Сноходчество этой ночью обошлось без походов в гости — по крайней мере к тем, кто меня в качестве гостя мог бы ждать. Вместо этого все время посвятили тренировкам. Сперва я снова пытался проникнуть во сны людей из иного мира — в этот раз собственной семьи, надеясь, что эмоциональная связь поможет.

Тщетно. Слов не хватит, чтобы описать это ощущение, но самая близкая аналогия, приходящая на ум — попытка пройти через дверь, которой нет, в стене, которой не существует. А должна быть.

Потерпев неудачу на глобальном уровне, я несколько снизил планку. В частности, целью стали некоторые мои «соседи» по миру, но, дабы не было слишком легко, малознакомые.

К примеру, чиновник Сухов, мелкий взяточник, которого я принудил к прилежной работе в первый же, если не ошибаюсь, рабочий день в этом мире. После него — коммерсант-махинатор Зотов, наваривавшийся на тендерах по оборудованию больниц, и за это же севший моими стараниями. Третьим, самым сложным кандидатом стал старший сын Гаврилова. Сложность заключалась в том, что мне известен лишь сам факт его существования, да то, что характером и выбором карьеры он пошел в своего преступника-отца, так что это почти то же самое, что пробиваться в сон к незнакомцу. То есть, близкая к идеалу тренировка для моих целей.

От этих людей мне не требовалось ничего конкретного. Просто каждый из них совершенно точно являлся мразью, а значит, и учиться на них мне было ничуть не стыдно.

Попасть в сновидения Сухова и Зотова получилось довольно просто. Я знал их в лицо, взаимодействовал с ними, имел четкую ментальную зацепку, а кроме того терпеть их не мог, так что эмоциональный аспект тоже в какой-то мере задействовался. Выследил, прошел в сон, замаскировался под органичную часть этого сна, и все дела.

С «Гавриловым поменьше» пришлось повозиться. Отсутствие визуального контакта и личного знакомства делало поиск его сознания похожим на попытку поймать радиостанцию со слабым сигналом без точной частоты.

Но настоящий вызов заключался в практическом применение этого проникновения. Вот я пробрался в чужой сон, стою посреди реальности, сотворенной спящим разумом спящей же сволочи. А дальше что? Как вытащить из него нужную информацию против его воли?

Чужое сознание представляет собой интересную и не так уж плохо защищенную систему. Оттуда нельзя просто скачать нужный файл. Чтобы заставить человека выдать секреты, нужно сломать или обойти его внутренние барьеры, а естественное сопротивление души продавить совсем не так просто, как кажется. Что во сне, что наяву — потому даже профессиональные менталисты, работающие в правоохранительных органах и разведке, не могут просто так взять и считать нужную информацию из ума пленного, подозреваемого или свидетеля.

Нет, такое возможно, но сила, как сказал мне Баюн, нужна немалая. Я такой не обладал, потому придется искать несколько иной путь, более аккуратный, путь манипуляции поверхностными мыслями, тревогами, переживаниями, а также зыбкой материей неконтролируемого сна. Вот это мне уже по силам — сон непосвященного в сноходчество нестабилен. Как облачко дыма, достаточно малейшего дуновения — и оно меняет форму.

С этим и решил поэкспериментировать. Потому Сухов, Зотов и мини-Гаврилов все же несколько потеряли в качестве сна этой ночью.

* * *

Проснулся я несколько позже обычного, будильник специально не ставил. Сам решил, что заслужил немного больше отдыха, сам себе этот отдых и одобрил — красота же.

И выспался отменно. Вот, что делает с человеком настоящая кровать, настоящая постель, возможность расслабиться — и сноходчество тоже, конечно же. Даже сам воздух тут будто бы был свежее, уж не знаю, как организована система вентиляции, но ощущение, что нахожусь именно на природе, присутствовало. Даже не смотря на то, что городской воздух в этом мире несколько чище, вероятно ввиду отсутствия выхлопа у левитирующих машин.

Умывшись, потренировавшись, помедитировав и позавтракав разогретой едой из последнего контейнера, я набрал номер Милорадовича.

— Доброе утро, Владислав Петрович, — произнес я, когда соединение установилось. — Докладываю: на месте, переночевал исключительно комфортно. Спасибо вам огромное за подготовку.

— Доброе утро, Дмитрий Сергеевич, — отозвался князь. — А вы проверили свое новое обиталище на предмет иллюзий?

Я замялся.

— Честно говоря, пока нет.

А если совсем честно говоря, «пока» в моих словах не совсем соответствовало действительности. Мне такая проверка даже в голову не пришла. Думал, если тут и будут какие-то сюрпризы, то князь мне о них расскажет заблаговременно.

— Ну так проверьте, — спокойно посоветовал Милорадович.

— Непременно. И насчет работы…

— Сегодня вы работаете исключительно над обживанием территории и разведкой на местности.

— Но…

— Не переживайте, ситуация под контролем, никаких срочных вопросов или происшествий. А если будут — я о них позабочусь.

— Принял!

— Хорошо. До связи, Дмитрий Сергеевич.

Он отключился. Я убрал телефон, вышел в коридор и наколдовал сканирующем плетение, которым и прошелся по поверхностям стен, полу и даже потолку.

И правда, не обошлось без секрета. Чары отозвались на магическое поле иллюзии. Пришлось направить туда рассеивающие чары, и морок спал, обнажив металлическую дверь.

А за ней меня ждала полноценная оружейная комната.

На стеллажах и стойках лежал арсенал, способный обеспечить потребности небольшого отряда. Здесь имелось немало гранат, штабели патронных цинков, мотки проволоки, колючей и вполне себе обычной, ящики с инструментами и несколько контейнеров с незнакомыми мне артефактами. Отдельное место занимала стойка с оружием.

Я подошел ближе, оценивая предложенный ассортимент. Вот, к примеру, винтовка с хорошей (по крайней мере, на вид) оптикой. Выглядела внушительно, вещь хорошая, но для меня абсолютно бесполезная. Дело даже не в том, что снайперское дело требует долгих лет тренировок, понимания баллистики, поправок на ветер и дистанцию и, наверное, прочих премудростей о которых я даже не подозреваю. В конце концов, пехотному снайперу — или, на заморский манер, марксману — на его дистанциях достаточно просто хорошо стрелять.

Дело в дистанции. Ну не придется даже на сотнях метров работать, лес слишком густой. Кроме того, эти козлы наверняка явятся под щитами, и одним выстрелом не отделаешься. Если и найдется среди них любитель пострелять издалека — я просто уйду с линии его огня под прикрытием «Стража» и кучи деревьев. Если получится, но до непосредственно боя кроме «если» оперировать нечем.

А вот ручной пулемет — дело совсем другое. Местный магострельный аналог, но компоновка и вес очень напоминали то, с чем мне доводилось иметь дело в армии. С нынешними габаритами и подросшей моими стараниями силой Волконского управляться с таким агрегатом будет весьма сподручно. А уж если удастся с хорошей позиции их подкараулить…

Эх, опять «если», да что ж такое.

А вот автомат — вещь всегда полезная, и здесь такой тоже присутствовал. Легче, компактнее пулемета, удобнее при перемещении по пересеченной местности или внутри помещений. Беру.

Имелся в наличии и броник. Как ни странно, мне пришелся по размеру. То есть, этот маленький арсенал тоже к моему приезду готовили.

И тепловизор, или нечто на него похожее. Лишним не будет.

Помимо того — взрывчатка. Мины, гранаты, батюшки святы. Тут всю округу можно было засеять сюрпризами, хоть и не очень густо.

Но не сейчас. Устанавливать такие вещи придется только непосредственно перед ожидаемым визитом гостей. А после завершения операции все это богатство придется обязательно и тщательно за собой прибрать. Не хватало еще через подорвать какого-нибудь случайного туриста, заблудившегося грибника или лесного зверя. Вероятность появления случайных прохожих в этой глуши мала, но полностью исключать ее нельзя. Ответственность за оставленные железяки лежит на мне.

И да, наивно полагать, будто профессиональные наемники не заметят стандартных мин и растяжек. Просканируют, да хоть даже на вид определят, а если нет — это будет приятный бонус. Но суть ловушек заключается не только в прямом поражении цели.

Обнаружение подобной подготовки наверняка их замедлит. Заставит осторожничать, следить, привлечет их внимание. Существует такой тактический прием: использовать более явную угрозу, чтобы отвлечь внимание от менее явной. А если и не существует, то его непременно следует придумать.

Закрыв дверь в арсенал, я направился наверх. Пора было провести тут разведку.

* * *

Лес вокруг охотничьего домика выглядел умиротворенно и тихо. Этот вид обладал определенной заразительностью, но позволять себе расслабиться пока было нельзя.

Я спустился с крыльца, обошел домик по кругу, прикидывая, как тут вообще воевать. Оно, конечно, во многом зависело от нападавших, но потому просчитывать нужно, в идеале, все возможные варианты. Откуда полезут? Сколько их будет? С каким оружием? Как будут действовать?

Всей толпой, всего вероятнее, не полезут, а если и да — мне же удобнее будет. Но скорее всего разделятся, часть пошлют убивать, часть будет прикрывать с хороших позиций — как раз на случай некоторых хитростей с моей стороны.

С какого направления ждать? Понятия не имею. Подъезд тут только один, через просеку, но они ж не вчера родились, могут перебдеть. Оставят машины подальше и пешочком пройдутся, и сами выберут, откуда лучше подходить, чтоб прикрывающие нормально засели.

Лес здесь густой, не считая просеки, сосны стоят плотно, подлесок скрывает обзор. Перестреливаться будем самое большее с нескольких десятков метров.

Еще укрытия для самого меня лучше продумать. Не в домике же сидеть — слишком явное расположение, могут и огненной магией накрыть, а может и тяжелым оружием. Домик послужит приманкой. Я же должен находиться снаружи, в лесу.

И иметь план перемещения между позициями. Вон тот массивный валун — первая позиция. За ним — старая канава, переходящая в овраг. Оттуда можно вести огонь, а затем оттянуться за поваленное дерево. Чтобы на одном месте меня не могли прижать и обойти. Благо, под прикрытием «Стража» перемещаться смогу, да и «Тишина-2» к тому времени, думаю, будет готова, так что долго стрелять у них не получится. А вот заклинания останутся, потому лучше все-таки не расслабляться.

Исходя всех своих наблюдений, я прикинул площадь, которую необходимо накрыть контрольными сигилами «Весов».

Радиус метров в сто? Да вроде и хватит, но как-то мне неуютно со столь ограниченным «зрением». Время есть, так почему получше не подготовиться?

Разнесу сеть «Весов» радиусом метров на двести пятьдесят вокруг домика. Придется походить, но безопасность того стоит.

Я достал из сумки трофейный нож Игната, земля ему стекловатой — не деда, разумеется, а Гавриловского охранника, — и направился к ближайшей крупной сосне.

— Решил заняться резьбой по дереву? — поинтересовался Баюн, бесшумно спрыгнув с крыльца и вышагивая следом за мной. — Рунные ловушки ставить будешь?

— И их тоже, — ответил я, присматриваясь к стволу. — Но пока просто сигилы «Весов».

Кот фыркнул, изящно перепрыгивая через лужу.

— «Весы» — это хорошо. А вот ловушки — пустая трата времени, осторожнейший хозяин. Они ведь наверняка просканируют местность, и такие фокусы почувствуют, и либо снимут, либо обойдут.

Я примерился лезвием к коре.

— Да пусть замечают, — спокойно ответил я. — Пусть думают, что я принял стандартные меры, а они их гениально раскусили. А потом мы ударим по-настоящему.

И тут в моей голове внезапно начала формироваться новая идея.

Ведь классическая магическая руна фонит только тогда, когда активирована, и несет в себе какое-никакое заклинание.

А что, если часть рунных ловушек сделать хитрее? Скрестить их с моими алгоритмами. Руна без влитой магии — это ведь просто царапина на дереве или камень с рисунком. Полностью физический объект, она не фонит, ее не засечет никакое сканирование. Но что, если их синхронизовать с доработанными «Весами»? Как только алгоритм фиксирует враждебную массу в зоне поражения конкретной пустой руны, он подает на нее активационный импульс — и бах.

Я пересказал Баюну эту идею.

— … То есть, они идут по абсолютно чистому, пустому лесу, — продолжил я, развивая мысль. — Видят явные растяжки, принимают меры. Чувствуют некоторые из рун, которые я оставлю активными, думают, что я и тут подготовился, принимают меры. И тут «Весы» регистрируют эн килограммов веса в нужном секторе, посылают сигнал, и — бабах! Поздно что останавливаться, что отскакивать.

— Хитро, хитро, — уважительно протянул Баюн. — Продолжаешь держаться на шаг впереди, я смотрю. Каждый раз с новыми фокусами гостей встречаешь.

— Пока вроде получается, — ответил я. — Все еще.

Это потребует доработки кода «Весов», конечно, но доработка не проблема. Создам дежурный фоновый процесс, который будет держать адреса всех рун в памяти и ждать триггера. Почему бы и нет? Времени, опять же, хватит, если только они меня сами не выследят.

Пока мы занимались обходом и расстановкой сигилов, я осматривался. И из всего, что видели глаза, больше всего не давала покоя земля — а точнее, все, что ее покрывало. Прошлогодние листья вперемешку с прелой хвоей, мхом и прочими прелестями смешанного леса.

Скоро, однако, я распознал, что пыталось сообщить мне подсознание.

Мы с Баюном ведь буквально ходили по неплохому такому топливу для «Крематория». Или заготовке для топлива.

— Листья сырые, — пробормотал я вслух. — Гореть не будут.

— Ты что, лес подпалить собрался?.. — не понял кот.

— Я думаю про «Крематорий». Что, если поднять растительный мусор под нашими ногами в воздух, измельчив в пыль, накачать кислородом и подпалить?

Целые листья по идее вспыхнут, но не бахнут. Нужна мелкая фракция. Пыль. Еще одна проблема на подумать, потому как реализацию достаточно быстрого измельчения я не продумал. А если сделать сейчас — ветром раздует.

— А… Да, ты верно говоришь. Не загорятся, мокрые слишком. Хотя мы могли бы и просушить… Долго будет и энергии потратим кучу, но…

— А если «Алгоритмическим Разделением»? Отторгнем молекулы воды от органики, если получится…

— Попробуем, почему нет? Не получится — будем знать.

— Согласен. Займемся экспериментами чуть позже.

В конце концов, нужна была настройка алгоритма разделения именно под эту задачу, сканирование параметров, корректировки заклинания соответственно, тесты… Это на будущее. Сначала — обеспечим себя информацией.

Я приставил лезвие ножа к стволу очередного дерева.

Вырезать сигилы нужно аккуратно. Убивать лес в мои планы не входило.

Потому сделал короткий, неглубокий рез. Только верхний слой коры, не доставая до живого камбия. Размеры символа — меньше ладони, для «Весов» этого вполне достаточно. Дерево пустит смолу, затянет рану и даже не заметит моего вмешательства.

Закончив с первой меткой, я пустил в нее микроскопический заряд энергии, просто чтобы привязать узел к общей сети моего внутреннего радара.

— Один есть, — констатировал я, убирая нож от ствола. — Пошли дальше, мохнатый. У нас впереди еще двести пятьдесят метров радиуса.

Впереди ждала кропотливая, но успокаивающая работа. Я методично обходил выбранный периметр, вырезая на коре свои метки и заодно составляя в уме подробную карту будущей бойни. Как закончим с этим делом — вернемся в домик, мясо замариновать, поесть, потренироваться, над алгоритмами поработать… Дела, дела.

Одно могу гарантировать, когда по мою душу все-таки придут — им будет очень весело, хоть продлится это веселье совсем недолго.