Нас разместили в гостевых покоях монастыря, выделив каждому келью с кроватью. Дали время на отдых, а потом позвали на трапезу.

В большой обеденном зале с общим длинным столом уже сидели Веч, Карма и Тара. Нам в деревянную тарелку налили пустоватый бульон. В плошку кашу на солонине. Поставили глиняный стакан с отваром.

Монахов в зале было немного. Все как на подбор бородатые. Старшим среди братии был Кастер. Он нас и встречал. Лет пятьдесят на вид. Довольно сухой.

— Сегодня мы поднимаем бокалы за наших гостей и спасителей, Эхо, Веча, Карму и Тару.

Мы приступили к трапезе. Я даже не коснулся остальных закусок, что были на столе. Нечего объедать монахов, видно, что рацион у них скромный.

— Простите, что так мало братьев и сестёр собралось, — сказал Кастор. — Остальные сейчас на службе. Свободного времени у нас немного, но ради гостей всегда выкраиваем.

— А чем вы заняты? — спросил я, уже понимая, что это всё не просто так. Либо какой-то очень созидательный молитвенный труд, либо ещё что-то.

— После еды проведём вам экскурсию, — сказал Кастор. — У нас есть что посмотреть. Как раз и поймёте, что нами движет и зачем это всё, — он обвёл помещение рукой.

Я разглядывал монахов. Многие двигались скованно, как после тяжелых нагрузок или ранений. Шрамов у всех было в достатке. Может, тут отдыхают от ратных подвигов на ниве исследования Пути?

— А кто принёс книги? — спросил полноватый гном.

— Это наш кладовщик, — шепнул Кастер.

Я поднял руку.

— Что ж, — встал высокий полутролль. — Тогда отдельный тост за нашего друга Эхо.

— Ты не представляешь, как редко к нам попадает бумага, — проговорил Кастер. — Всё уже зачитано до дыр.

— Я как чувствовал, — улыбнулся я.

Мы прикончили еду, ещё немного поболтали, а затем нам выделили двух провожатых.

— Я мяуронка Ликана, — представилась монашка. В отличие от Руаны, у который имелись только ушки и хвостик, эта была просто прямоходящей антропоморфной рыжей кошкой. Впрочем, всё равно довольно милой. — А это Витор.

Второй монах был человек лет тридцати пяти. Абсолютно лысый и с седой бородой. Я чувствовал с ним некое родство, причину которого не мог понять. Потому постоянно разглядывал его, пытаясь найти какую-то зацепку.

Мы неспешно пошли по территории. Карма взяла меня под локоток и чуть замедлила шаг, позволяя остальным уйти вперёд.

— Что с ним не так?

— Я не знаю, — сказал я. — Что так заметно, что пялюсь?

— Нет. Просто я внимательная.

Мы догнали остальных.

— Тут у нас склад, — вещала Ликана. — Там тренировочный двор.

— Большой, — заметил я.

— Да. Сейчас кажется избыточным. Когда-то его не хватало, — добавил Витор.

— Там жилые помещения. Можем зайти.

Мы прошли в здание, опоясывающее тренировочную площадку. Интересно было исполнено. Один сплошной коридор в форме периметра прямоугольника. По бокам комнаты и четыре выхода в середине каждой из сторон фигуры.

— Под площадкой есть ещё Зал Постижения, — сказала Ликана. — Вам обязательно нужно его посетить. Кастор — мастер начертатель.

— Что это значит? — навострил я уши.

— Ох. Всегда забываю, что к нам часто приходят те, кто совсем недавно ступил на Путь. Кастор может сделать свиток имеющихся у вас умений. Правда, лишь раз с одним умением.

— Не совсем понял? — сощурился я.

— У тебя, например, пять даров Пути, — терпеливо начала пояснять Ликана. — Кастор может сделать всего пять свитков. Они пойдут в наш банк умений. Один дар — один свиток. Ограничения профессии. Возможно, есть более искусные мастера, но мы и такому рады. Если захотите, ваши умения он тоже может переписать, разумеется, за достойную плату. Обычно меняют на случайный свиток умений, но у нас есть и снаряжение или банальные КотКоины.

Король кивнул.

— Я только за, — сказала Тара.

— Было бы отлично, — поддержала её Карма.

— Я подумаю, — изрёк я, вызвав лёгкое подпрыгивание бровей.

Мы прошли в подземный зал. Большие квадратные плиты пола. Колонны, расписанные рисунками. Освещение поддерживалось магическими светильниками. По бокам стояли стеллажи со свитками умений.

Также имелись закутки, небольшие комнатки, стены которых пестрили какими-то посланиями на неизвестных языках или чем-то похожим на рисование буквами. Древние символы напоминали забытый язык Пути, сплетались, и, если подключить воображение как при разглядывании созвездий или облаков, можно было разглядеть какое-то изображение.

Девушки и король остались у первого стеллажа, я же с Витором пошел дальше.

— А что это за изображения? — спросил я, сопровождающий сбился с шага, а Ликана так резко обернулась, что я услышал. — Что-то не так? — спросил я.

— Ты не должен видеть их, — озадаченно проговорил монах.

— Так, а вы девушки, — обратилась к ним Ликана. — Подойдите-ка сюда, — она подвела их в первый закуток. — Что видите?

— Закорючки какие-то, — пожала плечами Тара.

— Ну письмена, руны или иероглифы, что это, непонятно. Простыня целая.

— Вечноцарствиус, — перевела взгляд рыжая кошка.

— Даже мой царственный взор видит лишь буквы. Хотя значение вот этого символа мне известно. — Он ткнул в закорючку, похожую на две перевернутых семёрки. — Это означает «идущий».

Я тут же записал это себе в память.

— А ты что видишь? — спросил Витор.

Я повернулся к стене, краем глаза отметив, как оба жителя монастыря пристально вглядываются в моё лицо. Я начал всматриваться в письмена, символы стали немного плыть, размываться и даже покачиваться, как на волнах, потом появилось свечение, и будто изображение приблизилось, но это было не так. Добавились какие-то… ментальные или астральные звуки, похожие на свист ветра и хор далёких голосов. Я понимал, что это слышу только я.

На секунду, лишь на миг, начало проступать изображение. Сейчас должно было что-то случиться! Я почти ощутил соприкосновение с какой-то новой силой, но Витор одёрнул меня, резко повернув к себе. И всё прекратилось.

— Что ты видел? — смотрел он мне в глаза, держа за плечи.

— Голова человека в профиль, большего разглядеть не успел, ты одёрнул.

Монахи переглянулись.

— Это невозможно, — сказал Витор.

— Я позову Кастора, — проговорила Ликана. — Как только наши очаровательные гости выберут себе подарки.

Девушки долго бродили, выбирая себе навык, король же сразу определился, а потом Ликана их увела.

— Кто ты такой? — посмотрел на меня Витор. — В тебе есть что-то знакомое, при этом ты чуть не прочёл стену.

— Что на ней?

— Там умения. Причём умения особой школы Пути. Их можно встретить, но нельзя изучить где-то ещё. Это наша плата за ту работу, что мы выполняем.

И тут его взгляд упал на мой пояс. На рукоять артефакта.

— Ты разоружился, но оставил это, — он помотал головой из стороны в сторону. — Этого не может быть, — монах робко протянул руку и коснулся пальцем рукояти. Поднял на меня ошарашенный взгляд. — Это то, о чём я думаю? Ты собрал рукоять? Покажи, прошу.

Я не чувствовал от него угрозы и без опаски вынул артефакт из ножен и протянул ему. Он не решился взять его в руки, лишь бережно провёл рукой от крышки рукояти до кончика осколка лезвия. А потом, словно извиняясь, поклонился артефакту.

Сунул руку под рясу и вынул осколок на цепочке.

— Я когда-то тоже пытался собрать его, — признался Витор. — Был на редкость упорен в этом вопросе. Дважды терял и находил осколки лезвия. Но потом утратил себя и сбежал сюда, чтобы найти снова. Быть может, сам Путь увёл меня с кривой дорожки. Если ты явился в это место, это не просто так. Таких совпадений не бывает.

Он протянул мне осколок. Я не решился стыковать его тут, не зная, что произойдёт. Надел на шею и сказал:

— Спасибо.

— У тебя есть наставник?

— Да. Михаил.

Он понимающе кивнул.

— Я учился у Йтеморы.

— Мне это имя ни о чём не говорит.

— Ты ещё познакомишься с остальными членами круга. Та ещё компашка, — усмехнулся он. — Когда я слетел с катушек, наставница хотела убить меня. И я сбежал сюда. Тут у них нет власти. Когда увидишься с ней, передай… — голос его дрогнул, он прерывисто выдохнул. — Передай ей, что я раскаиваюсь в содеянном. И я… А, впрочем, этого будет достаточно.

Я мысленно покачал головой. Да тут больше, чем наставник и ученик.

— Вот что, — спохватился он. — Иди за мной.

Он быстро потащил меня по коридору, приговаривая: «Где же, где же?».

— Попробуй вот это.

Я остановился у стены и начал пытаться разглядеть рисунок в письменах. Этот давался куда сложнее. Едва буквы начинали плыть, как снова выстраивались ровными рядами без намёка на какую-то визуальную магию.

Время прекратило свой бег. Только я и стена. Она хотела мне что-то рассказать, нужно просто лучше слушать. Мир за пределами букв перестал существовать. Рисунок сложился в раскрытый рот, пускающий звуковую волну.

Голос древних. Вы познали силу голоса. Когда-то изречением можно было изменить ход событий. Отныне вы способны воздействовать на реальность посредством резких окриков и звуковых атак, вкладывая в них волю. Умение работает в связке с Заговорами. Заговоры усиливают Голос, а Голос Заговоры.

— Быстрей, назад! — прошептал Витор. — Я слышу шаги.

Мы вернулись ко входу, я сделал вид, что выбираю свиток и как раз вошёл Кастер.

— Пришлось закончить совещание с нашим кладовщиком раньше, — широко улыбнулся старший монах. — Так в чём дело?

— Эхо видит рисунки.

— А как сильно у тебя развита Лингвистика? — чуть наклонил голову Кастер.

— Я её не брал.

— Хм. Интересно. Не буду допытывать, но всё же, прецедент. Может, ты был в архивах или библиотеках и там соприкасался со знаниями древних?

— Ничего такого, — покачал я головой. Не буду же ему говорить про печать, что нашёл в пещере, даже наставнику про неё не сказал.

— Тогда у нас просто нет выбора, — он отошёл в сторону. — Читай.

— Вы уверены? — посмотрел на него Витор. — Это не вызовет нарушение договора с Путём? Всё же он не в нашем братстве.

Ага, то есть сначала сам нарушил, а теперь беспокоится.

— Не думаю, мы ведь его чтению не учили. Возможно, этот юный идущий попал сюда не просто так. А возможно, то, что он видит рисунок, ещё ничего не значит, выучить навык всё равно может не получиться.

Пока они болтали, я открыл меню навыков и взял Лингвистику. Раз она сюда тоже завязана.

Лингвистика. Позволяет лучше выходить на контакт и ускоренно изучать языки иных рас, цивилизаций и форм жизни. Побочные эффекты: Интеллект +1.

Ещё и характеристика перепала. В описании про неё ни слова. Такие сюрпризы мне нравятся.

— А Интеллект у тебя какой, если не секрет? — спросил Кастер.

— Одиннадцать.

Он покивал.

— Пробуй.

Я долго вглядывался. Щурился. Но буквы не поддавались. Тогда попросил отойти монахов. Подошёл чуть ближе. Отошёл подальше. Стена словно заигрывала со мной, хотела, чтобы я её разгадал.

Витор стоял с каменным лицом, чтобы не выдать переживаний. А вот Кастер то улыбался, то хмурился, походя, скорее, на учёного, что из засады следит за редким зверем.

Я сел на пол в позу лотоса. Отсюда видно было лучше всего. Это как с картинами художников, ни одной, к сожалению, не видел, но слышал, что некоторые из них нужно разглядывать только под определённым углом и освещением, вблизи мазки в деталях видно, а вот на должном расстоянии смесь жирных красок превращается в живую картину.

Изображение начало проступать. Оно то давило на глаза, то снова становилось тусклым. Буквы плыли и опять возвращались в исходное положение. Очень долго я сидел, не поддаваясь на подначки картины.

Спустя какое-то время заметил, что паттерны обманок стали повторяться, и больше не мешали разглядывать суть рисунка. В меня словно ударила ветер букв, символов и энергии.

Антиконцентрация. Своим окриком вы можете оборвать каст заклинания. В редких случаях развеять уже летящие чары или ослабить их эффект.

— Поразительно! — воскликнул Кастер. — Впрочем, особо не надейся на этот навык. Без базового Голоса он почти бесполезен. Думай о нём как о приятном сувенире.

Ха! Я постарался не выдать охвативших меня чувств.

— Идёмте же, друзья, — позвал нас на выход Кастер. — Ваши компаньоны уже заждались, а у Ликаны язык отсох их забалтывать.

— Свиток умений, — напомнил Витор.

— Успеется, — махнул рукой монах. — Ещё никто не ушёл обиженный, — добродушно улыбнулся он.

Мы вышли во двор. Монахи неслись куда-то, спешно дооблочаясь на ходу в доспехи.

— Собственно то, чем мы занимаемся, — сказал Кастер. — Если есть желание, можете присоединиться.

— Конечно, — сказал я.

— Тогда всё же стоило дать тебе изучить новый навык.

Я побежал за всеми остальными. Мы прошли невидимую до этого плёнку барьера, и пред нами предстала совсем иная стена.

— Мы специально возвели барьер, скрывающий эту мрачную сторону нашей жизни. Даже звуки боя не проходят, — сказал Витор.

Кастер на глазах стал покрываться полупрозрачными светящимися доспехами.

— Магическая броня, — пояснил монах. А потом широко, как-то даже неестественно раскрыл рот и громко закричал. Потом воздуха, вырвавшийся при этом, подхватил его и унёс на стену.

Там монахи стреляли в кого-то пока невидимого.

— Можем подняться, — сказал Витор. — Только хотя бы прячься за мной. Не хотелось бы, чтобы ты улетел в свою путевую без награды.

На этих словах монах поднёс к лицу руку и крикнул на неё нечто неразборчивое. От кончиков пальцев начала проступать перчатка, затем появились наручи, доспех нарастал на нём вполне материальный, не магический, как у того же Кастера.

— Держись за спиной, — посоветовал он. — Хотя раз ты у нас такой необычный, может и удержишь. — Он снова поднёс руку и крикнул. На этот раз в ней появился щит.

Он бросил мне его.

Я поймал. Щит мигнул, попытался развеяться, но всё же остался в руке. Хотя и немного подрагивал, что довольно сильно раздражало.

— Что за новенький фокусник? — морщась от боли спросил неизвестный монах, кое-как с опорой на стену сползший по ступеням. В плече у него торчал какой-то шип, что продолжал разъедать доспех вместе с плотью. — Он наклонил голову и резко выдохнул, замораживая рану.

— У вас вся магия на голосе завязана? — спросил я.

— Нет, — пояснил Витор. — Но это значимое подспорье, когда перебиты обе руки. А такое случается часто.

Мне уже стало интересно. Я забежал по ступеням, и в этот момент первая штурмовая лестница ударилась о стену. Через парапет перепрыгнуло шипастое существо. Вечноцарствиус выхватил золотой клинок и рубанул тварь по ноге. Брызнула зелёная кровь. Попала на блестящий доспех короля, разъедая и оставляя видимые отметины.

Я схватил меч с ближайшей стойки и не позволил прыгнуть следующему монстру, приняв его на клинок и попросту столкнув щитом со стены. Глянул через край. Далеко в каком-то чернильном лесу посверкивал портал, и из него пёрли эти твари.

— Это войско грамзов, — пояснил Витор, одёрнув меня за шиворот за миг до того, как шип пробил бы мне башку. — Новый выводок третьей по старшинству матки в изгнании. Рой часто ищет новые места для гнездования, а в наших подземельях коллекция порталов в мёртвые миры. Они зачем-то нужны Пути. А если портал закроется, доступ туда больше не получить. В этом наша миссия. Стеречь их. Охранять, пока они снова не пригодятся.

Витор перегнулся, крикнул огнём на грубо сколоченную лестницу. Пламя объяло её, вгрызаясь в дерево похлеще термитов.

— Гори-гори-гори! — затараторил я шепотом, что не укрылось от монаха. Пламя полыхнуло ярче.

— Возможно, это тебе и помогло, — сказал он, задрав подбородок и трогая себя за кадык. — Схожие умения.

Я пожал плечами, а потом стало совсем не до разговоров. Витор выхватил пистолет и принялся палить по тварям, что пошли на новый приступ.

* * *

Атаку на монастырь мы всё же отбили. Но пришлось познакомиться с монашеской медициной. Первый раз попал в лапы лекарей Пути. Они, конечно, не старели, творя свои чары.

Вечером за ужином Кастер спросил:

— Не хочет ли кто из вас присоединиться к нашему делу? Как мы живём, вы видите. Живём скромно. Но никакой праздности разума. Ясность ума обеспечена. Взамен уникальная школа Слова, что останется с вами, даже когда вы решите покинуть наши стены.

— А вы выходите в свой мир или постоянно живёте тут? — спросил я.

— Доступ к путевой комнате для нас закрыт. Но некоторые выходят в свой мир. Другие же уже полностью переселились в монастырь.

— Я не могу остаться, — сказал Карма. — У меня там семья. И я нужна им.

Кастер понимающе кивнул.

— Если дадите мне койку побольше, — сказала Тара. — Я останусь. Путь дал мне всё. И если ему нужна помощь, я отзовусь. Но буду выходить домой.

— Замечательно! — обрадовался Кастер. — Ликана, подготовь келью для нашей новой сестры и потом объясни ей всё.

Монах посмотрел на Вечноцарствиуса.

— Я король и не могу променять корону на монашескую рясу.

Тогда Кастер перевёл взгляд на меня.

— Я не могу остаться, — сказал я и увидел в глазах Кастера искру сожаления. — Но я могу задержаться, — улыбнулся я. — Хоть немного, но я помогу. Пока меня не выбьет в путевую комнату.

Кастор переписал часть моих умений, только те, к которым я открыл доступ. Взамен я получил тысячу КотКоинов, возможность выбрать ещё одно умение и право посетить склад. Куда меня и сопроводил Витор. И, честно говоря, под мой стиль там нашлось немного вещей.

— Покажи ему мои старые сапоги, — обратился к кладовщику Витор.

— Не положено. Не для гостей.

— Покажи.

Гном внимательно осмотрел меня, вздохнул и всё же ушёл куда-то в глубины склада и принёс немного подсвеченную обувку.

Я вгляделся в свойства.

Сапоги мужественного бегства. Придаст вашему отступлению брутальности. Имеется возможность выбора рисунка на сверкающих пятках. Ловкость +1. Скорость передвижения + 10 %.

Я глянул на Витора.

— Что? — засмущался он. — Я был молод, — уже откровенно засмеялся монах.

И тут уже захохотали я и гном.

— Эти десять процентов очень недооценены, — заметил монах. — Поверь. Они мне жизнь спасали не раз и не два.

Я кивнул, взял и обулся. Только вставал вопрос, что делать со старыми.

— Слушайте, — обратился я. — А возьмите мои. Просто так, от чистого сердца. Там есть Стойка. Может, кому-то пригодиться в бою. Сам уйду, но хоть так помогу.

Гном обрадовался и выхватил их у меня из рук.

После Витор повёл меня в зал Постижения к свиткам умений. Я нашёл навык Стойка и взял его. А вот над вторым даже думать не пришлось. Увидел навык Огнестрельное Оружие и тут же схватил, не удержался и зловеще рассмеялся. Вот я дел натворю!

Я повернулся к Витору.

— У меня есть одна вещь, я бы хотел тебе её подарить. Возможно, передашь ещё кому-то потом. Забыл выложить из инвентаря.

Да он стоил денег. Реальных денег там. Но здесь был куда нужнее чем там сотня эргов, что могу за него выручить. Я проявил из хранилища револьвер и протянул Витору.

— Спасибо, — растерянно протянул он. — Их так мало на Пути. Где ты его взял? Он же на аукционе стоит безумных денег.

— У меня свои каналы поставок, — усмехнулся я.

Весь следующий день, мы помогали монахам. Подняли на верёвках четвёрку пауконей, что так и паслись под стенами. А ещё ходили в караулы вместе с воинами монастыря.

Остальные пришедшие со мной последовали моему примеру и решили остаться здесь до первой смерти. Точнее, Карма решила до первой смерти, а Вечноцарствиус сказал:

— Не гоже королю погибать. Как только вас выбьет, я сам выйду.

Из нашей троицы я полёг первым. Умирал на руках у Кармы.

* * *

— Маленькую жизнь прожил, — устало протянул я, протягивая Михаилу ладонь для рукопожатия и похлопывая того по плечу. — Будто тыщу лет не виделись.

— Как прошло?

— Смотри сам, — оскалился я. Вынул цепочку с осколком и показал учителю.

— Но как? Его не должно было там быть. Фильтр только два выдал из запроса, помощь Пути и место, где можно взять умение.

— Сейчас расскажу, — пообещал я и присоединил осколок к лезвию.

И что же там за новые возможности откроются?