Утром третьего дня нам всё-таки пришлось сойти на берег. Река делала резкий поворот на север и, если верить моей карте, дальше двигаться на плоту не имело абсолютно никакого смысла. Да и если говорить честно, на деле сплавляться по реке оказалось не так уж легко и беззаботно, как этого хотелось бы. Потому что когда за одну ночь раз десять плот застревал на мелководье и его приходится всем отрядом перетаскивать через этот участок реки, то нормально уснуть с замоченными ногами обычно ни у кого не получалось. Конечно, меня это совершенно не касалось, так как экзокостюм продолжал меня радовать в этом плане, но вот спокойствия такое передвижение точно не добавляло.

По ориентирам, до нашей крепости Новый Сибирск обычным маршем оставалось пройти порядка пяти суток. Но это были гораздо более спокойные области. Да и густой лес здесь встречался не так часто. К тому же на нашем маршруте через два дня будет мелкая деревня Кривой колос. А оттуда мы вообще практически по уже полноценному тракту пойдём. И это в разы увеличит нашу скорость. Конечно, особого смысла посещать эту мелкую деревушку не было. Да и вообще, если бы она не лежала строго на нашем маршруте, я не стал бы на это тратить время.

Почти целый световой день мы безостановочно двигались по чахлым перелескам. И нам то и дело встречались мелкие, голов в десять стаи нурглов. В итоге от былой радости моего отделения не осталось и следа. Судя по их огорчённым лицам, они ожидали, что мы на плоту прибудем прямо к центральным воротам нашей крепости. Но хоть глупыми вопросами меня пока не отвлекали и не раздражали понапрасну. Лишь шёпотом у Мареша спрашивали всякий наивный бред, и он им, естественно, отвешивал затрещины, но так, несильно, просто для профилактики. Вот так и шли.

Маги тоже притихли, даже между собой не разговаривают, а уж в мою сторону так и вообще стараются не смотреть. Страх и уважение — это, конечно, хорошо, но здесь, похоже, нечто другое. Опять они замыслили что-то. Но от их коварных планов, если они их задумали осуществить руками своих семей, мне никуда не деться. Так что относился я к этому в некоторой степени философски. Но если говорить более откровенно, глядя на этих заносчивых магов, в моей голове всё чаще появляются мысли наведаться домой к этим честным благородным аристократам как-нибудь ночью. Дабы разрешить наши разногласия раз и навсегда. Потому как прощать им попытку моего отравления я в любом случае не собирался, несмотря ни на какую виру. Но сделать это нужно обдуманно и так, чтобы уже ко мне не возникло никаких лишних вопросов. Так-то план достаточно легко реализуем. Потому что личный пространственный мешок у меня уже есть, и как раз он сильно увеличивает мои возможности. Сферы кислотной алхимической смеси тоже ещё остались. Нужно лишь дождаться сильного дождя и ночью прокрасться в их дома. А с учётом моего теперешнего уровня характеристики Сила, я смогу их нейтрализовать, даже не проронив ни единой капли крови. И когда это происшествие будут расследовать, это может сильно усложнить поиски виновных. Но всё это планы далеко не завтрашнего дня, потому как подходящий момент может подвернуться ещё не скоро.

Ночью я решил немного взбодрить мой разболтавшийся отряд, поэтому расположил наш лагерь максимально неудобно для его обороны, в густой чаще. Твари здесь ещё явно непуганые и молодые. Это было видно сразу, ведь они даже толком скрывать своего присутствия не пытались, с плотоядным интересом разглядывая моё отделение из-за деревьев. Поэтому, естественно, стоило только дать им подходящую возможность, как ночью нурглы сбились в крупную стаю и напали, аккурат после полуночи, хотя более грамотно было бы атаковать ближе к рассвету, когда часовые уже клевали бы носом. Но действовали они, чётко ориентируясь на свои инстинкты. Но это и не удивительно. У них явно не было вожака, а без него ожидать особых изысков диверсионной деятельности не приходилось. Нурглы ползли, тихо пофыркивая, на самой грани моего восприятия, пытаясь использовать эффект неожиданности. Мои же солдаты крепко спали после изнурительного дневного перехода. А караульные просто поддерживали пламя в кострах.

— Тревога! — скомандовал я. — Леур, барьер!

Бойцы начали подскакивать. А я как-то даже обыденно, отдав команды, начал стрелять из лука. Нурглы бросились в атаку, пытаясь успеть схватить хотя бы дозорных, но на полном ходу расшибли свои головы о магическую защиту. А следом получили стрелы в грудь. Весь бой закончился за минуту. Потеряв почти половину своей стаи, твари в панике бросились врассыпную под защиту деревьев. У меня от подобного боя даже сердцебиение не участилось. Я ожидал, что и остальные воспримут этот эпизод так же невозмутимо. Но глядя на лица солдат, даже опытного мага Леура, понял, что это вовсе не так. Все были крайне испуганы и взбудоражены, кровь неистово бурлила у них по венам. Получается, этот бой только мне представлялся обыденным. А может, просто если мыслить рационально, то и нет смысла переживать, когда ты уверен в своей безопасности.

— Опустить барьер! Талер, шар света подними повыше! Бойцы, собрать трофеи! — недовольно прошипел я, сам тем временем снова укладываясь спать. Давно заметил, что если хорошо высыпаться, то и настроение на утро всегда на высоте. Смысла же самому пытаться собрать Эрги не было никакого, потому как уровни нуглов были в основном первые, да и что самое главное, мало их там было. Ну и в ночной темноте солдаты изрядно попортили даже тех лесных тварей, которых я аккуратно уложил стрелой в правую грудину.

На рассвете, сидя у костра и с аппетитом поедая кашу с мясом, вновь вернулся своими мыслями к свитку, который выпал с иллюзорного червя.

Свиток умения — Ментальный удар (⅕)

[2] Ранг

Описание:

Ментальный удар, направленный на затруднение мозговой активности противника. Дистанция применения не более пятидесяти метров, чем ближе находится объект воздействия, тем выше степень повреждений. Стоимость применения — сто единиц маны.

При изучении шанс успеха 11%, шанс смерти 7%

Насыщение:

61/100 Эргов

Не летальный дистанционный удар. Скорее всего, противник будет терять сознание ну или, как минимум, окажется дезориентирован. Очень полезный навык, как ни посмотри. Жаль, что без источника маны шанс выучить его так ничтожно мал. Но даже странно, что из такой твари выпала настолько интересный свиток. Хотя наверняка у него была способность и получше. Тот морок, которым он меня одурманил, возможно, был вообще [3] ранга. Но если учесть, что мои ожидания находились на уровне пустышки [2] ранга, то подобный, не побоюсь этого слова, подарок Благодати крайне удивил. Обдумывая все эти странности шансов выпадения свитков умений, я перевёл Эрги в накопитель.

(0/220)

(819/5000)

Убрав накопитель в невесомый колчан, вспомнил, что в иллюзии поглотил Эрги с тела Анорака, но в действительности его, конечно, не было. И нашёл же этот червь в моей памяти ту тварь. Анорак, а ведь неизвестно, кто из них мог быть опаснее на самом деле. Ведь этот монстр из нижних миров, тоже очень славился своим пристрастием поедать заживо попавших под его морок жертв.

Сегодня к вечеру мы уже наверняка будем в деревне Кривой колос, поэтому общий боевой дух был на высоте. Новобранцы в своих мечтах уже тискали молодых деревенских девушек на сеновале, а ветераны пускали слюни в предвкушении деревенской стряпни. Двигаться действительно стало легче. Землю за ночь сковал слабый мороз, и на ноги пока перестала прилипать грязь огромными комьями. Да и деревья нам практически перестали попадаться. А небольшие холмы давали прекрасный обзор, и двигаться можно было, не ожидая внезапного удара из-за очередного дерева или куста. Поэтому все расслабились, а я разрешил сделать даже полуденный привал, чтобы перекусить.

Когда дело уже шло к закату, солнце начало приобретать багровый оттенок, завораживая своим видом.

Иллюстрация. Завораживающий закат в родном мире Земли.

Все воины были полностью поглощены разговорами между собой, роняя слюни в преддверии удовольствия по тому или иному поводу. Я же специально не стал никого предупреждать. Никто даже не обратил внимания, как удобно стало идти, а ведь это потому, что мы двигались по звериной тропе. Когда Чикир начал проваливаться в волчью яму, я несильно бью плашмя тесаком ему по спине, и он благодаря этому почти перелетает ловушку. Дальше его реакции уже хватает, чтобы зацепиться руками за траву и не рухнуть туда целиком. Чикир взвизгнул от страха, а все бойцы вздрогнули и засуетились. Ну как все, Мареш и Улер улыбались. Ну что тут скажешь, толковые воины, настоящие ветераны. А ведь я им даже не намекнул об опасности. Когда достали нашего счастливчика, я, зло шипя, скомандовал Марешу:

— Всем новобранцам и Чикиру по пять плетей!

Плетью по голой спине особенно приятно получать в морозную погоду. Перебинтовав окровавленные спины друг другу, ведь свой удар Мареш не сдерживал, они продолжили путь. Уже никто теперь не вёл разговоры про красивых доступных деревенских девушек. Взгляды моих солдат, конечно, после экзекуции были озлобленны, но и терпеть такую недисциплинированность и невнимательность я был не намерен. Всё же я не нанимался им нянькой, и свои жизни они должны научиться беречь сами, хотят эти пустоголовые новобранцы или нет.

Дойдя до деревни Кривой колос уже после заката, мы остановились на расстоянии двухсот метров от главных ворот, на всякий случай, чтобы даже шальная стрела долететь до моего отделения не могла. В небольшой надвратной башенке никого не было. И я отправил Елоса, как самого бесполезного, стучать в ворота.

— Открывай, солдаты генерала Тараса Кровавого прибыли! — орал он, оглашая округу.

Видимо, что-то неладное творится в этой деревне, потому как нам не открывали почти пять минут. А ведь всего в дневном переходе бродят нурглы, причём в довольно серьёзных количествах. Спустя некоторое время в надвратную башенку залез совсем ещё молодой паренёк с масляной лампой в руках.

— Сколько вас? — выкрикнул он, вглядываясь в темноту. — Если вы пришли сюда грабить, то вам несдобровать, у нас сотня воинов в деревне, и мы дадим отпор любому обидчику!

— Леур, шар света! — отдал приказ я.

Моё отделение наконец-то стало видно деревенскому защитнику, потому как факелы и масляные фонари мы не разжигали. Поняв, что опасаться особо нечего, отряд двинулся ближе к воротам.

— А ну, открывай! — снова заорал Елос. — Не видишь, что ли, господин офицер устал с дороги⁈

Магия у деревенщин до сих пор вызывала страх и трепет. А за сотни лет у любого человека, от совсем молодого до дряхлого старика, было выработано чувство уважения и глубочайшего почтения к любому носителю магии, ведь это было признаком аристократии. Также любой деревенский житель знал, что только военные отряды нашего Великого Герцога имеют в своих рядах настоящих офицеров и боевых магов.

— Сейчас-сейчас, — заторопился молодой паренёк, — сейчас открою.

Постепенно одна створка ворот начала открываться. Вблизи парень оказался совсем мелким, ему не было и пятнадцати лет. А позади него столпилась разномастная группа жителей деревни. И совсем старые люди, держащие копья в руках, такие же, как и я сам.

И даже несколько девушек, потешно пытавшихся выглядеть особенно грозно.

— Простите нас, господин офицер, что вам пришлось ждать, — склонился совсем седой старик, — я староста этой деревни, прошу, заходите скорее. По ночам стало очень опасно в округе. Пройдёмте, мы разместим вас, — прохрипел староста.

— Нет нужды, мы встанем лагерем в центре деревни, — холодно прошипел я, — а пока обстоятельно поведай мне, староста, куда подевались ваши воины?

Лепетал и юлил он долго, всё старался как-то сгладить неудобные углы и постоянно чего-то недоговаривал. Но пара тычков под рёбра от Улера словно омолодили его лет так на десять. И так складно он начал докладывать, словно служил когда-то в армии Герцога. А всех тайн-то здесь и на мизинец не было. Пришёл в прошлом году отряд из пяти воинов к ним на зимовье. Платили хорошо, вели себя тоже прилично. И за четыре месяца, пока не сошёл снег, разговорами своими сманили взрослых мужчин этой деревни в свой отряд наёмников. Это понятно, что совершенно точно они решили разбоем заняться. И всё было у них неплохо до поры до времени. Но вот месяц назад не вернулись эти бравые разбойники. И теперь деревенские оказались в незавидном положении. Взрослых мужиков нет, одни бабы считай остались. И помимо простой необходимости следить за хозяйством и обрабатывать поля, их теперь и защитить-то некому. История, конечно, была очень слезливая, и глазки молодые девчата делали невероятно печальные и просящие. Но вот верилось в эту брехню уже с большим трудом.

— Есть конкретные просьбы, лично ко мне, как к офицеру армии Герцога? — прошипел я. — Помимо поиска и казни группы разбойников, которая завелась в этой округе?

Стоящие рядом деревенские побледнели, девчата так и вообще позакрывали рты руками, чтобы не зареветь в голос. Но староста быстрее всех пришёл в себя от услышанного.

— Да, просьба есть, — неуверенно сказал староста, — в десяти километрах к западу место гиблое есть. Холм каменистый, очень необычный для наших мест. Так вот, лесные крысы там гнездо своё устроили. Скотину таскать начали нашу. Не ровен час, и кого из селян нашей деревни загрызут. А гнездо не каждая крыса может устроить, это ж вожак там, не ровен час, завёлся! Не даст он деревне нашей житья в сезон холодов. Очень просим, господин рыцарь!

Старик, сказав это, низко поклонился.

— Я подумаю над твоей просьбой. Утром сообщу моё решение, — холодно прошипел я, — а ты подумай, как будешь расплачиваться со мной.

— А разве вы не обязаны помогать подданным Герцога, мы ведь его люди⁈ — с вызовом выкрикнула толстая бабёха в возрасте.

Я поднял забрало шлема и обвёл взглядом всех стоящих передо мной деревенских жителей. Бабы взвизгнули, и кто-то из них даже упал в обморок, а староста и молодежь рухнула на колени и взмолилась.

— Просим прощения, просим прощения, она давно из ума выжила! — причитал староста.

— Утром жду предложения! — раздражённо прострекотал я.

На этом мои ночные переговоры и закончились. Тем временем отделение в основном переживало о недавно возникших болях в спине, нежели о произошедшем в деревне. Да и вообще, новобранцам было абсолютно плевать на судьбу какой-то мелкой деревеньки. Крупного помещения, чтобы разместиться всем вместе, в деревне, естественно, не было, а разделять солдат по разным домам Устав не позволял, да и просто это было небезопасно. А вот в амбаре ночевать я не захотел уже сам. Не нравилась мне эта вонь буквально с самого детства. Поэтому мы разбили лагерь на крупной площадке в центре поселения. Уже засыпая, я подумал, что не такой уж и хорошей идей было заходить в окраинную деревню. У них всегда есть парочка проблем и бесконечное количество просьб. Да и жгут их регулярно. А потом наш генерал вновь заселяет окраины своих земель бездомными из крупных городов. Так что помогать этим безумцам, которые поверили россказням разбойников, довольно сомнительное удовольствие. Ведь так или иначе, но их деревню можно уже сейчас считать погибшей, ещё до наступления сезона холодов. Потому как староста верно подметил — как только в лесах у тварей станет меньше еды, они обязательно проверят пару раз на прочность оборону этой деревеньки. И судя по тотальному отсутствию толковых защитников, судьба поселения Кривой колос уже предрешена.

Утром, отлично выспавшийся, я выходил из палатки в уже благодушном настроении. Но при виде ожидающей меня делегации настроение стало ещё лучше. По правде говоря, успел уже о них позабыть. Благо ума и такта им хватило дождаться, когда я поем. Иначе Улеру пришлось бы кого-то хорошенько отделать. Всё это время староста стоял, обдумывая предстоящий разговор. Старый, угрюмый и о чём-то явно сильно переживающий.

Иллюстрация. Староста деревни Кривой колос.

— Сначала покажи на моей карте, где находится этот холм, — подзывая ближе к себе старосту, прошипел я.

Забрало моего шлема было опущено, и вновь на меня было приятно смотреть. Но деревенские жители, видимо, не забыли, насколько интригующе выглядело моё лицо ночью в отсветах факелов. Поэтому староста подходил медленно и очень неохотно. Но всё же склонился над картой, которую я положил на стол.

— Вот здесь, господин, — тыкнул крючковатым пальцем старик.

— Так, понятно, — протянул я нехотя. — Что по моей оплате? Надеюсь, ты на старости лет не забыл расценки?

— По правде говоря, золота в нужном объёме у нас в деревенской казне нет, — произнеся это, он склонился в почтительном поклоне, — единственное, чем мы можем полновесно расплатиться, так это наложницами. Надеюсь, десяток молодых девушек на ваш выбор будут достойной наградой?

— Приведи, — махнул я рукой в одобрительном жесте, — но только тех, кто не станет мне создавать проблем в будущем.

— Да, господин, будет исполнено, — сказав это, он убежал.

Уже через пять минут передо мной стоял нестройный ряд молодых девушек. Было их порядка двадцати. У некоторых за спинами стояли дети, а одна была вообще на сносях.

— Кажется, старик, ты всё-таки меня неправильно понял, — махнул я рукой Улеру.

Мой воин лёгким и быстрым движением оказался возле старосты и ударил его под рёбра. Старик упал, закашлялся. Но тут же начал бодро подниматься.

— Леур, Михаил, лечение на этого старика, — прошипел я.

Маги не стали раздумывать над моим приказом, хотя если говорить честно, он был очень спорным. И они, в принципе, могли бы и отказаться исполнять его. Две волны лечения буквально омолодили старое тело, у него даже кожа на лице стала светлее.

— Господин, простите, я всё исправлю, — прохрипел староста и метнулся прогонять девушек с неподходящим приданым в виде детей.

Конечно, красивых девушек, как моя Тали, здесь не было и в помине. Но довольно симпатичные однозначно присутствовали. И почти все очень молодые. Я начал указывать на тех, кого забираю.

— Ты, подойди ближе, — указывая пальцем, прошипел я, — а теперь повернись!

Мои бойцы с интересом и невероятной завистью смотрели, как я выбирал себе десять новых наложниц. Наверное, в этот момент даже самый современный доспех не мог сравниться с этим чувством власти, которое они видели воочию. На их лицах проступила такая незамутнённая ничем зависть, что казалось, алчное пламя, которое жгло их изнутри, можно было увидеть сквозь их глаза. Но это так и было. Офицер, пусть даже и младший, обладал огромными правами. И это именно ему принадлежала награда за сторонние заказы, конечно, если оплата не происходила в Эргах или в артефактах с искрой Благодати. Отобрав тех, кто мне больше понравился, я скомандовал:

— К вечеру они должны собрать свой скарб и приготовиться к длительному маршу!

Мы свернули лагерь и отправились к этому, как назвал его староста, гиблому месту. Я очень удивился, когда старик указал мне координаты на моей карте. Может, обычному человеку туда действительно добираться полдня, но нам потребуется от силы пару часов. И кому могло прийти в голову построить деревню настолько близко к потенциально опасному месту? Естественно, я был уверен в своих подозрениях почти на сто процентов, но мне всё равно необходимо их проверить. И не столько из-за того, что этого требовал Устав, сколько из-за желания добыть ещё немного неучтённых Эргов лично для себя.

Иллюстрация. Гиблое место, возле деревни Кривой колос.

По факту гиблым местом оказался не каменистый холм, а разрушенный до основания древний форт. Очень древний. Хотя некоторые каменные постройки ещё были относительно целы, и в них угадывались былые очертания. Увидев развернувшуюся перед нами картину, все напряглись. Даже до моих недалёких новобранцев стало доходить, что здесь явно не всё так просто. Ведь крысы любят копать норы, а в каменных разрушенных подвалах их особенно сложно делать, потому как в мягкой глинистой земле их вырыть намного проще.

Когда мы уже начали подниматься на холм, именно тогда я впервые заметил небольшие тепловые отметки над осколком стены. Но они продолжали прятаться, дожидаясь момента, когда мы сократим дистанцию. Мои бойцы покрепче перехватили щиты и копья в своих руках и сбились в ещё более плотный строй. Медленно и осторожно мы проходим следующие пятьдесят метров. Предвосхищая поднимающиеся силуэты, я успел выкрикнуть команду:

— Барьер, оба!

Моих бойцов накрывает сначала одна защитная пелена, затем с небольшим запозданием второй магический барьер отрезает их от внешних воздействий полностью. Я же двигался на десять метров впереди. Опасности для себя не чувствовал, поэтому даже не думал укрываться под защитным куполом. Среагировать на вспышку сумел только отчасти. Щит, который держал в правой руке, я успел воздеть над головой на одних рефлексах.