А утром всё повторилось сначала. Мы двигались на острие клинка и встречали стаи жуков первыми. Вновь масляные лампы потрескивали над головами, и смрадный запах гари проникал в нос. Копья сжаты в руках. А былого веселого настроения у солдат уже и не видно. В таком непростом ритме прошла ещё целая неделя. Кому-то это могло показаться рутиной. А вот меня с каждым пройденным днём начинала всё больше напрягать статистика наших потерь. И вроде бы за вторую неделю нам на пути не встретилось крупных стай инсектоидов, да и гнёзд мы больше не видели. Но всё равно потеряли ещё семнадцать солдат в бою. А на довольно сложных подъёмах сорвались ещё четверо. Итог всего этого был неутешителен, наша общая численность немногим превышала две сотни бойцов. Если учесть начальное количество воинов, которое было чуть выше трёх с половиной сотен, то всё это не только удручало, но и невероятно напрягало моё старое изъеденное опасностями чувство тревоги.

Сами потери как таковые меня вовсе не волновали. Напрягала их странность. В нашем полку практически не было потерь, а ведь именно мы все эти полмесяца сражаемся на передовой. Большая часть погибших была в полку Перека Татоева, но и Велихову похвастаться было нечем. А ещё масла в огонь моих сомнений и переживаний добавляло поведение старших офицеров. Когда они находились в рядах своих подчинённых, их лица были чернее тучи, даже у полковника Овцева. Но когда они отходили от света фонарей, в темноту, чтобы скорректировать план дальнейшего продвижения, то выражения их лиц становились неприятно веселыми и напыщенными, впрочем, как и должны выглядеть аристократы, полностью довольные своей жизнью. Жаль, что подслушать разговор на таком расстоянии я не мог.

Видя их совершенно отчётливо, в эти моменты я думал, что нужно было всё же откусить нос Переку, ну или просто пробить его мозг ядовитым жалом, прикончив эту тварь на месте. Впрочем у него наверняка имеется умение воскрешения, а значит надёжнее было осушить его артефактным оружием, сводя на нет любые дальнейшие манипуляции с душой. А если кто-то думает, что я лучше относился к нашему полковнику Овцеву, то он просто грандиозно ошибается, возможно, его я ненавидел больше, чем кого-либо во всей радуге миров. За десяток лет службы под его началом мне не досталось ни одной приличной премии, вне зависимости от степени заслуг. А для человека нет большего оскорбления, чем кража положенных ему по закону Эргов. Даже случай с получением моего наградного двенадцатого уровня, как Жерар Малихов любил его называть, обстоял совершенно не так, как всем представлялось. У меня на тот момент на балансе в банке уже находилось сто пять Эргов. И вот моё отделение в своих пространственных мешках приносят добычу из мира морозных обезьян Айселор на грандиозные более чем семь тысяч Эргов. И это только примерное количество, не включающее спасение моих боевых товарищей и лейтенанта Жерара Малихова, что тоже оценивается и довольно прилично. Только спасение ротного приравнивается к дополнительным ста Эргам. По итогу мои премиальные должны были превысить сто пятьдесят Эргов как минимум, а по факту, мне перечислили семь! Вы хоть представляете⁈ Семь Эргов. Тогда в банке я думал, что от ярости у меня зубы выкрошатся до самого основания, так сильно я был разъярён.

Но, по правде говоря, чуть позже полковник Овцев официально вручил мне в вечное пользование короткий артефактный меч с искрой Благодати. Конечно, его цена достигала пятидесяти Эргов, но это была скорее издёвка, нежели настоящая награда. По законам нашего Герцога, я не имел права осушить хоть кого бы то ни было. И по факту, лично для меня этот меч ничем не отличался от обычной заточенной железки ценой в одну золотую монету.

Стоя на плацу, получая такую дорогую награду, я и удержал себя в руках, наверное, по причине того, что уже переварил ту ярость, ненависть и чувство несправедливости в отделении банка. У меня словно выгорело всё внутри. Ведь возвращаясь из ледяного мира Айселор, после тяжелейшей миссии и полученных серьёзных ранений, я действительно надеялся поднять сразу два уровня и наконец увеличить характеристику Силы на две единицы, а главное, продлить свою жизнь ещё на десяток лет, доведя живучесть до пяти пунктов. Многие бы сразу продлили жизнь и не переживали бы о своих годах. Но тогда мне было бы сложно заставить себя остаться в армии и потратить уже точно свои последние годы на служение Герцогу. Ведь именно такое распределение характеристик было задумано мной уже давно. Я рассчитал все свои параметры на далеко идущие планы. Но все эти надежды растоптал именно полковник Овцев.

Так вот, возвращаясь к нынешней ситуации, судя по происходящему у меня перед глазами, такими темпами назад в родной мир уже никто не вернётся. Это видят все старшие офицеры. И их всё устраивает. Но зачем эти бессмысленные потери, понять не получалось. Этому просто не было логического объяснения. А вот солдаты и даже мои коллеги-рыцари, казалось, вполне довольны своей судьбой. Конечно, все жаловались на отсутствие неба над головой и на бесконечную и гнетущую непроглядную черноту мрака. Что, впрочем, не заставило их прекратить мечтать о возвращение домой как героев. Это звучало ещё глупее, если вспомнить, что мы ещё даже не преодолели и половину пути. А ведь впереди закрытый мир Тесэр, являющийся целью нашего задания, где все его обитатели представляют собой нежить. Разумную, конечно, что, впрочем, не мешает им стремиться уничтожить всё живое на своем пути. И на фоне всего этого на ночных привалах молодые солдаты делятся своими планами на будущее.

— А я вам точно говорю, — с хвастливыми нотками протянул Жуе, — когда вернусь, лично сверну нос набок этому наглецу, он на коленях будет просить у меня прощения.

— Ты чего так размечтался? — влез в разговор завистливый Чикир. — Думаешь, поднял характеристику силы и тебе никто не страшен? А если они тебя потом десятком в тёмном переулке встретят? Не думал о таком развитии событий?

Чикир был раздражён. И этому было довольно много причин. Некоторые новобранцы уже набрали на несколько уровней больше, чем он сам. Но выводил его из себя не сам этот факт, а то, что это случилось после разговора Мареша именно с этими солдатами. Он, поведал им что-то, после чего эти воины прямо на глазах становились практически вровень с ветеранами. Огромная сила, повышенная скорость реакции. Да им даже новую экипировку вытребовали, прямо во время миссии. Такого Чикир вообще не мог припомнить на своей памяти, чтобы интендант Хешов расщедрился до такой степени. Они и ранений вообще не получили, в отличие от самого Чикира. И теперь эти морды сидят и мечтают, как будут налаживать свою жизнь дома, уже опираясь на увеличившуюся личную мощь.

— Пусть только попробуют! — весело сказал Тал. — Тогда мы вдвоём с Жуе отделаем их в этом же тёмном переулке, так что кости потом сращивать ещё полгода будут.

— Эх, деревня. Сразу видно, вы с окраин города и ничего не знаете, — со знанием дела начал Елос, — а я по возвращение в родной мир пойду в торговую гильдию, думаю, смогу договориться, и мой контракт выкупят у генерала. Сильные воины всегда нужны. А там охранять от зазнавшихся покупателей будет куда проще, чем нурглам или этим жукам в пасть смотреть.

Как ни странно, но Мареш посвятил и Елоса в эту маленькую тайну. Всё же при его внешней наглости и порывистости мозги у него в голове, похоже, присутствовали. Иначе ветеран не стал бы рисковать разгневать своего старого командира.

— И где ты такое слышал? — не выдержал всезнающий Чикир. — Ну, про выкуп контрактов.

Елос гаденько улыбнулся, но всё же ответил.

— Ты думаешь, такая информация может быть бесплатной? В этом мире всё имеет цену! — повторив тем самым слова Чикира почти дословно, ответил Елос.

— Ах ты, тварь паршивая! — Чикир подскочил и взвизгнул. — Да я тебя сейчас на куски порежу!

— А вот это у тебя уже не получится, — Елос встал и повёл плечами, — кажется, всё немного изменилось.

И уверенно ударил под рёбра визгливого воина под шум одобрительных криков всего отделения. Солдаты частенько спускали пар небольшими ночными потасовками. Но это никогда не переходило черту членовредительства. Всех ещё в первую ночь убедил пример с отбитым мизинцем левой руки Елоса. Такого понимания твоей позиции не добиться никакими разговорами. Просто раз, и тебе доверяют даже больше, чем самому себе. А вообще, эти новобранцы у меня уже поперёк горла. Стоит только обучить и натренировать из них достойных солдат, на которых можно положиться, доверить им свою спину, как об этом сразу же сообщают старшим офицерам, и моё сложившееся отделение опять частично расформировывают. И вот снова новобранцы пополняют мой отряд. Как же это раздражает! При этом на моё недовольство ответ лейтенанта Малихова всегда был стандартный: приказ генерала Тараса Кровавого, и с этим ничего поделать было нельзя. Исключением за последние годы стали, наверное, только Мареш и Улер. Но найти более бездарных и безынициативных воинов, скорее всего, было бы невозможно. У этих солдат попросту не было подходящих качеств, так необходимых для настоящих воинов. Они поначалу своей службы даже не стали распределять свободные очки характеристик, свято веря, что их командир о них полностью позаботится. Так они своим упорством меня переиграли даже. Видя, что больше месяца эти новобранцы не улучшают параметры, я приказал им это сделать. А они в ответ:

— А какие, господин Корвин? — и морды простые, словно кирпича просят.

Но долго злиться на их излишнюю простодушность не получилось. Наверное, именно поэтому у них самый лучший набор характеристик, который я только смог придумать. За годы тренировок они смогли поднять естественным образом характеристику Выносливость с трёх до четырёх единиц. А в остальном параметры у этих воинов получились на загляденье и выглядели практически одинаково.

Истинное имя: Мареш

Возраст — 31 год

Уровень — 9

Параметры:

Сила 7/10

Ловкость⅘

Интеллект⅗

Живучесть⅘

Выносливость⅘

Восприятие⅘

На десятом уровне Мареш и Улер вложат свободное очко в характеристику Живучесть, доведя её до пяти единиц. И смогут спокойно вернуться к мирной жизни. С такими характеристиками им будут рады практически везде, так что старость эти воины смогут встретить, не отказывая себе в приятных мелочах.

Но возвращаясь к новобранцам. Таким вот образом, в итоге у меня приличный состав солдат не задерживался дольше нескольких миссий, или пяти-шести месяцев. Что в последние годы частенько приводило меня в бешенство. Каждый раз одни и те же молодые лица сопливых, зелёных новобранцев. И каждый думает, что лучше всех знает буквально всё на свете. Честно говоря, трудно подсчитать, сколько в моём отделении сменилось солдат. Может быть, даже больше полутысячи. Последние годы мне стало совсем неинтересно запоминать их имена. Причём мой улучшенный интеллект тут был не помощник. Видимо, за годы службы новобранцы просто перестали для меня что-либо значить. Как не ценили старшие офицеры рядовых воинов, так и я уподобился этим зазнавшимся аристократам. Но, как и говорил, кого-то толкового и перспективного довольно быстро забирали у меня из отделения.

Одно только радовало, сложившиеся обо мне пугающие истории и слухи очень сильно облегчали мою работу. Частенько хватало одного наказания, и все новенькие понимали, что во всех этих байках про старого рыцаря Корвина вранья-то и не так уж много. Но если быть честным, толковые воины тоже погибали, но их мне было на самом деле совсем не жаль. Ведь их всё равно переведут в более перспективные отряды. Оставляя мне таких солдат, как Мареш. Он, конечно, исполнителен, но как показывают многочисленные случаи, когда я попадаю в опасность, инициативы от них не дождёшься. И даже это было не так плохо, как может показаться на первый взгляд. Проблема таких бойцов была совершенно в другом. Они в душе не воины, это абсолютно не их стезя. Иногда нужно пробовать атаковать нестандартно, где-то яростно, иногда даже поддаться в малости, отдав руку, но спася свою жизнь. А Мареш, как выучил пятнадцать лет назад свиток умения Владение мечом, так за эти годы его техника не поменялась ни на грамм. И когда возникает нестандартная ситуация, он бьёт, но уже не надеется попасть.

И эта проблема возникла не из-за низкого интеллекта, как может показаться. Ведь эта характеристика в большей степени отвечает за память и аналитические возможности человека и много меньше изменяет сам характер. Поэтому проблема заключается именно в его характере и, наверное, душе. Его просто всё устраивает, он не стремится добиться вершин. Нет, он, конечно, не отказался бы занять место того же полковника Овцева, так, в воображении, но вот сделать для этого хоть что-то, пусть даже малость, пусть даже шаг по направлению к этой цели, этот воин не готов. И вот именно это и характеризует Мареша в полной мере. Он может придумать тысячи причин, останавливающих его, но хотя бы одну в пользу этого решения искать он не будет никогда.

В такой весёлой, а местами и раздражающей обстановке я каждую ночь у себя в палатке продолжал изучать схемы своей активной брони, носящей величественное название Крушитель Зертос. Но объять необъятное пока не удавалось, поэтому все силы были сосредоточенны на самой неповрежденной системе, а именно — Комплекс автономной деструкции и регенерации. Постепенно, ночь за ночью, удавалось разобраться в новых терминах. Теперь слово «деструкция» не вызывало у меня сложностей и необоснованных опасений. Оказывается, этот комплекс в своём рабочем состоянии мог выделять из помещённых предметов ценные части и ингредиенты. Допустим, из костей вожаков нурглов можно получить редкие элементы металлов. Которые, кстати, дорого покупают торговцы в нашей крепости. Но не это было главное. По всей видимости, была возможность с помощью необходимых веществ начать регенерировать этот экзокостюм. А вот как это сделать, выяснить пока не удавалось. Подходящего меню на экране не отображалось. И даже помещённые в этот отдел на спине несколько дополнительных крупных камней маны ничего не изменили. Возможно, всё дело в отсутствии внутреннего источника энергии. А пока малый магический дар у меня не появился, остается только повышать свою техническую грамотность. Ещё, по всей видимости, мне с этим поможет увеличение характеристики интеллекта. Но это уже перспективы совсем далёкого будущего.

Окончательно решив для себя, что моя скрытность в открывающихся неприятных обстоятельствах уже избыточна, я каждую ночь в палатке сливал свободные Эрги в свой накопитель. Демонстрировать или даже случайно показать его существование было для меня однозначно дорогой к мучительной смерти. Поэтому все манипуляции я проводил только в личной палатке. Так, уже в первую ночь в гнезде жуков энергия Благодати, полученная за инсектоида-стража, была мной сэкономлена. Как же приятны эти слова. Возникает чувство справедливости за все те случаи, когда эти жадные аристократические высшие люди лишали меня премиальных, заработанных потом и кровью. И если бы так поступали со всеми рыцарями, я бы это понял. Но такую избирательность стали проявлять исключительно ко мне. Мои попытки выяснить причины такой несправедливости натыкались на вполне разумные доводы со стороны начальства. Мол, не должно быть большой разницы в премиях среди рыцарей. Это может вызвать недовольство среди младших офицеров. И это за личной подписью генерала Тараса Кровавого. Ну, так о каком недовольстве может идти речь, когда эти увальни ничего и не делают. Поэтому у них и низкие премиальные, никто из них не рискует своей жизнью, жизнями своих солдат. Ладно, не стоит ворошить прошлое. Бывает, ярость так поднимается из глубины души, а может, возраст попросту берёт свое и хочется немного побрюзжать. Благо теперь мне достаточно посмотреть на цифры сэкономленного опыта, как настроение, пусть даже ненамного, но поднимается.

(0/240)

(1268/5000)

Так вот, именно тогда, глядя, как неохотно был убит жнец [3] ранга нашими старшими офицерами, а также наблюдая за потерями, что он успел нанести, я окончательно понял, что никто даже не пытался следить за нами. Командирам полков по какой-то причине это уж точно не нужно. Поэтому за вторую неделю мне удалось переместить в накопитель значительно больше энергии Благодати, а если быть точным, то триста семнадцать Эргов. Жуков на мою долю доставалось не так чтобы много. Но я абсолютно точно не собирался жадничать. Наоборот, образ хромающего, раненного воина мне удавался всё естественнее. Даже удары получалось наносить так, словно бы через боль. К концу второй недели в моём личном накопителе было уже чуть более полутора тысяч Эргов. Просто неслыханное количество.

(0/240)

(1585/5000)