Земля затряслась с первыми лучами солнца. Тайро проснулся и подскочил от непонятного нагнетающего ощущения. Он осмотрелся и пока не мог точно определить, что происходит, а главное – откуда исходит угроза. Он бросил на проснувшуюся Авилу короткий взгляд, кивнул и поспешил на улицу. Оказалось, что остальных поднял этот же грохот. Юфеймиос и Атрей уже вышли, слышались встревоженные голоса Дариона и Зары. Все выбегали и поднимали взгляды на небо.

Барьер пытались разрушить катапультами. Когда это стало понятно, в воздухе повисло напряжение.

– Кажется, генерал Зен отдал приказ атаковать, – медленно проговорил Юфеймиос, упершись руками в бока, будто ничего не происходит или, наоборот, он знал об этой атаке.

– Либо кто-то сдал, – кивнул Дарион, и Тайро четко уловил его косой взгляд на Атрея.

– Скорее и то, и то, – подытожил он, думая, что и сами стражники, оставшиеся в селении, могли выдать, и люди, и даже люди Огнеборга, знавшие, что Тайро скрывается именно в Темном лесу. Скорее всего, армия сначала обыскала лес, а после перешла к более грубым методам.

Очередной залп снарядов нарушил тишину. Сетка фиолетовых бликов разрасталась по барьеру, а после медленно пропадала. Пелена снова становилась прозрачной, будто никакого барьера там и не было. От очередного залпа купол вспыхнул яркими искрами, но удержался. Тайро задумался. Он усилил защиту по максимуму, и она была рассчитана для таких нападений, но сила противника оказалась неожиданно мощной. Воздух наполнился гулом и вибрацией от бесконечных атак, а дрожь земли поднималась от пяток вверх, проникая во все тело.

– Нужно уходить, – уверенно проговорил Тайро. – Уйдем вдоль скал. – Он глянул на подножье горы и еле уловимую свободную дорожку. С одной стороны они будут надежно защищены стеной, с другой – еще держащимся барьером. Тайро проложил безопасный отход еще в день, когда впервые прилетел сюда. С годами он начал думать, что она никогда не пригодится. Но этот день настал.

– А может, дадим бой? – воодушевленно предложил Дарион, ухватившись за секиру, которую уже успел закинуть себе на спину. Позади него раздался скрип двери – Авила проснулась и тоже вышла из дома.

– Мы не в выигрышном положении, – возразил ему Атрей.

Они еще некоторое время смотрели друг на друга, а после, будто о чем-то договорившись, поспешили отвязать всех четырех лошадей. Они уже были готовы оседлать их, но Авила и Зара забежали в дом. Все ждали, время тянулось. Тайро решил пройти и проверить, что они делают, но тут обе показались с двумя набитыми сумками и переглянулись между собой.

– Давайте на лошадей, – кивнул Тайро и забрал у них сумки. Одну кинул Дариону, вторую Атрею. Они пристегнули их к седлам и только потом забрались в седло. Юфеймиос отдал свою лошадь Заре, он полностью восстановился и теперь мог летать и использовать свою силу.

Тайро только сейчас обратил на это внимание: волшебник летает сам – и уставился на него. Юфеймиос поднялся в воздух и замер в немом вопросе. Остальные оседлали четыре лошади и приготовились отправиться в путь, но Тайро заметил заминку волшебника, видимо, тот пытался понять, почему удивляются его свободному полету. Под очередным залпом Тайро поднялся в воздух и показал, куда уходить – по дороге сквозь густо растущие деревья вдоль подножия скал. Так они выйдут к берегу. Атрей говорил, что именно туда он велел явиться тем войскам, главы которых согласились сражаться за Авилу.

Обстрел не утихал ни на секунду. Каждый новый удар эхом отдавался в сердце Тайро, напоминая о том, как близка опасность. Барьер начал трескаться, и жар от разрывающихся снарядов становился все ощутимее.

Темный лес, ставший свидетелем стольких испытаний, скрывал их от взглядов солдат и магов, призванных служить новому, незаконному властителю, и лишь топот копыт выдавал их местонахождение.

Тайро решительно вел друзей, семью и совершенно новых для себя людей прочь от опасности, уверенный, что у них еще есть шанс спасти не только свою жизнь, но и весь лес от угрозы уничтожения и пожара. Он быстро обернулся и увидел, как его дом полыхает в огне. В груди болезненно сжалось. Он провел в нем пятнадцать лет и потерял одним днем. История повторяется, он снова бежит. Казалось, затянувшаяся рана вновь кровоточила, напоминая о том, как когда-то он лишился не только родного дома, но и семьи, народа. Мысль о предательстве Фаргара лишь усугубляла и увеличивала скорбь.

Слева раздался очередной взрыв. Лес заполыхал, барьер кусками пропадал. Тайро вытянул руку в сторону пожара и два раза покрутил кистью. Огонь утих. Тайро не хотел, чтобы погибли деревья, не хотел, чтобы еще одно место, которое служило его домом, превратилось в пепел.

На звуки возгласов и криков Тайро снова обернулся. За ними отрядили погоню. Они прорвались через купол и уже шли по пятам. Тайро переглянулся с Авилой. Она заметила его печаль, Тайро это чувствовал, видел в ее сверкнувших пониманием глазах, резко развернулся и продолжил путь, с силой сжав скулы. Не время для этого. Надо уходить. В драку вступать не хотелось.

– Смотрите, – послышался голос волшебника, и Тайро поднял глаза.

Проход к спуску на берег завалило камнями. Тайро поднял голову на скалу. Оползень? Это путало их планы, но, если они успеют перебраться, эти же камни станут щитом.

– Придется идти пешком, – холодно кинул он. – Ты, – он обратился к волшебнику, не желая выговаривать его длинное имя, – поможешь перебросить их по воздуху на тут сторону.

– Мы бросим лошадей? – Авила нервно сглотнула, и Тайро заметил, как она сильнее сжала поводья.

– Иногда приходится чем-то жертвовать.

Они ушли уже достаточно далеко, но Тайро казалось, что он все еще слышит, как трескаются доски его дома, как рушатся его стены, как огонь пожирает то, что было ему дорого. В этом доме произошло много хорошего, и часть воспоминаний была связана с Авилой. Он вздохнул.

Авиле явно было тяжело оставлять лошадей там, где они, скорее всего, погибнут, если не убегут или если их не заберут солдаты Зена. Она то и дело на них оглядывалась и гладила. Юфеймиос подхватил Дариона и Зару в прозрачную полусферу и поднял в воздухе, чтобы перекинуть на другую сторону обвала. К Тайро подошла Авила и подала руку. Он понимал, что в этот миг его жизнь меняется кардинально, и пора было решаться – будет ли его дух с этим согласен или против, примет ли он новую реальность. Тайро ухватился за нее, потянул и поднял в воздух. Выбор сделан. И Тайро понял только сейчас, что этот выбор сделан уже давно. Он выбрал ее, Авилу, как надежду. Вместо смирения с прошлым и тихой скорби по ночам пришла вера в будущее.

От огня позади них дорога окончательно стала непроходимой. О скором приближении вражеской армии предупреждало ржание лошадей. Тайро схватил свободной рукой Атрея и поднялся в воздух. Преграда оказалась не сильно высокой. Поставив их на ноги по ту сторону, Тайро кивнул на проход к берегу.

Взрывная волна, отдающая фиолетовым паром, откинула их от завала. Тайро поднялся и устремил туда взгляд. В проеме возникли преследователи. В первых рядах – всадники, чьи лица скрывали темные мантии. Они держали в руках магические сферы, сияющие фиолетовым. Тайро про них слышал, еще когда жил в Фойтии, – это маги пространства. Неудивительно, что они так быстро их нагнали.

Тайро призвал огонь и встал впереди, судорожно размышляя, что из подручного материала можно использовать. Не хотелось уничтожать все вокруг, но дело было не только в этом. Что-то внутри него грызло душу и не позволяло прибегать к насилию. Не хотелось вредить этим людям.

Маги напали первыми. Магические потоки устремились прямиком в его сторону. Резким движением Тайро образовал стену из огня, которую удерживал, пока Юфеймиос и остальные бежали сквозь деревья. И лишь краем глаза он заметил, что они свернули не туда. Испугавшись, что и там может быть засада, Тайро сосредоточил силы и резким движением руки вызвал разрыв в земле, из него повалили ядовитые пары подземного мира. Разрыв расширялся, преграждая путь погоне. Убедившись, что это их задержит, Тайро побежал следом через узкий проход между терновником и обильно растущими деревьями.

Они выбежали на утес, с которого открывался вид на берег, – как раз туда, куда они и должны были выйти, но сейчас преградой стала смертельная высота.

– Приплыли, – недовольно пробурчал Дарион, подойдя к обрыву. – Значит, дадим бой! – уже более воодушевленно проговорил он.

Послышался взрыв и топот. Маги, держащие сферы, шли за ними. Они смогли преодолеть разрыв быстрее, чем он думал. Не зря про них ходила молва о безупречном искусстве управления пространством. Тайро понимал, что уйти от них невозможно, придется действительно биться.

– Перо, которое я тебе дал, с тобой? – тихо спросил Тайро, подлетев со спины к Авиле.

– Да, – непонимающе ответила она.

– Хорошо.

В голове вспыхнуло воспоминание об их первой встрече, как она упала с обрыва, а он ее подхватил. В тот миг ее объятия стали чем-то новым в этой, казалось бы, обреченной жизни. Тогда он впервые ощутил тепло, заставившее его привести в дом незнакомку, помочь неизвестно кому, возможно, подвергнуть себя и Зару опасности. Но это тепло, превратившееся в искру, привлекло его, стало тем, из-за чего он позже пришел на встречу с ней, показал сначала страшные, после удивительные места и то, из-за чего остался вместе на поляне. Тайро почувствует пленяющий и столь желанный покой рядом с ней, он снова станет смеяться, вспомнит, что такое радость, и посмотрит на свою жизнь как на что-то прекрасное, а не омерзительное, не заслуживающее, по мнению людей, существования.

Тайро резко схватил ее за руку и скинул с края утеса.

Авила закричала. Она падала спиной вниз. В глазах читался ужас.

– Ты что сделал?! – закричал Атрей, бросившись к обрыву. Его взгляд замер, и он замолк. Тайро облегченно выдохнул и улыбнулся. Получилось.

В их сторону направился поток магии, Юфеймиос быстро среагировал и выставил перед собой щит, закрыв всех, возможно, от смертельной атаки.

– Быстрее делай, что задумал, – проговорил он.

Авила поднялась в воздухе на небесно-голубых крыльях. Они переливались на солнце и будто сияли изнутри. Авила была шокирована и не понимала, как она держится на весу. Она расставила руки в стороны и, казалось, с замиранием сердца смотрела на высоту под собой. Тайро лишь на секунду отметил про себя сходство Авилы со своей матерью и постарался выкинуть из головы все лишние мысли, но они, как назло, лезли все упорнее.

Он сорвал с себя еще одно перо и вручил его Заре.

– Зара, летите к зимним ягодам, – попросил он, зная, что она поймет, о каком месте речь: о месте, где они часто играли и называли своим тайным убежищем. Там можно укрыться.

Зара разбежалась и легко спрыгнула с обрыва. В следующее мгновение она поднялась в воздухе на серых крыльях и взяла за руку Авилу, пребывающую в шоке.

– Не переживай, это легко, летим, – проговорила она.

Они улетели, и Тайро развернулся, оставшись в компании тех, кто сможет постоять за себя. Он мельком глянул на своих сокомандников: помочь им улететь так же, как Заре и Авиле, он не мог – делиться крыльями получалось лишь с двумя людьми одновременно. Каждое данное им перо несло в себе силу того крыла, с которого он его сорвал.

– А мне перышко? – засмеялся Дарион, играя бровями.

– У меня всего два крыла, – смеясь, развел руками Тайро.

Щит Юфеймиоса пал, но волшебник призвал магию, которая сначала покрыла его руки ярким сиянием, а после вышла за пределы тела и сформировала новый щит. Дарион вооружился секирой и пару раз прокрутил в руке рукоять, Атрей достал из ножен меч, и только Тайро стоял и думал о своей силе. Последние пятнадцать лет он не прибегал к ней. В тот день, когда он случайно ранил свою мать, он отказался от магии, пообещал себе, что больше никогда ее не использует. Сейчас же кровь кипела и мысли путались, а разум кричал, что время пришло – пора дать отпор, использовать магию, которую он отвергал и боялся.

– Дарион и Атрей, назад, – четко проговорил Юфеймиос. Тайро видел – он сосредоточил силу, которая переломила щит и преобразовалась в сферу, формирующую шаровую молнию, скопление грозовой энергии в сжатой форме.

– А чего это мы назад?! – возмущенно ответил Дарион, явно желая бежать в атаку в первых рядах.

– Это маги пространства, – тише проговорил волшебник, – физические атаки против них бесполезны.

Тайро следил за ним и не мог поверить в происходящее – Юфеймиос использовал одно из забытых заклинаний первозданной магии. Этот факт не укладывался у него в голове, казалось, что он заснул и оказался где-то в далеком прошлом, когда отец показывал это заклинание ему и Райко на дворцовой площади. Тайро сглотнул, ожидая результата.

Маги и солдаты начали расходиться, открывая дорогу их лидеру. Почти сразу показался мужчина с темными, немного седыми волосами, в черных увесистых доспехах с таким же темным мехом у ворота его плаща, которые сливались с его короткой бородой. Тайро сразу узнал его. Это он руководил нападением на Фойтию. Это он стоял в первых рядах и смотрел, как его мать сжигали на костре, – генерал Зен Сквайер. Он медленно осмотрел их и остановился на Юфеймиосе.

– Ты хочешь попробовать выступить против магов пространства? – раздался грубый голос. – Ты уже слишком стар, Хью. Что ты можешь?

Он грозно и холодно смотрел на волшебника, будто у него были личные счеты, а после он резко глянул на Тайро.

– Ну а ты? – усмехнулся он. – Так и будешь прятаться за спинами своих друзей?

Он смеялся, а Тайро не находил слов. Его лицо напомнило ему о дне, когда он потерял все, что было ему дорого.

– Трус, сбежавший с поля боя. Даже со всей силой мира – ты слишком слаб! – Зен кивнул своим людям, и маги пространства тут же начали колдовать.

Возможно, Тайро и был с ним согласен – владеть силой первозданной магии и бояться ею пользоваться – трусость, но в одном Зен точно ошибался. Тайро никогда не считал себя слабаком. Он перевел взгляд на волшебника и видел, что ему не хватает сил закончить заклинание. В доли секунды преодолев расстояние между ними, Тайро поднес ладонь под формирующуюся сферу, вкладывая в нее свою силу. Если его догадка верна – все получится. Если же Юфеймиос действительно простой человек – сфера погаснет. Тайро сильно удивился и не смог сдержать шокированного взгляда на Юфеймиоса, ощутив совместимость их магии. Их силы сливались в едином потоке как части одного целого. Как такое возможно? Это родовая фойтийская магия, как человек смог изучить ее и иметь возможность использовать? Он нервно сглотнул и тряхнул головой. Сейчас не время, но он узнает, в чем причина.

Шар в руках Юфеймиоса загорелся с новой силой. Из неба ударила мощная молния, которая разбилась на множество ручейков, покрывших Юфеймиоса и Тайро полностью, не причинив вреда. Волшебник направил энергию в магов, волна откинула их: кто-то упал с обрыва, кто-то улетел в лес, несколько особо крепких остались стоять, закрывшись щитами, а сам Зен закрылся черной энергией, исходящей из его огромного двуручного широкого клинка.

Но хотя бы они выиграли время.

– Лететь можешь? – тут же спросил Тайро у волшебника и, как только получил одобрительный кивок, продолжил: – А этого унесешь? – Он указал на Атрея.

– Да, – также коротко ответил Юфеймиос.

– Тогда за мной.

Тайро подождал секунду-другую, пока Дарион закинет секиру себе за спину и сцепится с ним за предплечья, и поднялся в воздух. Юфеймиос образовал вокруг Атрея полупрозрачную сферу и отправился следом. Тайро старался скрыться из поля зрения Зена и солдат как можно скорее, чтобы они не проследили их путь. Дорога пролегала через Северные скалы и выше – туда, где обитал мороз и ледяные глыбы. Он летел в скрытое место, которое нашел после падения Фойтии. Он оглянулся и посмотрел на волшебника. Все-таки он еще не восстановился, либо же Зен был прав и он действительно уже слишком стар. У Юфеймиоса заканчивались силы, сфера слабела, и он летел все ниже. Тайро хотел поделиться с ним своей магией, рассудив: раз с заклинанием вышло, то стоит попробовать еще раз. Он сформировал в свободной руке шарик из частиц магии и направил его в волшебника. Первозданная магия приняла Юфеймиоса как родного: сфера окрепла, тем самым спасая жизнь и Атрею, сил на полет стало больше. Но оставался только один вопрос – кто на самом деле Юфеймиос-Хью Култхард?

– Холодно, мать его! – выругался Дарион, стоило повернуть по крутому склону вверх.

Температура падала, метель крутила колючий снег, но Тайро знал – это самое безопасное место из ныне доступных. Остался последний поворот в глубь скал. Там, между двух утесов, есть невидимый снаружи грот. Именно он послужит им новым убежищем.

– Тайро! – послышался голос, стоило им приблизиться.

– Зачем ты кричишь? – строго спросил Тайро, как только они приземлились.

Зара виновато опустила взгляд. Внутрь грота они прошли молча. Тайро коротко кивнул ей и посмотрел на волшебника – тот не чувствовал холода. Он никак не реагировал на погоду вокруг, когда остальные тряслись и стучали зубами. С каждым разом, как Тайро наблюдал за Юфеймиосом, у него возникали новые вопросы, и он понимал, как мог ответить на них, но не желал признаваться самому себе в своих догадках.

Они вошли внутрь пещеры. Авила сидела, сжавшись возле места под костер. И пусть она дрожала у костра, Тайро видел ее облегчение.

– Наконец-то! – выдохнула она и подошла ближе к Тайро. – Я переживала, – дрожащим голосом говорила она. С широкой улыбкой Авила осматривала грот, и Тайро понял – она тоже узнала это место. Именно здесь они скрылись от дождя, и именно здесь они открыли друг другу свои чувства, выразив их в поцелуе.

Дарион громко выдохнул и прошел вглубь. Атрей прошел с ним и сел рядом. Они скинули оружие, желая хорошенько отдохнуть. Тайро даже отметил, что они чем-то похожи. Внутри было немного теплее: суровый ветер не проникал внутрь, но стоящий мороз по-прежнему не давал расслабиться.

– Сейчас разожгу огонь.

– Не стоит, я сам, – тут же отозвал Юфеймиос, пройдя к центру грота. Он выставил руку перед собой. Огонь, выходящий из его пальцев, объединился в один поток и зажег лежащие в углублении сухие палки. – Но тут хватит ненадолго. Подходите греться.

Наступила ночь. Температура стремительно падала, и волшебный огонь оказался единственным спасением: стены защищали лишь от ветра. Волшебник смог наколдовать одеяла, и сейчас, закутанные в них, все спали. Тайро открыл глаза и заметил, что одного у костра не хватало. Он аккуратно положил голову Авилы на свое одеяло, встал и направился к выходу.

Юфеймиос стоял у обрыва и наблюдал за бушующими волнами. Он явно был чем-то обескуражен или удивлен. Казалось, что-то терзало его мысли, не давало покоя, не позволяло уснуть. В этом они с Тайро были похожи – совсем скоро ему предстояло идти на встречу с братом, и он не знал, чего от нее ожидать.

– Юфеймиос Хью-Култхард, – медленно, будто читая очень важное и древнее заклинание, проговорил Тайро и поравнялся с волшебником. – Звучит так, будто имя выдумали, – закончил он мысль, пристально наблюдая за реакцией волшебника, но ее не последовало. Он лишь перевел на него взгляд и продолжал молчать. – Кто ты такой? – не выдержал Тайро и спросил прямо.

– Есть предположения? – как-то загадочно улыбнулся Юфеймиос.

Его лицо озарялось светом луны. Тайро не решался высказать вслух свои предположения. Слишком абсурдно выглядели его догадки даже в собственных мыслях: первозданная магия Юфеймиоса признавала, у него были способности к лечению и полету без каких-либо подручных артефактов, а главное – он понимал древний язык, на котором писались свитки драконов. Ни Атрей, ни кто-либо из королевства не смог бы их перевести. Дар к этому языку передавалась через кровь драконов их потомкам. Это в крови его народа.

– Фойтиец, – тяжело проговорил Тайро. Впервые за пятнадцать лет он встретил кого-то из своего народа, но вопросов оставалось еще слишком много. – Но я не понимаю…

– Давай отойдем. – Юфеймиос кивнул на выступ пониже, где вместо каменных скал виднелась трава и какие-то ветки.

Юфеймиос приподнялся в воздухе, не дожидаясь ответа Тайро. Тайро последовал за ним и внимательно следил за его действиями. Волшебник ступил на траву и прошел дальше. Выбрав несколько веточек, будто уже знал, что они там лежат, он скинул все в одну кучу и направил руку. Из его пальцев образовалось пламя, густым сливающимся в один поток напором поджигая их. Юфеймиос будто медлил, не желая начинать разговор. Он щелкнул пальцами, и возле костра появились два бревна.

– Я так понимаю, разговор будет долгим. – Тайро прошел и сел на бревно, наблюдая за тем, как волшебник делал то же самое.

– Моя мать была фойтикой, – выдал Юфеймиос.

Тайро свел брови и нервно сглотнул. Он оказался прав. Юфеймиос наполовину принадлежал его народу. Однако это признание не уменьшало количество его вопросов, ответы все еще требовались.

– Как ты сохранил магию? Где твои крылья? – Тайро не мог сдержаться, ему хотелось получить ответы сразу на все.

– Эти вопросы связаны, – улыбнулся Юфеймиос. – Мой отец ненавидел мать. Он не хотел, чтобы я был… – задумался он, – был таким, как ты. Он дождался, когда у меня вырастут крылья, потом выкачал из них всю кровь. Я ее выпил.

– Он хотел лишить тебя крыльев, но сохранить магию?

– Да, он много экспериментировал с этим. И у него получилось. Он отрубил мне крылья, когда те уже были истощены и ослаблены, а потом заставил их съесть. Так я научился летать без них. И так я сохранил свою магию.

– Это ужасно, – прошептал Тайро.

– Это было к лучшему, – пожал плечами Юфеймиос. – Так бы я погиб вместе со всеми, а сейчас я жив, уважаемый человек и…

– Свой среди чужих, вот ты кто, – не выдержал Тайро. – Как ты мог допустить, чтобы с твоим народом это произошло? Неужели ты тоже был…

– Да, я был за, – перебил его Юфеймиос и посмотрел на огонь. Пламя отражалось в его глазах, и, только присмотревшись, Тайро увидел там влажную пелену. – Я ненавидел фойтийцев, я ненавидел то, что я их часть. Об этом никто не знает. Отец с детства запретил мне говорить об этом.

– Почему? – не понимал Тайро.

– Потому что фойтийцы – предатели.

Тайро замолчал и задумался. Мысли уводили его к Фаргару, который действительно предал свой народ, но ему казалось, что причина ненависти гораздо глубже. И тут его осенило. Мать оставила Юфеймиоса в младенчестве, и ее поступок породил ненависть не только в Юфеймиосе. Точнее, сначала в его отце, а после тот передал это чувство и даже воспитал в нем отвращение к фойтийцам.

– От тебя я не чувствовал ненависти, – вдруг сказал Тайро, поняв, что с самого начала волшебник не проявлял к нему злобы, не кидал осуждающих взглядов и не старался уколоть. Юфеймиос молчал. Треск огня и шуршание ветра в кронах деревьев разбавляли тишину. – Из-за Авилы?

– Ты меняешь ее, – выдохнул он. – Поэтому я в какой-то момент смирился и лишь опасался, что ты предаешь ее и всех нас. Но ты, правду сказал Зен, отличаешься от…

– Фойтийцы не предатели, – перебил его Тайро, поняв, к чему тот ведет. – Среди вас тоже такие есть. Как и среди нас, преданные и верные. В тебе кровь фойтийца, но ты же не думал предать Властителя, когда он творил зверства. Ты же не думаешь предать Авилу. – Тайро разозлился, пытался остановиться, но уже не мог. – Твой отец поступил подло! Он ненавидел фойтийцев и привил тебе эту ненависть, хотя сделал все, чтобы ты сохранил первозданную магию, которая тебя и возвысила. Это ли не предательство твоего отца?

Юфеймиос молчал. Он смотрел в огонь и будто пытался найти там ответы на мучающие его вопросы. Будто пытался увидеть там свое прошлое или иную жизнь – такую, какой она бы была, не брось его мать.

– Думаешь, фойтийцы и люди похожи? – вдруг спросил Юфеймиос.

– Отец нам с братом всегда внушал, что люди – мерзкие, – выдохнул Тайро, – и я долгое время так и думал. А потом…

– Встретил Авилу? – улыбнулся волшебник.

– Авила лишь подкрепила это осознание, что я ошибался. Впервые я засомневался из-за Зары. Она не была мне родной и даже на малую долю не была фойтийкой, но она росла и все чаще напоминала меня в детстве.

– Но ты ее воспитал с четким пониманием того, что она не человек, а фойтийка, – прищурил глаза Юфеймиос.

– Но быть человеком она от этого не перестала. – Тайро улыбнулся, и до него дошло, что мешает жить Юфеймиосу. – Точно так же, как и ты не перестал быть фойтийцем, пусть и наполовину, даже несмотря на то, что ты упорно пытаешься в себе это искоренить, скрыть или подавить. Внушить себе, что ты человек. Однако каждый раз, используя магию, нашу магию, ты возвращаешься в прошлое. Уверен, ты даже не пробовал принять себя таким, какой ты есть.

Тайро встал и подошел к обрыву. Беспокойное море будто отражало все чувства, которые разливались в душе. Черные волны с шумом разбивались о скалы, разлетаясь на множество осколков, отражающих лунный свет.

Юфеймиос подошел ближе к краю и встал рядом.

– А может, ты и прав, – сказал он, медленно вдыхая полной грудью морской воздух, – Тайро – младший сын вождя Аргоса, – закончил он и улыбнулся.

Эта улыбка отличалась от всех тех, которые видел Тайро. Спокойная, даже радостная, чем-то напоминающая искреннюю улыбку Авилы. Тайро казалось, что сейчас Юфеймиос признал его, а главное, признал и в себе то, что так старательно скрывал, топил и уничтожал. Волшебник протянул ему руку, а Тайро, лишь на секунду помедлив, пожал ее. Все-таки ощущения его не подводили – он чувствовал что-то родное в этом странном старике.

– У меня будет к тебе просьба, – сказал Тайро, заметив, что звезды на небе потускнели: приближался рассвет.

Он не думал, что обратится с этим именно к Юфеймиосу. Он хотел просить Дариона, но сейчас передумал. Он понял, что волшебник – единственный, кому выполнить это поручение будет по силам.

– В чем дело? – переспросил Юфеймиос, характерно уперев руки в бока.

– Если я не вернусь, ты уведешь Авилу и Зару в Ближний мир, – твердо сказал Тайро и пару раз быстро щелкнул. В воздухе загорелась спираль, из которой выпало кольцо. – Это ключ. Вы окажетесь на границе, если ты капнешь свою кровь на камень. – Тайро выдохнул. Наличие Юфеймиоса сильно облегчило ему задачу и даже придало больше уверенности. Дариону бы пришлось долго объяснять, давать свою кровь для активации ключа и после надеяться, что он все сделает правильно: все-таки он не владеет магией и далек от ее тонкостей.

– Переживаешь, что не сможешь победить брата?

– Он силен, – улыбнулся Тайро. На самом деле он думал лишь о том, что не сможет поднять на него руку, не сможет убить или причинить вред последнему члену семьи. – И еще, – Тайро набрался смелости, – я хочу, чтобы ты в случае чего убил моего… – Тайро сглотнул. Слова давались с трудом. – Моего ребенка еще до рождения, если вдруг…

– Если вдруг ваши развлечения принесут плоды, – усмехнулся Юфеймиос. – А я так старался намекнуть и предотвратить это.

– Сделаешь? – с нажимом продолжил Тайро, не желая оправдываться и вдаваться в подробности. Времени оставалось слишком мало.

– Все ради ее спасения, – покивал волшебник.

– Спасибо, Юфеймиос. – Тайро благодарно кивнул в ответ.

– Свои меня называют просто Хью, – расплылся тот в широкой улыбке, – называй меня тоже так.

– Договорились. – Тайро по-дружески толкнул его в плечо и повернулся к морю.

Небо медленно светлело, море становилось чуть более спокойным, и это говорило, что им пора. Тайро должен еще успеть попрощаться с Авилой.

Когда они вернулись в убежище, оказалось, что все, несмотря на глубокую ночь, уже не спят.

– Вернулись, – недовольно прошипел Атрей, переводя взгляд между Тайро и остальными, как будто он ожидал непредвиденных осложнений. – Тебе скоро нужно выдвигаться.

– Знаю, – коротко ответил Тайро, не желая ввязываться в спор.

Времени почти не осталось, а им нужно было обсудить последние детали плана. Тайро перевел взгляд на Авилу, и его сердце сжалось. В ее глазах отражались горечь и безнадежность, которые словно наполняли грот невидимым напряжением. Он понимал ее страх и беспокойство, ведь путь, по которому ему предстояло идти, был полон опасностей, но этот путь он должен будет пройти без нее. Напряжение витало в воздухе, и даже Зара, которая понимала не все, старалась чем-то помочь.

– Мы сможем уйти незаметно, – заговорил Тайро, его голос звучал уверенно. – Главное – не привлекать внимания. Уйдем, как только вернусь.

– Если все пойдет не по плану, что тогда? – спросил Хью тихо. – Что с запасным планом?

Тайро бросил на него быстрый взгляд, ощутив, как его плечи налились тяжестью ответственности. Вопрос был слишком важным, чтобы игнорировать.

– Если что-то пойдет не так… – начал Тайро, но его перебила Авила, которая, несмотря на присутствие остальных, тихо подошла к нему и села рядом, прижавшись плечом к его плечу. Тайро сразу обнял ее, ощущая, как ее страх проникает в него, заполняя его собственную неуверенность. – Мы должны быть готовы к худшему, – закончил он, обнимая ее крепче.

– Отличная стратегия, – усмехнулся Атрей. – Судя по тому, что никто из мировых лидеров мне не ответил, рассчитывать мы можем только на нашу эскадру. Малочисленную эскадру.

– Ничего, прорвемся, – усмехнулся Тайро.

Хью обещал, что в случае смерти Тайро он отвезет Авилу и Зару в Ближний мир – мир, лишенный магии. Они будут в безопасности, ведь туда не попасть без ключа или портала, это был идеальный план по их спасению, и это успокаивало бешеный поток горечи в его душе. Дариона он не мог принуждать идти с ними, но был уверен, что тот их не бросит и тоже уйдет в мир, который, Тайро был уверен, ему понравится. Там он сможет им помочь. Тайро перевел на Хью взгляд в поисках подтверждения ответственности и обязанности, которую тот взял на себя, – защиту Авилы и Зары. Юфеймиос кивнул, его лицо оставалось холодным и спокойным, но в глазах мелькала решимость.

Время вышло. Тайро поднялся и направился к выходу. Авила последовала за ним. Сначала он был недоволен – ему не хотелось рвать ей душу прощаниями и лишними обещаниями, но после решил, что они хоть на какое-то время принесут ей облегчение. Он остановился у порога и повернулся. Авила тут же обняла его и тихо всхлипнула, будто отчетливо понимала мысли Тайро, слышала их. Тайро погладил ее по волосам, стараясь успокоить, хотя сам внутри был разбит на части. Он знал, что может не вернуться, и осознание этого рвало сердце на куски.

– Ты должен вернуться, – прошептала она, заглянув ему в глаза. В ее же отражались лучи рассвета. – Я прошу тебя… вернись.

Тайро молча кивнул, не находя слов, чтобы ответить. Он сам хотел вернуться, но будущее было неопределенным, и на этот раз он не смог повторить обещание, исполнение которого зависело не от него. Авила побледнела, будто истолковала его молчание верно, слезы потекли по ее щекам, она не пыталась их сдерживать, а обнимала Тайро все крепче, как будто боялась, что, отпустив, больше никогда не увидит. И Тайро понимал это чувство. В нем разливалось точно такое же ощущение страха и безнадежности.

– Я вернусь, – все-таки тихо проговорил он, прикасаясь губами к ее лбу.

Авила внимательно посмотрела и нахмурилась, вероятно, уловив его неуверенность.

Подняв взгляд на остальных, Тайро заметил Хью. Он стоял и наблюдал за ними с легкой понимающей улыбкой. Тайро знал, что, если с ним что-то случится, Юфеймиос исполнит свое обещание и увезет Авилу подальше от всех этих ужасов.

Тайро отстранился, бросил последний взгляд на Авилу, которая стояла как статуя, обхватив себя руками, и вспорхнул в небо. Он знал, что может никогда больше ее не увидеть, но ради нее, ради их общего будущего он был готов рискнуть всем.

* * *

Тайро летел в лучах рассвета прямиком к Вершинам. Он не был здесь пятнадцать лет, и сейчас возвращение домой отдавалось в его груди болезненным чувством обреченности и скорбью памяти. Мороз холодил лицо, метель попадала в глаза и мешала смотреть вперед, но этого и не требовалось – Тайро хорошо знал местность и дорогу до места встречи с братом. Места, откуда все началось, где зародилась ненависть Райко.

Холм, окутанный мраком и холодом постепенно освещался первыми лучами восходящего солнца. На этом холме стояли последние врата – за ними уже виднелась Фойтия. Солнце не справлялось, не могло осветить местность, обогреть ее. Тусклые лучи будто вместе с Тайро несли траур или же, наоборот, не желали помогать.

Показался их старый заброшенный дом, Дворец Света, особняком стоящий среди суровой морозной метели. Тайро подлетел, приземлился и шагнул вперед, поддавшись желанию войти, его сердце колотилось в ожидании предстоящего разговора, но ждать нужно было именно здесь. Там, где все началось. Он знал, что эта встреча могла стать их последней: едва сдерживаемая вражда и напряжение между ним и братом достигли апогея.

– Ты пришел, – прозвучал голос Райко, отразившись эхом в пустоте. В его тоне сквозило нечто, от чего волосы на затылке Тайро встали дыбом.

– Иначе и быть не могло, – ответил Тайро, пытаясь сохранить спокойствие, хотя внутри его разрывали противоречия. Он медленно повернулся на голос. Райко стоял во всем величии некогда забытого народа – белоснежные крылья будто отражали сверкающий снег, а сам он держался гордо, по-королевски достойно. – Я хочу решить все мирно.

Райко шагнул из тени. Его лицо искажала ярость, он едва ее сдерживал, словно дикий зверь на цепи. Энергия вокруг него казалась почти осязаемой. Артефакт на шее пульсировал и сиял зеленовато-золотым. Тайро слышал об этом флаконе – вода из мира духов, способная вернуть желаемое. Тайро усмехнулся – Райко вернул себе силу у бога Смерти.

– Мирно? – с презрением произнес Райко, повысив голос, который будто заполнил собой пространство. – После всего? После того, как ты предал меня?

– Предал? Это ты позволил этой жадной силе поглотить себя! – Тайро тоже повысил голос. Его душу до боли сковывали суровые цепи страшных решений, Тайро хотел найти спасение, покой, и единственное, что могло ему сейчас помочь, – это мир с братом. Злость накатывала при одном намеке на понимание, что это отныне невозможно. – Ты не осознаешь, что артефакт сводит тебя с ума!

Райко вздрогнул, его глаза полыхнули гневом. Он шагнул вперед, и напряжение между ними стало почти ощутимым.

– Ты помогаешь этим тварям! – закричал Райко.

– Я не помогал Флавию, – четко ответил Тайро. – Я пришел поговорить, но я не соглашался на его условия. – Он тяжело сглотнул от понимания, что сейчас он действительно помогает тем, кто не меньше Флавия виновен в смерти его народа. Совесть грызла сознание, но он все еще верил, что поступает правильно.

– Зачем ты вообще пошел туда?

Райко не сдержался. Он подлетел и нанес первый удар. Крепкий кулак вбился под дых. Тайро ощутил резкую боль и согнулся. Ему не дали перевести дух. Атаки продолжались одна за другой. Райко кричал, что-то говорил о семье и преданности, но фразы обрывками доносились до слуха Тайро. Гнев и боль Райко обильным потоком тычков лились на Тайро, оголяя давние обиды и непонимание, скапливающиеся на протяжении многих лет.

В ладонях Райко закружилось белое пламя. Он был мастером огня, и сейчас его магия разливалась вокруг, грела кожу и наполняла пространство жаром, точно пытаясь превзойти даже суровый холод вокруг. Он готов убить брата за предательство, в котором был уверен. И Райко больше не желал слушать. Он уже разбил ему нос, но Тайро еще сомневался, что сможет поднять на него руку. Нужно ли ему это делать. Образ Авилы всплыл в подсознании, подобно напоминанию, что ему есть за что сражаться и к кому возвращаться. Поток огня лился в его сторону. Решимость окрепла в ту же секунду, как пламя Райко обожгло его, напомнив об истинной силе наследника Фойтии. Тайро тут же призвал свою магию, заставляющую кровь закипать. Он окружил себя алым пламенем и устремил поток в брата, отодвигая его пламя дальше от себя. Противостояние нарастало с каждой секундой борьбы. Райко и сам был силен, а артефакт наделял его дополнительной мощью, но Тайро понимал, что, теряя контроль над телом, брат не мог направлять магию с той точностью, как когда-то в прошлом. Тайро собрался, сосредоточился на каждом движении, уклонился и ушел в сторону, избегая чрезмерно мощных, но неуклюжих атак. Казалось, что Райко и сам уже не мог справляться с той силой, которая захватила его с головой. Тайро присмотрелся и увидел, что бутылек на его шее опустел. Он выпил все без остатка, сделал высшие ставки, и этот бой – последняя их встреча. Больше Райко не сможет использовать магию.

Собственная сила Тайро не могла сравниться с той, что дарил Райко артефакт, но он знал, что должен использовать каждое преимущество, которое может получить. Тайро скрылся за скалой и, сосредоточившись на земле, скрывающейся под плотным слоем снега, образовал разломы. Из них поднялся жар, который он направил в Райко. И хоть он понимал, что его пламя не причинит ему никакого вреда, в отличие от белого огня Райко, Тайро рассчитывал на эффект неожиданности. Тайро нужно было время, ему было необходимо дождаться момента, когда солнце выйдет полностью. Но Райко понял его план и поднялся в воздух, поливая все вокруг жгучим, накаленным до максимума пламенем, испаряющим снег и выжигающим мерзлую землю. Тайро пришлось покинуть укрытие и подняться в воздух, чтобы уклонится от очереди атак. Сейчас он понимал четко: Райко хочет его убить. Разговоры бесполезны. Он принял решение.

С каждой новой атакой, с каждым разменом ударами Тайро начинал осознавать, что их поединок зайдет в тупик, если он не примет решительные меры. Если Тайро не будет готов убить брата, ему не удастся даже приблизиться к нему.

Тайро взглянул на встающее на горизонте солнце, его лучи становились ярче, и он отметил, как же оно прекрасно в момент своего очередного возрождения в мире. Казалось, сама природа его благословляла, и Тайро решился свершить это – убить Райко. Он сформировал вокруг себя огненную сферу, которая немного сдержит потоки брата, и сосредоточился на силе солнца. Против магии, которую Райко унаследовал от отца, может помочь только это заклинание, только сила самого бога Солнца – его испепеляющая мощь. Руки Тайро засветились золотом, и он рассеял защиту. Вокруг них появлялись мерцающие звезды, слепившие Райко. Он остановился и растерялся на долю секунды. Идеальный момент для нанесения удара. Но Тайро медлил.

Возможно, единственным способом положить конец этой разрушительной борьбе было позволить Райко выиграть? Что Тайро скажет родителям, когда окажется перед ними в мире духов? Что собственными руками убил Райко? Скажет отцу, что помогал его врагам?

Тайро зажмурился. Перед глазами тут же возникла рыдающая Авила. Но он не мог убить Райко. Остановив заклятие, он мысленно попросил у нее прощения. Он медленно опустился на землю, крепко встал на ноги и ждал.

Жар усиливался. Райко приближался. В мгновение, когда Райко обрушил на него очередной хаотичный удар, Тайро открыл глаза и не стал уклоняться. Он остался на месте, его тело замерло под тяжестью импульса. Внутренний голос, шепчущий о долге перед Авилой и Зарой, о долге защитить их, кричал о необходимости убить Райко, но глаза матери, которые напоминали ему о долге перед семьей, заставили его оставить этот мир. В мыслях крутилась надежда на то, что Райко действительно больше не сможет использовать свою силу, и на то, что Хью успеет укрыть Авилу и Зару в Ближнем мире.

– Пусть будет так, – тихо прошептал Тайро, закрывая глаза, – если тебе станет от этого легче…

Тайро приготовился встретить смерть. На мгновение все его мысли и сомнения пропали, будто совесть успокоилась, когда он принял решение, но ничего не происходило. Тайро медленно открыл глаза. Райко стоял напротив него, его рука над головой дрожала. Тайро увидел в его глазах печаль, побеждающую ярость. Ему даже показалось, будто сердце Райко дрогнуло, как струна, которую тронул ветер нежной мелодией воспоминаний о прошлом, об их общем прошлом в родительском доме.

Между ними пронеслась молчаливая громовая волна осознания – они всегда были связаны неразрывной нитью братства, и никакая магия не могла бы разорвать ее до конца. Никакое предательство или выбор стороны не отменяли того, что только они остались друг у друга и что сейчас они дома.

– Я не могу, – прошептал Райко, его рука замерла в воздухе, так и не доведя атаку до конца. Он отступил, его тело заметно дрожало, словно измотанный зверь, наконец обретший свободу. В этот момент между ними возникло нечто новое – нечто, что было глубже, чем все обиды и огорчения прошлого. Тайро понял, что, несмотря ни на что, их любовь и верность друг другу все еще не пустой звук.

– Райко, – только и смог проговорить Тайро.

Магия Райко постепенно улетучивалась. Ветер трепал его волосы. Снег покрывал тело. Он упал на колени. Крылья еще сияли за его спиной, флакон с дарующей водой висел на груди, но Райко больше не нападал. Он остановился, казалось, окончательно, и Тайро подошел ближе.

– Ну и скажи мне, брат, стоило ли предавать свой народ ради человека? – Райко не поднимал головы. Он так и сидел на коленях, не желая, казалось, видеть Тайро.

– Я не предавал свой народ, – сведя в непонимании брови, ответил Тайро. – Я никогда не предавал ни тебя, ни семью.

– Не лги! – закричал Райко. – Я видел тебя с твоей… – Он замолчал и, как только Тайро упал перед ним на колени, поднял взгляд. – Я видел, как вы смотрите друг на друга. Ты предал нас всех ради нее. Пришел в дом к убийце своих родителей, сидел, ел и разговаривал с ними!

– Я отказал ему, – громко ответил Тайро. – Да, я пришел ради нее, ты прав, но я отказал!

– А почему не убил?! – Из глаз Райко текли слезы, но лицо выражало ярость и ненависть. Он отказался от убийства Тайро, но его сердце еще горело ненавистью.

Райко скривился от боли. Крылья отпали и испарялись в воздухе. Он стиснул зубы и глухо промычал. Боль настигла его, и теперь ему предстояло выиграть эту борьбу. Пустой бутылек на груди разбился на осколки, некоторые из которых впились ему в грудь. Райко больше не мог держать равновесие. Тайро подхватил его. Глаза наливались кровью, метка на груди светилась черным, предвещая приход бога Смерти за его душой.

– Скажи мне, – Райко вцепился в руку Тайро, – ответь мне честно, я же был прав? Я же все сделал так, как хотел бы отец?! Я убил этого подонка.

– Райко… – Тайро не знал, что говорить. Смятение накрыло с головой. Брат умирал, и Тайро это понимал отчетливо. Это понимание с болью отпечатывалось в сознании, но он отказывался в это верить. – Да, ты сделал все правильно, – сквозь тяжелый ком в горле говорил он. – Отец был бы горд, что ты его сын. Он всегда тобой гордился.

– Да, я был прав, – уже шепотом, сквозь изливающуюся из горла кровь говорил Райко, но в глазах его еще читалась ярость и упоение местью.

– Прав, – будто на повторе говорил Тайро и даже начинал верить в это. – Ты молодец! – Тайро сильно прижал брата к себе. Мороз окутывал их. Буря заваливала снегом.

– Помнишь старика Фаргара? – вдруг спросил Райко на ухо Тайро. – Он бы точно сказал, что я молодец. Я ведь отомстил.

– Да, он бы… – Тайро замолчал. Он не хотел говорить Райко о предательстве Фаргара, не хотел причинять еще большую боль. – Он бы оценил твою преданность, да.

– Я был прав, – с придыханием прошептал Райко и замолк.

Хватка его рук ослабла. Тайро отстранился и посмотрел в его еще открытые глаза. Только сейчас, когда душу его брата забрал бог Смерти, он увидел в них покой. Быть может, во время смерти все то, что наполняло его душу, осталось в его глазах, подобно отражению его настоящей души, еще не отравленной местью и ненавистью. Сейчас Тайро видел в его взгляде того самого Райко. Того, которым он был еще до того, как его нарекли наследником, еще до того, как его начали истязать тренировками и обязанностями. Тайро даже показалось, что он улыбнулся, – тело освободилось не только от боли, но и от бремени мести, которое лишало сна и покоя, заставляло совершать невыносимое, испытывать себя и близких. Его битва закончилась, он отплатил за нее кровью, которая вытекала из его тела и быстро впитывалась в снег.

Тайро прижал брата к себе, ощущая, как его тело стремительно холодеет. Крик сорвался с губ Тайро. Сейчас он наконец смог выплеснуть накопившиеся эмоции. Всю ту боль, которую сдерживал и не желал показывать брату в последние минуты его жизни.

От крика со склона скатился сугроб, собирая по дороге еще больше снега, пока наконец вниз не устремилась целая лавина, сносящая все на своем пути.