У подножия лестницы Рэндал остановился, укрепил иллюзию, которая поможет ему смешаться с толпой, и лишь потом вступил в зал. Схватка между сэром Реджи­нальдом и сэром Гийомом все еще продолжалась. Рэндал услышал шум битвы задолго до того, как увидел ее, — тя­желые стальные мечи в рваном ритме бились о деревян­ные щиты. Вдруг кольцо зрителей на миг разомкнулось, открывая страшную сцену перед Рэндалом.

Сэр Реджинальд и сэр Гийом стояли друг напротив друга посреди парадного зала. Оба они — и сэр Гийом в праздничном облачении, и Реджинальд в грязной по­лотняной рубахе — были в крови, сочившейся из бес­численных мелких ран: ведь на этот раз их не защищали доспехи. Но сэр Гийом все еще казался свежим и бод­рым, движения его были легки и проворны, а сэр Ред­жинальд слабел на глазах: он двигался куда медленнее, чем противник, и оберегал раненый бок.

«На его рубахе много свежей крови, — подметил Рэн­дал. — Открылась рана, которую он получил в схватке у ворот».

Сэр Гийом взмахнул мечом и нанес удар, который стал бы смертельным, если бы достиг цели. Рэндал зата­ил дыхание, опасаясь худшего. Но сэр Реджинальд успел

поднять щит и отразить сверкающий клинок. По толпе зрителей прокатился гул одобрения.

Но Рэндал этим не обманулся. Пусть даже люди Фесса восхищаются бойцовскими качествами сэра Реджиналь­да, это ничего не значит. Если кастелян упадет, никто в ог­ромном зале пальцем не шевельнет, чтобы прийти ему на помощь. А рано или поздно Реджинальд непременно упа­дет. В мастерстве он не уступал сэру Гийому — но он ослаб и поэтому шаг за шагом отступал под натиском врага.

«Я ничем не могу ему помочь, — в отчаянии подумал Рэндал. — Мне нельзя привлекать к себе внимание. Ина­че я потеряю последний шанс вывести Уолтера и всех ос­тальных отсюда живыми».

А Гийом в центре зала наносил удары все чаще и ча­ще. И всякий раз сэр Реджинальд отражал меч против­ника своим щитом — однако с каждым разом отпор его делался все слабее. Наконец Гийом нанес особенно сильный удар, и на этот раз Реджинальд не успел под­ставить щит. Меч Гийома обрушился на ногу раненого рыцаря, и кастелян упал, истекая кровью. Однако он не запросил пощады, а выставил меч перед собой, словно намереваясь отразить последний удар, который, он знал, непременно последует.

Гийом взметнул меч над головой и опустил его широ­ким замахом. Лезвие описало сверкающую дугу — и вдруг путь ему преградил другой клинок. Какой-то человек вы­ступил из толпы и тяжелым мечом предотвратил смер­тельный удар.

По парадному залу прокатился хорошо знакомый Рэндалу голос.

— Неужели у тебя поднимется рука убить лежащего раненого? Впрочем, охотно верю, ведь ты способен ве­роломно ударить человека из-за спины.

«Уолтер, дурень такой! — воскликнул про себя Рэн­дал, видя, как под взглядами изумленных зрителей рас­сеивается магическая иллюзия слияния с толпой. Теперь его двоюродный брат в своем естественном облике сто­ял перед Фессом и Тибальдом. — Как мне теперь вытас­кивать вас отсюда?»

На миг у Рэндала мелькнула мысль — не помочь ли Уолтеру волшебством? Но он грустно покачал головой. «При этом я разрушу собственную маскировку, а вслед за этим сюда по моим следам явится Гаймар. Придется положиться на Уолтера. Надеюсь, он знает, что делает. А я попытаюсь поднять сэра Реджинальда на ноги и уве­сти его отсюда так, чтобы никто не заметил».

Но юный волшебник все равно боялся за кузена. Уол­тер был окружен врагами и вызвал на бой рыцаря, чье мастерство и сила не уступали его собственным. Хуже того, на Уолтере не было доспехов — и даже если он вы­играет эту схватку, ему придется сразиться еще с одним противником, потом еще и еще, пока усталость не одо­леет его.

«Они будут по очереди биться с ним в поединках и на­зовут эту борьбу честной, — с горечью подумал Рэндал. — А потом будут хвастаться, как кто-то из них сразил героя единственным ударом».

Посредине зала, в двух шагах от поверженного сэра Реджинальда, двое рыцарей кружили, не сводя глаз друг с друга. Уолтер держал тяжелый меч обеими руками пе­ред собой, нацелив конец полутораметрового клинка прямо в лицо сэра Гийома.

— Ну что, — сказал он противнику, — посмотрим, сможешь ли ты одолеть меня в честном бою.

Гийом прорычал, глядя на Уолтера поверх края щита: — Надо было убить тебя, когда представлялся случай.

— Ты пытался, но даже со спины у тебя ничего не вышло.

— Я не виноват, что ты остался жив, — парировал Гийом. — Ты всего лишь замешкался ненадолго на этом свете, а потом вмешался твой проклятый братец. Но те­перь пробил твой час.

— Тогда попробуй, убей меня, — со смехом отозвался Уолтер. — Если хватит силы и умения.

Рэндал с трудом оторвал взгляд от сражающихся и по­смотрел на солдат, выстроившихся вдоль стен. Никто не осмеливался подойти близко к дерущимся — слишком велик был риск попасть под случайный удар. Но все гла­за были устремлены на двух рыцарей. Кое-кто даже вскарабкался на столы и скамьи, чтобы лучше видеть.

«Поединок для них — все равно что петушиный бой или травля медведей, — понял Рэндал. — Самое лучшее развлечение в жизни. И никто не смотрит на сэра Ред­жинальда. Сейчас самое время помочь ему».

Все еще под защитой иллюзии, придающей ему смут­ное сходство с человеком из толпы, Рэндал медленно двинулся вперед. Никто не заметил, как он вдоль стены пробрался к поверженному рыцарю. Один взгляд — и юный волшебник понял, что сэр Реджинальд еще жив, хоть и едва дышит.

«Надо как можно скорее унести его отсюда, — поду­мал юноша. — Но задача будет нелегкой».

В этот миг двое сражавшихся перестали кружить один вокруг другого и перешли к действию. Гийом сделал шаг вперед и нацелил удар в голову Уолтера. Лезвие его меча описало в воздухе серебристую сверкающую дугу. Но Уолтер оказался проворнее: он успел поднять двуручный меч и защититься от удара. Столкнувшись с прочным стальным лезвием, клинок Гийома с лязгом отскочил.

Тем же движением Уолтер обрушил свой меч на не прикрытый щитом правый бок Гийома. Огромный клинок просвистел в воздухе, но в последний миг уда­рился о край щита Гийома. Зрители вдоль стен парад­ного зала ахнули — рыцарь-предатель был на волосок от гибели.

Поединок продолжался. Битва шла не на жизнь, а на смерть, но, несмотря на это, лицо Уолтера было испол­нено той же спокойной сосредоточенности, какую Рэн­дал часто видел у него во время тренировочных боев в замке Дун, и огромный меч летал в воздухе с неизмен­ной легкостью и изяществом. Лицо Гийома, напротив, было искажено гримасой — видимо, он уже порядком устал. Однако движения его были столь же легки и точны.

Зрители, понимавшие толк в битве на мечах, не отры­вали глаз от смертоносной схватки. Кое-кто принялся подбадривать соперников громкими криками, стуча кружками или рукоятями ножей по столам. Даже Фесс и Тибальд невольно шагнули вперед и следили за схват­кой, слегка отдалившись от иллюзорной леди Бланш — она все так же неподвижно стояла там, куда ее не так давно поставил Рэндал.

Среди шума и криков никто не удостаивал и взглядом неподвижное тело побежденного Гийомом противника. Волшебник поднял сэра Реджинальда на ноги и в тот же миг создал иллюзию — теперь зрителям казалось, что раненый рыцарь по-прежнему лежит на полу. Настоя­щего Реджинальда Рэндал прикрыл своей маскировкой. Работа была сложная, пришлось одновременно читать несколько заклинаний, стараясь при этом не дать угас­нуть иллюзорному образу леди Бланш. Но все это уда­лось Рэндалу без сучка без задоринки.

«Хорошо, что князь Паллиды любил красочные пред­ставления, — подумал Рэндал. — В его театре, работая над зрительными эффектами и иллюзиями, я приобрел хороший опыт. Иначе я не сумел бы проделать все это».

Он подхватил сэра Реджинальда за плечи и с помо­щью заклинания, поднимающего тяжести, понес ране­ного рыцаря к дверям, ведущим во двор. Пока они про­бирались через ряды зрителей, никто не остановил их: все, не отрывая глаз, следили за схваткой.

Наконец Рэндалу с его ношей удалось перебраться через порог. Он сразу обнаружил, что магия Гаймара вышла из-под контроля и все заклинания снова перепу­тались. Во дворе было пусто, стояла зловещая глухая тишина, башня с колоколом высилась на прежнем ме­сте. Солнце застыло в небесах там, где остановил его Гаймар.

И вдруг юный волшебник застонал от огорчения: он увидел, что двор не совсем пуст — неподалеку на крыль­це стоят Лиз и леди Бланш.

— Что вы здесь делаете? — накинулся на них Рэн­дал. — Я думал, у вас хватит ума под шумок убраться из замка!

— И оставить тебя здесь? — парировала Лиз. — Еще чего! — Она помолчала и кивком указала на безжизнен­ное тело сэра Реджинальда. — Кроме того, леди Бланш ни за что не хотела уходить без мужа.

С крыльца, где стояли Рэндал с девушками, была хо­рошо видна битва посреди парадного зала, слышались крики и звон мечей. Уолтер оттеснил сэра Гийома почти к тому самому месту, где между Фессом и Тибальдом стояла поддельная леди Бланш. Толпа взревела — Гийом замахнулся, нацелив удар в не защищенный доспехами бок Уолтера. Тот отступил на шаг, без вреда пропустив смертоносное лезвие мимо себя, и, не дожидаясь, пока герцогский защитник опомнится, обрушил массивный клинок на голову сэра Гийома.

Сэр Гийом заметил меч и попытался прикрыться, вы­ставив щит над головой. Но было поздно. Тяжелое лез­вие ударило в середину щита, а не в край, и разрубило его пополам. Раздался громкий треск, и вместе со щи­том сломалась рука сэра Гийома, державшаяся за ремни.

Гийом побледнел, громко вскрикнул и отшатнулся. Его левая рука безжизненно повисла.

Уолтер снова поднял меч перед собой.

— У тебя сломана рука, — заявил он противнику. — Сдавайся.

С мгновение Гийом стоял, глядя на противника, по­том его лицо исказилось от ярости.

— Ни за что! — крикнул герцогский вассал и бросил­ся в бешеную атаку.

Как ни быстро двигался Гийом, Уолтер оказался про­ворнее. Кончик длинного меча со свистом опустился, чуть не царапнув пол, и снова взметнулся вверх. Острие прошло под клинком Гийома и поразило герцогского соратника в бок. Сила удара была такова, что ноги Гий­ома на миг оторвались от земли. Тем же движением Уол­тер отвел меч, и Гийом замертво рухнул на пол.

Уолтер снова держал меч наготове. Длинное лезвие было от кончика до рукояти залито кровью, вокруг тела Гийома по полу растекалась багровая лужа. Уолтер бро­сил взгляд на герцога Тибальда.

— У вас остались еще преданные вассалы? — ровным голосом осведомился Уолтер. — Полагаю, вы меня зна­ете — я сэр Уолтер из Дуна, и вы задолжали мне выкуп за поражение на турнире в Таттинхеме. Этот выкуп до сих пор не выплачен.

Ни один человек в зале не шелохнулся.

«Никто не смеет выступить против него, — подумал Рэндал. — Уолтер со своим двуручным мечом — слиш­ком грозный противник. Только шесть хороших бойцов могли бы одолеть его — и то первые пять из них пали бы мертвыми».

Герцог Тибальд долго смотрел на Уолтера, не говоря ни слова. Наконец он кивнул.

— Я тебя помню, — подтвердил Тибальд. — И запла­чу выкуп, который ты выиграл в Таттинхеме: тебе дару­ется свободный выход из этого зала при условии, что ты оставишь меня с моей невестой.

— Можете оставить себе ту, которая сейчас стоит воз­ле вас, — проговорил Уолтер. — Желаю вам долгой и ра­достной жизни с нею.

Под взглядами застывших в молчании людей Фесса Уолтер медленно прошествовал по залу и через высокие двустворчатые двери вышел во двор. По знаку Рэндала Лиз и леди Бланш быстро захлопнули за рыцарем тяже­лые створки.

Уолтер опустил свой окровавленный меч и окинул взглядом компанию на крыльце.

— Все в сборе?

— Ждем только тебя, — улыбнулся Рэндал. — Что ты так долго возился?

— Надо было закончить одно дело, — отозвался Уол­тер и поглядел на колокольную башню, целую и невре­димую, мрачной громадой нависавшую над крепостны­ми стенами. — Сдается мне, эта штука уже однажды рухнула, — сказал он. — Рэнди, ты у нас волшебник — объясни, что происходит?

— Она рухнула не один раз... Гаймар сотворил закля­тие, которое перестало ему повиноваться, — ответил

Рэндал. — Мы не можем ничего поделать, только по­пробуем уйти через задние ворота, пока магия не опоя­сала замок так прочно, что никто не сможет вырваться наружу.

— Ясно, — кивнул Уолтер. — Тогда пошли.

Вся компания торопливо двинулась через двор Коло­кольного замка к задним воротам. Никто не вышел ос­тановить их; казалось, весь замок был погружен в ту не­естественную, зловещую тишину, какая наполняла двор. Наконец они нашли потайную калитку. Уолтер поднял засов, навалился на дверь плечом, и она со скрипом рас­пахнулась...

Распахнулась в никуда. За дверью не было ни земли, ни неба, наружную стену замка окутывал странный ту­ман, окрашенный одновременно во все цвета и не име­ющий цвета, зловещий, клубящийся, мертвенный ту­ман. Пустота, перед которой цепенел разум.

— Эй, на стенах! — крикнул в пустоту Уолтер. Никто не отозвался, даже эхо. Дымка была ни холодной, ни теплой, ни темной, ни светлой; Рэндал, как ни старал­ся, не мог сосредоточить на ней взгляд. Очень осто­рожно Уолтер закрыл дверь и вопросительно поглядел на кузена.

— Брат, — сказал он, — я всей душой доверяю тебе. Но за этой дверью должны быть земля, камни и деревья. И небо. Не связано ли это с теми странными вещами, какие мы видели в замке?

— Что ты имеешь в виду? — спросил Рэндал.

— Я видел самого себя, — ответил Уолтер. — Пока я дрался у ворот, я видел себя, стоящего на крыльце па­радного зала. Сначала я решил, что это какая-то иллю­зия или мне просто мерещится, и не обратил внимания. Но потом я стоял на этом же крыльце и видел себя дерущимся у ворот. И вот теперь я открыл дверь и не увидел ничего. Объясни же, что происходит в Колокольном замке?

— Я тоже видела странные вещи, — подтвердила леди Бланш. — Колокольная башня стояла на месте после то­го, как она рухнула у меня на глазах. И видела то, чего не случалось на самом деле, а то, что случалось, происхо­дило снова и снова.

— Это все Гаймар, — сказал Рэндал. — Он пытался вернуть на место волшебный колокол и заключенную в нем магию, но ничего не получилось. Он добился лишь того, что все события в Колокольном замке начали по­вторяться много раз подряд. Теперь замок очутился вне времени... и обычные двери не выведут нас наружу.

— И мы навеки заперты здесь? — в ужасе ахнула Бланш.

— Не знаю, — пожал плечами Рэндал. — Попытаемся пройти еще одним путем. Лиз, леди Бланш, поддержите сэра Реджинальда. Теперь все возьмитесь за руки — я кое-что попробую.

Все неуверенно переглянулись, но послушались. Рэн­дал взял Лиз за руку, а правой ладонью сжал медальон на шее. Потом произнес заклинание, которое должно было перенести их всех к магическим вратам.

На миг у него закружилась голова, потом всех окута­ла тьма.

— Не волнуйтесь, — торопливо произнес он, пока кто-нибудь не вскрикнул. — Кажется, я знаю, куда нас занесло.

Он вызвал холодное пламя. В бело-голубоватом свете его взгляду открылась небольшая квадратная комната, высеченная прямо в скале. На каменном полу был вы­гравирован круг — судя по знакам и символам, это был магический круг, установленный навечно. В одной из стен виднелась деревянная дверь, испещренная бесчис­ленными магическими символами. А внутри круга стоя­ли шесть окованных железом деревянных сундуков с тя­желыми замками — те самые, какие Рэндал и Уолтер сопровождали на север из Паллиды.

— Где мы? — спросила Лиз.

— Там, где находятся магические врата Гаймара, — от­ветил Рэндал. — Эти врата устроены в основании замка и ведут наружу, за стены. Вот каким путем Гаймар и его люди сумели украсть золото. Попасть сюда можно с по­мощью медальона — эта надпись на двери говорит о том, что дверь открывается только изнутри.

— Встаньте все в круг поближе ко мне, — скомандо­вал Рэндал. — Вернемся домой через магические врата.

Волшебник встал в середину круга, остальные сгру­дились рядом. Когда все было готово, Рэндал прочитал заклинание, открывающее врата, — но ничего не про­изошло.

Он бессильно опустил руки. «Мы погибли... Медаль­он не работает. Но незнакомец, который дал его мне, сказал, что это — единственный путь наружу... — Тут Рэндал покачал головой и беззвучно рассмеялся. — Ка­кой же я глупец! Я же с самого начала знал, что в замке только два волшебника, обучавшихся в Школе, — Гаймар и я. Я получил медальон от самого себя, и мне нуж­но быть там, чтобы передать его себе же, иначе цепь со­бытий не замкнется».

Юноша шагнул из круга.

— Что случилось, Рэнди? — обеспокоенно спросил Уолтер.

— Дело в медальоне, — ответил юный волшебник. — Я еще не передал его самому себе.

Уолтер озадаченно посмотрел на него.

— Ничего не понимаю.

— А я понимаю, — нетерпеливо возразил Рэндал. — Медальон вручил мне какой-то вольный подмастерье в черной мантии, но в замке нет других волшебников, кро­ме меня и Гаймара. Временная петля Гаймара до сих пор запутывает нас — если я не передам медальон самому се­бе, часть меня навеки останется в Колокольном замке.

— Делай как знаешь, — вздохнул Уолтер. — Что нуж­но от меня?

— Держи дверь открытой, — попросил Рэндал. — Ес­ли она закроется, я не смогу вернуться.

Дверь выходила в длинный коридор, освещенный фа­келами. Юноша торопливо, не оглядываясь, зашагал по коридору. Путь заканчивался винтовой лестницей, ухо­дящей вверх. Острое чувство, что нужно торопиться, обожгло Рэндала еще сильнее, он побежал, перепрыги­вая через три ступеньки, и наконец добрался до верхней площадки. Пригнувшись, он нырнул в сводчатую дверь и очутился во дворе.

Над замком царила все та же неестественная тишина — нет, она даже стала еще глубже, еще глуше. Небо над го­ловой сияло такой же послеполуденной синевой, но ка­залось плоским, лишенным глубины, оно накрывало Ко­локольный замок, будто перевернутая чаша.

Рэндал поднял глаза. Да, башня с колоколом была на месте, темной громадой впивалась в лакированное небо. «Заклинание Гаймара подействовало так, как он сам не ожидал, — подумал Рэндал. — В Колокольном замке все осталось таким, каким было прежде... и останется неиз­менным навсегда».

— Значит, все-таки пришел повидаться со мной, — прозвучал насмешливый голос.

Рэндал обернулся. На крыльце его поджидал Гаймар.

— Удивительно, как у тебя хватило смелости прийти ко мне, — с этими словами Гаймар швырнул в Рэндала огненный шар.

Со времен ученичества меткость Гаймара заметно воз­росла. Сгусток пламени летел прямо в голову противни­ка. Но и Рэндал успел развить свое мастерство — не зря же он провел столько месяцев в странствиях, где ему по­могали выжить только ум да волшебные навыки. Он не сидел без дела в уютной мастерской. С быстротой, выра­ботанной долгими тренировками, он создал магический щит, и огненный шар разбился об него. Пламя плеснуло в разные стороны, опалив каменные плиты под ногами, но не задев Рэндала.

Юноша не стал медлить и наслаждаться удивлением, мелькнувшим на лице Гаймара. Не успели угаснуть по­следние искры огненного шара, как он сам создал мета­тельный снаряд — бело-голубой шар холодного пламе­ни. Увеличил его, превратил в яркую вспышку света — и с оглушительным грохотом метнул в лицо Гаймару.

От страшного грохота Гаймар отступил на шаг, но свет и шум не сумели отвлечь его от битвы. Он снова выкрик­нул заклинание — резкие слоги отражались от каменных стен замка, как металлическая дробь.

Во дворе между двумя волшебниками появился волк — точнее, зверь, очень похожий на волка, но намного круп­нее, с могучими плечами и красными глазами, пылающи­ми, будто раскаленные угли. Зверь зарычал, разинул пасть и грозно двинулся на Рэндала.