– А почему нет?

– Это правда ты ночью троих духов ножом снял?

– Двоих. Третьему шею свернул.

– А ещё пятерых только ногами забил?

– Да, было дело. Двоих убил, трёх потом ножом добил.

– Ясно, – старшина покинул койку и подойдя протянул ладонь. – Ты извини, просьбу выполнял. Мир?

– Да не проблема, – пожимая тому руку, сказал я, с автоматом уже закончил и вытирал руки ветошью. – Тем более я видел его и сразу понял, что ты за игру ведёшь. Подумал лычки снять хотели. А тут вон чего. Я даже рад.

– Почему?

– Та рота работает рядом с границей, перехватывают караваны, много работы. Ордена точно заработаю. У нас в семье только у отца боевые награды. Я в письмах прочитал.

– Может быть, может быть.

В общем, нормально расстался с ребятами. Подняли меня рано, быстро умылся у умывальников, и направился к автопарку. Где он я не помнил, меня сопроводил дневальный. К слову, вечером старшина мне три армейских пайка выдал и две банки консервов, всё же в дороге буду. Я правда ещё к ротному старшине сунулся, но тот опытный, сразу меня погнал, мол, ты уже числишься за другим подразделением. А может знал, что мне дал замкомвзвода. Ладно, ночь прошла спокойно, хотя постреливали регулярно, и даже по нам иногда. Такое бывает, утром никого не найдёшь, только следы. Обычно спрячут оружие и уже обычный местный крестьянин днём, а ночью накидывает ремень с подсумками и палит. Уже брали таких с поличным. Я даже позавтракать успел, дневальный отвёл, сам завтрак ещё готовился, но мне бутерброды с чаем сделали, поел, и даже с собой в вощённую бумагу завернули, я искреннее поблагодарил поваров. Те кстати Миронова знали, но я их не узнавал. Дальше бегом до автопарка, дневальный показал кто мне нужен и отправился обратно, и я, подойдя, козырнул старшему колонны.

– А, сержант, да мне говорили, – повернувшись ко мне, кивнул тут, окинув меня взглядом. – Поедешь на той «шишиге».

– Товарищ старший лейтенант, разрешите обратится?

– Говори.

– Чуйка у меня в последние дни обострилась. Почуял духов до встречи с ними и успел залечь. Вот и думаю тут смогу пригодится, в дозоре.

– «Шишига» там, – снова указал тот.

Вздохнув, ещё раз козырнул и направился к нужной машине у которой скучал водитель. Молодой, явно после учебки.

– Вы со мной, товарищ сержант?

– Да, старший колонны указал на твою машину.

Закинув рюкзак в кабину, я поправил привычно висевший автомат на боку и осмотрев водилу, поинтересовался:

– Боец, а где твоё оружие?

– В машине.

– Жить хочешь, носи при себе. Прими за совет, если домой вернутся хочешь. Даже в туалете, в одной руке автомат, в другой бумажку для подтирки.

– Да он тяжёлый.

– Понятно. Ты типичная жертва, надо подальше от тебя держатся, чтобы в могилу с собой не унёс. Грузимся, вон сигнал.

Мы погрузились, что было неудобно с этой кабиной, нужно иметь сноровку, и вскоре, выстроившись в колонну, ещё затемно при свете фар покинули палаточный городок. Кстати, я рассмотрел не только палатки, но и щитовые домики, там стройка велась. Любопытно, значит обустраивают военный городок. Водила малоопытной, балагурил, я уже через полчаса знал, что тот месяц как в Афганистане находится, дважды по дорогам покатался, под обстрелы не попадал. Служит в автоотделении при ремроте в Кабуле. Сюда привёз новый танковый двигатель, тут танкисты запороли свой, новый получили. На обратный путь его загрузили какими-то поломанными запчастями, почти под грузовую марку, и вот двигатель еле тянет, хорошо перегруза нет. Тот так и молотил языком, парень был с Рязанщины, Иваном назвался, я же, отстранённо слушая его, поглядывал как там дрон, тот проводил разведку дороги и контролировал саму нашу автоколонну, чтобы не вышла откуда из ущелья залётная банда, как у меня когда-то было. Ну как чувствовал, пусть банда мелкая, одиннадцать голов, но работала по всем правилам, фугас на дороге, две позиции гранатомётчиков, два ручных пулемёта, и остальные стрелки нужные для дополнительного шума, чтобы основная огневая сила работала спокойно, в первое время. Прикинув, решил, что под удар не попаду, всю колонну им не охватить, мы почти в конце были и с интересом наблюдал что дальше будет. А что, предложение старшему колонны я сделал, рации предупредить у меня нет, оставалось стать сторонним зрителем. Пусть в охране парни из моей родной Сто Восьмой мотострелковой дивизии, но биться лбом в закрытые ворота, я не буду. Смысла нет, да и когда? В охране две «БМП–2» и один «бэтр», обычная тройка охранения. Обе «БМП», по концам колонны, а сам старлей на «бэтре». Зря, тут «БТР» самая малоценная боевая единица, в дозор его надо было отправить. А грузовиков было двадцать два. Не такая и большая колонна, я водил и за три сотни единиц техники. Больше никак, и это сложно охранять, собьёшь духов и идёшь дальше, а те возвращаются и окончание колонны подрезают. Как же здорово там помогали полковые миномёты. «Сани» были. Мне батарею придали. Основные потери моджахеды несли именно от них, и немалые.

Хм, к немалому разочарованию засады, наша «БМП» благополучно миновала фугас, тот был, но нажимного действия, а не дистанционного, такие тоже будут, и получат широкое применение, но чуть позже. Однако гранатомётчик отстрелялся. Граната рванула на броне, отчего десант был снесён, многие ранены, и бронемашина, распластав гусеницу, развернулась, фактически перегородив дорогу, место удобное для засады, узкое. Всё, колонна встала. Я тут же выскочил из кабины, не забыв прихватить рюкзак, сгорит в машине, потеряю, оно мне надо? Не факт, что та загорится, если по ней стрелять будут, но рисковать не хочу. Отбежав к скальному склону и встав на колено, начал заряжать гранатомёт и посылать гранату за гранатой, дальности хватало. Выбил обоих пулемётчиков, те уже собрали немало жертв, водила «шишиги» убитый лежа на руле, потом загасил группу из трёх духов двумя гранатами, остальные начали отходить. Да и засада по факту удалась, удар-отскок, вот их тактика. Последней гранатой накрыл одного гранатомётчика, наглухо положив. После этого рюкзак за спину, автомат в руки, и рванул вдоль колонны, там два грузовика горело, к расселине, где можно подняться. Дорогу не сразу расчистят, а я пока духами займусь. От меня не уйдёшь. Пробежав мимо «бэтра» командира колонны, за которым прятались бойцы десанта и стреляли по склонам, куда?! Духи же ушли, и начал подниматься по расселине. Не сразу, но заметил, что за мной трое пыхтя лезут, из охраны колонны. А я торопился, иначе духов упущу, очень уж быстро они драпали. Не ожидал. Пять их там осталось. Кстати, в расселине растяжка была, я её снял, значит командир засады о ней знал и решил вопрос с этой стороны.

Забравшись наверх, я не стал осматриваться, знал, что опасности нет, сразу сходу выскочил, короткими очередями добил двух раненых, тяжёлые, духи не стали их забирать, не уйдут с ранеными. Те выронили оружие, не успели выстрелить. После чего отбежав, встал на одно колено и повёл точный одиночный огонь. Дистанция пятьсот метров. Семь выстрелов, пять точных и два добивающих, и не успевшие уйти в мёртвую зону духи, повалились. Я встал, по привычке меняя магазина на свежий, сказал тяжелодышавшим бойцам, что забрались наверх:

– Значит так, бандитов было одиннадцать, командир, два гранатомётчика и два пулемётчика, остальные в поддержке. Вон лежат убитые, я их из гранатомёта снял, банда уничтожена. Вам, осмотреть, перед этим привязать длинную верёвку к руке или ноге и сдвинуть, переждав. Те могут быть минированы, такое не редкость, занимайтесь, а я к тем пятерым схожу.

Среди бойцов оказался командир отделения, тоже младший сержант, и тот забормотал рацию, сообщая старшему колонны, что засада уничтожена, опасности нет, так что внизу началась суета, машины тушили, ранеными занимались. Дорогу готовились расчистить. Похоже «БМП» не пострадала, гусеницу только обратно натянуть. Когда подошёл к тем пятерым, позади раздался приглушённый хлопок. Вот надо же такими идиотами быть? Проигнорировали мой совет и возились с убитыми моджахедами, ворочая тела. Под одним граната и была с выдернутым кольцом. Предохранительный рычаг освободили, и пожалуйста. Сержант и боец ранены. Пришлось им срочно медпомощь оказывать и в самодельных люльках аккуратно спускать к машинам. К тому моменту встречная колонна появилась. Я этим не занимался, трофеи собирал у дальней пятёрки. Проверил подстреленных духов, живых нет, дрон летает на высоте трёхсот метров, я видел, что контроль не требовался. И да, гранату под телом одного духа тоже видел, потому и дал совет. Ну а то что ему не последовали, не моё дело. Голову на плечах тоже надо иметь. Оружие и ремни с подсумками я спустил вниз, всё интересное себе уже отобрал, убрал в хранилище с техникой космической цивилизации. Немного места там было. Потом открою нужное, перекину туда. После чего направился к старшему колонны, с которой я ехал. Тот общался с незнакомым капитаном.

– Товарищ капитан, разрешите обратится к товарищу старшему лейтенанту? – козырнув, обратился я к старшему по званию.

– Обращайтесь.

– Товарищ старший лейтенант. Я дальше с вами не еду. Сам доберусь.

– Не понял? – разворачиваясь ко мне, нахмурился тот. – Как это не едите? Во встречную колонну перейдёте?

– Нет, я пешком, напрямки. До Джелалабада.

– Правильно про тебя Капитонов говорил, боец с психическими отклонениями.

– Вот даже как? Тогда товарищ старший лейтенант откровенность за откровенность. Мне безопаснее добраться до Джелалабада самостоятельно, чем передвигаться в вашей колонне до Кабула. Знаете, что такое чуечка? Я вам говорил, та орать начала, что я еду к неприятностям, ещё до того, как я в машину сел. После засады, когда я уничтожил её, одиннадцать духов, в одиночку замечу, чуечка не замолчала, а стала громче орать. Значит, ещё будут неприятности. Мне нужно быть в Джелалабаде, а не прыгать под прицелами духов. Проводка колонн – это не моя задача, я только пассажир. Тем более духи не пешком пришли, там лошади, отберу себе смирную коняшку и через пару тройку дней буду на месте, даже раньше если бы на авто катил. Что по вашим солдатам, то они вызывают у меня чувство недоумения. Я вашему сержанту прямо сказал, тела могут быть минированы, проверить, это несложно, привязал верёвку и дёрнул, но куда там? Они же самые умные, полезли и подорвались, двое раненых, один из них тяжёлый. Это даже не идиотизм, идиоты имеют чувство самосохранения. Я не могу сказать, как выразить кем я вашего сержант воспринимаю.

– Сержант, думай кому и что говоришь. Пошёл вон! – взъярился старлей.

– Извините, товарищ старший лейтенант. Зла я вам не желаю, поэтому скажу так. Вон там, у того камешка в восьми метрах от нас, фугас, на который «БМП» не наехал. Надеюсь сапёры у вас есть?

Тот сам меня завёл, а теперь возмущается. Козырнув, я направился к расселине. Быстро поднялся наверх, а что, всё своё ношу с собой, даже берет голубой на голове, в колонне я один десантник. И хотя его Евгений получил, я вполне мог такой носить, в каких условиях только не высаживался, пару раз и на парашютах, так что я вполне имел право именовать себя настоящим десантником. В берете было холодно форсить, не в машине, и тут уже никто не видел, поэтому достал из рюкзака форменную зимнюю шапку и сменил головной убор. Вот так прыгая по камням я и побежал прочь. Глайдер есть, доберусь до места назначения, направление тоже при мне. Тут одиночный выстрел сзади. Дрон мой впереди, я не засёк что за мной пятеро поднялись, махали руками. Пока один выстрелом не догадался привлечь внимание. Обернувшись, я с интересом посмотрел на тех, явно из охраны колонны. Скинул рюкзак, положил под ноги и сел на камень, подложив шкуру. А я сохранил ту, с бандита, она свежая, кудрявая, волос не подран. В медсанчасти мне её помыли и продезинфицировали. В общем, показывал всем видом, что возвращаться не собираюсь, хотят пообещаться, пусть сами идут. А вообще я действительно наговорил лишнее, привык старлеем быть, да знаменитым офицером, вот и рубанул правду матку. Надо будет посдержаннее быть. Тем более я не врал, дрон слетал дальше, там новая засада, и крупная, под сотню духов, гранатомётов много. Многие в афганской военной форме. Дезертиры. А те обычно с оружием бегут, поэтому банда хорошо вооружена. Эту колонну встречную они пропустили, банально не успели, а нашу точно примут. К счастью, привыкать не потребуется, скоро дембель, уже отсчёт идёт ста дней до приказа. Так что повоюем, и домой.

Парни из охраны всё же подошли. Не так легко, как я, прыгая по камням, но нашли тропку и сблизились.

– Командир наш зовёт. Велел привести тебя, – сказал один. Вроде замок, замкомвзвода.

– Мне до вашего командира дела нет, он не мой офицер, мы вообще из разных родов войск. И я был вашим пассажиром, не более. Сейчас им не являюсь. Так что езжайте куда вы там ехали, а я тут посижу.

– Короче, мы слышали, как ты говорил про чуйку, – сержант сплюнул на камни. – Вот и капитан встречной сказал, что у него такой боец был, чуял опасность, здорово выручал, и не раз. Уже дембельнулся. Как же его капитан уговаривал остаться на сверхсрочную… Командир хочет, чтобы ты в дозоре ехал.

– Я отчаянный, но не сумасшедший, ехать с вами это добровольное самоубийство.

– А парней наших не жалко?

– Вот на жалость давить не нужно. Разворачивайте колонну, вертайтесь обратно и скажите, что дорога перерезана. А как почистят, так и катите дальше.

– У нас приказ.

– Бесплатно только мухи родятся.

– Что ты хочешь?

– Десять банок тушёнки, и я доведу вас до Кабула целыми и живыми. О, и пять со сгущёнкой. Мне на месте знакомится и проставлятся. Половину сейчас, половину по прибытию.

– Сейчас с лейтенантом свяжусь.

Кто бы сомневался, тот дал добро. Пришлось топать обратно. Успели вовремя, как раз «БМП» на ход поставили, и колонны начали медленно разъезжаться. Говорю же, узкий участок. А на месте фугаса яма, значит были сапёры, смогли снять фугас. Сам я устроился на броне дозорной бронемашины, подложив под зад так радующую меня подстилку из овечьей шкуры, рюкзак внутрь десантного отсека закинул. Холодало, где-то минус три было, но терпимо. Из-под гусениц летела грязь, вода и лёд, когда мы в лужи заезжали. Двигались где-то на тридцати километрах в час, отстав метров на сто, за нами и колонна шла. Со мной по мимо экипажа было три солдата, я временно принял над ними командование. Из всего отделения, что ранее передвигался на этой машине, уцелели они. Остальные кто убит, двое таких, кто ранен или поломан, когда взрывной волной снесло с машины. Пробития не было, граната попала в гусеницу, машина вполне живая. Убитых было восемь в колонне, ранено двенадцать. Сюда и сержант со своим солдатом входят, что на гранате подорвались. Долбо*бы. Экипаж у «БМП» полный, чуть оглушён был после попадания гранаты, но в принципе норма, даже огонь вёл, но куда не понятно. Так и катили, я на связи был и с экипажем машины и со старлеем. Кстати, фамилия у него примечательная. Сусанов. Жаль не Сусанин, ему идёт. Дрон крутился то впереди, то над нами, на километровой высоте, иногда спускаясь, по очередному участку дороги проверяя на фугас и другое минирование. Пропущенных мест не было, я это чётко фиксировал. Вот так и добрались до места засады. Дорога за это время отнюдь не пустовала, хватало гражданских машин, десятка два проехало, это немного, дорога считалась опасной, два автобуса было, пассажиры даже на крышах сидели, среди узлов и чемоданов. Хм, а один автобус марки «Мерседес», но очень старый. Вот так и появились на виду у засады, к радости моджахедов. Их дозор, выдвинутый в нашу сторону, уже предупредил, те готовились. Сидели тихо.