— Что вы видите? — спросил он.

Они видели горячее солнце, низко сидящее над волнами, и белых птиц, нарезавших тугие круги.

— Хорошо, — сказал Билли. — А теперь чего вы не видите?

На горизонте и в самом деле чего-то недоставало, чего-то, что так долго маячило вдали, что стало таким же привычным, как вода и небо: далёкой лодки с единственным пассажиром.

— Ну надо же, — сказал Уолт. — Ларри притормозил этого сукина сына.

Пассажиры в конечном счёте скинулись и выкупили «Марию Калипсо» у круизной компании, которой она принадлежала. С этого момента они несли ответственность за немалые расходы на содержание судна, что было мало кому из них по карману.

Романистка Июнь Деннисон отправляла редактору новую рукопись каждые четыре месяца как clockwork [точь-в-точь по расписанию]. Со временем она возьмёт с полдюжины псевдонимов и четырежды «выйдет на пенсию», первый раз передав свою популярную книжную серию «восходящей звезде» по имени Пенни Лайвлок, которую Июнь утверждала, что опекала, и которая, к огромному облегчению редактора, была способна в совершенстве имитировать её стиль. Тридцать лет Пенни Лайвлок выдерживала расписание — три книги в год, — заведённое Июнь, а затем передала серию новому автору по имени Бэль Лэнсинг, чей стиль и рабочие привычки были разительно похожи на Пеннины. Ни одна из вымышленных личностей Июнь так и не согласилась на авторский тур.

Адвокат Пит Ньюпорт учредил фонд, гарантировав, что три четверти доходов Июнь уйдут на финансирование их путешествий. Её щедрость была облегчением для пассажиров, но источником обиды для многих из них. Времени на дружеское общение у неё и так почти не оставалось.

Были и другие, кто вносил средства в корабельную казну. Пит составлял и проверял контракты для пяти разных юридических фирм с отделениями по всему миру, а Бетти Тарп разрабатывала и поддерживала сайты дюжины крупных корпораций, но большинство остальных прибегали к почтовому мошенничеству и финансовым пирамидам, чтобы покрыть свою долю расходов.

Винсент Кобушевский стал судовым врачом в самом полном смысле слова. Он изучал руководства по обслуживанию двигателей и руководил всеми ремонтными работами.

В рубке капитан Билли Прескотт попивал холодное виски и следил за другими судами, держась подальше от потенциально враждебных и встречая дружественные гудком. Любые признаки пиратов мгновенно поднимали на ноги офицера по безопасности Аманду Джордж, хотя опасней заблудившегося рыбака им почти ничего не попадалось. Она накапливала нелегальное оружие и проводила учения по действиям в чрезвычайных ситуациях. Её часто можно было найти у тафрейла с биноклем, направленным на лодку, которая никогда не отставала далеко.

Они находили способы бороться с монотонностью. В многочисленных барах и ресторанах корабля легко было достать сигареты, алкоголь и героин. Была группа йоги и книжный клуб, кружок вязания и танцевальная труппа. Одни бегали по палубам каждое утро и коротали послеполуденные часы за ловлей марлина и морского окуня. Бывший су-шеф вёл ежевечерний кулинарный класс, а бывшая телезвезда разыгрывала сцены из своего популярного сериала. Кэй Вега создала группу, и они играли старые рок-песни в баре.

Уолт Деннисон и Ральф Эббот заключали мелкие пари, превращая даже ничтожнейшие вещи в игру на удачу. Победитель получал во владение пластиковую гирлянду Уолта. Её фиолетовые лепестки пожелтели от времени, розовые стали серыми. Когда Ральф выигрывал пари, Уолт накидывал гирлянду ему на шею, а когда выигрывал Уолт, Ральф с поклоном возвращал её.

— Люди обычно держат пари на деньги, — сказала Июнь.

— Какой в этом смысл? — сказал Уолт. — Тратить деньги не на что.

— Тогда в чём смысл передавать туда-обратно эту облезлую штуку?

— Традиция.

— Традиция носить мусор?

— Моё обаяние и внешность облагораживают любой мусор.

— Это чистая правда, — сказала Июнь.

Джинджер Мэйхью последний раз видели сидящей на скамейке в Косумеле с шоколадным батончиком в руке. Обычно она первой возвращалась с берегового увольнения, поэтому никто не смотрел в её сторону, когда корабль поднял якорь. Когда попутчики наконец заметили её отсутствие, они решили, что она просто опоздала к отплытию.

Стив Китинг исчез из каюты между двадцать первым марта и пятым апреля. Жена ушла от него на прошлое Рождество, и он начал избегать других, тайком пробираясь на камбуз за едой, когда корабль погружался в темноту. Прошло две недели, прежде чем кто-нибудь догадался заглянуть к нему.

Кэнди Херриотт танцевала одна в баре, когда её друзья разошлись по постелям в пятницу вечером в середине мая. Когда на следующее утро она не явилась к завтраку, Ральф Эббот пошёл проверить. Каюта была пуста.

После исчезновения Кэнди Винсент Кобушевский пришёл к капитану.

— Я думаю, что Лодочник снимает пассажиров с корабля, — сказал Винсент. — Сначала я думал, что Стив, должно быть, пьяным упал за борт или, может, прыгнул. После того как Сью ушла, он впал в депрессию. И Джинджер вполне могла опоздать к отплытию в Мексике, но теперь пропала ещё и Кэнди, и я думаю, что что-то происходит.

Капитан Билли помолчал, затем глубоко вздохнул и медленно выдохнул.

— Давай привлечём к этому офицера по безопасности, — сказал он. Он нажал кнопку интеркома на столе. — Аманда, поднимись-ка сюда, ладно?

— Капитан, пропали трое пассажиров, — сказал Винсент. — Если что-то⁠—

— Просто… — Билли вздохнул. — Просто подожди секунду, хорошо? Подождём Аманду.

Он достал коричневую бутылку из мини-бара, служившего заодно поверхностью для судового сейфа, и выбрал стакан с полки, забитой безделушками и потрёпанными руководствами. Он вопросительно поднял бутылку в сторону Винсента, и доктор покачал головой. Билли плеснул себе три пальца скотча, изучил Винсента поверх стакана и отпил глоток.

— Думаю, это полагается пить комнатной температуры, — сказал Винсент. — Может, просто добавьте кубик льда?

— Мне нравится холодный, — сказал Билли. — Кажется, он быстрее расходится по телу, когда холодный.

В дверь резко постучали, и вошла Аманда, запыхавшись. — Что случилось?

— Пусть доктор вам расскажет, — сказал Билли.

Когда Винсент изложил свою теорию, Аманда прислонилась к углу капитанского стола и скрестила руки на груди. — Это, пожалуй, заслуживает разговора, — сказала она. — Может, вам лучше сесть.

Винсент подошёл к небольшому шкафу за дверью кабинета и достал складной стул. Он открыл его и поставил так, чтобы видеть всю комнату, прежде чем сесть.

— Слушаю, — сказал он.

— Значит, — сказал Билли, обращаясь к Винсенту. — Если я правильно понимаю, вы думаете, что тот тип в лодке ночью тайно пробирается на наш корабль и забирает наших людей.

Винсент кивнул.

— Как вы к этому относитесь? — спросила Аманда.

— Не понимаю вопроса.

— Я имею в виду: вас больше расстраивает пропажа людей или вы боитесь Лодочника?

Винсент взял бутылку скотча, понюхал и поставил обратно. — Можно и то, и другое?

— Конечно, — сказала Аманда. — Но что, если он не пробирается на корабль? Что, если есть другое объяснение?

— Что вы знаете?

Она взглянула на Билли, прежде чем продолжить. — Капитан и я приняли трудное решение от лица всех, кто находится на борту. Мы искренне убеждены, что ставим благо многих выше блага немногих.

— О нет, — сказал Винсент. — Вы говорите, что вы сбрасывали людей за борт в надежде замедлить это существо.

Она кивнула.

— Тогда вы убийцы!

— Винсент, пожалуйста, успокойтесь. Я не думаю, что это тянет на убийство. Всех, кого мы высадили с корабля, мы делали это достаточно близко от берега или от судоходного маршрута, и все трое нарушали правила так или иначе. Мы бы всё равно их высадили.

— Что они могли сделать такого, чтобы заслужить подобное?

— Ну, Стив меня лапал, — сказала Аманда. — Честно говоря, я была рада помочь ему перебраться за борт.

— Дело в том, что мы боимся, — сказал Билли. — Почему эта тварь до сих пор здесь? Прошли годы, Винсент. Десятилетия! Она никогда не остановится, и она нас нагоняет. Нагоняет, Винсент, с каждым днём, с каждым годом. Когда-нибудь она нас догонит!

Винсент смотрел на него в упор. — Оправдывайте это как угодно.

— Значит, нам не надо пытаться что-то делать?

— Так долго ничего не происходило.

— В этом-то и суть. Так долго. Это никогда не кончается, и никогда не кончится, пока… Что ж, это не кончится, пока не кончится, верно?

— Вы могли прийти и поговорить со мной. Всегда могли поговорить со мной.

— Что бы вы сказали? «Давайте поедем быстрее»? Мы и так идём на максимальной скорости.

Винсент поднял бутылку и на этот раз сделал глоток.

— Мы кролик, а он собака, — сказал он. — Может быть, мы напрасно не обратились за помощью. Может, надо было всё-таки оповестить береговую охрану.

Аманда фыркнула. — Оповестить береговую охрану?

Винсент махнул рукой. — Да нет, конечно… Да, конечно, береговая охрана ничего не сможет сделать. Но раз вас вдруг так всё беспокоит, почему бы нам не встретиться с ним лицом к лицу? Оружие у нас есть.

— Да, — сказал Билли. — Мы обсуждали, но я почти уверен, что погибнем, если так сделаем. Может, не все, но я точно погибну, Винсент. На этот раз окончательно. И, вероятно, не я один.

— Помните Ларри Ривза? — сказала Аманда. — Он вышел в море и встретил Лодочника, и мы избавились от этой твари почти на целый день. Мы с капитаном решили⁠—

— Ларри добровольно покинул корабль, — сказал Винсент. — Это разные вещи.

— Я первая признаю, что мы совершили ужасное, и не скажу, что нам хорошо от этого, но мы были прагматичны.

— Винсент, то, с чем мы столкнулись, — кошмар, — сказал Билли. — Я не прошу прощения, но мы думали о благе корабля. Мы надеялись, что если сможем выяснить⁠—

— Вы не открыли ничего, чего мы уже не знали, — сказал Винсент. — Может, мы можем его немного замедлить, а может, и нет, но эти люди нам доверяли.

— Это была ошибка, — сказала Аманда. — Мы уже остановились.

— Мне очень трудно⁠—

— Когда мы сбросили Джинджер за борт, ничего не изменилось, — сказала Аманда. — Лодочник не замедлился ради неё. Я думаю, мы были достаточно близко к берегу, и она смогла добраться вплавь. Или, может, просто не настал её час. Может, Лодочник прошёл мимо и не заметил её.

— Что с остальными?

Аманда пожала плечами. — Мы думаем, они его замедлили.

— Мне нужна минута. — Винсент встал и подошёл к двери. — Дайте мне подумать.

Билли вздохнул и кивнул Аманде. Та нагнулась и открыла сейф, достав судовой револьвер.

— Вы думаете позвонить в порт, — сказал Билли. — Предупредить портовую полицию.

Винсент застыл. — Вы выстрелите в меня, Аманда?

— Предпочла бы обойтись без этого.

— Ненавижу, что дошло до этого, — сказал Билли. Он плеснул ещё три пальца в стакан и залпом выпил.

— Вам следует покинуть этот корабль на следующей стоянке, — сказала Аманда.

Винсент навис над столом. — Я не позволю вам выгнать меня с моего корабля.

— Это своего рода героизм, — сказал Билли. — Мне жаль, Винсент, но вы могли бы замедлить эту тварь, дать нам немного дополнительного времени.

— Я не собирался никому звонить, и уж тем более в портовую полицию. То, что вы сделали… — Винсент покачал головой. — Что бы я им сказал? Как я объяснил бы всё это? Если бы они не рассмеялись мне в лицо, они бы заперли меня вместе с вами. Стали бы допрашивать всех здесь.

— Не вынуждайте нас выбросить вас за борт.

— Стоп, — сказал Билли Аманде. — Этого мы сделать не можем.

Аманда положила револьвер.

— Для сведения: я хороший пловец, — сказал Винсент. Он поднял бутылку скотча и снова отхлебнул, затем с грохотом поставил её на стол.

— Чёрт возьми, как вы могли так со мной поступить? Вы сделали меня соучастником.

— Это было не то, что мы⁠—

— Я так же боюсь той твари снаружи, как и вы, но мне бы никогда не пришло в голову бросать в неё людей.

— Кэнди — это конец, — сказал Билли. — Клянусь, Винсент.

— Что значит «конец»? Кэнди было вчера. Как мне верить, что это конец?

— Это был провальный эксперимент, — сказала Аманда. — Двое его замедлили, одна нет, но все три раза Лодочник продолжал идти. Он ненадолго замедлился и не остановился.

— Ну конечно.

— Неужели не видите? Нам надо было что-то делать. Мы как утки, которым некуда деться.

— Жаль, что вы не пришли ко мне, — сказал Винсент. — Я бы вас отговорил. Мы не можем переходить в наступление. Нам надо продолжать бежать. Иногда утка перестаёт сидеть и летит достаточно быстро, чтобы спастись. Иногда кролик убегает от собаки. Поэтому нам надо держаться впереди Лодочника, а для этого нужны двигатели помощнее. — Он уставился в стену, погружённый в раздумья. — Придётся делать это по частям, поскольку мы не можем позволить себе остановиться достаточно надолго для капитального ремонта корабля. Если сократить береговые увольнения до абсолютного минимума и брать меньше припасов, меньше лишнего груза.

— Придётся на всё ввести нормирование, — сказал Билли.

— Думаю, большинство на это согласится, — сказала Аманда. — Учитывая обстоятельства.

— И больше никакого поредения рядов, — сказал Винсент. — Если кто-то всё ещё хочет уйти, пусть идёт, но все, кто решат остаться, будут здесь в безопасности.