Я просто невозможна. Нагло забив на уроки, я отсыпалась до обеда. Все болело просто страшно. Я прекрасно понимала, что с моей новой целью мне вообще нельзя раскисать. Взяла себя в руки и пошла на уроки. Но, тем не менее, я дала себе отсыпной. Сейчас приду в себя и потом с новыми силами возьмусь за свое обучение. Да и искупительницу не мешало бы поискать.

В общем, когда я проснулась, была половина первого. Первое, что я увидела, был Рэйвин. Я его не звала, он пришел сам, причем я даже не знаю точно, когда именно. Он просто сидел на краю моего кресла – единственной мягкой мебели, кроме кровати в моей мини-комнате – и смотрел в никуда. И вот что странно: я не подумала, что он больной извращенец, который приперся ко мне ночью. Я приняла это как должное и все-таки встала.

На обед я попала без десяти час. Народу уже никого не было, поэтому я почти беспрепятственно взяла себе еду и отправилась ее поглощать. Есть не хотелось, но я знала, что мне нужны силы. К тому времени, когда я усаживалась за свой любимый столик, студенты уже разошлись, и в столовой я осталась одна. Поэтому, когда здесь появился Киан, я так и зависла с разинутым ртом и вилкой с рисом на весу.

Киан заметил меня, кажется, сразу. Быстро взяв себе еду, он отправился ко мне. Я все это время, молча, наблюдала за ним.

– Можно? – Спросил он, остановившись возле моего столика.

– Честно говоря… – начала, было, я.

– Не волнуйся, – перебил он, – Скарлет сейчас занята другими делами, она нас не увидит. Да я и ненадолго.

Как-то мне не понравилось, каким тоном он это сказал. Что-то исчезло в его голосе, что-то знакомое, что вызывало во мне эмоции. Сейчас его слова прозвучало как-то сухо и скорее по-деловому.

– Ладно, – положила вилку я, и пока Киан садился рядом, откинулась на спинку стула.

Пару минут мы, молча, смотрели в разные стороны. Смотреть друг на друга стало как-то неловко. Кажется, я начинала понимать, к чему все это идет. Но он не спешил начинать разговор, поэтому заговорила я.

– Что изменилось, Киан? – Спросила я.

Он долго молчал, продолжая с большим интересом ковырять вилкой в своем обеде.

– Теперь ты знаешь правду обо мне, – спокойно произнес он, словно это было не так важно, и он не особо заострял внимание на своих словах.

– Знаю, – подтвердила я. – Но мне по-прежнему все равно.

Он почему-то ухмыльнулся.

– Тебе ведь не это теперь важно, так ведь? – Так и не заставила себя улыбнуться я.

Он помолчал еще пару минут.

– Почему ты не хочешь все это бросить? – Наконец-то посмотрел мне в глаза он.

Да, я знала, что остался еще не менее важный момент, который так и не был решен. Но все-таки надеялась, что Киан это отпустит. Да, конечно! Охотно верю даже себе!

– Я уже сказала тебе…

– Нет, на самом деле, ты ничего мне не сказала.

Я быстро заглянула ему в глаза, а затем снова уставилась на свой стакан с апельсиновым соком.

– Я не брошу это.

– Почему?

– Потому что я не обязана этого делать.

– Даже, если точно знаешь, что мне придется тебя убить?

Теперь ухмыльнулась я.

– Может быть, тебе и не придется этого делать. Кто знает? Вдруг я действительно найду ее раньше и?..

– И что ты сделаешь? – Он подался ко мне ближе. – Зачем тебе искупительница? Ты же человек, ее кровь тебе ничего не даст.

– Это мое дело, Киан, – словно охраняя свою территорию, тихо произнесла я.

– Нет, не твое, – покачал головой он.

– Перестань.

– Зачем ты это делаешь? – Повторил свой вопрос он.

– Потому, что это мой путь. И не тебе решать, выбирать его мне или нет.

– Да, – кивнул он. – Но мне решать, умрешь ты или останешься в живых.

– Ты уже этого не сделал.

– Сейчас меня не связывает клятва.

– Разве? Кажется, Скарлет четко дала тебе понять, что убьет тебя, если будешь путаться со мной.

– Кажется, та же Скарлет так же четко дала понять тебе, что я убью тебя, если ты пойдешь до конца.

– Откуда тебе знать, что будет?

– Разве ты не слышала, что она говорила тебе о провидцах?

– И они видели смерть в моем будущем от твоей руки?

– Им совершенно не обязательно этого видеть.

– Уж не знаю, какие там у них сведения, но мои сведения совсем другие.

– Какие еще сведения? – Не понял Киан.

– Не важно, – вздохнула я. – Я не отступлю.

– Даже, если я попрошу тебя это сделать?

– Кто ты такой, чтобы это делать?

Я тут же пожалела о своих словах. Глаза это все, что выдавало его все еще теплое ко мне отношение, охладели, и он подался назад.

– Прости, – теперь к нему подалась я. – Я не хотела…, то есть… я не имела в виду наши отношения.

– Отношения? – Хмыкнул Киан. – Какие отношения?

– Но Скарлет же сказала!..

– А разве до того момента, пока Скарлет тебе не рассказала обо мне правду, ты хотела быть со мной?

Его глаза стрельнули укором, я снова подалась назад и даже стала избегать его взгляда.

– Не тебе меня упрекать.

– Снова хочешь все свалить на меня?

– А что сваливать? Ты хоть помнишь, как сам себя вел? То целовал меня и признавался в любви, а то отталкивал меня, ссылаясь на всякие глупости!..

– Еще раз – ты хочешь свалить все на меня?

– Я не хочу ругаться, – честно призналась я. – Но я знаю, что все уже не так, как было раньше.

– Но ты не хочешь этого изменить.

– Почему я должна это делать?

– Потому что у меня нет выбора! А у тебя он есть! Неужели ты не понимаешь этого?

– То есть, я должна все бросить только потому, что в перспективе ты все-таки станешь моим врагом и убьешь меня?! – Возмутилась я. – Да кто вообще знает, найдешь ты ее когда-нибудь или нет?!

– А как на счет тебя?!

– Я знаю, что найду ее! Это моя цель, моя судьба, мой выбор!

– И что заставляет тебя быть в этом настолько уверенной?

– Слушай, Киан, я понимаю, ты не хочешь меня убивать и…

– Да, не хочу. Но еще я просто пытаюсь понять, какого черта тебе сдалась эта искупительница? Ты вообще ни на что не способна! А я твой не самый сильный противник!

– Я знаю! И поэтому не собираюсь сидеть и ждать, когда меня кто-нибудь прибьет!

– И что это означает?

– Рэйвин научит меня магии и самообороне, – выпалила я. – Возможно, когда-нибудь я стану даже сильнее тебя.

Киан ухмыльнулся и покачал головой.

– Ты в меня не веришь? – Спросила я.

– Я тебя просто не понимаю, – покачал головой Киан.

– Слушай… – я вздохнула, – я прекрасно понимаю, это не мой мир, я здесь чужая. Я вообще не подозревала и о половине из того, что увидела за последние пару месяцев. То есть, конечно, я знала, что все это существует. Но это все равно, что знать, что где-нибудь в Африке живут первобытные племена. Но знать и видеть это своими глазами, испытывать на себе…, это не одно и то же.

– Именно поэтому я хочу стать частью этого мира. Я хочу стать сильнее, чтобы принимать участие в этом всем полноправно. Я хочу этого!

– Глупая, – покачал головой Киан.

– Почему?

– Я бы отдал все, чтобы не родиться демоном.

– Родиться?

– Ты просто не представляешь, что это такое.

– Да, но я хочу знать.

– Зачем?

– Затем, что я так решила!

– Пока ты все еще не имеешь достаточной силы, ты никому не интересна, – я тут же скривилась, Киан продолжал, – и я не имею в виду всеобщее признание. Маги воруют силу друг друга, убивают ради магии. Ты хоть представляешь, сколько сотен тысяч проклятий существует в этом мире? А разновидностей ядов?

– Твое стремление совершенно беспочвенное. Это все равно, что ребенок, который только научился ходить, выходит на дорогу, пытаясь соревноваться с профессиональными гонщиками. Одно дело родиться таким, как я, а совсем другое влезать в это из совершено не похожего мира.

– Но это мое дело!

– Я еще раз повторяю: нет.

– Что ты имеешь в виду?

– А что ты думаешь? Остальные Вороны тоже будут рады тебе прислуживать? Этот-то опасен, но как только ты обретешь силу, они это почувствуют. Они здесь, чтобы убивать магов и колдунов, достаточно сильных и опасных, чтобы помешать им. И, если я для тебя не такой уж и опасный противник, ты забыла подумать о Скарлет?

– Она сказала, что не лезет в это.

– Да, пока ты не трогаешь искупительницу и являешься букашкой.

– Комаром, – поправила я. – Она говорила комар.

– Да, это имеет просто огромное значение!

– Так или иначе, к тому времени…

– К тому времени? – Вскинул брови Киан и ухмыльнулся. – Давай-ка я расскажу тебе пару фактов о магах крови. Первый: их главное оружие – кровь. Второе: им не важно, чья это кровь. А теперь подумай, сколько в тебе крови, если вдруг ей понадобиться тебя убрать. И не забывай о том, что она охраняет именно твой этаж.

– Зачем ты мне все это говоришь?

– Затем, что больше я тебе ничего не скажу.

Я нахмурилась.

– Что это должно означать? – Киан ответил на этот вопрос одними глазами. – Ладно, я поняла, она обещала тебя убить. Я помню. Но…

Мы снова помолчали пару секунд.

– Я, честно, восхищался тобой, Вилу, – произнес Киан. – Мне хотелось быть с тобой…, просто находиться рядом. В моей ситуации и этого слишком много. – Он заглянул мне в глаза. – Но твое совершенно глупое стремление найти искупительницу настолько бессмысленно, насколько может быть бессмысленной идея.

Я возмущенно вздохнула.

– Хорошо. Давай предположим, что я уезжаю отсюда и следую твоим настоятельным рекомендациям. Что ты предлагаешь мне? Вернуться в мой обычный мир? Больше нет обычного мира! Теперь есть этот! И давай начистоту: может быть, я не так сильна, как другие маги. Но я уже на что-то способна. И, знаешь, что? Я могу бить людей током. И ты предлагаешь мне закрыть на это глаза и продолжать из-за злости бить их током?

– Это не то, что я имел в виду.

– Правда? Тогда поделись со мной своими соображениями!

– Ты бы могла делать что-нибудь хорошее.

– Например?

– Например, какие-нибудь эликсиры или еще что-нибудь в том же духе.

– Да, ты прав, я ведь отлично знаю тысячу рецептов для варения эликсиров. Именно поэтому я собралась искать искупительницу!

– Найти учителя не так-то сложно…

– Я не передумаю.

– Да почему тебе это так нужно?!

– А почему это так нужно тебе?! – Крикнула я.

Киан с минуту смотрел мне в глаза, но не отвечал. Странно, я попала в точку, но победой я это назвать не смогла. Мне стало горько от осознания того, что самая глупая в моей голове мысль оказалась чистой правдой.

– Вот видишь, Киан, у каждого из нас свои секреты. И раз уж ты замолчал, не думаю, что твои цели столь благородны, сколь ты пытался преподнести их мне. Так что не надо мне тут говорить, что я должна быть хорошей девочкой.

Я поднялась с места, взяла свой поднос и собралась уходить.

– Ты же понимаешь, что как только ты покинешь столовую, мы больше не сможем общаться, – констатировал Киан.

Что-то кольнуло меня в районе желудка, но злость все еще превалировала.

– Естественно, – буркнула я и отправилась к подставкам под подносы.

Быстро водрузив свой поднос, я решительно направилась к выходу. За три шага до дверей, я вдруг остановилась и осознала, что только что сказал мне Киан. Меня пронзила жуткая тоска и сожаление. Я только в этот момент действительно прочувствовала, что он имел в виду. А ведь, правда, мы больше не сможем общаться. Ни взглядов, ни прикосновений, ни слов, ни разговоров, ничего.

Во-первых, Скарлет обещала его линчевать, если вдруг увидит нас вместе. А во-вторых, он, и правда, станет моим врагом. Навсегда. Этого уже будет не изменить.

Я медленно обернулась и пару секунд смотрела на Киана. Он сидел спиной к двери, поэтому не смотрел на меня. Однако, судя по его следующему движение, не услышав звука закрывающейся двери, он обернулся. И увидел меня. Сначала его взгляд был тяжелым и холодным, но когда коснулся меня, он мгновенно потеплел.

Уже через секунду я неслась через всю столовую, а Киан, шумно отодвинув свой стул, встал с места и успел сделать только шаг прежде, чем крепко обнять меня и прикоснуться ко мне поцелуем. Я вцепилась в него мертвой хваткой, пытаясь прижаться к нему как можно сильнее. Чтобы прочувствовать этот момент, чтобы запомнить его.

Это ведь и, правда, скорей всего наш последний поцелуй, наша последняя беседа. После того, как я покину столовую, мы больше не сможем общаться. У нас нет на это права, каждый из нас займет свою позицию и будет стоять до конца. Это безумно печально, мне не хотелось прерывать этот поцелуй никогда. Но, как и все хорошее, он должен был закончиться.

– Когда я обучусь магии, – заговорила я, теперь Киан не воспринимал это в штыки, – я обязательно постараюсь найти способ спасти тебя.

– Не стоит, – покачал головой он.

– Почему?

– Потому что ты права и у меня действительно есть свои цели.

Я помолчала еще несколько секунд. Киан нежно погладил мой подбородок.

– Почему ты так не хочешь, чтобы я нашла ее?

– Потому что ее не ищут светлые создания. Но ты далеко не злая, ты даже не представляешь, на что способно настоящее зло. И мне не хотелось, чтобы ты об этом когда-нибудь узнала.

– Что ж… – я улыбнулась, – пока очень сильный демон только и делает, что атакует меня поцелуями.

Киан ухмыльнулся.

– Это потому, что мне досталась душа от моей матери. Если бы на моем месте был любой другой демон…

Он не стал заканчивать предложение. Впрочем, и без этого все было яснее ясного. Конечно, я это понимала. Но, к счастью, других демонов я пока не встречала. В смысле, Рэйвин не в счет. А дьяволица? Вот черт, уже успела.

– Я не хочу говорить: «Прощай», – призналась я.

– И не говори.

– Но это ведь не изменит ситуации.

– Давай притворимся, что изменит, – хмыкнул он.

– Давай лучше притворимся, что ничего из этого не случалось и тебе не приходилось заключать договор со Скарлет.

– Но тогда я бы никогда не приехал сюда и не встретил тебя.

– Если бы это была цена за твою свободу, я бы ее заплатила.

Еще пару минут он смотрел мне в глаза, а потом аккуратно убрал прядь волос от моего лица.

– Держись подальше от Скарлет, – посоветовал Киан.

– Не могу. Я ведь живу с ней на одном этаже.

– Ты знаешь, что я имею в виду.

Я кивнула.

Еще пару минут мы постояли так, а потом снова целовались. К счастью, урок уже начался, и никто не мог нам помешать. Еще какое-то время мы постояли с ним в столовой, а затем медленно отправились к выходу. Это было так мило, но в то же время так горько, он держал меня за руку, пока мы шли. Как будто я могла потеряться. Мне не хотелось отпускать его, но я понимала, что это неизбежно.

Остановившись у дверей, мы еще недолго постояли на месте.

– Я буду скучать, – призналась я.

– Не стоит, – хмыкнул Киан. – Я все равно буду рядом.

– Может быть, Скарлет кто-нибудь призовет и отменит твое задание? – Предположила я.

– Вряд ли. Но будем надеяться.

Еще несколько минут, и мы все-таки вышли из столовой. Двери за нами закрылись, и мы расцепили руки. Это был официальный конец. Я понимала, что по-другому быть не могло, но… как же больно было уходить, оборачиваться и видеть, как он оборачивается мне вслед. Теперь мы были по разные стороны баррикад, у нас не было прав и разрешения быть вместе. Никогда не думала, что такое вообще возможно. Но теперь я имела право только смотреть на него издалека и больше ничего.

Чертова искупительница! Впервые я жалею о том, что она вообще существует.