Я припарковал свой новый транспорт на просторной стоянке перед торговым центром «Демидовский Пассаж». Тем самым торговым центром, который еще совсем недавно являлся частью легальной бизнес-империи ублюдка Гаврилова. Ироничная вырисовывалась картина. Сам бывший хозяин жизни сейчас парился в камере, давал показания и прикидывал, сколько (десятков?) лет ему предстоит провести в местах не столь отдаленных, а его «белый» бизнес продолжал работать как ни в чем не бывало. Светились витрины, автоматические двери впускали и выпускали покупателей, кассовые аппараты исправно пробивали чеки, кушали люди на фудкорте, кинозал без перебоев показывал кино. Грош цена системе, что не переживет своего создателя, а к «Пассажу» Гаврилов подходил с толком, и даже с душой — или тем ее подобием, каким обладал.

Нас интересовал именно супермаркет на первом этаже. Лучший выбор продуктов и не только в Каменограде, как-никак, а по некоторым позициям еще и лучшие цены.

Туда мы с Баюном и направились, но так просто зайти не смогли.

Путь нам преградил охранник в черной форме, хмурый мужик средних лет и среднего же роста. Посмотрел на меня, потом перевел взгляд на огромного серого кота у моей левой ноги.

— Уважаемый, с животными нельзя, — произнес охранник заученным, скучающим тоном, указывая на перечеркнутую пиктограмму собаки на стекле.

— Он не просто животное, — спокойно ответил я. — Он фамильяр.

Охранник слегка нахмурился, оценивая габариты Баюна.

— Документы есть?

И своим вопросом он предоставил мне одну из тех возможностей, тех уникальных шансов, которые бывают раз в жизни. Упустишь такой — и всю оставшуюся жизнь, если после подобного провала ее вообще можно назвать жизнью, будешь себя корить. Собственного взгляда в зеркале не выдержишь более пяти секунд, в качестве сна потеряешь, самая лучшая еда на языке покажется горьким пеплом и даже взгляды случайных прохожих, стоит им упасть на тебя, преисполнятся скорбью и состраданием.

— Усы, лапы и хвост — вот его документы! — совершенно серьезно и крайне решительно заявил я.

Вот теперь не зря прожил жизнь, теперь и помереть не жаль, даже второй раз.

Охранник моргнул. Видимо, таких ответов в его инструкции не предусматривалось. Он открыл было рот, чтобы что-то сказать, но тут в разговор вступил сам виновник заминки.

— Подтверждаю, — отчетливо, с легкой хрипотцой произнес Баюн человеческим голосом. — Все верно излагает. Чистая правда.

Охранник закрыл рот. Посмотрел на кота. Затем снова на меня. Лицо его разгладилось, приобретя выражение глубокого философского фатализма, свойственного людям, работающим в сфере обслуживания.

— А, — протянул он, делая шаг в сторону. — Ну, раз сам говорит, значит, точно фамильяр. Проходите.

— Благодарим.

Я кивнул ему и прошел в торговый зал. Все-таки приятно встретить здравомыслящего человека, который не пытается усложнять жизнь ни себе, ни окружающим из-за бюрократических формальностей. Услышал говорящего кота — сделал логичный вывод, пропустил. Хороший человек, ради таких и делаем из Каменограда чистую жемчужину.

Мы взяли свободную тележку, и пошли меж рядами.

— Слушай, мохнатый, — негромко обратился я к коту, шагающему рядом. — А что ж ты мне раньше не сказал, что на тебя вообще-то какие-то документы нужны?

— А ты не спрашивал, — резонно отозвался Баюн. — Думал, знаешь. У тебя же память Волконского в голове болтается. Должен был быть в курсе.

— Мог бы и обмолвиться для профилактики. Память у меня работает по запросу, а откуда мне было знать, что нужно делать запрос на кошачий паспорт?

— Да расслабься ты, — фыркнул кот. — Обычно всем на эти бумажки глубоко начхать. А кому не начхать — с теми можно просто заговорить, и все вопросы снимаются сами собой. Ты же сам только что видел.

— На кой черт тогда вообще нужны такие документы, если фамильяр может подтвердить свой статус устно?

— Для определенных юридических процедур, — пояснил Баюн, обнюхивая проплывающий мимо стеллаж с консервами. — Наследство оформить, в реестр магов вписаться, компенсацию за ущерб получить. Большинство людей в жизни своей с этим не связываются. В основном это просто бумажка ради бумажки. Бюрократия, она и в Африке бюрократия.

— Понятно, — вздохнул я. — Не удивлен.

Я припомнил, что в числе вещей, прихваченных из сгоревшей квартиры, была тяжелая папка с личными документами Волконского. Надо бы на досуге в этой папке покопаться, поискать Баюновы бумаги. Вдруг пригодятся для оформления каких-нибудь пропусков или допусков в будущем.

Но это все проблемы завтрашнего меня. А сегодняшний первым делом направился в мясной отдел. Длинные ряды холодильных витрин так и манили своим содержимым.

— За чем охотимся? — с нескрываемым энтузиазмом поинтересовался Баюн, запрыгивая на нижнюю перекладину тележки и устраиваясь там с комфортом.

— За мясом, Баюн. За мясом.

— А я-то думал, мы за туалетной бумагой пожаловали, в мясной-то отдел, — выдал кот.

— Ну, это тоже можно организовать, — я указал рукой на витрину с колбасными изделиями. — Вон, сосиски лежат, колбаса…

Баюн издал странный, клекочущий звук, заменяющий ему смех.

— Ладно, это было неплохо. Но ты ж не хочешь постоянно выживать на сосисках? Ведь не хочешь, да? Я по твоему лицу вижу, что не хочешь.

И он, судя по всему, не хотел еще более моего.

— Не хочу, — согласился я, останавливаясь у секции с охлажденной свининой. — Мы тут в первую очередь за свиной шеей.

И действительно, шея нашлась быстро. Отличные, равномерно пронизанные тонкими жировыми прожилками куски килограмма по три, упакованные в плотные вакуумные пакеты. Цена в пересчете на килограмм выходила исключительно приятная в сравнении с кусочками поменьше из простых магазинов.

Это как раз один из тех продуктов, за которыми в столь модные магазины может прийти и простой каменоградский работяга, закупающийся на неделю сразу. И если по дороге к кассе оставит тут еще кусочек зарплаты на уже несколько менее выгодные предложения… Что ж, случайности случаются, ничего общего с маркетинговой задумкой, нет-нет.

А мне, может, и больше недели понадобится.

Уверен, у Милорадовича в предоставленном мне убежище имеется холодильник. Охотничий домик князя не может быть пустой бетонной коробкой. Но даже если холодильника там не окажется, или он сломан — мне-то что? Я ж колдун, колдунством и организую охлаждение.

И припасы, уверен, у него там тоже есть, иначе бы он предупредил. Но не факт, что из этих припасов получится сообразить шашлык. А какая же природа без шашлыка? Это же кощунство, ересь, Тайная Канцелярия тотчас же отправится по мою душу, едва узнает о столь вопиющем преступлении против самих основ человеческого общества.

Так что, во имя исполнения моего человеческого долга, пять пакетов свинины перекочевали в тележку — итого плюс-минус пятнадцать килограммов, хотя, разумеется, не все из них пойдут именно на шашлык. Хотя… Могу ли я? Хочу ли я?

Следом отправились несколько крупных куриных тушек, для разнообразия, и несколько кусков говядины на кости. Не шашлыком единым, щи по рецепту семьи деда Игната отныне и до конца жизни есть незыблемый столп моего рациона.

Дальше маршрут пролегал через овощной отдел. Тут помидорчики, разумеется, хотя и не слишком много — в холодильнике долго не пролежат, а в морозилку их пихать как-то странно. Баклажаны, кабачки, болгарский перец, репчатый лук — твердый, ничуть не пожухлый, чеснок, а также капусты и картошки набрал с запасом. А еще лимонов. Дальше — злаковые, макароны, гречка, рис. Яиц тоже прикупил, и кое-какой кисломолочки, но не стратегический запас, на них у меня имелись конкретные планы.

Полки с бакалеей подарили мне несколько банок качественной томатной пасты, разнообразные специи, немало квашеной капусты, фасоли в томате, горчицы.

Не забыл и про напитки. Чаем запасся от души, кофе. И, конечно же, цикорий — обязательно! Соль, сахар, уксус на всякий случай, масло.

В отделе напитков взял большую упаковку чистой питьевой воды — в тележку не поместилась, так что полетела рядом со мной, ведомая телекинезом. В принципе, очистить воду можно и самому, набрав ее из любого лесного ручья или даже лужи, заодно прокачав свое понимание «Алгоритмического Разделения». Но до того момента, пока я не отлажу этот процесс до идеала, нужно было что-то пить. Не факт, что стопроцентно чистая, безопасная для желудка вода получится с первого раза, а рисковать пищевым отравлением вдали от цивилизации в мои планы не входило.

Последней покупкой стал складной мангал, набор шампуров и два пакета углей. Не знаю, будут у меня в лесу проблемы с топливом для мангала или нет, не сильно разбираюсь в таких вещах, так что на всякий случай пусть будет.

В общем, затарились на совесть, даже тележки оказалось мало, надо было самосвал арендовать.

На кассе провели, навскидку, примерно три тысячи шестьсот сорок три года, если судить по ощущениям. Очередь, благо, небольшая — все-таки будний день — но некоторые люди из нее смотрели на нас осуждающе. Кто-то из-за задержки, а кто-то, мне думается, из-за того, что при всем нашем ассортименте набранных товаров там не наблюдалось ни капли алкоголя, не смотря на очевидную поездку на природу.

На кассе осталась солидная часть моей скромной чиновничьей зарплаты, что ожидаемо. Но еды я набрал больше чем на месяц сытного, качественного питания для здорового мужика и одного прожорливого кота, и то если объедаться мясом до отвала. В целом-то оно выходило довольно выгодно. Тем более что деньги с продажи трофейного броневнедорожника, чем сейчас занимались люди Милорадовича, скоро сделают любые затраты на еду несущественными. Разумеется, при условии, что мы с князем до этого светлого момента доживем.

Расплатившись и упаковав все это богатство в пакеты, мы с Баюном направились обратно к машине. Нагруженная под завязку тележка катилась тяжело, колеса предательски поскрипывали.

Я не стал толкать ее руками. Просто чуть сосредоточился, выпустил невидимое щупальце базового телекинеза и упер его в металлическую сетку. Тележка плавно покатилась впереди меня, повинуясь моей воле. Еще одна мини-тренировка — тележка, вода, уголь, три точки приложения усилий непрерывного телекинеза. Баюн, однако, страховал, на случай если я не выдержу, так что бояться было нечего.

Мы подошли к внедорожнику. Впереди ждал лес, безопасность и мясо на углях. Не смотря на предстоящую работу, тяжелую и опасную, я все равно чувствовал себя так, словно еду в долгожданный отпуск.

* * *

Дорога к укрытию заняла около часа. В какой-то момент асфальт закончился, сменившись раскисшей лесной грунтовкой, а затем исчезла и она. Навигатор упрямо вел стрелку прямо сквозь лесной массив. Я оценил трофейный внедорожник еще раз: машине вообще не требовалось твердое покрытие. Левитаторы глотали ухабы, поваленные стволы и скрытые под снегом рытвины так мягко, что в салоне даже не трясло. Комфорт сохранялся на высшем уровне.

Вокруг стояла первозданная глушь. Свет мощных фар выхватывал из темноты стволы вековых сосен и елей. Погода стояла сырая, зябкая, в низинах и между деревьями громоздились серо-буро-белые сугробы недотаявшего снега.

Наконец, луч света выхватил из темноты постройку, а навигатор сигнализировал о достижении цели. Мы прибыли на место.

Охотничий домик князя Милорадовича не поражал воображение дворцовыми изысками. Добротный, крепкий сруб в один этаж, хорошее дерево, покатая крыша. Внешним своим видом он не внушал особого восторга. Но внешность бывает исключительно обманчива.

Я заглушил двигатель и вышел из машины. Баюн тут же выскочил следом, мягко приземлившись на подмерзший наст. Воздух пах хвоей, сырой корой и талой водой. На душе вдруг стало удивительно уютно и спокойно. Здесь не было ни киллеров, ни чинуш, ни всей этой городской суеты.

Тихо в лесу. Только не спит чиновник Дмитрий Сергеевич Волконский и его фамилиар, легендарный Баюн. И, вероятно, барсук, но о причинах бодрствования последнего рассуждать не буду.

Чтобы не перемещаться в домике наощупь, я сформировал над правым плечом небольшой шар магического света. Достал связку ключей, переданную человеком князя, и открыл входную дверь.

Осмотрелся. Вердикт: годится. Более чем.

В домике было на удивление тепло и сухо, воздух не отдавал затхлостью или сыростью заброшенного жилья. И здесь было идеально чисто. Ни пылинки на широком деревянном столе, ни паутины по углам. Кто-то тщательно прибрался и протопил помещение прямо к моему появлению. В углу обнаружился массивный холодильник старой модели, а рядом с ним — внушительных размеров морозильная камера. Для дичи, наверное, но не уверен, не разбираюсь в охотничьих вещах.

Но. Князь упоминал, что больше всего меня заинтересует то, что находится под домиком. Что же это может быть?

Пройдя вглубь комнаты, я сдвинул тяжелый плетеный ковер. Под ним обнаружился квадратный люк с утопленным в дерево металлическим кольцом. Люк поддался тяжело, с глухим звуком откинувшись на петлях — крышка оказалась толстой и, судя по весу, бронированной, деревянной только снаружи. Вниз уходила прочная металлическая лестница.

Я спустился, освещая путь магической сферой, и Баюн бесшумной тенью скользнул за мной.

Внизу обнаружилось полноценное, просторное жилье, но при том, сдается мне, укрепленное похлеще иного бункера. Я прошел по короткому коридору и толкнул первую попавшуюся дверь.

Помещение оказалось чем-то вроде генераторной. В центре небольшого помещения на постаменте покоился массивный, сложный аппарат, в сердце которого мягко пульсировал синим светом крупный магический кристалл в корпусе из меди и стекла, и такие же кристаллы покоились в ящиках вдоль стены. От аппарата по стенам расходились кабели питания. Индикатор на контрольной панели показывал стопроцентный заряд. Всю систему запустили и подготовили к моей эксплуатации.

Я почувствовал себя пусть и не полноправным хозяином этого места, но определенно дорогим гостем. И это было крайне приятное чувство. Милорадович как следует позаботился о моем комфорте.

Дальнейший осмотр бункера подтвердил мои догадки. Здесь имелась нормальная спальня с широкой кроватью, огромная кладовая-холодильник с запасами провианта, полноценная кухня, чистая ванная комната и даже, черт побери, нечто похожее на рабочий кабинет! По уровню комфорта подземелье соответствовало нормальной квартире среднего класса: без золотых вензелей и изысков, но и не совсем спартанская берлога.

Открыв кран над раковиной в ванной, я убедился, что вода идет с отличным напором. Неужели скважина? Хитро, хитро, такого я не предполагал. Думал, либо запас будет, либо вообще носить от ручья придется. А насос, надо полагать, питался от того самого главного кристалла в генераторной. Живем!

Дальше по коридору обнаружилась еще одна дверь, ведущая в длинный, уходящий куда-то в темноту тоннель. Скорее всего, запасной выход — Милорадович не дал бы загнать себя в угол — но проверять я пока не хотел. Оставил исследование на потом.

Однако. Простые чиновники из провинциальной глуши уровня Каменограда не строят тайных подземных баз в окрестных лесах. Милорадович — фигура гораздо более крупного калибра, чем хочет казаться.

— Защитные заклинания тут тоже в полном порядке, — нарушил тишину Баюн. Он сидел в коридоре, прикрыв глаза и поводя ушами. — Снаружи этот бункер не просканировать ни одним известным мне плетением. Да и пробить физически будет крайне сложно. И будто бы сама здешняя земля питает эту магию.

Я остался полностью доволен своим новым временным убежищем. Уж здесь точно никого из гражданских не подставлю своим присутствием.

Пора было обустраиваться. Я включил свет, поднялся наверх и в несколько заходов выгрузил харчи и прочие припасы из багажника внедорожника. Пятнадцать килограммов свинины, курицу и говядину закинул в огромную морозилку на первом этаже — готовкой и шашлыком займемся после, а разморозить с помощью магии не проблема. Овощи, сыр, яйца и молочку распределил по полкам холодильника. Сумку с вещами отнес в подземную спальню, разложил одежду в шкафу, а документы спрятал в тумбочку. Оружие, разумеется, оставил при себе.

Баюн, обойдя спальню и гостиную бункера, недовольно дернул хвостом.

— Место, конечно, надежное, — констатировал он. — Но подоконников нет. Архитектурное упущение, прилечь совершенно негде.

— В домике наверху достаточно комфортно, — подсказал я, разбирая пакет с крупами. — Там и отопление работает, и окна присутствуют. Можешь поспать и там, заодно за подступами присмотришь.

— Дельный совет, — согласился кот. — Пожалуй, так и сделаю. Благодарю.

Прежде чем окончательно расслабиться, я занялся периметром безопасности. Достал из сумки блокнот, вырвал несколько чистых листов и принялся чертить сигилы своих «Весов». Готовые бумажки аккуратно разместил в ключевых точках бункера, домика наверху и транспорта. Теперь любая несанкционированная масса, пересекшая контрольные линии, немедленно отзовется в моем мозгу. Окрестности тоже следовало обмазать такой «сигнализацией», но уже не сегодня.

Закончив с безопасностью, мы занялись ужином. Я разогрел контейнер с едой, спасенный из сгоревшей квартиры, а Баюну отрезал щедрый, граммов на триста, кусок свежей говядины из дневных покупок. Кот вонзил зубы в мясо с нескрываемым восторгом. Пусть восторгается, заслужил. Было бы грешно самому жировать, а его кормить сухим кормом.

После ужина отправился в ванную. В этот раз искупался по-нормальному, под душем, с горячей водой и всеми делами. Алгоритмический «Сухой душ» — изобретение, безусловно, полезное, но ничто не заменит физического ощущения горячей водички.

Вытеревшись пушистым полотенцем, найденным в шкафчике, я переоделся в чистые вещи и лег на просторную кровать в бункере.

Я закрыл глаза. Впереди ждала ночь сноходчества, а за ней — день исследования и организации обороны. А потом, что самое важное, шашлыки.