пиджаке ты похож на выпускника. Лучше оставь только рубашку.
Я прислушался к его совету. Так и правда было лучше.
Слава тоже не стал выбирать из простого. Оделся во все черное, не соответствующее привычному стилю сталкера: туфли, брюки, рубашка, подтяжки. Он не спрашивал моего мнения, а просто посмотрелся в зеркало и кивнул.
Ему все это было к лицу, только пришлось надорвать один рукав, чтобы монстроподобная рука в него пролезла.
Покрутившись у зеркал, мы покинули бутик и отправились изучать уровень. Его просторы впечатляли, но заблудиться там было почти невозможно. Детали обстановки слишком различались. Чего только тут нет: бильярдная, библиотека, маленький кинотеатр и даже спа-зона с небольшим бассейном.
Мы все это осмотрели, а затем нашли уютный лаунж-бар с мягкими диванами и креслами, обитыми синим велюром. Рядом с ними стояли низкие столики из темного дерева. На стенах абстрактные полотна, напоминающие волны бушующего моря. Там звучал легкий джаз, настраивающий на спокойный лад. А в дальней части помещения за высокой барной стойкой сидел уже знакомый старик, ожидая свой напиток.
Его обслуживал совсем не человек, а какой-то обаятельный манекен с лицом как у классических марионеток, с преувеличенными чертами. Широкая улыбка, подвижная массивная челюсть, большие ярко-зеленые глаза, нарисованные удивленно приподнятые брови.
Одет он был в темно-серую жилетку, идеально сидящую на его корпусе. Под ней белоснежная рубашка с аккуратно отглаженным воротником, а на шее красный галстук-бабочка.
Движения его механических рук были плавные и точные. Он наливал что-то в стакан с неизменной, немного жутковатой улыбкой.
Увидев куклу, Слава сказал:
– Робот-бармен? Прямо как в кино!
Услышав эти слова, Роман развернулся на высоком стуле и воскликнул:
– О, ребята! Присоединяйтесь ко мне. Демид, а ты, оказывается, такой светленький, когда чистый.
Мы прошли мимо ряда столиков и заняли места у барной стойки.
Робот замер, поводил неживыми глазами по нашим лицам и произнес электронным голосом:
– Добро пожаловать.
При этом его челюсть дергалась со скрежетом.
Старик осушил свой стакан и, передав его бармену, подметил:
– Густав – чертовски полезная машина[29]. Без него тут как без рук.
Я решил, что будет не лишним выведать у робота какую-нибудь информацию, и спросил:
– А он знает, почему здесь все как в шикарном отеле? Этот уровень бункера для богачей?
Робот со скрипом повернул ко мне голову и сказал:
– Простите. Я не обладаю такими знаниями. Я лишь оказываю услуги. Налить вам что-нибудь?
Я посмотрел на бутылки за спиной бармена. Они все были без этикеток, но отличались формой и цветом жидкости. Какие-то совершенно непривычные напитки.
Роман продолжал рассказывать о бармене:
– Густав – немного глуповат. Он даже не отличает роботов от людей и предлагает коктейли пылесосам. Но хорошо справляется с работой бармена… Пока ребята думают, повтори мне колу со льдом.
Робот моргнул и сказал:
– Один момент.
Слава так удивленно спросил:
– Тут и это есть?
Старик получил свою колу со льдом, сделал глоток и ответил:
– Здесь большое разнообразие напитков, но я предпочитаю безалкогольные. Вино возбуждает желания, а желания – первые враги узника.
Я даже не знал, что это какая-то цитата, а Слава сразу подхватил:
– К тому же нет ничего скучнее, как пить хорошее вино и никого не видеть. Чехов.
Он снова заставил меня позавидовать. Еще и в литературе разбирается. Во дает!
Пожилой мужчина восхитился:
– Как приятно видеть начитанного молодого человека! Знаете, я ощущаю себя здесь героем того самого рассказа. Уже девятый год сижу взаперти и читаю книги. Вы должны увидеть, какая здесь роскошная библиотека.
Я вмешался, спросив по делу:
– За столько лет вы не смогли найти путь на следующий уровень?
Роман спокойно ответил:
– Почему же? Его было нетрудно найти. Просто я решил, что лучше останусь здесь. «Жить как-нибудь – лучше, чем никак». Сказал классик. И я с ним полностью согласен. Если вы собираетесь идти выше, то советую вам задержаться тут на какое-то время. Просто чтобы перевести дух.
Еще один человек, который решил остаться взаперти, чтобы не рисковать жизнью. Но этот, в отличие от Таси, не казался мне полным безумцем. Скорее он трусоватый рационалист. Не знаю, можно ли доверять ему. Я стал параноиком.
Роман повернулся ко мне и сказал:
– Вы задали вопрос: устроен ли этот уровень для богачей? Я полагаю, что он существует для всех. Это курортный этаж, куда жители укрытия могли бы отправляться для отдыха и развлечения.
Я пошутил в ответ:
– А вай-фай тут есть?
Пожилой мужчина махнул рукой и попросил:
– Не издевайтесь!
Слава наконец сделал выбор и потребовал у бармена:
– Густав, железная башка, сделаешь мне кофе?
Робот моргнул, сказал:
– Сию минуту!
И переместился в правую часть бара, где стояла кофе-машина.
Пожилой мужчина искоса глядел на жуткую руку Славы и наконец решился сказать:
– Не мог не заметить вашу особенность. Похоже, вы не рады такому подарку.
Слава ответил, тяжело постучав длинными ногтями по барной стойке:
– Такова цена выживания. Удивляюсь, как вам удалось дойти сюда целым.
Старик поспешил его переубедить:
– О нет. Я тоже стал жертвой здешней гибридизации. Вот, взгляните.
Он отогнул край халата. Его кожа на груди выглядела просто отвратительно. Хотя это была даже не кожа, а некое плотное скопище отверстий. Мелкие, как проколы иглой, и крупные, похожие на пчелиные соты. Не грудь, а старая губка для посуды, пропитанная липкой влагой. Эти кластеры расширялись и сужались, будто каждый из них дышал в своем ритме.
Слава осмотрел эту страшную мутацию и сказал:
– Выглядит так себе.
Старик ответил, запахнув халат:
– Серьезное ранение. Разрыв легкого. Я уже давно мог умереть. Зато теперь способен задерживать дыхание минут на двадцать.
Мой товарищ сказал, что так можно заключать пари.
Он получил свою чашечку кофе. Я заказал просто минеральной воды с газом. Робот-бармен немедленно исполнил мое желание. Напиток был приятный, без всяких привкусов.
Роман допил свою колу и, спустившись с высокого стула, сказал:
– Что-то я устал. А, ну да. Время полночь! Пойду отдохну в своем номере. Надеюсь, вы еще будете здесь, когда вернусь. Хотелось бы поговорить с вами по душам.
Мы пожелали ему доброй ночи.
Как было здорово снова почувствовать присутствие времени. В лаунж-баре висели большие часы. Знать бы еще, какой сегодня день.
Слава пил свой кофе, я потягивал воду.
Все было хорошо, но вдруг мой товарищ задался вопросом:
– Интересно, в чем тут подвох?
Мне не хотелось об этом думать, поэтому я подметил:
– Хотя бы можно выспаться в удобной кровати.
Слава не стал меня задерживать. Сказал:
– Иди, если хочешь. Я еще посижу в компании железной башки.
Мы попрощались. Я вернулся в свой номер и сел за письменный стол.
Не могу успокоиться, пока не сделаю заметку в дневнике обо всем, что случилось. Считаю это хорошей привычкой.
Здесь я нашел толстый ежедневник в кожаной обложке[30]. Как раз вовремя, а то в блокноте осталась всего пара чистых страниц.
Слава был прав. Тут есть подвох. Мне не удалось как следует выспаться, потому что в коридоре зазвучал громкий голос Селены:
– Чрезвычайная ситуация! Чрезвычайная ситуация!
Я быстро влез в брюки, вырвался за дверь и крикнул:
– Селена, что случилось?
А она ответила неконкретно:
– Чрезвычайная ситуация в лаунж-баре!
Понятия не имея, что там могло случиться, я вернулся в номер за рубашкой и со всех ног поспешил к месту происшествия.
Ожидал чего угодно: затопления или нашествия чудовищ, но нет. Случилось то, чего и представить нельзя.
Там было тихо. Густав молча стоял за барной стойкой. А на полу лежал Слава. Из его спины возле лопатки торчал нож с кусками изоленты на рукоятке. Мой нож!
Парень лежал лицом в пол и не двигался. Ворс ковролина рядом с телом потемнел от крови.
Я замер на месте.
Голос Селены смолк. В лаунж-баре снова зазвучал легкий джаз. Робот протирал стойку салфеткой, щелкая механическими суставами.
Тут приковылял старик. Он потер заспанные глаза и спросил:
– Что стряслось?
А потом увидел тело и воскликнул:
– О, Господи!
Я молчал. Просто не мог выдавить из себя ни слова. Кто-то вогнал нож в спину моего товарища почти до рукоятки.
Роман отступил в сторону и, глядя на меня, спросил:
– Он мертв? Это вы сделали?
Вот он сморозил, конечно. Слава не единожды спасал мне жизнь.
И я ответил:
– Нет.
Роман спросил, оглядываясь по сторонам:
– А кто тогда?
Мне казалось, что мы без труда это выясним, ведь виртуальная ассистентка все видит.
И я крикнул в потолок:
– Селена, кто это сделал? Ты же видела, кто убил Славу?
Пожилой мужчина тихо пробормотал:
– Она нам не скажет.
И он оказался прав. Селена ответила отказом:
– Для получения подобной информации требуется специальный доступ.
Роман пояснил:
– Мы на курортном уровне. Люди на отдыхе не особенно любят, когда за ними подсматривают. Так что слежка здесь под запретом. Вероятно, вы уже успели об этом узнать…
Я спросил:
– На что вы намекаете?
Старик выглядел встревоженным. Он смотрел то на меня, то на бармена, то на бездыханное тело, а потом сказал:
– Когда я ушел, вы остались вдвоем. Не знаю, какие у вас были отношения. Может, вспыхнула ссора?
Я гневно возмутился:
– Меня здесь не было!
Роман указал на торчащую рукоять и спросил:
– А этот нож[31]. Чей он?
Мне пришлось оправдываться:
– Это мой нож. Но я этого не делал. Если вы тоже, значит, здесь есть кто-то еще.
Старик прищурился и сказал:
– Об этом мы можем спросить… Селена, сколько сейчас людей на восьмом уровне?
Виртуальная ассистентка ответила на его вопрос:
– Сейчас здесь три гостя.
Роман указал на меня, на себя и на тело, а потом отметил:
– Труп не считается! Нас здесь только двое. Стало быть, убийца сейчас в этой комнате. Прямо как в детективах.
Я только сделал шаг, а пожилой мужчина отпрыгнул и, вытянув ладонь вперед, крикнул:
– Не приближайтесь!
Все это мне казалось нелепым фарсом. И я заявил:
– Мне известно, что убийца не я. А если это не я, значит, это вы! Для кого этот спектакль?
Роман со мной поспорил:
– Минуточку, молодой человек. Есть еще один подозреваемый.
Он указал на робота за барной стойкой, который, как ни в чем не бывало, протирал столешницу.
Я удивился:
– Густав?
Этого нельзя было исключать. Здешняя обстановка убедила меня в том, что машины бывают опасны.
Старик продолжил высказывать свои наблюдения:
– Обратите внимание на положение стула. Он повернут спиной к бармену.
Я все еще сомневался:
– Хотите сказать: это он его убил?
Роман деликатно спросил машину:
– Густав, тебе есть, что сказать о теле на полу?
Неживой взгляд опустился на пол, и электронный голос заявил:
– Это определенно не робот.
Старик спросил прямо:
– Ты его убил?
Робот-бармен лишь продребезжал:
– Я могу предложить вам напиток. Выпьете что-нибудь?
Роман сказал мне:
– Он слишком глуп.
Его теория казалась вполне логичной, но что-то здесь не клеилось.
Я спросил:
– Откуда у него мой нож?
Пожилой человек помолчал минуту, будто задумавшись, а потом сказал:
– Я могу только предположить: вероятно, нож лежал среди ваших грязных вещей. Обслуживающий робот забрал их из номера в прачечную, которая находится прямо за лаундж-баром. Густав время от времени относит туда грязные полотенца и салфетки. Он мог взять ваш нож. Я никогда не рисковал грубить роботам, а вот ваш друг не стеснялся в выражениях.
Это был какой-то абсурд. Так и с ума сойти недолго.
Приходилось делать усилия, чтобы хоть в чем-то сомневаться.
Я спросил:
– Хотите сказать: робот убил Славу, потому что обиделся на «железную башку»?
Роман ответил прямо:
– Не могу ничего утверждать. Вообще-то, я больше склонен подозревать вас.
Я прокричал:
– Меня здесь не было! Я пришел, когда заговорила Селена!
Хотя почему мне вообще приходилось оправдываться? Это же бессмысленно.
Пожилой человек заявил:
– Нам придется самим выяснить, что стало причиной. Никто не сможет покинуть это место, пока действует код «чрезвычайная ситуация». Выходы заблокированы. Таковы правила на этом уровне.
Потрясение сменила скорбь. Я знал Славу совсем недолго, но мы успели сблизиться. Даже почти подружиться. И вот он лежал передо мной на полу с ножом в спине.
А вот в глазах Романа не было и капли сочувствия. Скорее он смотрел на тело, как на проблему. И потом еще сказал:
– Трупы не нужно оставлять вот так. Стоит отнести его куда-нибудь. Может, в холодильную камеру?
Я присел на корточки рядом с парнем. Пожилой мужчина тоже приблизился.
Мне не хотелось, чтобы он прикасался к Славе, и я сказал:
– Мне не нужна помощь. Сам донесу.
Старик согласился, но с оговоркой:
– Хорошо, хорошо. Только вот нож. Будет лучше бросить его в утилизатор. Вы же не думаете оставить его себе после того, как им был убит ваш друг?
Поверить не могу, что я это сделал: взялся за рукоять, выдернул нож из спины парня, а затем протянул старику. Он просто достал меня со своими подозрениями. Хотелось с ними покончить.
Роман взял нож, сказал: «Благодарю» и на моих глазах отнес его к специальной урне, торчащей из пола. Так и сгинуло орудие убийства.
Будь на моем месте Слава, он бы без труда разгадал эту загадку. Как же мне не хватало его умных мозгов.
Старик сказал, что ему нужно обо всем хорошо поразмыслить, побыв наедине с собой. И ушел, оставив меня один на один с телом.
Я не знал, как его тащить, но попробовал приподнять.
И тут с губ Славы вместе с окровавленной слюной вырвалось хриплое:
– Ы-ы-ых!
Он все еще дышал!
Я слегка потряс его за плечо и спросил:
– Слава, ты жив? Можешь говорить?
Парень не ответил. Из его раны сочилась кровь. Ох и зря я вытащил нож, не проверив дыхание.
Нужно было немедленно помочь ему.
Я поднял голову к потолку и прошептал:
– Селена, слышишь меня?
Она также тихо ответила:
– Да. Вы хотите, чтобы я говорила шепотом?
Я дал ей задание:
– Срочно покажи путь в медблок. И чтобы тихо.
У выхода из лаунж-бара несколько раз моргнула лампа. Я понял, что это условный сигнал. Виртуальная ассистентка вела меня, используя источники света как маяки.
Мне не хотелось, чтобы Роман в это вмешивался, потому что я не доверял ему.
Так я и тащил Славу по коридорам, пока не добрался до медблока. Даже он был стилизован «под старину». На полу мелкая плитка с шахматным узором. Низкий потолок с рядами длинных тусклых ламп, испускающих призрачный свет. Операционный стол и ряд громоздких машин с хромированными щупальцами.
Я не знал, что с ним будет. Хотел лишь, чтобы он выжил.
Селена не позволила мне наблюдать. Она сказала:
– Демид, если вам не требуется помощь, прошу вас покинуть медицинский кабинет.
Пришлось подчиниться, чтобы товарищу наконец начали оказывать помощь.
И когда за мной закрылись двери, меня посетило внезапное озарение. Я мигом понял все, что случилось. Не стоило себя недооценивать!
За дверьми свистели и лязгали медицинские аппараты. Чтобы не слышать этого, я направился обратно в лаунж-бар. Захотелось промочить горло после этого изнурительного похода.
Я не позволил роботу меня обслуживать. Сам дотянулся до крана с простой водой, налил себе полный стакан и присел на ближайший диванчик так, чтобы видеть куклу-бармена.
Не успел я отдышаться, как явился пожилой мужчина. Видимо, ему не спалось.
Он глянул на меня с натянутой улыбкой и спросил:
– Как справились?
Я твердо ответил:
– Превосходно!
Не стал говорить ему, что мой товарищ, возможно, все еще жив. Хотелось сохранить это в тайне до последнего. Сначала я должен был высказать старику все, что думаю.
Роман попросил у бармена чашечку зеленого чая, а затем уже без всяких опасений занял диванчик напротив меня.
Местами казалось, что он наслаждается нынешним положением дел и лишь отыгрывает беспокойство.
Пожилой мужчина сам напросился, сказав мне:
– Нам нужно решить, что делать дальше в этой непростой ситуации. У вас есть какие-нибудь мысли?
И я сразу ответил:
– Да. Мне уже все предельно ясно.
Старик удивился:
– Вот как! Тогда поделитесь!
Знаю, ему не терпелось меня услышать.
Я, желая попытать его ожиданием, неспеша отхлебнул из стакана и лишь потом сказал:
– Может, я и не гений. Не Шерлок Холмс и даже не доктор Ватсон. И не умею красиво заворачивать, как вы, но… мне совершенно ясно, что это ваша работа.
Старик оскорбился и ответил грубовато:
– Вячеслав казался умным и интересным человеком. Не знаю, зачем мне это, но скорее вы бы стали моей жертвой, чем он. Однако я бы послушал ваши доводы. Это интересно.
Я сам не заметил, как начал подражать его напыщенной манере общения:
– Вы сразу показались мне подозрительным и неуместным человеком. Я много раз бывал в заброшенных местах и знаю, каких людей там можно встретить. Это молодые искатели приключений, сталкеры, а еще всякие маргиналы… А вы ни на кого не похожи. Пожилой человек с прекрасными манерами. Что привело вас в Викториум? Может, вы – опасный преступник, который скрывается здесь от следствия?
Наконец-то мне представилась возможность сказать об этом вслух.
Роман кивнул и произнес:
– Хм! Возможно, мое прошлое небезупречно. Но это совершенно ничего не доказывает. Почему вам кажется, что вашего друга убил я, а не робот-бармен?
Я спокойно сказал:
– Не думаю, что у него был мотив. Густав примитивен. Он лишь оказывает услуги, правильно?
Старик кивнул:
– Правильно…
И тут я «бросил все карты на стол», сказав:
– Вы сами говорили, что он не отличает людей от пылесосов. Вот и поручили ему нестандартную задачу: пока мы ходили в примерочную, вы украли нож, отдали его Густаву и попросили проверить, кто перед ним, человек или машина. Полагаю: вы вошли в бар, когда Слава сидел за стойкой. Он повернулся к вам и тут же получил нож в спину.
Брови старика поползли на лоб. Он был обезоружен.
А знаете, как я догадался? Просто вспомнил один ролик, который видел в интернете. В нем демонстрировались возможности робота-помощника. И вот, когда его попросили определить, какое из яиц вареное, а какое сырое, он просто начал бить их об стол. Робот не знал, что это можно выяснить, раскрутив яйцо как волчок на ровной поверхности. Если вращается быстро – значит, вареное, если медленно – сырое. Или можно потрясти яйцо над ухом: сырое издает звук, вареное – нет.
Машина же додумалась только разбить скорлупу. Примитивный интеллект не имеет злых намерений, он лишь совершает ошибки, которые приводят к разрушительным последствиям.
Вдруг Роман начал мне аплодировать, восклицая:
– Браво! Блестящее предположение![32] Остается только один вопрос: зачем мне это?
Я этого не знал, поэтому ответил вопросом на вопрос:
– Вот именно: зачем вы это сделали?!
К моему удивлению, пожилой мужчина не стал отпираться, а попросту признался во всем:
– Зачем? Ради хорошей детективной истории! Здесь так скучно, а вам удалось меня развлечь. Я думал, что это будет сложная задача, но вы просто щелкнули ее как орешек. Даже юлить не хочется. Я признаю, что недооценил ваши умственные способности, и просто снимаю перед вами шляпу. Признаюсь: я отдал нож Густаву и сказал проверить того, кто будет сидеть у бара, по моей команде.
Наверное, он не чувствовал от меня угрозы, поэтому без стеснения все это заявил.
Мне захотелось наклониться через стол, чтобы тряхнуть его за халат. Но я сдержался и злобно спросил:
– Вы правда сделали это, просто чтобы немножко позабавиться? Вы что, идиот?
Роман, будто желая меня подразнить, спокойно сделал глоток чая. Он говорил о своем поступке без всякого стыда:
– Хе-хе! Думайте, как хотите, а мне понравилось. Так интересно вышло!
И вдруг тяжелые шаги в коридоре помешали его злорадству. Ехидство исчезло с лица старика. Он с ужасом посмотрел на меня и спросил:
– А это что там такое?!
Я ответил, не оборачиваясь на двери:
– Полагаю, Слава все-таки выжил. Но даже представить не могу, насколько он зол.
Роман резко вскочил с дивана, уронив чашку под столик. Он закричал:
– Вы засунули его в лечебницу? Да вы с ума сошли!
Мне и самому было немного страшно: вдруг после операции в моем товарище не осталось ничего человеческого? Но все же я надеялся на справедливый исход.
Лаунж-бар вздрогнул, когда Слава прокричал:
– Стари-и-ик!
Его голос изменился. Теперь он звучал так, будто в парня вселился демон.
Роман был в ужасе. Даже неживое лицо Густава казалось растерянным: челюсть отвисла, глаза застыли, глядя мне за спину.
Я, наконец, осмелился обернуться. Бедный Слава. Что с ним стало!
Он стоял на пороге в разорванной рубашке. Его левая сторона была чудовищно искажена. Рука стала еще уродливее. Теперь это была мощная лапа с тупыми когтями, покрытая грубой красной плотью. Левая половина груди вздулась, кожа расползлась, обнажив пучки жилистых мышц и хрящевых наростов. Мутация исказила часть его шеи и сделала левую часть лица Славы неузнаваемой. Кожа на щеке оплыла и окрасилась бордовым цветом, а глаз стал мутным.[33]
Он лишь задел один из диванов, проходя мимо, и тот резко сдвинулся в сторону. Сила парня многократно возросла.
Старик кинулся к дальней стене. Весь затрясся, как жалкое насекомое. Слава прошел рядом со мной, и я почувствовал, что от него веет жаром.
Он приблизился к тому мерзавцу. Желтые когти подцепили его за халат. Тощие ноги взмыли над полом и забарахтались. Тапочки разлетелись в стороны.
Слава держал Романа навесу, а тот беспомощно дергался и хрипел:
– Отпустите…
Я думал, что ему конец. Казалось, сейчас изменившейся Слава швырнет старика и переломает ему все кости. Но парень-монстр лишь прорычал:
– Я тебя не убью, а сделаю с тобой кое-что похуже. Пойдешь с нами наверх. Найдем, где тебя запереть!
Затем он разжал когти, позволив Роману упасть на четвереньки.
Слава не стал безумным чудовищем и все еще мог владеть собой.
Пока он не передумал, я обратился к виртуальной ассистентке:
– Селена, в бункере есть что-то вроде тюрьмы для преступников?
Оказалось, что есть. Ассистентка ответила:
– Да. Места временного заключения находятся на шестом уровне укрытия.
Старик закричал, едва не рыдая:
– Я не пойду наверх! Там холодно! Поверьте! Мы все замерзнем раньше, чем доберемся до шестого уровня!
Слава не удержался и вмазал ему по лицу здоровой рукой, тот и притих.
Сталкер не задавал старику вопросов, видимо, хорошо помнил, что с ним случилось и почему.
Но зато спросил с меня:
– Дэм. Это ты отнес меня в медблок?
Его слова прозвучали как обвинение.
Я задал встречный вопрос:
– Мне нужно было дать тебе умереть?
Слава посмотрел на свою лапу и тихо произнес:
– Не знаю.
И представить не могу, что он теперь чувствует. Но лично для меня не важно, что он выглядит как полудемон, главное, что мыслит как человек.
Но теперь этот парень меня пугает.
Робот-бармен стоял тихо, будто чувствовал, как наэлектризован воздух, и старался никого не раздражать.
Слава, похоже, не сильно винил его в произошедшем. Он лишь грубо приказал Густаву налить большую кружку холодной воды.
Роман оказался тем еще хитрецом – воспользовался моментом и юркнул к выходу.
Я крикнул:
– Старик убегает!
Мы со Славой бросились вдогонку. Но пожилой мужчина оказался невероятно быстрым для своих лет. Наверное, это результат мутации его легких и сердца.
Он пролетел по коридору прыжками со скоростью саранчи и скрылся за поворотом.
Слава бежал медленно. Он стал слишком массивен для спринтерских забегов. Я вырвался вперед и теперь преследовал старика в одиночку. Хотелось догнать подлого убийцу во что бы то ни стало.
Он пронесся к тому месту, откуда мы пришли – к выходу на девятый уровень.
И прежде, чем нырнуть в темноту лестничного прохода, Роман прокричал:
– Вы как хотите, ребята, а я не пойду наверх!
Слава наконец нагнал меня. Он не был раздосадован, а напротив, предложил смириться с таким исходом.
Сказал:
– Пускай удирает. Людирги устроят ему веселые догонялки.
Я подумал: «И правда: ему там придется несладко».
Затем мы со Славой отправились в столовую. Хотя здесь скорее не столовая, а ресторан. Раньше я заглядывал туда лишь мельком, не успев оценить обстановку. А теперь увидел это место во всей красе.
Перед нами распахнулся просторный зал, озаренный мягким светом. Столики с ярко-желтыми скатертями расставлены так, чтобы каждый гость мог насладиться завораживающим пейзажем в окнах.
Да, там есть окна со встроенными экранами, на которых транслируется панорамная картинка бескрайнего морского побережья: пальмы покачиваются на ветру, волны шепчут, пустые шезлонги на песке.
Если забыться, то создается полноценное ощущение, что сидишь в заведении на берегу моря. И только при внимательном рассмотрении становится понятно, что это обман. Мы все еще в бункере. Глубоко под землей.
Еда в ресторане подается через специальное устройство, похожее на постамат – большой шкаф с множеством ячеек.
Блюда на настоящих тарелках, а не на синтетических подложках. Порции маленькие, но это курица, рыба и прочая вкуснятина. Хотя я уверен, что ее тоже печатают на каких-то пищевых принтерах. В мясе нет жил и костей – только волокна.
Слава съел свою порцию индейки с картофелем, запил гранатовым соком и спросил:
– Готов идти наверх?
Он сидел за другим столиком у меня за спиной. Наверное, не хотел видеть на себе мой взгляд.
Я предложил в ответ:
– Давай прихватим пару теплых вещей? Тот хмырь сказал, что там холодно.
Парень согласился. Мы отправились в бутик. Там для нас нашлись свитера и пара шуб из искусственного меха[34]. Даже с капюшонами.
Потом я попросил дать мне немного времени, чтобы спокойно записать все произошедшее за последнее время.
Закончил. Пора отправляться наверх.
Справка
Уровень 8:
Назначение: Зона комфортного проживания и досуга.
Инфраструктура: Центры досуга, ресторан, бар, гардеробная, комфортабельные жилые комнаты. Все системы работают исправно.
Состояние: Полностью оснащен и функционирует.
Контроль: ИИ Селена 8 (функции администратора).
Угрозы: Мутировавший постоялец (Роман).