Надежда стянула с него куртку и рубашку, задыхаясь от желания. Она провела руками по его плечам, почувствовав, как бугрятся мышцы под гладкой кожей.

Ксангор, справившись со шнуровкой, опустил ее платье на пол. Надя, несмотря на внутренний жар, покрылась мурашками, оставшись в одной тонкой батистовой сорочке.

Он сжал ладонями ее ягодицы, скомкав полупрозрачную материю, сквозь которую Надежда ощутила, насколько горячи его руки.

Она попыталась расстегнуть ремень на его брюках, но тяжелая пряжка никак не желала поддаваться. Дракон одним движением рванул пояс, и Надя, спеша избавиться от одежды, приспустила его штаны.

Они, не отрываясь друг от друга, сделали несколько шагов по направлению к кровати, где были разбросаны книги, которые Надежда собиралась прочесть этим вечером.

Ксангор опустил ее на постель и скинул фолианты на пол. Надежда в любой другой момент кинулась бы собирать их в стопку, но сейчас судьба драгоценных рукописей ее совсем не волновала.

В ее голове набатом звучал пульс, который синхронизировался с биением сердца дракона. Ксангор опустился сверху, и Надя обвила его торс ногами, не желая выпускать его из объятий ни на секунду.

Они целовались горячо и страстно, будто торопясь насладиться друг другом. Он гладил ее стройные бедра, сжимая их сильными пальцами, а она прерывисто дышала, зажмурившись от нарастающего желания.

Ксангор на несколько секунд, показавшихся Надежде вечностью, остановился, чтобы стянуть с нее сорочку. Встав перед девушкой на колени, он посмотрел из–под опущенных ресниц на ее гладкое тело, распростершееся перед ним во всей нагой красоте.

Его мягкая улыбка выдала, что он остался доволен тем, что видит. Надя провела тонкими пальцами по мышцам его пресса и живот дракона напрягся от этого легкого, словно крылья бабочки, прикосновения.

Он, опустившись, горячими губами обхватил вершину ее груди, и девушка выгнулась, издав тихий стон удовольствия.

Ксангор целовал ее живот и бедра, обжигая кожу, которая стала невероятно чувствительной. Когда он снова опустился сверху и вошел, Надежда вскрикнула и рывком вдохнула воздух, который, казалось, нагрелся от жара их тел.

Когда все закончилось, и их стоны прекратились, дракон опустил голову на грудь девушке, тяжело дыша. Его спину покрывала испарина. Надя запустила пальцы в волнистые волосы на его затылке и прикрыла глаза, слушая громкий стук его сердца.

Ей не хотелось размыкать объятий, настолько тепло и уютно было в этот момент. Ксангор, подняв голову, томно поцеловал ее губы.

Поцелуй вышел сладким и тягучим, словно расплавленный мед.

— Ты прекрасна, — прошептал он, глядя в ее небесно–голубые глаза. На щеках Нади играл лихорадочный румянец. Ее ресницы дрогнули, и он по очереди прикоснулся губами к ее векам.

— Останься со мной до рассвета, — тихо проговорила Надежда.

— Я бы остался, даже если бы ты меня прогнала, — улыбнулся дракон, зарываясь лицом в ее светлые волосы.

Он перекатился на спину, увлекая Надю за собой. Она прижалась к нему всем телом и положила голову на его плечо.

— У меня такое чувство, что я знаю тебя тысячу лет, — еле слышно сказала Надежда.

— Я чувствую то же самое, — признался Ксангор. — Как будто все происходит, как и должно быть.

Они лежали в тишине ночи, нарушаемой только шумом горного ветра и стрекотанием насекомых. Свечи прогорели и погасли. В окно светила круглая луна, заливая покои серебристым светом.

Каждый безмолвно думал о чем–то своем, не смея нарушить волшебство момента единения тел и душ.

Надежда не заметила, как уснула. Ксангор, поцеловав ее в волосы, долго лежал, уставившись в темноту комнаты из–под полуприкрытых глаз.

Его одолевали мысли, которым не должно было быть места в этой прекрасной ночи. Поэтому, не нарушая покой Надежды, он молчаливо обдумывал все варианты развития событий, которые могли бы привести к возможному крушению их хрупкого счастья.

Он поклялся самому себе, что ни за что не позволит кому–либо отобрать у него женщину, которая стала для него ценнее, чем сама жизнь. Он будет бороться за право обладать ею, даже если придется уничтожить весь мир.

И уж тем более, он не даст Самозванцу прикоснуться к ней даже пальцем, даже мимолётным взглядом. Он не понимал, как могло так произойти, что она является чужой Избранной. Он мог поклясться: всё, что он чувствует, означает — Надежда принадлежит только ему, Ксангору. И никому другому.

Определенно, Самозванец ошибся, похитив женщину, которая предназначена не ему. И что бы ни показал артефакт Синнара, всё это абсолютная ложь.

Трагично, что ритуальный кристалл Ксангора давно утерян. Он не знал, как это произошло, но артефакт исчез много десятилетий назад, когда они с Агнис были слишком юны, чтобы понять, что его пропажа может привести к катастрофе.

С тех пор как они выросли. Агнис не расстаётся со своим кристаллом ни на мгновенье, нося его у самого сердца. И правильно делает. Без артефакта найти любовь всей жизни практически невозможно.

Но, может, Ксангору все–таки повезло?

Он тяжело вздохнул.

Надя, пошевелившись приоткрыла глаза и, коснувшись пальцами его груди, провела по ней, опускаясь ниже. Она поцеловала скулу дракона, вдыхая запах его кожи.

Ксангор, повернувшись на бок, заключил ее в объятья, а Надежда вновь прильнула к его губам. Желание снова захлестнуло их, будто они за это короткое время уже успели изголодаться. Они любили друг друга, даже когда рассвет окрасил небо яркими красками, оповещая о начале нового дня.

Когда Надежда открыла глаза, Ксангора уже не было. И только смятая постель напоминала о событиях прошедшей ночи.

Надя потянулась, не желая вылезать из кровати. В окно ярко светило солнце, заливая комнату тёплым светом.

Спроси ее днем раньше, желает ли она бежать куда глаза глядят из этого замка, лишь бы попасть домой, она, не задумываясь, ответила бы утвердительно.

Но сейчас Надя уже не была так уверена в своих желаниях. Ясно было одно: она окончательно и бесповоротно влюбилась в дракона. И хотела бы находиться с ним рядом, сколько бы ни было отмерено.

Только вот в каком статусе?

Трофей, который перешел в категорию любовницы? Наложница? Вечная пленница, скрывающаяся от Синнара?

Надежда может думать все, что угодно. Но она не знает, какие намерения у Ксангора… Все–таки дракон является правителем этих земель и, если встанет выбор между ней и мирным небом над головами его подданых, что он выберет?

Внезапно нахлынувшие сомнения подпортили прекрасное настроение. Как ей себя вести? Является ли их совместная ночь тайной, скрываемой ото всех, включая Агнис, или дракон предпочтет показать всем вокруг, что они теперь вместе?

Надя зажмурилась, чувствуя себя крайне неловко. Она решила до вечера не покидать покои, чтобы как можно дольше не попадаться на глаза обитателям замка.

Особенно ее волновала реакция Агнис. Что она подумает? Не разочаруется ли в ней? Не станет ли относиться к Наде с пренебрежением?

Надежда знала, что у Агнис добрый и мягкосердечный характер. Но, когда дело коснется ее брата и Избранной врага, как она отреагирует?

А еще есть Лорена. Надя так и не выяснила, что конкретно связывает эту женщину с Властелином. Правда ли то, что говорила Лорена об их отношениях?

Если правда, то продолжит ли Лорена греть его постель, как и раньше?

Надежду воротило от одной только мысли об этой рыжей дьяволице. Если она прознает о том, что Ксангор провел ночь с Надей, не перейдет ли она к более радикальным действиям, чтобы как можно скорее избавиться от соперницы?

Решено.

Сегодня она выяснит у дракона об этой женщине всё. Пусть Надя будет выглядеть глупой ревнивицей, но ей необходимо получить сведения об их отношениях.

Надежда провела весь день в мучительных сомнениях. Она несколько раз открывала книги, чтобы отвлечься, но то и дело мысленно возвращалась к тревожившим ее вопросам.

Когда солнце только начало клониться к закату, она, тщательно приведя себя в порядок, надела свежевыстиранное платье, которое подготовила прислуга, уложила волосы в простую прическу и загодя спустилась к ужину.

Войдя в обеденную залу, она увидела Ксангора, который, не находя себе места, вышагивал вдоль стола в нетерпеливом ожидании. Завидев Надежду, он направился к ней и, взяв ее руку, поцеловал, задержав губы на ее пальцах дольше, чем положено.

— Я весь день ждал, пока ты спустишься, — прошептал он. — Все хорошо?

Надя, смущаясь, мягко прикоснулась губами к его щеке.

— Мне немного неловко, — тихо проговорила она.

— О чем ты? — удивился дракон.

— Что подумает Агнис? — спросила Надя.

— Если я счастлив, то сестра тоже будет счастлива за меня. Об этом можешь не беспокоиться, — улыбнулся дракон.

— Может есть еще что–то, о чем я должна беспокоиться? — поинтересовалась Надя, прямо глядя в его глаза.

Ксангор на мгновенье замешкался, не найдя ответа, а затем спросил:

— Что ты хочешь узнать?

— У меня много вопросов, — отозвалась Надежда. — И я очень надеюсь как можно скорее узнать правду.

— Хорошо, я готов, — кивнул дракон.

Они, не торопясь, вышли на веранду. Уходящее солнце раскрасило горы в золотистые цвета. Пахло нагретыми дневным зноем, дикорастущими травами.

Ксангор, посмотрев вдаль, задумчиво произнес:

— Никогда бы ни подумал, что буду с таким нетерпением ждать заката.

— Ночью тебя не остановили никакие условности, — улыбнулась Надя.

— Это был душевный порыв, мне было плевать на все правила. В конце концов, Властелин я или кто? — усмехнулся дракон.

— Властелин хочет, Властелин получает? — подколола его Надежда.

— Я слишком долго ощущал дикое, ничем не утоляемое одиночество. Я больше не мог сопротивляться, — признался Ксангор.

— Так ли ты был одинок? — Надя наблюдала за его реакцией.

— Задай вопрос прямо, если хочешь о чем–то узнать, — лицо дракона не выражало никаких эмоций.

— Кто для тебя Лорена? — решилась, наконец, Надежда.

Ксангор с удивлением посмотрел на девушку.

— Никто, — коротко ответил он.

— Она так не думает, — произнесла Надя.

— Она может думать все, что угодно, — дракон развернулся к Надежде.

— Хорошо, — кивнула она. — Спрошу по–другому. Что вас с ней связывает?

Ксангор несколько мгновений молчал, обдумывая, как правильно ответить, чтобы не попасться в расставленные Надеждой сети. Затем выдохнул, решив сказать чистую правду.

— Нас связывает лишь одна ночь. Много лет назад. Позже, после того как я понял, что совершил ошибку, я объяснил Лорене, что между нами ничего не может быть. Произошла случайность. И фрейлина со мной согласилась.

— Что ей еще оставалось делать? — не сдержалась Надя. — Она влюблена в тебя с детства. Но ты дракон, и она понимает, что Избранной не стать по одному только желанию.

— Зачем она тебе рассказала об этом? — спросил Ксангор.

— Ревность, — просто ответила Надежда. — Думаю, что она все еще тебя любит.

— Для тебя это проблема? — Ксангор заглянул в глаза девушки.

— Еще не знаю, — уклонилась от ответа Надя.

Она не желала стать причиной того, что дракон обрушит всю ярость на фрейлину. По крайней мере, пока не выяснится, причастна Лорена к отравлению или нет.

Ксангор приблизился к Наде и сжал ее ладони.

— Больше никто не причинит тебе зла, — прошептал он, целуя ей руки.

Она положила голову на его плечо возлюбленного и вдохнула его аромат.

В этот момент вошла Агнис. Она находилась в прекрасном расположении духа и с улыбкой поприветствовала их обоих.

От ее цепкого взгляда не скрылось, что Надя резко отпрянула от Ксангора, сделав шаг в сторону. Но сестра Властелина никак не прокомментировала увиденное. Она прошла за стол и опустилась в кресло.