— Лучше будет, если ты останешься здесь и поможешь отвечать на вопросы. Позволь офицерам и поисково-спасательной команде делать свою работу, Уоррен. Такие вещи могут быстро стать сложными и даже опасными, — говорит Джастин.

— Конечно, — лгу я. Я не собираюсь сидеть сложа руки и ждать, пока они соберут свою команду. Я понимаю, что им нужно делать все по правилам, но я не буду тратить время. Я сам начну искать ее, как только Гейдж приедет.

— Я знаю, что ты думаешь, — сверлит он меня взглядом. — Просто знай, что вмешательство может нарушить процесс и замедлить все. Я просто пытаюсь помочь тебе, чувак. Это отстой, но я сделаю все, что могу, чтобы помочь.

— Спасибо, я ценю это. А что насчет ее машины? Есть какие-то зацепки?

— Нет, — качает он головой. — Но криминалисты работают с ней. И парень приедет посмотреть на другие следы шин сзади.

— Ты связался с владелицей этого дома? Она живет в квартире Саванны в городе. Может, она поехала туда. Может...

— Пока нет, — перебивает он меня. — Мы справимся. Мы найдем ее, — его рука опускается мне на плечо, но я только киваю и смотрю на подъездную дорожку.

Мы здесь весь день, солнце давно село, но весь передний двор участка Месы освещен красными и синими мигающими огнями. Сначала они отнеслись скептически, поскольку, когда я позвонил, чтобы подать заявление о пропаже человека, не прошло даже полных суток. Но после того, как я снова проверил камеру видеонаблюдения и обнаружил, что старые записи, которые я видел в первый раз, были удалены, этого оказалось достаточно, чтобы они приехали осмотреть место происшествия.

Как только Джастин пожимает мне руку и уходит поговорить с другими офицерами, я провожу рукой по лицу. Я не могу заставить себя сдвинуться с места на переднем крыльце, ожидая, пока Гейдж приедет, хотя мне хочется сорваться с места и обыскать каждый дюйм этого округа, выкрикивая ее имя.

— Он здесь, — говорит Хестон, подходя ко мне сзади, а Трипп слева от него. Они искали улики, пока я давал показания Джастину.

Моя голова резко поднимается, и я вижу, как грузовик Гейджа поднимается по подъездной дорожке. Он быстро паркуется рядом с полицейскими машинами, выпрыгивает и бежит к нам.

— Ты все взял? — спрашиваю я.

— Ага, — отвечает он, слегка запыхавшись. Он протягивает мне лист бумаги, похожий на вырванный из блокнота. — Адрес и номера телефонов ее родителей и брата, адрес ее квартиры и номерной знак ее машины. О, и мой парень, который занимался удаленными записями с камер, говорит, что систему не взламывали. Архив был доступен с ее аккаунта, а запись за вчерашний день была удалена прямо с ее телефона.

— И теперь ее геолокация отключена, — вздыхаю я.

— Ага.

— Какого черта? — говорит Трипп.

Глаза Гейджа становятся жесткими, и я жду, когда он скажет то, что думает. Я не хочу, чтобы он говорил, потому что я не хочу, чтобы это было правдой. Но он уже сталкивался с подобным раньше с людьми из своей прошлой жизни. Он знает, что здесь происходит.

— Она не сбежала. Кто-то забрал ее, и у них, очевидно, есть ее телефон. Они написали тебе с него, удалили записи с камер... Есть какие-нибудь идеи, кто это мог быть?

— Черт, я не знаю, — говорю я с обреченным вздохом.

Не прошло и года с тех пор, как мою сестру похитили какие-то парни, пытавшиеся добраться до Гейджа. Это был один из худших дней в моей жизни, когда я не знал, где она и в безопасности ли. Теперь же, когда Саванна пропала, я переживаю смесь ПТСР и дежавю.

По крайней мере, в ситуации с Блайт и Гейджем мы точно знали, что делать, и все быстро развивалось. Сейчас мы в потемках, без четкого плана, и это только вопрос времени, когда я потеряю рассудок и начну крушить все вокруг дюйм за дюймом, пока мы что-нибудь не найдем.

Это моя вина. Я чувствую себя чертовым идиотом за то, что не понял этого прошлой ночью. Концепция «никогда не выпускать ее из виду» никогда не была моим стилем, даже когда я хотел монополизировать ее для себя 24/7. Саванна — взрослая женщина, которая знает себя лучше всех, и я думал, что поступаю правильно, не начиная паниковать сразу, как мне хотелось. Теперь я жалею, что не сделал этого.

— Где Би? — спрашиваю я, пытаясь сосредоточиться на решении проблемы, а не на том, что мог бы сделать.

— В моем грузовике, — отвечает Гейдж. — Она хочет помочь, но я не буду рисковать, пока мы не узнаем больше о том, с чем, черт возьми, имеем дело. Она, кажется, разговаривает по телефону с твоими родителями, пытается держать их в курсе.

Боже, я даже не думал позвонить своим родителям, настолько спутаны мои мысли. Я киваю и смотрю на грузовик через его плечо, засовывая беспокойные руки в карманы.

— Полиция что-нибудь дала? — спрашивает Хестон.

— Нет. Сомневаюсь, что они скоро что-то узнают. Джастин практически попросил меня не вмешиваться. Но если он что-то узнает, думаю, он сообщит.

Хестон качает головой, а Трипп смеется, зная, что мы не сможем не вмешиваться.

— Ладно, — Гейдж кладет одну руку на бедро, другой потирая контур челюсти. — Давайте разработаем план...

— О, Уоррен, — женский голос прерывает его. Он звучит так, будто она плачет, и когда она подходит ближе, я понимаю, что это Эмма. — Я приехала, как только услышала.

Я не ожидал, что моя бывшая появится со слезами на глазах и накинется на меня с односторонними объятиями. Мы с Хестоном встречаемся взглядами над головой Эммы, пока она цепляется за мою рубашку и драматично всхлипывает. Он закатывает глаза, а я стараюсь не выглядеть слишком раздраженным.

— Мы справимся с этим, и все будет хорошо, — плачет она, пытаясь утешить меня. Затем она кладет руку мне на грудь, действуя мне на нервы.

Я достаю руку из кармана, хватаю ее за запястье и отталкиваю ее руку. Она отступает на несколько шагов и смотрит на меня снизу вверх. Ее глаза немного налиты кровью, а зрачки расширены. Я хмурюсь на нее и скрещиваю руки, чтобы она больше не прикасалась ко мне.

— У тебя есть совесть, — бормочет Трипп. Он уходит, и Гейдж с Хестоном следуют за ним. В одном они все согласны — не могут выносить эту женщину и секунды.

— Могу я быть честной? — шепчет Эмма с усмешкой. То, как она перешла от слез к безумной улыбке менее чем за десять секунд, пугает. Я не отвечаю ей, но она все равно продолжает. — Нам обоим не мешало бы отдохнуть после этого безумного дня. Почему бы нам не пойти перекусить и не передохнуть?

— Нет, — качаю я головой. — Ешь, если хочешь. Черт, иди вздремни, мне все равно. Но я не пойду с тобой. Если на то пошло, Эмма, я никогда не пойду с тобой перекусить или к тебе домой. У меня такое чувство, что ты этого не понимаешь, и мне жаль, но я с Саванной. Тебе нужно двигаться дальше.

Гнев вспыхивает на ее лице, и моя голова дергается назад, когда она сжимает кулаки по бокам и выпускает воздух через нос, как гребаный бык.

— Ты видишь ее где-нибудь? — цедит она сквозь зубы, размахивая руками. — Саванна ушла. Она бросила тебя, но я здесь. Я та, на кого ты можешь положиться.

Какого хрена?

— Это не имело бы значения, будь она в другой стране или стояла прямо рядом со мной. Это не меняет моих чувств к ней, — говорю я, указывая на центр своей груди. — Ты когда-нибудь найдешь кого-то, кто подходит тебе. Мне жаль, если это причиняет тебе боль, но тебе нужно избавиться от своего туннельного зрения и понять, что этот человек — не я.

Она фыркает громче, чем я считал возможным, и топает ногой, как ребенок, поворачиваясь к тротуару позади себя, а затем снова ко мне. Она чешет руку и спотыкается о маленький камешек, попавший на крыльцо.

Выражение ее лица становится пустым, словно слова, которые я только что сказал, уже испарились из ее памяти.

Я сужаю глаза и наклоняюсь к ней.

— Ты сейчас под кайфом?

— Какое тебе дело?

Я смотрю, как она поворачивается и, пошатываясь, идет к своей машине. Когда она хлопает дверью и выезжает с подъездной дорожки, я подхожу к грузовику Гейджа, где он стоит с Триппом и Хестоном. Блайт опирается предплечьями на пассажирскую дверцу с опущенным стеклом, она выглядит опустошенной. Я взъерошиваю ее волосы, чтобы заставить улыбнуться. Это не срабатывает, но попытка была не зря. По правде говоря, я тоже сейчас не в настроении улыбаться.

— Есть идеи? — спрашивает Хестон.

Я киваю.

— Я последую за Эммой. Будьте готовы встретить меня, если дерьмо попадет на вентилятор.

Я старался держаться как можно дальше. Однако она ехала так быстро, что у меня не было выбора, кроме как ехать с той же скоростью, чтобы не отстать. Я сразу понял по направлению, что она не собиралась ехать в свой дом в городе.

Я осознал свою ошибку, когда слишком быстро ехал за ней, и она внезапно сбросила скорость и резко развернулась через двойную сплошную прямо перед выездом на шоссе.

— Черт, — бормочу я.

Она едет хаотично, разворачиваясь обратно в сторону Уэстриджа. Виляет, тормозит, превышает скорость, чуть не сносит пару почтовых ящиков. Вот тут я вспоминаю уничтоженную собственность Месы, и в моей голове загорается лампочка.

Я продолжаю пытаться следить за Эммой, но одновременно осторожно пролистываю недавние звонки, наконец нахожу контакт Джастина и нажимаю на его номер.

— Привет, я как раз собирался тебе звонить, — отвечает он.

— Почему? Ты что-то нашел?

— Нет, — вздыхает он. — Но кое-что понял насчет этих следов. Они не совпадают с машиной Саванны, полицейскими крейсерами или кем-либо еще, кто был здесь и помогал в поисках. У нас есть рисунок протектора в базе данных, и мы сможем их сопоставить, если у нас появится подозреваемый.

Я прочищаю горло и смотрю на мчащуюся впереди машину.

— Ладно. У меня плохое предчувствие насчет Эммы. Она появилась полностью обдолбанная, пока ты разговаривал с другими офицерами у дома, и я последовал за ней в сторону шоссе, когда она уехала. Думаю, она заметила, что я слежу за ней, и развернула нас обратно в сторону Уэстриджа. Как быстро ты сможешь добраться до города, чтобы догнать нас и остановить ее?

На линии повисает пауза, и мои пальцы сжимают руль так сильно, что я перестаю их чувствовать.

— Я не могу остановить кого-то или сделать что-либо еще на основании плохого предчувствия, Уоррен. Ты это знаешь. Нужно соблюдать некоторые протоколы.

— Саванна может быть у тебя под носом, а ты даже не узнаешь об этом! — кричу я. Я понимаю, что не злюсь на него на самом деле. Но я расстроен, напуган и нахожусь на пределе своих сил. — Жди, если хочешь, — цежу я сквозь зубы. — Я найду ее сам.

— Я знаю, это тяжело, но ты должен быть терпелив в таких вещах...

Он пытался убедить меня сбавить обороты, но я уже сбросил его звонок и отправил сообщение в групповой чат. Полицейское управление, возможно, готово не спешить, чтобы избежать плохого исхода, но мои друзья обычно не учитывают риски, как большинство нормальных людей. Мы никогда не отказывались от драки, если это означало помочь друг другу.