С одной стороны, внушительное здание представительства Восточного Концерна в Грюннвахте полностью вписывалось в городской пейзаж — серый гранит, аккуратно отполированный почти до зеркального блеска, облицовка латунью, строгая геометрия форм, уважаемая цвергскими ценителями. С другой — быстро становилось понятно, что это место принадлежит корпорации, государству внутри государства, живущему по своим законам. Выверенный до мельчайших деталей стиль, сплавленный с небрежно демонстрируемым богатством. Огромная эмблема над главным входом: четырёхгранная наковальня на фоне пересекающихся шестерней, я готов поклясться, была целиком изготовлена из драгестола.

Роскошь на грани расточительства. Могущество. Власть. Ни одно здание в центре Грюннвахта не могло похвастаться подобным, включая ратушу и городской суд. Представительство стояло на стыке административного и промышленного районов, что позволяло одновременно держать связь с городскими властями и контролировать цепочки производства. Считалось, что каждый пятый завод, как надземный, так и подземный, в той или иной мере принадлежал Восточному Концерну.

Тяжёлые двойные двери из тёмного металла с заклёпками, явно зачарованные, поскольку открываются легко и бесшумно. Посты охраны по бокам в нишах, проходя мимо которых практически ощущаешь на себе внимательные взгляды. Просторный вестибюль, по размерам не уступающий тронному залу Полуночи, сохраняющий всё тот же безупречный корпоративный стиль.

— Здесь всё напичкано чарами на слежку! — прошептала Лита с левого плеча. — Комиссариату и не снилось!

— Тебя отследили?

— О, наверняка! Так что, если связующая нить оборвётся — не волнуйтесь. Я всё равно пробьюсь, и не такие барьеры преодолевали!

Я оглянулся на Мелинду — похоже, Зури только что сообщила ей ту же самую информацию. Несложно было предположить, что её скромная маскировка здесь никого не обманет. А спустя несколько секунд подоспело и прямое подтверждение — в виде подчёркнуто-вежливого цверга, возникшего перед нами словно из ниоткуда и склонившегося в глубоком поклоне.

— Достопочтенные посетители! Лорд Виктор фон Харген, леди Мелинда фон Аурингер, Восточный Концерн рад видеть вас в своих стенах. Канцлер по внешним связям ожидает вас и готов принять немедленно.

Ещё один поклон — на этот раз короче и более официозный, в сторону Зури и Элгрида.

— Вашим спутникам будет предложена зона ожидания. Прошу отнестись с пониманием, протокол переговоров на высшем уровне требует строжайшего соблюдения. Лорд Виктор, касательно астральной проекции вашего верховного мага…

Я покосился на левое плечо.

— Лита, вернёшься через полчаса?

— Ещё как вернусь!

Элгрид и Зури отправились к зоне ожидания — отгороженной области вестибюля с лавками и столиками, предназначенными как для цвергов, так и посетителей повыше. Встречающий нас цверг отвесил третий поклон.

— Благодарю вас. Лорд Виктор, леди Мелинда, прошу следовать за мной.

Мы углубились в сеть коридоров здания, изнутри напоминающего хорошо продуманный и вовремя заведённый часовой механизм, где все дела и разговоры шли за закрытыми дверьми, а попадающиеся навстречу сотрудники были как один сосредоточены и молчаливы.

— Какая невероятная честь!

Высокий цверг с ухоженными бакенбардами, в мундире цвета меди, края которого скреплял золотой аграф с цепью, встал из кресла и отвесил нам рекордно низкий поклон.

— Достопочтенный лорд Виктор, когда по Грюннвахту прошли слухи о вашем прибытии, я и помыслить не мог, что вы решите навестить нас лично. И уж тем более, что с вами будет сиятельная леди Мелинда! От всей души и от лица всего Восточного Концерна счастлив приветствовать вас обоих. Бальдур Хаммергролл, к вашим услугам!

Большой кабинет. Больше моего собственного раза в два точно, за счёт чего — несколько неуютный. Два стола — один рабочий, у стены, где расположились папки, бумаги и книги, плотно, но в удивительном порядке. Другой — переговорный, за которым как раз принимали нас, из лакированного красного дерева с металлической окантовкой. Стулья удобные, явно универсального формата, но сконструированные таким образом, чтобы сидящие на них и хозяин кабинета находились на одном уровне. На стенах — карты вместо картин: Грюннвахт, Союз Вольных Городов и непосредственно Торвельд. В углу — шкаф-сейф с руническим замком, рядом — витрина с довольно непримечательным рабочим молотком на бархатной подушке. С равной вероятностью это мог оказаться ценнейший артефакт, либо статусная вещь из далёкого прошлого — скажем, первый молоток основателя Концерна.

— Рад новой встрече, уважаемый Бальдур, — сказал я, дождавшись, пока возникнет небольшая пауза после обильных приветствий. — Надеюсь, мы не оторвали вас от важных дел.

— Полноте, лорд Виктор, никакие дела не могут быть важнее, чем личная встреча с двумя хозяевами сильнейших вечных замков! Я боюсь ошибиться и показаться грубым, но на данный момент — единственными хозяевами из оставшихся?

— Верно. — коротко подтвердила Мелинда.

— Значит ли это, что между Полуночью и Полуднем заключён прочный мир? И раз уж вы осчастливили Концерн своим совместным прибытием, это сулит новые контракты и обоюдную прибыль?

— Вы прямо сняли слова с моего языка, уважаемый, — вежливо сказал я. — Но кое в чём ошиблись. Между нами не мир, а новый союз, направленный против могущественного врага…

Было заметно, что Бальдур Хаммергролл выслушал рассказ об угрозе Пожирателя внимательно, но не принял его близко к сердцу. Казалось бы, совсем недавно в Грюннвахт протащили проклятого идола именно через шпионов в Восточном Концерне, и рана на репутации вряд ли успела зарасти. Тем не менее, ряды подверглись чистке, слухи о падении Конрада явно добрались до Совета Шестерней и лично Бальдура, что и позволило высшему руководству слегка расслабиться. Пожиратель же воспринимался как слишком далёкая фигура, полумифическая, наподобие дьявола в преисподней. Зато интерес канцлера резко возрос, когда я перевёл разговор в понятную сферу сотрудничества.

— Для обороны, а уж тем более войны нам понадобится оружие. Лучшее оружие из всех возможных, разящее отродья Знающих наповал. Буду с вами прям, уважаемый Бальдур, запасов Полуночи и даже Полудня недостаточно для текущих нужд. И здесь на сцену выходит Восточный Концерн.

Я сделал многозначительную паузу. Канцлер по внешним связям пытался сохранять невозмутимость, но волнение прорывалось наружу.

— Прошу вас, лорд Виктор, продолжайте — я весь внимание.

— Драгестол, — просто сказал я. — Нам нужен драгестол в объёмах, значительно превышающих прежние запросы. Для начала — не менее пяти сотен слитков, сроки — неделя от текущего дня. С доплатой за срочность.

Вот теперь Бальдур Хаммергролл натурально потерял дар речи. К его чести, замешательство продлилось не дольше пары секунд.

— Лорд Виктор, леди Мелинда! При всём безграничном уважении, вы должны понимать, что это фантастически сложный заказ! Восточный Концерн располагает обширными ресурсами, но поставить столько ценнейшего материала в установленный срок…

Я посмотрел на Мелинду, она посмотрела на меня, её губы поджаты — безукоризненно разочарованно. Она слегка покачала головой и беззвучно произнесла одно слово: «Рункранц».

Канцлер по внешним связям не занимал бы столь высокую должность, если бы не был способен сходу уловить упоминание прямых конкурентов. Он выпрямился, откинулся на спинку кресла и резко посерьёзнел.

— Предположим, Концерн возьмётся за этот контракт. Более того, первоначальную версию, обладающую необходимой юридической силой, можно будет подписать в течении часа. Но прямота в ответ на прямоту — компенсация потребуется… значительная.

— Безусловно, — спокойно сказал я. — Часть оплаты пройдёт в иных металлах и драгоценных камнях на выбор Концерна, а также артефактах из сокровищницы.

— Приемлемо, но вы сами понимаете, что курс драгестола растёт день ото дня…

— Полдень предоставит и свои ресурсы в распоряжение Восточного Концерна, — негромко сказала Мелинда. — Впервые за последний век.

— Совет Шестерней будет счастлив это услышать, — реакция Бальдура была позитивной, но всё ещё не восторженной. — Пусть Торвельд укрывает тень великой Полуночи, мы с радостью примем представителей Полудня. Ваше предложение было бы более чем приемлемо… если бы не столь высокая срочность.

— Как насчёт такого? — вкрадчиво сказал я. — Если вы уложитесь в установленные сроки, контракт на эксклюзивное пользование драконьей кузней продлевается на следующие десять лет.

Глаза канцлера вспыхнули, но я продолжал, тут же закинув ещё один крючок — с более жирной наживкой.

— Более того, уважаемый Бальдур. Если обязательства с вашей стороны будут исполнены неукоснительно, избранный техномант Восточного Концерна станет эмиссаром Полуночи в Торвельде. После этого я лично открою теневой маршрут на указанном вами промежутке, исключительно для пользования Концерна и его партнёров.

Наш собеседник потерял дар речи — второй раз за последние полчаса. Теперь ему потребовалось не менее пяти секунд, чтобы вновь его обрести. После чего он выдохнул фразу, с которой и начался наш разговор:

— Какая… невероятная честь!

На Грюннвахт опускались сумерки. Фонарщики без лишней суеты зажигали масляные фонари, а электрические загорались сами. День подходил к концу, но наш план был далёк от завершения.

— Напомните, что мешает им опустошить склады и предоставить нужное количество слитков?

— Отсутствие этих самых слитков, лорд Виктор.

Элгрид Смелтстоун нацепил свои любимые очки и вытащил из заплечной сумки бухгалтерскую книгу, с которой, судя по всему, не расставался в любое время дня и ночи.

— У меня нет доступа к учётным записям Концерна, но могу вам предоставить проверенную статистику перемещения драгестола по легальным и полулегальным каналам за последние полгода. Исходя из этих данных, в распоряжении Восточного Концерна на текущий момент находится не более трёх тонн драгестола нужной чистоты, что равняется трёмстам стандартным слиткам. Ещё сотню они могут выкупить у партнёров и конкурентов, но не больше — те моментально взвинтят цены до неприемлемых. Даже если Концерн снимет с фасада да переплавит свою эмблему, будь она неладна…

Они не уложатся во что-то одно — либо объёмы, либо сроки. И тогда у Восточного Концерна останется единственный выход — обратиться к производителям драгестола за срочным заказом. Тонна сплава за неделю, ничтожное количество, если бы речь шла об обычной стали. Но требовался драгестол — ценнейший металл на просторах великой паутины, состав которого знала лишь горстка избранных. А это значит, что пламя в подпольных плавильнях должно бушевать без остановки всю последующую неделю.

Драконье пламя.

При худшем раскладе, Восточный Концерн получит доступ к драконьей кузне на десять лет, своего эмиссара и теневой маршрут. Мне не хотелось вручать в их руки ещё больше власти над Торвельдом, но даже это был приемлемый исход событий. Нам с Мелиндой в самом деле требовался драгестол, поскольку противостояние со Знающими грозило перейти в новую горячую фазу в самое ближайшее время. У Полудня уже имелась армия, которой не помешало бы артефактное оружие, а у Полуночи она как раз недавно появилась. Но при лучшем раскладе цвергской мегакорпорации придётся удовлетвориться обычной оплатой за нарушенные сроки, поскольку дракон покинет Грюннвахт вместе с нами.

Не самая честная сделка. Впрочем, как недавно упоминал Элгрид — сколько у концерна не воруй, а своего не вернёшь.

Крючок с наживкой был закинут, и рыба… рыбина Концерна проглотила его не раздумывая. Оставалась мелочь — за ночь найти в громадном городе подозрительную плавильню, взявшуюся за огромный заказ. Магия поискового амулета всё ещё была прибита подавляющим полем, так что нужно было придумать другой способ.

Либо же дождаться, пока способ не найдёт нас сам.

Одна из теней в углу административного здания, куда не доставал свет фонарей, шевельнулась. Не угрожающе и не ошибочно, а намеренно, чтобы обозначить своё присутствие. В следующую секунду тень отделилась от стены и шагнула к нам, оказавшись цвергской женщиной.

Будь она человеком, я бы дал ей лет тридцать, но цверги жили долго и старели медленно — это число можно было смело умножать в два-три раза. Коротко стриженные тёмные волосы, серый китель и на удивление незапоминающееся по цвергским меркам лицо, не считая следа от защитных очков на переносице. Внешность любого работяги на местном заводе — женщин там трудилось не меньше, чем мужчин — или же профессионального лазутчика. Стальной значок сверкнул на миг — и тут же исчез за отворотом кителя.

— Астрид Штальфосс, к вашим услугам. Старший инспектор с допуском В-3. Верховный комиссар просил оказать вам доступную помощь, лорд Виктор.

Голос под стать внешности — негромкий, почти бесцветный. Но смотрела Астрид пристально и цепко, без признаков выгорания, свойственного как рабочим, так и шпионам.

— Рад встрече, Астрид. Чем вы можете нам помочь?

Старший инспектор Штальфосс оказалась ведущим специалистом Комиссариата по подпольной выплавке. Новой информации она предоставила не слишком много — поскольку за годы наблюдений пришла ровно к тем же выводам, что и Смелтстоуны. В Грюннвахте определённо создавали драгестол, либо с помощью команды лучших в мире техномантов и приглашённых магов из других узлов, либо дракона-перевёртыша.

Но что гораздо важнее — в отличие от Эрика и Элгрида, у Астрид имелась собственная сеть агентов, отслеживающих активность ключевых мастерских под подозрением. Далеко не каждая печь, даже зачарованная, могла выдержать натиск драконьего пламени — оттого и постоянная замена футеровки, огнеупорной облицовки внутренней поверхности. Комиссариат ранее не предпринимал решительных мер против производителей драгестола — те выпускали на рынок умеренное количество драгоценного металла, без дестабилизации. Но когда стало ясно, что в их распоряжении, а то и во главе стоит настоящий взрослый дракон, ситуация изменилась.

Дракон — чудовищная, неостановимая сила, рискующая причинить невосполнимый вред городу. Да, он не причинял ранее, но характер у них с годами не становился более мягким. А уж дракон-метаморф, способный прятаться где угодно и под любой личиной, вызывал ещё большее беспокойство. В данном случае, мы с Мелиндой были чуть ли не единственными, кто мог выступать со взрослым драконом на равных. А уж если получится убедить его покинуть город, всем бы стало немного спокойнее.

Идеальный вариант — Гилрам Длиннохвостый впоследствии официально договаривается с властями Грюннвахта, получая гражданство, «белую» работу и обеспечивая защиту от Знающих. Но если он не захотел брать на себя подобную ответственность за прошедшие столетия, какой шанс, что захочет сейчас?

Старший инспектор с допуском В-3 поднесла левую руку к уху, прислушиваясь к чему-то, как к невидимому наушнику.

— Не знаю, это невероятное везение или же результат ваших действий, лорд Виктор, — она всё ещё звучала «бесцветно», но, кажется, была искренне впечатлена. — Одна из нужных нам плавилен только что начала работу. Обычно они разгораются не раньше часу после полуночи, но сегодня исключение.

— За сколько мы туда доберёмся?

— Четыре часа по легальным маршрутам, я проведу вас под землёй за полтора. Не теряйтесь и не отставайте, особенно на затемнённых участках.

Я обернулся к нашим спутникам. Участие Мелинды вопросов не вызывало, но у остальных и без того был не самый лёгкий день.

— Зури, не страдаешь клаустрофобией?

— Вы будете смеяться, но я выросла в пещерах. Я с вами!

— Элгрид, вас не ждут дома?

— Мой брат в отъезде, племянник и племянница — в Полуночи. Буду счастлив вас сопроводить.

— Меня можете не спрашивать! — подала голос паучишка с левого плеча. — Будете прогонять — всё равно останусь!

Спустя минуту ближайший вход в подземелье поглотил нашу группу без остатка.