Все молчали. Никто не хотел разговаривать с Джо.

Дед, по обыкновению, занимался лошадьми, Ева уехала на рынок в город, а бабушка полола грядки в огороде.

Утром никто не поздоровался с ней, не спросил, как дела и чем она собирается заняться. Неужели из-за прошлого вечера все решили от нее отвернуться?

Джо не хотела первой идти на контакт. С чего бы ей это делать? Она гордая, почему должна за всеми бегать? Может, извиниться еще перед ними, чтобы простили ее?

Алекс так и не вернулась. Лишь краем уха Джо услышала, как бабушка говорила деду, что она останется у парня.

У Алекс есть парень? Джо в это слабо верила.

Сколько Джо знала сестру, у нее никогда не было отношений. Алекс казалась ей ледышкой, помешанной на учебе. Даже друзей близких не было, только такие же заучки, как она.

Да и вообще, Алекс скучная. Кому она может понравиться?

Тем не менее, Джо не находила себе места. Может, она и правда слишком погорячилась в высказываниях и стоило быть чуть мягче?

Да и эта нелепая война с Алекс!

Зачем им воевать? Делить же нечего.

Джо сгорала от скуки. Еще огорчал тот факт, что Хатори не звонил, не писал.

У нее была цель прорваться в его сердце, а без близкого контакта это сложно сделать.

Джо решила написать ему сама, но не просто задать глупый вопрос, а заставить его о ней думать. Может, он тогда раньше, чем через неделю ее заберет.

Она сняла футболку и лифчик, обнажая грудь, и достала телефон.

Джо никогда не посылала никому интимные фото. Но Хатори это заслужил.

Она попыталась подобрать ракурс, но то ей не нравилось, как падал свет, то ей казалось, что камера зафиксировала второй подбородок и складки.

Промучившись с камерой телефона и наделав кучу фотографий, Джо улеглась на кровать и начала их отбирать. Нужно выбрать лучшие, наложить фильтр и послать Хатори, пускай насладится.

Она отправила ему фото.

К удивлению, Хатори ответил быстро.

«Какая ты горячая девочка. Не ожидал от тебя. Держи поощрение».

Джо сначала не поняла, что он имеет ввиду, пока не пришла смс, и на ее карту не поступила сумма в пятьсот баксов. Она не поверила своим глазам. Хатори Якимура.

Джо узнала, наконец, фамилию своего благодетеля. И пусть Хатори предупреждал не искать информации о нем, Джо не удержалась.

Хатори Якимура — один из директоров Холдинга «АндариоГрупп», специализирующегося на импорте и экспорте. Владельцем компании является Неоми Якимура, который организовал семейный бизнес в ….. Объединение активов компании произошло вовремя слияния с «ПрактингИндастриз», что в дальнейшем привело к женитьбе среднего сына владельца, Хатори Якимуры.

Джо перестала читать статью и переключилась на просмотр фотографий. Солидный японец в возрасте — должно быть, отец Хатори, с ним шикарная женщина, модель Наоми — мать.

Далее фотографии ошарашили, ведь на них уже был Хатори с белокурой девушкой в белом платье, следом фото с детьми-метисами. У Хатори и правда была семья.

Джо почувствовала злость и закрыла ноутбук.

Кто она, и дочь владельца «ПрактингИндастриз»?

У нее, обычной деревенской девчонки, нет никаких шансов захомутать миллионера. А в прочем, ей нужны лишь активы Хатори. Если он не врет и правда поможет ей стать певицей, то ей больше ничего и не понадобится от него.

Собравшись, Джо вышла из комнаты и направилась на улицу. На крыльце дома она столкнулась с Алекс.

Они замерли, будто не ожидали встречи друг с другом. Алекс хмыкнула и обошла Джо, ничего ей не говоря.

Джо такое поведение разозлило. Как она смела так себя вести?

Вообще-то, это она ударила ее, а не наоборот.

Желая развеяться, Джо отправилась в город. К тому же лишние деньги будет приятно потратить. В прочем, в Рочестере был не сильно большой выбор интересной продукции, другое дело Балтимор.

Нужно уговорить Хатори купить ей квартиру. Джо начала провоцировать его.

Для того, чтобы развести на деньги, нужна правильная тактика: не сильно надоедать, но и не давать забыть о себе.

Джо прошла в бар, где до этого работала, и подошла к барной стойке.

— Джо? Ты куда пропала? Почему не предупредила? Все тут с ног сбились тебя разыскивая! — набросилась на нее с расспросами Рита.

— Виски со льдом, пожалуйста! — деловито проговорила Джо. — Самые дорогие, что тут есть.

Рита округлила глаза, но выполнила заказ. Джо понравилась ее власть. Деньги давали ей способ манипулировать людьми.

Джо выпила и обратила взгляд на Риту.

— У меня были дела, — сказала Джо, хмыкнув.

— Ты на работу когда вернешься? — спросила Рита.

— Никогда можете не ждать. Я нашла работу интереснее! — Джо усмехнулась, допивая стакан виски. — Удачи.

Джо вышла из бара и начала бесцельно бродить по городу в поисках развлечений, не заметив, как наступил вечер. Хатори больше не отвечал, хотя она послала ему еще пару развратных фото.

Может, он был на совещании или с семьей?

Она шла по пустынной улице. Людей встречалось мало. Джо шла неспешно, засунув руки в карманы, стараясь ни на что не обращать внимания.

Она обдумывала тактику завоевания Хатори и его возможный уход из семьи.

— Джо! Джо, подожди! — раздался за спиной отчаянный голос.

Джо замерла, но не обернулась. Это был Ганс. Сердце невольно сжалось, но Джо взяла себя в руки. Она обернулась и встретилась с его взглядом.

Он смотрел растерянно и глупо улыбался. Джо поморщилась.

Как же он ее раздражал!

— Я хотел поговорить о нас, — с надеждой спросил Ганс. — Я все время думаю о тебе, Джо.

Джо скрестила руки на груди, ухмыльнувшись.

— А что между нами такого было? — Джо хмыкнула. — Один раз в амбаре? И что с того?

— Но для меня это был не просто раз на сеновале! — Ганс шагнул вперед, глаза его потускнели. — Я люблю тебя. Ты стала моей первой. Понимаешь? Мне никто кроме тебя больше не нужен, Джо.

На секунду Джо почувствовала укол вины. Она вспомнила его неловкость, трепет, с которым он к ней прикасался, почти наивную нежность. Тогда ей показалось это милым, трогательным.

Но сейчас чувство отвращения охватило Джо. Она не могла больше поддаваться низменным соблазнам с кем попало. Если уж продавать себя как вещь, то только за деньги, а не за ведро яблок и не парню, у которого, кроме драного комбинезона и большого члена ничего нет.

— А что ты можешь мне дать, Ганс? Кто ты такой? — Джо шагнула к нему, вынудив отступить. — Работник ранчо, убирающий навоз? Кто ты, малыш? То, что я один раз тебе дала из милости, не значит, что я тебе должна. Я тебя ни к чему не принуждала. Сам справься со своей любовью ко мне и отвали!

Лицо Ганса вытянулось, и он сжал кулаки. Кажется, он разозлился, но Джо это мало волновало. Его губы задрожали, будто он вот-вот заплачет.

— Зачем ты так говоришь? Неужели нельзя иначе? Помягче! Мне же больно. — Ганс задрожал.

— Ну, ты и слюнтяй. Скройся с глаз моих, ты мне противен! — Джо цыкнула.

Ганс запыхтел, а затем ударил кулаком по стене, заставив Джо вздрогнуть. Он стоял и дрожал, но уже не от обиды, а от яростного, первобытного гнева.

— Ты использовала меня! — закричал Ганс. — Ты всех используешь, дрянь!

— Да, это так. Что хочу, то и делаю. И заботиться о твоей нежной душонке я не обязана. Радуйся, что я была твоей первой. А то кто бы на тебя такого тюфяка еще позарился?

Джо не узнавала свой голос. Она смотрела на Ганса и не чувствовала ничего, кроме презрения. Наивный и глупый деревенщина повелся на нее. Но не дурак ли?

Мог же сразу догадаться, что она его использует.

Ганс ничего не ответил. Джо увидела в его глазах вызов. Он словно говорил: «Это еще не конец».

Ганс развернулся и пошел прочь. Джо качнула головой и направилась в противоположную сторону.

Джо пошла обратно на ранчо. Конечно, ее там не ждали, но она не собиралась ночевать на улице, только потому, что все на нее обиделись.

Вечерние тени сгустились, а фонари горели через один. Она поежилась от холода и ускорила шаг — хотелось поскорее оказаться дома.

Одно удручало: Алекс будет там, но плевать. Пусть сколько влезет, на нее обижается.

За спиной послышался шорох. Джо обернулась, но увидела лишь пустую улицу. Она вздохнула, поругав себя за мнительность.

Но едва сделала несколько шагов, как кто-то схватил ее сзади.

Джо вскрикнула, попытавшись вырваться, но нападавший обладал силой.

Он без единого слова затащил ее в переулок между домами.

— Отпусти! — закричала Джо, пытаясь отбиться. — Помогите!

Что, если это маньяк, похищающий девушек? В Рочестере же пропало двое! Что, если она стала следующей?

Страх охватил ее, но Джо не собиралась сдаваться.

Мужчина в черной маске крепко держал ее и тащил куда-то.

Джо лягнула его ногой и попала в голень. Нападавший глухо застонал, но хватку не ослабил. Она продолжала отчаянно сопротивляться. Джо вцепилась в его руку, пытаясь разжать захват, но он резко дернул ее к себе и ударил кулаком в лицо.

Искры посыпались из глаз. Боль охватила лицо, и, кажется, пошла кровь. Джо обмякла, едва не теряя сознание.

— Эй ты! Отвали от нее!

Нападавший замер и обернулся. В проулке стоял незнакомый парень.

И прежде чем Джо успела что-то понять, он бросился на похитителя с голыми руками.

К удивлению Джо, он был силен. Незнакомец явно занимался единоборствами и легко взял нападавшего в захват.

— Сзади! — крикнула Джо.

К нему подкрался еще один человек в маске и успел ударить его битой по спине. Мужчина тут же упал на колени, а нападавшие сбежали, видимо, испугавшись.

Джо держалась за глаз, чувствуя, как он заплывает. Незнакомец подошел к ней.

— Эй, ты ведь Джо? Ты как? — он подал ей руку, помогая подняться.

Вблизи Джо сумела рассмотреть его. Красивый, сильный, с синими глазами — он мог стать для нее мечтой, если б не встреча с Хатори.

— Ты откуда меня знаешь? — удивилась Джо.

— В Рочестере есть только две рыжие девушки. Алекс я знаю, а значит, ты ее младшая сестра!

— А Алекс ты откуда знаешь? — Джо не могла уняться от вопросов.

— Она моя девушка. Меня, кстати, Макс зовут. Пойдем, провожу тебя домой. Права была твоя сестра, ты «человек-косяк». — Макс усмехнулся.

Он взял ее под руку, выводя из переулка.

— А эти… которые напали… — Джо оглянулась.

— Не переживай, я завтра сообщу об этом. Ну и видок. Будет синяк, — Макс хмыкнул, вглядываясь в ее лицо.

Путь до дома прошел в тишине. Джо не могла поверить в такое совпадение. На нее неспроста напали, но кто? За что? Может, Ганс? Или маньяк-похититель?

И Макс так вовремя подоспел...

Одни случайности.

Джо не могла ни о чем думать. Хотелось поскорее оказаться дома.