Капли валерьянки ритмично капали в стаканчик с водой. Рука Лали дрожала, и счет сбивался. Маленькая водная гладь расходилась нервными, набегающими друг на друга кругами.

Рядом ныла дочка-шестиклассница:

– Мамааа, опять уравнение не решается. Посмотри, что не так…

Лали отставила спасительный стаканчик и взяла протянутую тетрадь. Пока вникала, вклинилась свекровь:

– Бедный ребенок, что за идиотская программа. Вот в наше время не нужна была помощь родителей. Я помню, в шестьдесят девятом году…

– Мама, подождите, я решу этот вопрос, – отбивалась Лали.

С левого фланга зашел свекор, химик по образованию:

– Лали, ты обязательно должна прореагировать на вчерашний инцидент. Кетино опять дразнили в школе из-за очков! Ребенок получил стресс. Или я пойду и выскажу все, что о них думаю.

– Умоляю, не надо. Я все сделаю сама.

Попыталась сконцентрироваться на математике. Не тут-то было.

Сзади раздался залп установки «земля – воздух», а проще сказать, мама Лали внесла свою тяжеловесную лепту:

– Лали, сколько можно отвлекаться? Ребенок уже пятнадцать минут ждет, что ты проверишь ее тему по грузинскому.

Лали залпом осушила успокоительное, зажала уши руками и вчиталась в злосчастное уравнение. Да, так и есть, Кетино опять перепутала знаки. Математика не ее конек. Принялась в сто первый раз объяснять до боли зажеванное:

– При переносе за знак равенства надо поменять знак на противоположный.

Кетино слушала вполуха. В комнате возник папа с мобильником:

– Да, мамао, обязательно. Мы придем вместе на всенощную…

Попрощался и объявил:

– Мамао звонил, сказал, чтобы Кетино обязательно в воскресенье причастилась. И мы тоже.

Бабушки уважительно закивали. Лали вздохнула. У нее были на выходные немного другие планы, но это неважно. Когда в семье долгожданный единственный ребенок на пятерых взрослых, его интересы превыше всего. А все, что касается образования, как светского, так и духовного, – это вообще святая святых априори. Тем более когда на пути к граниту науки столько препятствий.

Со школами Кетино не везло с самого начала. Лали помнит, как дотошно выбирала первую, начальную. Опрашивала подруг, высчитывала, в чей именно класс попадет ее доченька. Вроде учла все возможные подводные рифы и мели. Репетиторов на семейном совете решили не брать. Все-таки пять человек с высшим образованием как-нибудь осилят школьную программу общими титаническими усилиями.

И все же искушения явились, откуда не ждали. Человеческий фактор – невинные ангелочки-одноклассники основательно отравили Кетино жизненный старт. Дома шел бесконечный поток жалоб:

– Мама-а, Саба меня толкнул.

– Папа-а, Васико сказал, что я некрасивая.

– Тамрико-бебо, Лизико говорит, что такую юбку сейчас никто не носит.

Старшее поколение воспринимало нападки на любимую внучку не менее болезненно, чем сама жертва буллинга.

Давление повышалось у всех троих, успокоительные потреблялись в утроенном количестве.

Бабушки садились к телефону и поочередно обзванивали подруг, изливая душу:

– Ты представляешь, бедная внучка недаром носит имя великомученицы. Жуткие нравы в этой школе. Все время пристают к ребенку, который не может себя защитить. Сегодня спросили, почему у нее нет мобильного. Зачем нужен этот аппарат, когда мы водим ее в школу и ни на минуту не оставляем одну…

– Тасико, ты слышала, кто такой Спандж Боб? Что? Не знаешь? И наша внучка тоже не знала. Мы не разрешаем ей смотреть это уродство. А одноклассник сказал, что позор не знать это безобразное существо неизвестно какого пола. А то, что девочка в свои шесть лет знает всех известных композиторов, никого не интересует!

Кетино находилась под постоянным прицельным огнем воспитательного воздействия трех стариков, которые от избытка свободного времени и энергии обрушивали на нее весь культурный багаж, накопленный за 80 лет с хвостиком. От общества ровесников до школы ее тщательно ограждали, исходя из того, что бабушки и дедушка вполне могут заменить бездуховное окружающее общество и КПД от этого будет больше.

Первый класс дотянули кое-как на оголенных нервах.

Потом решили поменять школу. Опять долго примеривались к разным вариантам, выясняли педагогическую компетентность будущей классной и примерный состав учеников. В сентябре рискнули влиться в новый коллектив. Походила Кетино две недели, и все пошло по-старому.

– Мама-а, у меня попросили списать, а я не дала. И теперь меня Гио постоянно толкает на перемене.

– Тамрико-бебо, мне сказали, что я похожа на бабушку. Почему?

Старики терялись и не могли ответить ничего путного. Вроде гардероб они обсуждали, и все было вполне целомудренно. Юбки – ниже колен, джинсов – этого современного безобразия, да еще и основательно рваного, не покупали вообще, потому что на девочке они выглядят вульгарно. Все кофточки и блузки с длинными рукавами. Казалось бы, чем плохо? А вот одноклассники со своими тупыми вкусами лезут и внушают ребенку комплексы. Самое главное, гардероб был одобрен их общим духовником. И вот на тебе.

Доходить второй класс оказалось еще сложнее, чем первый. Кетино плакала и не хотела посещать школу. Пришлось доставать какие-то справки, чтоб избежать нервного срыва и избежать столкновений с коллективом.

Решили перевести девочку в православную гимназию. Учеников в классе по списку всего семь – верующих хотя бы теоретически. Не будет никаких мобильных и Спандж Бобов от слова совсем. А что платить надо за учебу, так бабушки выразили желание отдать на святое дело всю свою пенсию. Лишь бы ребенок учился в нормальной среде.

Третий класс прошел без эксцессов. Может, просто совпало, что Кетино весь год проболела – то тремя гриппами по очереди, то принесла из школы вшей, к вящему ужасу старшего поколения. Коалиция пенсионеров стала активно вспоминать, когда именно они сталкивались с мерзкими насекомыми, во время войны или после.

Четвертый класс доказал, что практика от теории отстоит иногда очень далеко. Мобильники у учеников православной гимназии были, и они так же прекрасно были осведомлены о всех героях американских мультфильмов. Кетино и тут была не в фаворе. Теплые дружеские отношения, о каких мечтало старшее поколение, вспоминая свое детство, не складывались.

В пятом классе одна прыткая девица подговорила остальных объявить Кетино бойкот, потому что у нее были проблемы с математикой. Бабушки не могли в себя прийти – и это дети верующих родителей? А где же терпимость и любовь?

Шестой, только что начавшийся класс, принес старые проблемы. Папа обсудил их с духовником, и тот благословил всем причаститься в ближайшее воскресенье для укрепления духовных сил.

Уроки затянулись до вечера. Сели пить чай. Вдруг Лали осенила блестящая идея.

– Мы зря мучаемся со школой и с этими одноклассниками. Пока у них не пройдет переходный возраст, Кетино лучше пересидеть дома. Что вы скажете насчет того, чтобы перевести ее на домашнее образование? А экзамены она потом сдаст экстерном.

Бабушки одобрили. Дедушка подумал и тоже согласился:

– Ты права. Современная школа – сплошной невроз и нездоровые отношения, – и обратился к сыну: – Сходи завтра в министерство, узнай, какие необходимы документы для оформления домашнего образования. Не надо подвергать девочку непосильному испытанию. Детская психика – вещь тонкая. А со сверстниками еще успеет научиться общаться в институте. Вся жизнь впереди.