Броня обещал разобраться с ви Гретель, а до тех пор запер меня в моей комнате под защитными заклинаниями. Но оказалось, что верховная ведьма спешно покинула Университет и это вот совершенно не обрадовало. Хвост поджала и сбежала? Зачем ей моя смерть? Ну, это же по меньшей мере не в моде — меня убивать. Я же не Джон Кеннеди в конце-то концов.

— Ви Рада, давай рассуждать логически, — предложил Броня после пятичасового депресняка, который у меня по понятным причинам случился. — Зачем ей причинять тебе вред?

— Не знаю! Может, завидует, как я платья шью! — В отчаянии восклицала я.

— Ведьма вересковых пустошей — сама гармония, она закладывает в этот мир баланс и…

— Но ты изгнал Мастера теней! — В расстроенных чувствах выпалила я.

И это больше походило на истерический вопль: «Как ты мог? Верни мою любовь!», но Броня расценил это как страх.

— Что бы там ни было, лучше пусть держится подальше, — заключил Страж. — Но все-таки: что именно мы слышали? Как они разговаривали и ви Гретель поручала Мастеру какое-то дело, связанное с тобой. Может быть, это и не было связано с чем-то плохим?

— Ну, Броня! — Я плюхнулась на кровать и вцепилась ему в руку. — Ну, о чем еще они могли разговаривать???

— Ви Рада, — Страж перехватил мою руку и ободряюще ее сжал, заглядывая мне в глаза пронзительным взглядом. — Не волнуйся, Мастер теней изгнан, ви Гретель уехала. И если только она появится на горизонте, я буду об этом знать.

— Но то, что она уехала, ты не знал, — едко заметила я.

Броня на удивление по-доброму улыбнулся.

— Это потому, что я не следил за ней, как сейчас, — объяснил. — Не бойся. Страж на то и Страж, что защитит от любого зла. Даже если это ви Гретель.

Это действительно успокоило. Броня ведь действительно защищал меня. Наверное, даже больше, чем всех остальных. Ну, а что еще делать с истеричкой? Эх…

И вот когда я вроде бы чуть успокоилась, мысли как-то сами собой стали возвращать меня в этот мир.

— Броня, — ой-ой-ой, — а ведь… враги с дурными намерениями не могут проникнуть в вересковые пустоши, так ведь?

Броня лишь закивал, а я сделала глубокий вздох.

— Значит, ты думаешь, мы просто так изгнали Мастера теней? — Жалостливо и виновато глянула я на Броню.

— Ничего не бывает зря. Лучше потом извиниться, чем… — Броня не договорил, но я и так поняла, что он имел в виду мою предположительную смерть. — Не волнуйся, все будет хорошо.

Слабое утешение, но другого все равно нет. И не будет. Ты скажи — когда? Дату, время, лунный цикл. Эх…

Перед спаррингом я была настолько разбита, насколько бывает разбита ваза, рухнувшая с дозорной башни. Мастер теней — предатель. Да наплевать! Его изгнали! Он не вернется, я его возможно больше не увижу… Да, я знаю, он хотел меня… мне… в общем — плохой мальчик. Но все равно. Я ведь с ним даже не попрощалась…

Нашла, по чему страдать и чего жалеть, конечно же! Но… чувства невозможно просто взять и выкинуть.

Ну, как так-то??? Не верю, не верю, не верю! Блин… предательство, какое же коварное предательство. Я думала, он враг, он уверил, что это не так. Но теперь — снова… Это просто невыносимо рвало мне душу на части. Но больше всего меня буквально выводило из себя, что я все еще не воспринимала его как врага. После всего, что было, ну, как он может быть врагом?

Конечно, я ни с кем своими переживаниями не делилась, но мой вид «я в глубокой депрессии» невозможно было не заметить. Спрашивали о нем все: ви Трина, некро Крич, ив Дан, даже когда я зашла к коменданту за дополнительным одеялом, и тот поинтересовался, что это со мной. А ведь комендант — призрак, которого я своим появлением отвлекала от творческого процесса написания картин. Так что — представляю, как я выглядела.

Черныш, конечно, ободрял меня, заверял, что в словах Стража правда, только правда, и ничего кроме правды. Но все равно…

Первый день зимы пришел неожиданно. Не успела я продрать глаза, как в дверь заколотили. А? Это было удивительно, но мозг еще пока не завелся, потому я встала и пошла открывать. За дверью стоял он. Ну, подумаешь, «он»? Но когда вспышка озарения разнеслась прозрением по всему организму, меня сначала бросило в холод, а потом в жар. Глаза открывались медленно, но верно.

Пока я набирала в грудь воздуха, он уже шагнул ко мне и взял за плечи. Улыбка на его лице играла превосходством.

— Тише-тише, — ласково проговорил он, а потом пригладил мое осиное гнездо на голове. Ой, черт!

— Что ты?.. То есть?.. Как ты?.. Сейчас же утренняя рань!

Он рассмеялся, а потом с каким-то удовольствием изучил мои губы. Нервно сглотнула.

— Вы не могли бы ворковать в коридоре? — Подал голос из-под одеяла недовольный Черныш. — Мяу.

— Мы не будем ни о чем говорить! — Я вырвалась и отступила. — Уходи!

— Нет, — его темные глаза улыбались, он снова приблизился. — Я ждал достаточно долго.

Что-то на фоне всех последних событий я как-то слишком быстро переключилась на миссию «Убить Раду». Поежившись, я отступила еще на шаг, но он быстро преодолел это расстояние и оказался гораздо ближе. Сердце стучало, дыхание сбивалось. Выгони его! Выгони!

— Что тебе нужно? — Какой-то слабый мышиный писк вместо нормальных слов.

— Моя очередь, — объясняет.

Думаю. Долго. Очень долго. Он уже скучает. Ах, да…

— Что?.. — Доходит, хмурюсь, снова вырываюсь. — В такую рань, иль Кан!

— Зови меня Кан, — отмахивается он, а мои глаза округляются, — все равно же уже предназначенная пара.

— Нет! — Визжу.

— Эр! — Рычит каким-то совершенно не кошачьим рыком Черныш, откидывая одеяло. — Не ори! Тут коты спят!

— Прости, — извиняюсь шепотом.

Гневный черный кот, если честно, страшноват.

Поворачиваюсь к иль Кану, упираюсь ему ладонями в грудь и пытаюсь выставить его за дверь. Смеется, его грудь вибрирует, он умиляется моим действиям, я же краснею еще больше. Наконец удается вывести его за дверь. На всякий случай смотрю на список и не могу поверить! На декабрь был заявлен какой-то эльф, но его имя зачеркнуто и там теперь написан иль Кан.

— Нельзя вычеркивать! — Воскликнула я, тыкая в список.

— Не бойся, я все предусмотрел, — улыбается и убирает руки в карманы брюк. В отличие от меня и моей пижамы он-то при всем параде готовенький, одет с иголочки. — Это договоренность.

— Но… ведь за амулеты буквально драка.

— Я умею убеждать, — самодовольно ухмыляется он.

— Не сомневаюсь.

Делаю глубокий вздох, отворачиваюсь и хочу уже идти к себе, но иль Кан ловит меня и снова притягивает к себе. Слабо сопротивляюсь, хочу уже что-нибудь сказать, а он берет меня за руку и скрещивает наши резонирующие браслеты. Смотрит на них недолго, улыбается, а потом тянется за поцелуем…

Взвизгиваю, ударяю его по лицу (не так красиво, как это делают в фильмах или бразильских сериалах, я просто ткнула ему пальцем в глаз и царапнула ногтем нос). Иль Кан вскрикнул, зажмурился и ослабил хватку, а я нырнула к себе в комнату и захлопнула дверь. Сердце стучало, как ненормальное. Что это, черт побери, было?

Стук в дверь раздался через две секунды.

— Открой! — Почти приказ. — Ты должна мне амулет!

— Уйди!

— Рада!

— ВИ РАДА!!! — Ору, как резаная.

— Да что это такое?! — Возмущается Черныш. — Дадут мне сегодня поспать или нет?!! МЯЯЯЯЯУ!

— Нет, Рада! — Настаивает. — Ты — моя!

— Размечтался!

— Ты знаешь, что это правда, — чуть тише, но я его слышу, ведь он как будто проникает в самое сердце.

Ну, нет уж! Он еще тот козел!

Распахиваю дверь и смотрю на него угрожающе.

— Я тебе уже сказала, что не выйду за тебя, — ядовито замечаю, а иль Кан улыбается, как будто радуясь только лишь возможности лицезреть меня. — Ты меркантильный самовлюбленный болван, который думает только о себе.

— Да, любимая, зови меня как хочешь, — потешается он.

— Перестань! — Возмущаюсь, но потом беру себя в руки.

— Ты должна мне амулет, — ухмыляется.

— Хорошо, — соглашаюсь с ним на удивление слишком быстро. — Подсунь под дверь свои требования, и я их исполню.

— Нет-нет-нет, — возражает прежде, чем я успеваю снова закрыть дверь. — Амулет будет не простой.

— Я — мастер амулетов, за простыми ко мне и не приходят, — складываю руки на груди, а иль Кан улыбается.

— Пожалуй, мы будем отлично смотреться, что-то общее в нас есть, — кивает он как будто на мое самодовольство и гордыню.

Отнимаю руки, сутулюсь, стыдно.

— Этому не бывать.

— Чего ты сопротивляешься? Это судьба.

— Я не верю в судьбу.

— Верь не верь, но резонанс говорит сам за себя. Ты станешь моей женой.

— Слушай, заткнись, а? — Морщусь, а иль Кан хохочет. — Перестань! Больше ни слова о свадьбе, иначе не сделаю тебе амулет! И чтоб не лез ко мне! Что это такое? Ты же говорил, что так не делаешь!

— Это было до резонанса, — пожимает плечами. — Нельзя приставать к той, кому ты не по нраву. А тебе…

— Ты мне не нравишься.

— Не лги, — почти требовательно.

Ишь какой самоуверенный!

— А я и не лгу! — Снова складываю руки перед собой. — Раньше — да, признаю и не отрицаю, ты действительно мне нравился. Но когда я узнала тебя получше, то поняла, что ты фуфель.

— Кто? — Хмурится, не зная, как расценивать мое определение.

— Все, я тебя так и буду звать — Фуфя, — хохочу.

Стискивает зубы и порывается до меня добраться, но я его выставила, а комната ведьмы неприкосновенна. Пожимаю плечами и вскидываю брови, а иль Кан лишь перехватывает инициативу уверенности и улыбается.

— Зови как хочешь, милая, к мужу надо обращаться как-то по-особенному, — потешается.

— Амулет не сделаю.

— Ви Рада, окажите мне честь, — резко меняет курс.

Ухмыляюсь самоуверенностью теперь я, хотя иль Кан лишь подтверждает, что играет в игры и ему это нравится.

— Я подумаю.

И не успевает он и рта раскрыть, как я роняю на пол портал из теней и иль Кана переносит в другой конец Университета. Глубокий вздох. Ну и какого черта он мне нравится-то? Самовлюбленный индюк.