— Добро пожаловать в Грюннвахт, лорд Виктор. Ваш новый визит столь же ожидаем и желанен, как и первый. Герхард Ледгрип, как всегда, к вашим услугам.

Невысокий цверг в сером кителе звучал ворчливо, но на сей раз не холодно. Ни он сам, ни его кабинет на самом верху Комиссариата почти не изменились с момента нашего прошлого визита. Последствия инцидента с идолом Пожирателя были подчищены в кратчайшее время и, зная дотошность цвергов, наверняка установлена дополнительная магическая защита. В остальном — всё так же: шкафы, сейфы, стенды с уликами. Среди последних я опознал футляр от идола, пробитый в двух местах пулями Райнигуна. Верховный комиссар явно не стеснялся напоминаний о неприятных и опасных инцидентах из прошлого.

— Вы хотите сказать, комиссар, что я второй раз свалился вам как снег на голову?

— У нас обычно говорят «как камень в зубчатую передачу». Но это было бы не вполне честно, поскольку вы доказали, что умеете решать проблемы. Даже если эти проблемы в первую очередь возникли в связи с вечными замками.

Даже не «с Полуночью», а «с вечными замками», что не являлось неправдой. Агент Конрада протащил в этот мир идола Шар’Гота, который рванул вхолостую — но лишь потому, что я и мои спутники тогда оказались рядом. Другой разговор, что целью изначально были братья Смелтстоуны, чтобы побольнее ударить по Полуночи и мне лично. Хозяин Заката просчитался — как тогда, так и впоследствии.

— В таком случае, у меня есть немного хороших новостей. Лорд Конрад фон Неймен погиб, Закат более не представляет угрозы.

Я почти дословно процитировал Мелинду, когда та сообщила известия мне самому. Реакция верховного комиссара оказалась более сдержанной — полагаю, сказывалась профессиональная привычка видеть во всём подвох. Увы, и в данном случае — не без причины.

— Позвольте уточнить, лорд Виктор. Это значит, что опасность, связанная с Пожирателем, более не грозит Союзу Вольных Городов?

— Опасность, связанная с его идолами. — нехотя уточнил я.

— Но не с иными… аспектами?

Диалог удивительным образом перекликался с другим разговором, который я вёл не так давно — с Богдановым, на Земле. В отличие от того, Герхард Ледгрип был заметно больше осведомлён об устройстве магического мироздания, роли Полуночи и других вечных замков, а также обладал серьёзным авторитетом и возможностями. И всё равно, если представить, что по его приказу объединятся все техноманты Грюннвахта, этого будет недостаточно даже для защиты их собственного узла.

— Не с иными, — коротко подтвердил я. — Но над этим ведётся работа, как бы сказали вы сами.

Повисла недолгая пауза. Лицо верховного комиссара было словно вырублено из куска гранита.

— Считайте, что вы меня обнадёжили. Давайте уточним ещё одну вещь — вы прибыли в Грюннвахт лишь чтобы доставить хорошие новости?

— Вы и сами прекрасно понимаете, что не только за этим.

— Одним пониманием тут не обойдёшься. Просветите меня, лорд Виктор.

У меня не было причин не доверять Ледгрипу — в прошлую нашу встречу он показал себя адекватным начальником полиции, который в самом деле заботился о покое и безопасности граждан вверенного ему города. Впрочем, в этом же скрывалась и проблема — результаты нашего специфического квеста, могли не на шутку всколыхнуть местное подполье, привести к беспорядкам. Изготовление драгестола — священная корова для цвергов. Не хуже драконьей кузни, где этот самый драгестол можно было переплавлять повторно, подвергая мощным чарам. Эрик и Элгрид не зря пытались выйти на «добытчиков» ценнейшего из сплавов, привлекли ненужное внимание Восточного Концерна и чуть не погибли. Но даже если исключить из уравнения козни Заката, их поиски не увенчались успехом.

Что дальше, сообщить как есть? Так и так, мол, прибыли в город два хозяина вечных замков со свитой — да, мы уже не воюем, Полдень на Торвельд не претендует, это не вражеская уловка. Тот, кого мы ищем, в своей истинной форме может спалить полгорода, но вы не волнуйтесь, мы его злить не будем. Скорее всего не будем. Постараемся.

Реакция верховного комиссара Грюннвахта может оказаться не из приятных. Мелинда предлагала вообще ничего не говорить, а действовать самостоятельно. Но утаивать информацию от потенциального союзника, доказавшего свою полезность — глупо, по крайней мере о настоящей цели визита. Была не была.

— Вы поверите, комиссар, если я скажу, что ищу золотого дракона?

— Поразительно, Виктор. Вы посетили полицейский участок цвергов и покинули его всего лишь за два часа.

Мелинда ожидала меня снаружи Комиссариата, вместе с вызвавшейся помочь Зури. Меня со стороны Полуночи сопровождала Лита в привычной форме астральной проекции, но сейчас она отошла.

Ранее мы совместно приняли решение не разглашать личность хозяйки Полудня в мире, аффилированном с Полуночью, пока весть о новом союзе не уляжется в консервативных цвергских головах. Внешность Мелинды здесь была известна слабо, и Зури слегка изменила её с помощью магии. В остальном, никто не удивлялся наличие в свите хозяина Полуночи двух девушек — крылатой и человека. Весьма недовольного человека.

— Час двадцать, — поправил я Мелинду, подходя поближе. — И это что, сарказм?

— Просто наблюдение, основанное на личном опыте. Как правило, чиновники Союза Вольных Городов не отпускают никого раньше, чем за три часа, нагрузив в довесок парой тонн макулатуры для подписи и доставки в другие учреждения.

— Мы с верховным комиссаром на короткой ноге, поэтому обошлись без бюрократии.

— Не загадывайте наперёд. Узнали что-то полезное для нашего дела?

— Нет, — признался я. — И масштабной помощи тоже можно не ждать. Полицейская операция поднимет невероятный шум, всё подполье Грюннвахта заляжет на дно и не поднимется оттуда в ближайший месяц. Больше вреда, чем пользы.

— Выходит, эти два часа всё же были потрачены впустую. Кроме того, что мы с Зури провели их в самом сердце этой железной печи, по недоразумению зовущейся городом.

— Час двадцать. Даже час восемнадцать — я засекал. Вам что, не нравится Грюннвахт?

— Я люблю новые места! — подала голос Зури. — Но здесь… неуютно.

— Неуютно — это верный термин, — поддержала её Мелинда. — На мой вкус, даже более дипломатичный, чем нужно.

— Здесь солнечно. — сказал я.

— Наблюдательности вам не занимать.

— Солнечно, как в Полудне.

— Пожалуй, я поторопилась с выводами насчёт вашей наблюдательности.

— Мелинда, когда я впервые увидел ваш замок со стороны, то чуть было, нахрен, не ослеп! Зури была там, и не даст соврать.

Крылатая девушка едва заметно хихикнула и кивнула в подтверждение моим словам. Мелинда вздохнула.

— Полдень сияет, как ему и положено. Но ослепительный свет лишь снаружи, внутри он — уютный дом. Посмотрите на местные улицы, они раскалены и не предназначены для жизни днём. Солнце здесь гостит нечасто, но, когда появляется — используется в качестве пытки, пока жители прячутся по домам и подземным тоннелям. Цверги в основном работают днём и спят по ночам, но я не удивлена, что из всех вечных замков предпочитают Полночь. И это проявляется… во многом.

— Если вы хотели меня задеть, то промахнулись, — хмыкнул я. — Цверги по большей части — отличные ребята, надёжные и честные. К слову, я не потратил впустую час с небольшим — как минимум, Комиссариат не будет мешать нашему расследованию.

— Будем надеяться. Вы уже знаете, куда мы двинемся дальше?

— На встречу с одним из тех отличных ребят, о которых я говорил.

Трактир стоял не на главной улице — там, где чугунные плиты мостовой превращались в сковороду, а в узком тенистом переулке, неподалёку от ближайшего входа в подземный уровень. На вывеске, вырезанной из тёмного металла, красовался раскрашенный рельеф кузнечного молота, на котором стояла наполненная пивная кружка. Вполне понятный символизм.

Чтобы пройти внутрь, пришлось несколько пригнуться — в отличие от Комиссариата, здесь рассчитывали нормы высоты в первую очередь на местное население.

Внутри основного зала тоже хватало металла, но в разы меньше, чем снаружи. Немного полированной латуни для украшения, крепкая мебель, обитая медью и железом, электрические светильники, дающие на удивление мягкий оранжевый свет. Это было отнюдь не бедное место, знающее цену и себе, и своим посетителям. К запахам жареного мяса, хлеба и хмеля примешивалась нотка машинного масла — не исключено, что цверги находили его приятнее, чем стандартные благовония.

Элгрид Смелтстоун ждал нас за столом у стены, способным вместить куда большую компанию, чем нас троих. При виде меня он просиял, вскочил и отвесил глубокие поклоны каждому из моей группы. Мы поклонились в ответ, Зури исполнила замысловатый реверанс.

— Лорд Виктор! — бас моего старого знакомого уступал его громогласному брату, но ненамного. — Не могу поверить, что вы решили вновь посетить Грюннвахт и не предупредили заранее! Мы бы с братом подготовили грандиозную встречу, устроили пир на весь наш клан! А так Эрик завяз в сделке на другом конце Союза и даже не смог лично вас поприветствовать!

— Не страшно, — негромко заверил его я. — И в данном случае чем меньше грандиозных встреч, тем лучше. Мы с леди Линдой и леди Зури прибыли по срочному делу.

Мелинда и Зури удостоились новых поклонов и заверений, что он, Элгрид Смелтстоун, полностью к их услугам. Впрочем, он уловил тон моего голоса и понизил свой соответственно.

— Так чем могу вам служить, лорд Виктор? Вы уже давно являетесь ключевым партнёром нашего семейства, а с недавних пор мы у вас в неоплатном долгу.

— Я считаю, что между друзьями нет долгов, Элгрид. Но помощь нам в самом деле не помешает — и дело касается вашего с братом расследования по поводу изготовителей драгестола.

Зури сделала пасс пернатыми руками, поймала мой взгляд и кивнула — всё, можно говорить без опаски быть подслушанным. Элгрид рассеянно потёр тщательно выбритый подбородок.

— Оно-то конечно дело понятное. Драгестол-то всем нужен, спору нет, и чем больше, тем лучше. Но если вы помните, мы с братом зашли в тупик, даже до того… случая с бедолагой Кордом. И больше свои носы куда не надо не совали.

— Помню, помню. Но теперь поисками займусь я лично — и у меня есть информация, которая может помочь делу.

— А ну-ка, ну-ка? — с интересом спросил Элгрид, наклоняясь вперёд и забыв о всяком этикете. Было видно, что их оборванное расследование всё-таки не давало ему спокойно спать.

— Мы ищем дракона. Скорее всего именно он помогает создавать сплав.

Живой интерес на лице цверга сменился плохо скрываемым разочарованием. Даже когда он снова заговорил, оно нет-нет, да просачивалось наружу.

— Помилуйте, лорд Виктор, о драконах мало что известно, но ведь не настолько. У вас их целых два, да только они малыши ещё совсем, а матёрые вымахивают выше иных крыш! Грюннвахт велик, но дракона в нём утаить так же просто, как волка в курятнике.

— Это золотой дракон, мастер Элгрид, — спокойно сказала Мелинда. — Они способны менять облик и оставаться в нём многие годы. Столетия, если понадобится.

Элгрид посмотрел на неё с недоверием, затем на меня, затем бегло окинул взглядом зал трактира, словно подозревал, что дракон-метаморф подслушивает нас прямо сейчас. Затем снова уставился на меня.

— Всё верно, — подтвердил я. — И нам даже больше нужен сам дракон, чем драгестол, который он помогает производить.

— Скажу вам как есть, — ответил Элгрид после паузы, покачивая головой. — Если бы мне о том поведал кто другой, разве что кроме Эрика, я бы заклеймил его лжецом. Но не вас, лорд Виктор, и ни одну из ваших уважаемых спутниц. Дракон, говорите? Золотой? Это… многое объясняет.

— А как иначе плавить драгестол? — поинтересовался я. — Разве есть способы, кроме драконьего пламени?

— Некоторые заклинания более-менее успешно его имитируют, — протянула Зури, — но ресурсов требуют — страх!

— И длятся недолго, — утвердительно пробасил Элгрид. — Лишь лучшие из техномантов могут зачаровать оборудование, дабы просто расплавить слиток и придать ему новую форму. Для прочных чар нужна драконья кузня, а состав драгестола известен только его создателям.

— Значит, много магии, либо один дракон, — подвёл итог я. — Который, как мы выяснили, в городе всё-таки есть. Расскажете, как вы с братом пытались его найти?

Элгрид степенно кивнул и вновь потёр подбородок, собираясь с мыслями.

— В Торвельде есть поговорка, лорд Виктор. «Если хочешь найти огонь, следуй за дымом».

Надо же, эту присказку даже не надо адаптировать на русский.

Смелтстоуны следовали за дымом — а точнее, за подозрительными следами, возникавшими то там, то тут по всему городу. Что им точно удалось выяснить, так это то, что Гилрам Длиннохвостый не работал на Восточный Концерн — поскольку в таком случае следов бы не было вообще. Он бы просто трудился в одной из корпоративных мастерских, куда строго закрыт доступ для посторонних, а всем осведомлённым ставят магическое клеймо для неразглашения информации.

Но нет, следы были, и следы вполне заметные. Подпольные плавильни Грюннвахта не располагались в каких-нибудь заброшенных секторах и тайных укрытиях — напротив, днём они работали как части известных и весьма уважаемых мастерских. Зато по ночам там иногда творились загадочные вещи.

— Какого рода вещи? — переспросил я. — Подозрительные звуки?

— Может, конечно и подозрительные, — легко согласился Элгрид. — Да только кто с ними рядом-то стоял и слушал? Побочные признаки, лорд Виктор, странные донельзя.

— Например?

— Ну возьмём, к примеру футеровку, значит, для доменных печей. Сколько, по-вашему, качественная футеровка держится?

Я моргнул и затормозил, столкнувшись с незнакомым словом, но, к счастью, выручила Мелинда.

— Зависит от материала облицовки, мастер Элгрид. От нескольких месяцев до года.

— Вот! Качественная — так и вовсе до пары лет, смотря что плавить будем. А в тех печах идёт замена раз в две недели! Я наводил справки — по документам всё чисто, брак попался.

— А брака не может быть? — спросил я.

— Конечно, может! Но не в четырёх же разных мастерских за полгода! Это где же такие бракоделы сидят, что керамические плиты продолжают с изъяном честным мастерам подсовывать⁈ А те и рады, значит, покупать раз за разом. А шлак, лорд Виктор, куда, по-вашему, идёт шлак от такой плавки?

— Куда?

— А никуда! Не на переработку, не на дренаж, а как будто его и не было! Безотходное, стало быть, производство.

Мы переглянулись с Мелиндой. Подозрения были понятны, отходы производства драгестола скрывали, но не слишком тщательно. Странно, что в таком случае золотого дракона не ухватили за длинный хвост задолго до нас.

— Мы могли бы направиться в одну из таких мастерских, — предложил я. — Поймать, так сказать, на горячем. Вы с Эриком, возможно, не хотели бы ссориться со своими, но мне это не так страшно.

Равно как и не страшна возможная охрана. Хватило бы и меня одного, а уж в паре с Мелиндой в Грюннвахте не нашлось бы столько цвергов, чтобы составить нам конкуренцию.

Элгрид недовольно крякнул и покачал головой.

— Вы всё правильно рассуждаете, лорд Виктор, да только и нас с братом недооцениваете. Мы тоже могли бы подрядить отряд из крепких ребят, с техномантами в поддержке, если бы это помогло… честным переговорам. Да только сами посудите — мастерские всякий раз разные, выплавка нерегулярная. Паузы в месяц и более, обо всём узнаём спустя пару суток, когда след уже подчищают.

— А что их владельцы?

— Мы одного разговорили, старого друга от старого друга. Ну он и поделился, мол, так и так, разово сдал в аренду помещение уважаемым цвергам. По настойчивой, стало быть, просьбе. Платили трёхкратно, работали чисто, беспокойств не чинили — и всё, концы в горнило.

— Может, с ним должны переговорить мы, — сказала Мелинда мягко, но слегка угрожающе. — Переговорить и послушать, чем он может поделиться с хозяином вечного замка.

Даже с двумя хозяевами, понятное дело. В два раза меньше шанс пропустить особо хитроумного лжеца.

— Рабочая схема, леди Линда, — Элгрид вновь качнул головой. — Рабочая, но, не в обиду будет сказано, грубоватая. Подумайте сами, ну выбьете вы из кого-то имя следующего цверга в цепочке, а остальные тут же шумиху поднимут. Все залягут на дно, включая дракона этого, а средства у них есть залечь хоть где в Союзе, хоть на другом конце Торвельда, хоть в иных узлах.

Справедливо было бы предположить, что изготовители самого ценного сплава на просторах великой паутины обладали большими средствами и связями. Тут даже больше бы подошло слово «невообразимыми». Я видел, как воодушевление Элгрида неумолимо растворяется, уступая старой тоске. Когда я вытащил братьев из теневого перехода, он мрачно сказал мне, что зря они взялись копать это самостоятельно. Гиблое дело — и хорошо хоть в итоге сами выжили.

— Сменим ненадолго тему, — сказал я. — Элгрид, Восточный Концерн компенсировал вашей семье все причинённые неприятности?

— В какой-то мере, лорд Виктор, — хмыкнул тот. — Но вы же и сами понимаете, сколько у концерна не воруй, а своего не вернёшь.

— У них есть представительство в Грюннвахте?

— Вестимо есть, второе по размеру после центрального. Не говорите только, что хотите просить помощи у этих гремучих змей.

— Не то чтобы просить помощи, — задумчиво сказал я. — Скорее, сделать предложение, от которого они не смогут отказаться.