Лера в очередной раз проснулась с криком. Последние три дня ее преследовал один и тот же кошмар: она бежала за Димой под проливным кровавым дождем, но никак не могла его догнать, хотя он постоянно оборачивался и звал ее.

– Я скоро свихнусь…

Парни должны были вернуться меньше, чем через два дня. И это было единственное, что хоть как-то поддерживало ее.

Открыв шкаф, Лера не выдержала, стащила с вешалки Димину бежевую куртку и снова уснула, крепко прижимая ее к себе и вдыхая родной запах. Кошмар не вернулся, и утром она проснулась немного отдохнувшей. Однако в офисе ее ждал сюрприз в виде маячивших на кухне Алисы и Оли.

– Привет…

– Не смотри на нас так. Волохов позвонил в жуткую рань и попросил приехать.

– Ты что-нибудь знаешь? – Оля смотрела на Леру с призрачной надеждой.

– Нет…

– О… – Аня, тоже невыспавшаяся, зашла за утренней дозой кофеина и растерянно уставилась на подруг.

– Волохов решил всех собрать, – пояснила Лера. – И мне это не нравится.

Через несколько секунд на кухню заглянул Свят. Судя по его виду, он приехал в офис значительно раньше и уже успел потренироваться в зале. Несмотря на костюм, идеально сидевший на его плечах, успевших за пару месяцев расшириться, Лера заметила, что его волосы были еще влажными, а лицо – румяным.

– Всем привет. Держите. – Он выставил на стол очередной увесистый бумажный пакет и исчез в коридоре.

Аня заглянула внутрь и неохотно усмехнулась:

– Кто будет киш с курицей?

– Как-то нет настроения для еды… – Оля уже не находила себе места от волнения.

Алиса хмыкнула:

– У вас завелся кулинар?

Лера достала тарелки и вопреки полному отсутствию аппетита отрезала себе кусок сытного пирога:

– Свят утверждает, что печет его девушка. Но я склоняюсь к тому, что он печет сам. Просто стесняется признаться.

– Я все слышу.

Лера вздрогнула и чуть не выронила тарелку.

– Тогда уже либо опровергни, либо подтверди мои предположения, умник.

– Ты же знаешь, мой удел – нарезать начинку.

– М-м-м… Боги. Как вкусно…

Аня и Лера одновременно зажмурились от удовольствия.

– Пригласи свою подружку к нам. Мы уже съели десяток пирогов, но до сих пор не знаем ее в лицо.

Свят усмехнулся и тоже отрезал себе небольшой кусок:

– Потерпите до новогоднего корпоратива.

– Чем у вас так аппетитно пахнет? – Даниил бесшумно возник у всех за спинами и заставил присутствующих дружно охнуть.

– Блин, Волохов! Так и родить недолго!

– Прости, не хотел никого напугать. Особенно тебя. – Он виновато улыбнулся Алисе, по очереди чмокнул в щеки хмурых девушек, пожал руку Святу и налил себе кофе.

– Сказать тоже ничего не хочешь?

– Хочу, Пики. Но сначала надо взбодриться.

– Слышь, остряк! Это не смешно!

– Успокойся. Все хорошо. Я без дурных новостей.

Аня насмешливо закатила глаза, а на лицах Оли и Алисы читалось явное облегчение. Только Лера продолжала подозрительно коситься.

– Ладно! Пойдемте в переговорную. – Волохов приобнял ее за плечи и повел за собой. – Расслабься. Все живы.

Дождавшись, пока девушки усядутся, он на пару секунд задержал взгляд на аккуратном круглом животе Алисы.

– Что?

Даниил моргнул и поднял взгляд на ее лицо:

– Как самочувствие?

– Нормально.

– Что ж. Я вас собрал, чтобы проинформировать и успокоить. – Он сделал глубокий вдох и посмотрел в окно, где едва наступивший декабрь уже по-хозяйски засыпал снегом улицу. – Возвращение парней откладывается. Предварительно на несколько дней.

– Почему? – Лера упорно хмурилась, доверяя больше своему предчувствию, чем заверениям адвоката.

– Возникли непредвиденные сложности с… с транспортом.

– Что это значит?

– Их сейчас… скажем так, не могут забрать. – Волохов физически ощущал, как четыре пары глаз впились в него.

– Почему они сами не позвонили и не сказали об этом?

Чертыхнувшись про себя, Даниил попытался вразумительно уйти от прямого ответа:

– В том районе сейчас проблемы и с транспортом, и со связью. Толпы беспилотников, спутниковых глушилок… Как только появляется связь, ее используют для быстрой координации, а не для звонков в мир.

Но Лера не унималась. Ее все еще не отпускал ужас ночных кошмаров:

– Они в лагере? Или в плену?

– Пики…

Она вскочила с места и уперлась ладонями в стол:

– Что там произошло?!

Волохов раздраженно расстегнул пуговицу на пиджаке и отзеркалил ее позу:

– Ты. Немедленно прекрати накручивать себя и всех присутствующих! – Опустив взгляд на побледневшую Алису, он обратился к ней: – Ты. Даже не думай нервничать.

– Это сложно… – Она на автомате обняла себя руками.

– Пока не скажешь правду, ты отсюда не выйдешь. Я серьезно.

– Я говорю то, что знаю, Лера! То, что мне сказали в министерстве.

– Ты ничего не говоришь!

– Волкова!

– Волохов!

– Сядьте оба! – Обычно мягкий голос Алисы резанул пространство комнаты жесткими нотами.

Лера рухнула обратно в кресло. Даниил опустил голову и медленно присел:

– Они оказались в кольце.

Четыре женских голоса одновременно резко вдохнули.

– Они все живы! И готовятся к прорыву. Им на помощь выслали поддержку. Минобороны не заинтересовано в обнародовании трех десятков трупов без знаков воинских отличий.

– Действительно… Им лишь бы свою задницу прикрыть…

– Да! Да, Пики! Звучит цинично. Но такова суровая реальность.

– И каковы шансы на успех?

Волохов напряженно взлохматил волосы на затылке:

– Шансы прорвать окружение достаточно высоки. Но остаться невредимыми всем не удастся… Будьте готовы к тому, что их привезут с ранениями. Все сложилось не самым лучшим образом. Данные разведки по многим пунктам не подтвердились. Информаторы были либо подкуплены, либо им намеренно передавали ложную информацию. Назревает полноценный крупномасштабный военный конфликт, но уже без участия сухопутных войск и небольших отрядов. Как только кольцо будет прорвано, их всех транспортируют в Россию максимально быстро. Федотов заикнулся и о значительной поддержке с воздуха, но я пока не уверен, что ее применят. Это будет расценено как официальное объявление войны.

– Все ясно…

– Мне жаль! Нам действительно придется понервничать. Но конкретно сейчас они все живы. И раньше времени изводить себя тяжелыми мыслями я вам не рекомендую.

В комнате повисла давящая на барабанные перепонки тишина. Аня смотрела в пустоту. Оля закрыла лицо ладонями. Алиса закусила губу и снова обхватила себя руками. Лера безуспешно пыталась сдержать дрожь.

– Вы хотели услышать правду – я вам ее озвучил.

* * *

Волохов с тяжелыми чувствами покинул «Феникс» и вернулся в бюро. Несмотря на попытки быть убедительным перед девушками, он сам не верил своим словам. Не верил, но какой-то частью мозга надеялся на чудо.

Тем временем Милош затаился. Даниил так и не получил ни повестки, ни очередного звонка. Угрозы тоже не поступали. И все же в клинике, откуда должны были завтра выписать Софи, дежурил агент «Феникса».

Разобравшись с несколькими вопросами клиентов, Волохов снова попытался поговорить с Федотовым, но тот сбросил его звонок.

«Ирония…» Государство казалось ему человеком, страдающим биполярным расстройством. С одной стороны, были приняты все меры, чтобы защитить свои границы. С другой, – делалось это руками частных наемников. С третьей, – тайна должна была остаться тайной, чтобы на страну не обрушились скандалы, санкции и новый кризис. С четвертой – сделать это нужно было настолько деликатно, чтобы не ввязаться в войну.

«Интересно, что бы предприняли сотни тысяч диванных экспертов, поставь их перед необходимостью решить такую задачку?..» Он и сам затруднялся ответить. Но внутренне радовался, что когда-то его военная карьера оборвалась на взлете.

«Спасибо тебе, Вера. Все случайное не случайно».

* * *

– Ночью выдвигаться – точно безумие. Нас всех положат. – Падре и многие командиры групп поставили под сомнение план Морока.

– Через два дня новолуние. Ночь будет темная. На отстрел – тепловизоры в помощь. Плюс группе поддержки будет проще подобраться и забрать нас.

– Ага, если через два дня у нас останется чем отстреливаться.

– Останется. Цитадель обещала беспилотник с боеприпасами.

– Если он до нас долетит! – тошнотворно усмехнулся Шакал.

Денис закатил глаза от раздражения:

– Отправят несколько рейсов с разных точек. Хоть один до нас точно должен добраться. Поддержку с воздуха не гарантируют. Вероятность подключения авиации – пятьдесят на пятьдесят.

Падре сплюнул себе под ноги:

– Значит, ноль. Говорить они могут много, лишь бы ты был спокоен. Ставлю половину выплаты на то, что птичек мы тут не увидим.

Джокер прыснул:

– Тебе лишь бы поспорить. Нас не могут тут оставить, так что птички будут точно.

– Я скорее поверю, что они пришлют беспилотник с боеголовкой, чтобы от нас тут и пыли не осталось.

Два десятка бойцов уставились на хмурого Падре и по очереди перевели взгляды на Морока. Он тоже не исключал такой исход. В конце концов, это было простейшее решение проблемы. Но в том и заключалась роль командира: предотвратить панические настроения и подготовить отряд к слаженному отступлению.

– Верить в худшее – твой выбор.

– Оставаться наивным – твой. «Фобос» вас уже однажды подставил.

У Дениса жутко чесались кулаки заткнуть Падре, который назло ему вносил хаос.

– Не путай теплое с мягким. Основными учредителями «Фобоса» были частные лица, у которых имелись свои личные интересы.

– А в Цитадели тоже сидят частные лица. И сейчас их задницы смачно подгорают из-за случившегося косяка. Последнее, о чем они беспокоятся, это жизни двадцати трех идиотов в туркменском ущелье. А проще всего решить вопрос, уничтожив улики, то есть нас. Продолжай верить в сказки и дальше. Но через два дня нам сюда скинут не боеприпасы, а боеголовку. Поэтому выдвигаться нужно днем и рассчитывать только на себя. Да, до базы доберутся не все. Но оставшись тут, не выживет никто.

– Раунд! – Шакал хохотнул.

– Заткнись, – буркнул Падре. – Предлагаю голосовать.

– Завтра в три по Москве последний сеанс связи. Ты сможешь задать свои вопросы той стороне. Эффект внезапности выдаст вранье в их интонации. Или его отсутствие. И да. – Денис вскинул бровь и отшвырнул зубочистку вглубь каменистых разломов. – Оставшись без таких, как мы, Цитадель обречет себя.

– Не обольщайся. Век наемника короткий. На наше место придут другие.

Морок усмехнулся и ответил, аккуратно поглядывая на остальных бойцов:

– Чтобы подмять под себя новых беспредельщиков, Моцарту придется потратить много времени. Найти к ним подход, договориться о цене, проверить на вшивость… Он сделает все, чтобы вытащить отсюда нас, таких родных и надежных.

Но Падре невозможно было переубедить:

– В Цитадели всем плевать на проблемы Моцарта. Завтра после звонка мы будем голосовать.

– Нет.

– Да! Кто захочет сдохнуть в ущелье, тот останется с тобой! А кто захочет выбраться, пойдет со мной!

– Я командир отряда. Мне решать.

– Значит, попробуешь пристрелить дезертиров. А потом с пустыми обоймами прорвешь кольцо и на крыльях мечты вернешься в Москву в цинковом гробу.

Темно-карие и сине-золотистые глаза двоих опытных наемников столкнулись в непримиримом противостоянии. Все бойцы снова смотрели то на одного, то на другого. И Денис решил пойти ва-банк, зайдя с другого угла:

– А знаешь. Плевать. Устраивай свои голосования. Заодно проверим, кто действительно хочет вернуться живым, а у кого жажда бунта свербит в одном месте.

– Вот именно.

Еще раз оглядев стоявших рядом парней, Денис остро почувствовал внезапную массовую растерянность. Одно дело – проиграть бразды правления и потерять авторитет перед теми, кто обязан был ему подчиняться. И совсем другое – прилюдно возложить ответственность за решение на каждого персонально.

По опыту он знал, что в таких случаях даже многие из тех, кто поначалу жаждал бунта, ближе к моменту принятия решения начинали сомневаться и часто возвращались к первоначальному плану.

– Тут все большие мальчики. Уверен, каждому хватит мозгов сделать правильный выбор. – Повернувшись к Соколу, он как ни в чем не бывало усмехнулся и кивнул в сторону огневой точки: – Погнали. Наша очередь дежурить.

Дима, раскусив замысел Морока, ухмыльнулся в ответ, поднял свою винтовку и неспешно двинулся вслед за своим командиром.

* * *

– Шестнадцать против семерых. Ну что ж, ты хотя бы попытался. – Уловка Дениса сработала, большинство поддержало его. – Свистни, когда будете выдвигаться. – Он смотрел на Падре так, будто действительно ждал ответа.

Тот недовольно скривился:

– Такой ты юморист!

– Останешься с нами встречать боеголовку?

Падре обернулся на поддержавших его парней и задумчиво почесал бороду. Случится чудо, если хотя бы один из них доберется живым до базы в таком составе и с таким количеством боеприпасов.

– Придется. Но когда будешь оглядываться в поисках своих оторванных конечностей, не говори, что я тебя не предупреждал.

– Не буду.

Первые два беспилотника действительно были сбиты. Наемники ощутили мощные взрывы над ущельем, за которыми последовали опасные камнепады. Но с третьей попытки груз наконец-то достиг цели.

– М-м-м… А сухариков они не догадались положить? – Джокер разочарованно оглядывал ящики с оружием.

– В Москве поешь.

– А ты и впрямь юморист, Морок.

– Держи, обжора. – Мастер протянул ему свой последний протеиновый блок. – Если это поможет тебе стрелять максимально точно, буду только рад.

Но Джокер отломил только половину:

– По-братски.

Распределив боеприпасы и роли между бойцами, Денис почувствовал на себе вопросительные взгляды своих парней и коротко качнул головой, запретив им стрелять по банде Падре. Арчи красноречиво выгнул бровь, но Морок безапелляционно посмотрел на него, склонив голову на бок. Сокол недовольно цокнул языком, хотя прекрасно понимал, что теперь у них каждый солдат был на счету.

– Стартуем с заходом солнца. Огонь на поражение. Прикрывать друг друга. Сейчас ты спасешь чью-то задницу, а через пару минут он – твою. Все споры и разногласия забыть до прибытия на базу. – Денис глянул на Падре, и тот с неохотой кивнул. – Потом можем хоть поубивать друг друга.

– Действительно. Стоит прикрыть тебя от вражеской пули, чтобы потом с удовольствием придушить самому.

– Я знал, что ты меня поймешь. – Морок повернулся к остальным: – Не все вернутся в целости. Раненых тащим по максимуму до точки, где нас заберут вертолеты. Прикрывайте тех, кто помогает подбитым товарищам. Отхватившие пулю должны максимально сконцентрироваться на отстреле, пока им помогают двигаться. Я знаю, это сложно. Но таков наш путь. Красные таблетки принять всем. В двойной дозе.

– Ты с ума сошел. – Вова уставился на него, как на психа.

– Двойная доза в виде исключения не убивает, зато повышает болевой порог в несколько раз.

– Будем! – Джокер без капли сомнений закинул капсулы в рот и запил их остатками воды.

– Готовность… – Морок посмотрел на часы, – пятнадцать минут.

* * *

– Кто-нибудь, поставьте свечку за мое гребаное плечо!!!

Сокол то и дело отстреливался от бесконечного количества террористов, буквально оккупировавших каждый квадратный метр их пути, и параллельно прикрывал вновь раненого Арчи, который, к счастью, кроме слабости мышц, почти не чувствовал боли.

Денис стрелял практически безостановочно, двигаясь в паре с Джокером. Из двадцати трех бойцов уже с десяток были ранены, но за отрядом профессионалов вилась тропинка, испещренная грудами мертвых врагов.

– Еще пятьсот метров!!! Держим строй!

– Беспилотники! – рявкнул Падре.

– Это наши!!!

– Обещали птичек! А прислали… воробьев! – Джокер не изменял себе и своему сарказму даже под массированным обстрелом.

– Я предупреждал!!! – Падре прихрамывал с двумя пулями в бедре, но и его двойная доза блокаторов тоже спасала. Раненый в плечо Шакал с переменным успехом прикрывал его.

– Двести метров!!! Вертушки наготове!!! Расходимся по три группы в каждую!!! – Морок задыхался от скорости и необходимости стрелять, следить за горизонтом и отдавать приказы одновременно. Адреналин поглощал его сознание. Пока глаза и руки были в бою, мозг оценивал размеры оставшихся групп: – Первая, вторая и шестая – в левый вертолет! Остальные – в правый! Всем пригнуться!!! Вертолетчики начинают атаку!!!

Последнюю сотню метров они неслись на полусогнутых, чтобы тяжелая артиллерия расчистила путь вертушкам, снизив вероятность дальнейшего обстрела с земли.

Погрузка осложнялась тяжело ранеными. Морок и Сокол оставались на земле, помогая остальным группам затащить своих подбитых бойцов. Джокер и Арчи прикрывали тех, кто уже не мог стрелять.

Денис физически ощущал, как ускользали секунды на спасение. Скинув мешавший ускориться бронежилет, он затащил очередного солдата и крикнул своим:

– Все, грузимся!!! – Повернулся за жилетом и услышал две практически одновременные автоматные очереди… – Ди… Сокол!!! – И только в следующий момент понял, что Дима тоже нарушил правила, скинув с себя бронежилет. – Сокол! Идиот!!!

Дима улыбался и стоял перед ним пошатываясь:

– Тебе… тебе нужнее…

– Джокер!!! – Голос Арчи утонул в очередной пулеметной очереди.

Вова подхватил тело их главного снайпера и, не думая ни о чем, в одиночку втащил его в полном обмундировании в вертолет:

– Шутов! Не смей!!! Не смей сдохнуть тут!!!

Под прикрытием пулеметчиков Арчи из последних сил подхватил Сокола вместе с Мороком, и вертолет оторвался от земли.

* * *

– Шутов, твою мать!!!

Денис застыл… Секунды вдруг стали невыносимо долгими, а голоса – далекими. Джокер с пробитым бронежилетом лежал на полу с открытыми глазами и струйками крови, медленно стекавшими изо рта и носа. Арчи попеременно пытался затягивать раны Сокола, который еще был в сознании, но уже бредил.

– Морок… – Голос Мастера донесся до него откуда-то из мглы. – Морок!!! – От сильного удара в челюсть Денис очнулся. – Вернись!!! Джокер мертв, хочешь и Сокола потерять?!!

– Черт… – Придя в себя, он схватил шприцы с белком-герметиком и наклонился над Соколом:

– Дима, не умирай! Блин, зачем…

Заполнив рану на левом плече чуть выше сердца, он быстро осмотрел остальные ранения, чтобы понять, какое заполнить в первую очередь. Сокола трясло. Арчи без сил рухнул рядом и через несколько секунд понял, что в нем еще как минимум две пули.

– Ну капец…

Вова усадил его, стащил жилет и начал обрабатывать.

– Ты только сейчас понял?

– Да… Чертовы таблетки…

– Дима!!! – Отчаянно орал сквозь шум винтов Денис.

– А…

– На хрена?!

– Ты же… Папуля…

– Блин, Сокол! – Морок судорожно схватил еще один шприц. Руки тряслись, хотя он точно знал, что, если успеть вовремя, кровотечение можно остановить. – Брат… Спасибо…

В следующий момент вертолет накрыло огненной взрывной волной, и Денис согнулся над Димой, схватившись за металлические крепления в полу в попытке удержать их обоих от падения.

– Вторая вертушка… – пробормотал Вова.

– Чего? «Бандитский Петербург» все? – Арчи густо покрылся испариной, разглядывая свои окровавленные ладони. Он уже не мог сказать, была ли это его кровь или Джокера. Или Сокола. – Диман… расстроится… Не дали ему… Шакала…

Второй вертолет огненным шаром рухнул на каменистые туркменские склоны, разлетевшись на тысячи обломков и похоронив под собой дюжину наемников.

…Дима медленно погружался в темноту, ни о чем не думая. И вдруг перед глазами вспыхнул яркий теплый свет:

– Сокол…

– Лера?..

– Сокол…

– Да…

– Лети к Солнцу, малыш… Лети к Солнцу…

* * *

– Нет!!! – Лера распахнула глаза в полной темноте и резко села. – Черт…

Простыня под ней была полностью мокрой, волосы прилипли к лицу, и отдышаться долго не получалось. Перед глазами все еще маячил падающий камнем вниз золотистый пернатый хищник.

Она нашарила телефон под подушкой и дрожащими руками набрала номер Волохова. Тот ответил гудков через десять.

– Лера?.. Ты на часы…

– Что с ними?!

– Что? Подожди… – В трубке послышалось шуршание.

– Скажи мне, пожалуйста!..

– Ты в себе?

– Я… – Лера всхлипнула. – Снова этот сон…

– Милая… – Даниил тяжело вздохнул. Спросонок его голос был еще ниже и совсем хриплым. – Успокойся. Мне еще никто не звонил, никаких сообщений не поступало. Как только они вылетят из Туркмении, нам дадут знать.

– А они точно вылетят? – Смахивая слезы и шатаясь, Лера кое-как добрела до кухни и налила себе воды.

– Я уверен. Морок во главе отряда. Им направили толпу беспилотников и поддержку с воздуха. Какие еще могут быть сомнения?

– Ладно… – Лера сделала глоток и закашлялась. – Прости…

– Все в порядке. Я тоже переживаю за них, но они точно вернутся. Скоро это все будет позади.

– Слабо верится…

– Новый год на носу. Время чудес. Просто верь.

– Хорошо… Спасибо…

– Ложись спать.

Лера еще с полчаса сидела на краю кровати в кромешной темноте. За окном валил густой снег. В какой-то момент она вдруг снова посмотрела на телефон и судорожно выдохнула. Ровно год назад примерно в это же время она уже чувствовала схватки…

* * *

Два дня спустя

Мастер и Морок курили, стоя у полевого госпиталя.

– Как приземлишься, не звони девчонкам. Свяжись только с Волоховым и Максом. И они тоже пусть молчат. Дождись нас.

– Хорошо.

– Перекантуешься в одной из наших точек.

– Понял. Через сколько вы прилетите?

– Не знаю. Надеюсь, всех раненых стабилизируют еще за пару дней. Ну… В любом случае из Цитадели было указание всех остальных, живых или мертвых, вернуть следующим самолетом.

Вова хмуро кивнул, отшвырнул щелчком окурок, и они вдвоем медленно пошли к грузовому самолету, куда уже успели уложить тела погибших.

– Давно я в таком составе не летал… Ладно. Бывай. Надеюсь, ты прилетишь без ящиков.

– Давай, брат… И спасибо, что тогда… – Морок поморщился темной от огромного синяка скулой. – Как видишь, я совсем уже не вывожу…

Вова качнул головой:

– Нам нужен полноценный отдых. Нельзя себя так загонять. Но теперь… Теперь мы, видимо, будем очень долго отдыхать. – Он пожал руку Денису и, с опаской глядя на три ящика, залез внутрь самолета.

Морок провожал взглядом тяжелую серую птицу долго-долго, пока та не превратилась в еле различимую на небе точку.

Низкие тучи, такие редкие тут гости, постепенно лишали холодную мерзлую землю солнечного света. Денис поднял голову вверх и почувствовал на коже первые крупные капли воды.

– За что ты так со мной?..

– Как? Ты снова невредим, богатырь! – Откуда-то сверху раздался хриплый старческий голос.

– Слишком страшной ценой…

– Цена за жизнь – другая жизнь. Или нужно было тебя все же прибрать к себе?.. Ты уж, богатырь, выбери.

Медленно опустившись на взлетную полосу, Денис лег на спину и позволил дождю накрыть его целиком, вымывая все жуткие мысли последних дней…

– Лучше бы оставил тогда… цепным псом.

– Время вспять не повернуть, богатырь.

* * *

Еще три дня спустя

– Пики, чего на звонки не отвечаешь?

– Блин, прости. Сушила волосы, не слышала…

– Одевайся, выходи.

– Чего?! Время полночь, ку-ку.

– Сама ты ку-ку. Парни. Вернулись…

– Что?! – От испуга Лера чуть не выронила трубку.

– Давай шустрее. Я внизу на «гелике».

– Сейчас…

Она быстро натянула на себя теплое шерстяное платье и пальто и понеслась вниз по лестнице, не в силах ждать лифта.

В машине кроме Макса была такая же нетерпеливо ерзающая Аня.

– А остальные?! Почему ты раньше не сказал?!

– Блин, я оглохну с тобой. Мне позвонил Волохов, сказал забрать тебя и Анюту.

– Ясно… А… – Лера и Аня тревожно переглянулись. – А куда мы?..

Макс сглотнул, напряженно улыбнулся и проговорил:

– К парням.

Через несколько минут он по навигатору свернул к военному госпиталю.

– Ну? Больница не морг! Уже хорошо!

– Морг в следующем корпусе, – еле слышно откликнулась Аня.

– О… Я не знал. – Макс припарковался сразу за «Гелендвагеном», на котором все это время ездил Даниил. – Ну… Пойдем?

Они втроем вышли из машины, и Макс снова набрал Волохову:

– Куда идти?

– Центральный вход, поднимайтесь на третий этаж.

Давыдов подмигнул напряженным девушкам:

– Нам не в морг!

Увидев в конце коридора Вову, Дениса и Даниила, Аня и Лера снова молча переглянулись.

– Наконец-то! Добро пожаловать на родную землю! – Несмотря на то, что Вова уже три дня как был в Москве, Макс убедительно изобразил радость от встречи.

– А где… – Лера его жизнерадостное настроение не разделяла.

– Что с ними?.. – Аня тоже выглядела все напряженнее.

Вова взял ее за ледяную ладонь:

– Пойдем. Арчи в интенсивной терапии. Ругается с санитарами и медперсоналом.

Аня рассмеялась сквозь слезы облегчения.

– На тебя вся надежда.

Напоследок сжав трясшиеся пальцы Леры, она вместе с Вовой скрылась за поворотом.

– А Сокол?.. – Лера растерянно смотрела по очереди на Дениса и Волохова, неосознанно прижимая руки к животу.

– Он… – Денис прищурил глаз с гетерохромией, но Лера успела заметить в золотистом пятнышке следы растерянности.

– Лера. Его стабилизировали на границе. Но во время перелета…

– Нет! – Она качнулась и еще крепче вцепилась в себя пальцами.

Макс приобнял ее сзади, боясь, как бы она не рухнула.

– …началось внутреннее кровотечение. Поэтому его сейчас снова оперируют.

– Что?.. Так он жив?!

– Конечно жив! – Даниил развел руки в стороны, демонстрируя невозможность иного исхода. Но его взгляд снова и снова цеплялся за Лерины ладони на животе.

– Я же говорил! Все будет пучком! – Макс попытался снова выдавить из себя остатки оптимизма.

– А… А где Джокер?

– Погиб. – Денис шумно выдохнул и растер глаза пальцами. – Прикрывал нас и… ему пробили бронежилет.

– Нет… – Лера обеими руками закрыла рот. – Как же так?! Он же…

– Он умер почти мгновенно… Мы ничего не успели сделать.

– А у него… Есть кому сообщить?

– Да. – Морок уперся лбом в стену, осознавая, что самое тяжелое было впереди.

– Его жена и сын должны были прилететь в конце декабря. Но теперь… Будут тут послезавтра. – Волохов смотрел в сторону, медленно покручивая пальцами зажигалку.

– Же… Жена и сын? Откуда? Подождите, он же у нас вечный волк-одиночка?!

– Нет. Он был женат еще до «Фобоса» и пришел туда в обмен на защиту семьи. Долгая история. Его жена и сын с 2011 года жили в Прибалтике под другими именами. Официально они мертвы, но по факту… И последние четыре месяца я, в том числе, решал с Федотовым вопрос об их возвращении.

Лера вытерла слезы и, не веря, покачала головой:

– Но он всегда вел себя… Как повеса.

– Это была лишь легенда, – вздохнул Денис. – Никто не должен был знать. И после «Фобоса» он согласился на «Феникс», взяв с меня обещание, что все останется в секрете.

– Понятно… Мальчики… – Она медленно подошла к Мороку и обняла его. Тот поцеловал ее в макушку и прошептал:

– Все будет хорошо. Мы справимся.

– Надеюсь…

– Прости.

– За что?

– Сокол… Он прикрыл меня. Собой.

Лера резко вскинула голову и уставилась на него.

– Я не видел этого, пока не стало поздно…

– Потому что ты для него – родной брат. – Слезы с новой силой потекли из ее глаз.

– Да. И он. Для меня.

– Больше не забывай об этом. – Лера беспомощно опустила руки и отошла, осознавая случившееся.

Волохов коснулся ее тонких пальцев:

– Пики, иди сюда.

Она уткнулась лбом в его серый свитер, и ее плечи затряслись от беззвучного рыдания. Даниил обнял ее и отвел от Дениса и Макса на несколько метров.

– Сокол выкарабкается.

– Не знаю…

Он опустил голову и совсем тихо спросил ее:

– Ты в положении?

Лера кивнула:

– Четыре недели… Мы… Прямо перед вылетом…

– Тшш… Все будет хорошо. Сейчас его зашьют, и вы снова будете вместе. – Даниил крепко прижал ее к себе. – Он будет жутко рад.

– Да…

– Макс.

– Я тут.

– Езжай домой. Кто-то должен взять на себя «Феникс», пока мы решаем вопросы…

– Я уж понял.

– Один вытянешь?

– У меня есть Санта на подхвате. Он несколько раз подменял Леру. Думаю, мы разберемся.

– Я приеду в офис. – Денис сонно чесал отросшую за месяц бороду.

– Нет. Не приедешь, – возразил Волохов. – Сначала езжай домой, к жене. А завтра мы будем решать вопрос с похоронами и встречей семьи Шутова. Один я все не успею. А привлекать персонал к таким вопросам не хочу. Все, валите. Я буду тут, чтобы Леру потом сразу пустили в реанимацию.

– Ладно… Как скажешь. Я от усталости уже не соображаю, – прохрипел Морок.

Вдвоем с Максом они по очереди коснулись плеча Леры и медленно спустились из госпиталя в зимнюю снежную ночь.