Процитировав начало поэмы на новый лад, Надежда приготовилась донести до ушей Ксангора свою версию ситуации, в которую попала Агнис.

В камине весело потрескивал огонь.

Ксангор, улегшись на софу, не отрывал взгляда от Надежды, который она не смогла охарактеризовать. Тревога? Сомнение? Что–то было не так.

В его зрачках отражалось пламя. Наде подумалось, что сейчас, в процессе повествования, ей снова придется танцевать на углях, чтобы не вывести Ксангора из равновесия лишь одним неправильным словом.

— Однажды дракон из знатной семьи по имени Ромео тайком пробрался на великий пир, который устраивал вражеский клан. И встретил там прекрасную деву–дракона. Он влюбился в нее с первого взгляда, — начала историю сказительница.

— Зачем он поступил, как земляная ящерица? Прополз туда, куда его не звали. Наверняка шпионил, — как обычно не сдержался Ксангор.

— Ему было скучно. У вас тут никаких развлечений. Вот он и задумал шалость, — объяснила Надежда. — Ромео надел маску и принялся веселиться на чужом празднике. Внезапно он встретил прекрасную деву. Его амулет загорелся, указывая на то, что она его Истинная.

— Ну и умыкнул бы ее под шумок, — усмехнулся дракон.

— Он так и планировал, — кивнула сказительница. — После вечеринки забрался к ней на балкон, и девушка ответила ему взаимностью, поцеловав его. Он уже знал, что ее зовут Джульетта, и она сестра его злейшего врага. Но Ромео не стал совершать опрометчивых действий, чтобы не начать конфликт. Полюбив друг друга, молодые договорились тайно пожениться.

— Разве тайный брак — не опрометчиво? — спросила Агнис, живо интересуясь историей.

— Для истинной любви нет преград, — посмотрела на нее Надя и продолжила: — Они встретились и обменялись при свидетелях ритуальными клятвами. А затем разошлись по своим замкам, чтобы придумать, как родным объявить о браке и примирить их.

Ксангор молча слушал. Он, кажется, начиная что–то подозревать, посмотрел на сестру.

— Ты бы так не сделала? — спросил он, с надеждой вглядываясь в ее лицо. Агнис, потеряв дар речи, отрицательно помотала головой, и Ксангор облегченно выдохнул.

— Но случилась беда. Ромео случайно убил в бою кого–то из рода Джульетты, — Надя провела по шее пальцем. — Откусил тому голову.

— Что значит — случайно? — удивился дракон.

— На самом деле, он не хотел. Но его спровоцировали. Он считал, что близкие Джульетты теперь ему тоже родня. Но как вышло, так вышло, — пожала плечами Надежда. — И ему пришлось скрыться высоко в горах от гнева вражеского клана.

— Точно трусливая земляная ящерица, — сделал вывод Ксангор.

— Он вовсе не трус, — возразила Агнис. — Его вынудили обстоятельства.

Дракон посмотрел на сестру, сузив глаза, но нашел силы промолчать.

— Джульетта долго думала, как ей воссоединиться с Истинным. Ей посоветовали выпить сонный отвар, чтобы все подумали, что она умерла. И тогда она сбежала бы к любимому, — продолжала Надя.

— Дракон должен мечтать умереть в небе, а не в постели, — отозвался Ксангор.

— Она же дева. И совсем не воин. Сделала то, на что хватило девичьих мозгов, — ответила ему сказительница. Посмотрев на Агнис, она смущенно улыбнулась, взглядом прося прощения за грубость.

А затем начала рассказывать дальше:

— Но дракона Ромео не успели предупредить о сонном зелье. Гонец прибыл слишком поздно. Горюющий возлюбленный решил, что Джульетта умерла.

Агнис, ахнув, прослезилась.

— Какая трагедия! — воскликнула она. — Узнать о смерти Истинного — самый большой удар. Некоторые драконы так и не смогли оправиться после такого.

— Наш Ромео захотел попрощаться с любимой и полетел на могилу Джульетты, — отозвалась Надежда.

— Откопать ее прах, превратившийся в пепел? — перебил ее дракон.

— Ее не сожгли, — возразила Надя. — В этом клане так не было принято. Ее положили в холодный склеп, где оставляли всех умерших родственников. И Ромео, явившись в этот склеп, нашел Истинную, которая…

Она взяла небольшую паузу для пущего эффекта.

— Была холодна, как труп.

— Все–таки преставилась, — удрученно проговорил Ксангор.

— Ему так показалось, — объяснила сказительница. — И он решил умереть рядом с ней, воткнув кинжал прямо в свое драконье сердце. Потому что жизнь без Истинной была бы для него бессмысленной.

Агнис, всхлипнув, отвернулась, чтобы не показывать слезы.

— Но только он достал оружие, — продолжила Надя, — как Джульетта очнулась.

— Он, наверное, от страха откинул лапы, — усмехнулся Ксангор.

— Почти, — улыбнулась Надежда. — Но радость от того, что Истинная все–таки жива, была больше, чем страх. Ромео заключил возлюбленную в объятия. И они вышли из склепа, держась за руки. Пошли в замок Джульетты и объявили, что так мол и так, смиритесь, мы муж и жена.

— А те? — воспряла Агнис.

— А те сказали, что мы, конечно, за вас счастливы, но не до конца. Делать нечего, придется смириться, — история Нади подходила к концу.

— И клан Ромео тоже согласился? — уточнил дракон.

— Да, они тоже ответили примерно так же. Но раз кланы породнились, то пришлось прекратить многовековую вражду. Новоиспеченные родственники больше не могли убивать друг друга. В драконьей стране воцарился мир. Любовь победила! — закончила Надежда.

— Прекрасная сказка! — сквозь слезы улыбнулась Агнис. — Правда, Ксангор?

Ксангор, став мрачнее тучи, сидел, погрузившись в свои мысли. Он не сразу отреагировал на вопрос сестры. Окинув ее внимательным взглядом, он задал вопрос, который вертелся у него на языке почти с самого начала рассказа.

— Вы обе ничего не хотите мне рассказать?

Надежда потупила глаза, ожидая, что Агнис, наконец, решится. И она решилась.

— Родовой амулет показал, что Синнар мой Истинный, — призналась сестра Властелина.

Ксангор несколько мгновений молчал, словно не смея поверить тому, что услышал. Желваки на его скулах ходили, будто у него в душе происходила настоящая буря.

Его глаза постепенно окрашивались в алый, а по шее поползла багровая чешуя. Дракон находился в миллиметре от срыва. Надя, видя, что происходит, поднялась с кресла и медленно приблизилась к Ксангору.

Она прикоснулась прохладной ладонью к его щеке и заглянула в глаза с вертикальным зрачком.

— Пожалуйста, — взмолилась она. — Агнис ни в чем не виновата. Вы же не выбираете, кому быть вашей парой. Поэтому, прошу, будь милосерден.

Дракон, мотнув головой, сбросил руку Надежды и поднялся. Размашистым шагом он прошел на веранду. Послышались звуки хлопающих крыльев и дикий рык. Пламя, извергаемое драконом, отсветом окрасило легкие занавеси.

— Думаю, что он таким образом решил выплеснуть эмоции, — проговорила Агнис. — Сейчас съест пару туров у подножья горы и вернется.

— Надеюсь, ты права, — обеспокоенно сказала Надежда.

— Он всегда так делает, когда не хочет ранить близких, — отозвалась сестра Властелина.

— Как думаешь, он смирится? — спросила у нее Надежда.

— Я искренне на это надеюсь, — тихо ответила Агнис.

Ксангор отсутствовал около получаса. Девушки, замершие в ожидании, не уходили из обеденной залы.

Когда он явился, ступив на камень балкона человеком, хоть его глаза и полыхали огнем, внешне он казался чуть более спокойным.

Подойдя к камину, он повернулся к сестре.

— Давно ты знаешь? — спросил он Агнис.

— С тех пор, как я полетела к нему в замок. Для меня это стало полной неожиданностью, — попыталась оправдаться она.

— ОН знает? — задал следующий вопрос Ксангор.

— Да, он все понял, — ответила Агнис.

— И? — не выдержал дракон.

— Я не знаю, — сестра хотела быть честной. — Не смогла понять его реакцию. Как думаешь, почему он собирает армию?

— Не имею понятия, — кинул ей дракон. — Но он не посмеет причинить вред семье Истинной. Это закон. Но от Самозванца можно ожидать чего угодно.

— Синнар, — поправила брата Агнис. — Его зовут Синнар.

Ксангор, ухмыльнувшись, внимательно посмотрел на сестру.

Вот как она теперь заговорила. Он не стал произносить это вслух.

— Тогда будем ждать его появления на границах. И я спрошу у него лично, — сказал дракон.

— Ты не убьешь его, — голос Агнис дрожал.

Ксангор, ничего не ответив, отвернулся и вышел из комнаты, оставив девушек в молчаливом оцепенении.

— Он же не убьет его?! — Агнис повернулась к Надежде. Но Надя не знала ответа на ее вопрос. Для нее чувства и мотивы драконов еще не были до конца понятны.

Она грустно улыбнулась сестре Властелина.

— Мы будем искренне надеяться на это, — тихо ответила Надежда. — Я не знала про армию.

— Синнар идет на нас, — проговорила сестра Властелина. — Максимум через день он нападет на границы. Население эвакуируют.

Надежда шокировано смотрела на Агнис. То, что он не жаждет заполучить именно ее, ни капельки не успокаивало Надю.

Она никогда не видела войны. Даже не имела представления, каково это — жить в стране, на которую собираются напасть.

Она успокаивающе погладила Агнис по плечу и устремилась вслед за Ксангором. Она нашла дракона в его покоях. Тот стоял у большого окна, устремив взгляд вдаль, на темные горы.

— Не вмешивайся в это, — предупредил он вошедшую Надю.

— И не собиралась, — ответила Надежда. Она подошла и обняла сзади мужчину, прижавшись к нему всем телом. Он все еще был зол, это чувствовалось по напряженным мышцам его спины.

— Завтра я улетаю на осмотр границ, — сказал ей дракон.

— Понимаю, — отозвалась Надя. — Когда ты вернешься?

— Не знаю, — ответил ей Ксангор. — Мы можем только предполагать, когда именно Самозванец с армией выступит.

— Мне страшно, — призналась девушка и прижалась теснее к спине дракона.

— Не бойся, — ответил мужчина. — Я не позволю ему пересечь мои границы.

— Я боюсь за ТЕБЯ, — поникшим голосом проговорила Надежда.

— За меня можешь не беспокоиться, — грустно улыбнулся Ксангор. — Он или склонится перед моей властью, или умрет.

— Что же будет с Агнис? — спросила Надя.

— Он сделал выбор, когда решил пойти на нас войной. Значит, так суждено, — ответил дракон.

— Как–то все неправильно и несправедливо, — тихо сказала Надежда.

Ксангор, повернувшись к ней, заключил ее в объятия и поцеловал в макушку.

— Жизнь вообще несправедлива, — еле слышно произнес он. — Останешься со мной?

— Конечно, — отозвалась девушка.

Они забрались в кровать и долго лежали, прижавшись друг к другу, не смыкая глаз. Каждый думал о чем–то своем, не смея нарушать тишину.

Надежда, неожиданно ощутив невероятное счастье в этом мире, сейчас очень боялась, что судьба–злодейка так же легко его может отобрать.

Она видела битву Ксангора и Синнара. Да, Властелин тогда был ограничен в движениях, неся ее в лапах. Но белый дракон безусловно силен.

Что, если он убьет Ксангора? Как она, обычный хрупкий человек, может повлиять на исход этого сражения?

Никак.

Ее удел — сидеть и тихо молиться, чтобы два непримиримых врага нашли какой–то компромисс в извечном споре за власть.

Она даже не представляла, какие чувства сейчас испытывает Агнис. Победа какой–либо из сторон сильно по ней ударит.

Их обоих спасет только примирение. Только любовь.