— Такемура! — взревел раненым зверем Такахаси, увидев, как его подчинённого разрывают на части.

Старик было попытался рвануть на помощь, однако настала моя очередь встать у него на пути. Такахаси был весьма стремителен. Его силуэт то и дело распадался на несколько частей, а затем собирался в непредсказуемом месте. Он пытался ввести меня в заблуждение, однако не учёл того факта, что я с головы до пят напитан Духом.

Стоило Романову сбить маскировку японца, как я тут же принялся изучать и запоминать его душу. И к этому моменту знал Такахаси столь досконально, что будь он за несколько километров от меня, то от меня ни единого его действия не осталось бы скрытым.

Использование Духа же позволило мне не только следить за стариком, но и видеть всех его подручных ёкаев, используемых им для перемещения в пространстве. Удобно, практично, но рискованно. Ведь если найдётся тот, кто видит маленьких существ, то Такахаси лишается своей мобильности и непредсказуемости, что для высокоранговых Одарённых является ничем иным, как неминуемой смертью.

Что и требовалось доказать. Как только Такахаси настиг моих позиций, то тут же попытался отвлечь моё внимание с помощью своих духов, а сам захотел проскочить мимо и добраться до Такемуры, Кей и девушки-призрака. Но не тут-то было: вместо того, чтобы поддаться на уловку старика, я плотным ударом в корпус отбросил его назад, попутно задев несколько ёкаев.

Попутно я почувствовал, как за моей спиной одна душа отправилась на перерождение. Такемура, наконец, закончился, что не осталось без внимания его господином.

— Ты ответишь за это, — пообещал Такахаси наполненным скорби голосом. Могло показаться, что Такемура был его сыном, однако родства в их душах я не чувствовал. — Но в другой раз.

Старик рывком отступил, а из иного пространства начали появляться ёкаи. Кей не соврала: их было целое полчище. Пытаться словить японца и заставить его ответить за все преступления, честно признаться, желания у меня не было. Во-первых, не хотелось оставлять Кей наедине с дальними родственниками. Во-вторых, я ведь сам себе пообещал приглядеть за сёстрами Романовыми, которые держались поодаль от остальных. Август, конечно, присматривает за своей невестой, но с таким количеством врагов ему бы самому уцелеть.

Потому вместо преследования, я призвал по крошечному сгустку Теневой Бури возле каждого из присутствующих возле усыпальницы Романовых людей. Кроме того, я наделил крошечные шарики Духом, дабы те могли самостоятельно реагировать на угрозу в сторону защищаемых ими людей.

К тому моменту как я приготовился к грядущей битве с ёкаями, Такахаси уже не было видно за полчищем различных оборотней, духов и других мутантов. Однако я чувствовал душу старика, и, судя по её движениям, последний явно намеревался свалить с тонущего корабля, невзирая на потери его весьма необычной армии.

— КУДА СОБРАЛСЯ⁈ — взорвался глава Российской империи, попутно уничтожая своих противников ледяным клинком. — НЕ ПОЗВОЛЮ!

У Романова, как говорится, забрало упало, а у меня чуть было то же самое не повторила челюсть от увиденного. Из разных углов сада, в центре которого была расположена усыпальница, в небеса выстрелили ледяные столбы. Между ними тут же принялась формироваться слегка голубоватая чудаковатая паутина, которая, как оказалось, была стенами гигантской тюрьмы.

— Темница Рода Романовых! — присвистнул кто-то из участников похоронной церемонии, возжелавших сразиться с восточной нечистью.

Зрелище и вправду было чертовски захватывающим. Несмотря на то, что стены темницы замкнулись, лёд не препятствовал прохождению солнечного света, отчего окружающее пространство наполнилось радужными узорами, слепящими наших противников.

Кроме того, я отметил, что стены ледяной тюрьмы расстилаются не только на реальный мир, но и затрагивают другие измерения, включая пространство Теневой Бури. Мне пришлось бы изрядно постараться, чтобы сбежать отсюда, будь у меня на то желание. Вот только впервые за долгое время остановить пытались не меня, а моего противника.

В это же время ёкаям, казалось, не было дела до того, что и их самих, и их кукловодов взяли в ловушку. Они со всем доступным им остервенением набрасывались на ближайших к ним людей, протягивая к их хрупким телам своих когти, клыки, языки и щупальца. И я не стал исключением.

В мою сторону, по классике, ринулось сразу несколько десятков тварей, которых прихлопнуть одним ударом мне не удастся, а потому я принял решение сперва отразить атаку, а затем прикончить тех, до кого дотянуться мои клинок и Дар

Вот только к тому моменту, как потусторонние твари оказались на достаточно близком расстоянии, мимо меня промчалась едва заметная тень. Прямиком на пути ёкаев соткался призрачный силуэт Хари-онаго, которая тут же принялась кромсать дальних родственников своими прочными волосами.

— Она на нашей стороне? — спросил я у Кей, которая встала подле меня, готовясь к отражению атаки.

— Не думаю, — отрицательно покачала головой демоница, отчего её лисьи уши забавно дрогнули. — Я не брала её под контроль, так как это было бы слишком жестоким по отношению к тому, кто только освободился от гнёта Такахаси, — проговорила кицунэ, слегка скривившись. — Полагаю, девица слегка разозлилась из-за того, что ей вовсе пытались управлять, вот и решила отомстить своим обидчикам, — губы Кей дрогнули в лёгкой усмешке, которую она тут спрятала за одним из своих пушистых белых хвостов. — Нам она вреда не причинит. Главное, не улыбаться, глядя Хари-онаго в лицо.

— Звучит просто, — хмыкнул я. — Пригляди за тем, чтобы никто из наших излишне не впечатлился способностями временной союзницы.

— А ты?

— А я прогоню тварь, которая не позволяет мне погрузиться в мою родную стихию.

* * *

В Тень я попал через пространство Теневой Бури. Всё же два этих измерения были связаны, следовательно, грань между ними была в разы тоньше, нежели с реальными миром. И совершенно плевать на то, что до сего момента я не практиковал прыжков между Тенью и Теневой Бурей. Я Неограниченный, или погулять вышел?

Попасть в Тень оказалось не то, чтобы просто, но и сложным сей процесс назвать было нельзя: достаточным было просто того пожелать, параллельно лишая своего тело стихии молнии, как рядом со мной возник тонкий переход, в который я уместился не с первого раза. Выяснилось, что его величина зависит от того, насколько я лишу своё тело молнии. Меньше молнии — больше переход. А я хоть и сорвиголова, но всё же не самоубийца, чтобы лишать себя всей молнии единовременно, потому и пришлось повозиться с точной дозировкой.

Ёкай, проживающий в Теневом пространстве, среагировал мгновенно и попытался провернуть то же самое, что и в прошлый раз. Вот только сейчас мне не нужно было проходить сквозь грань между Тенью и реальным миром, что значительно ускорило процесс моего перемещения. А когда я оказался в таком знакомом и родном мне пространстве, то просто избавил себя от стихии молнии, окончательно в нём закрепившись.

Своего противника заметил практически сразу. И пусть в Теневом пространстве всё было до боли однообразно, напоминая собой танцующие тени, мой Дар всё ещё оставался со мной, а потому существо, силуэтом напоминающее огромного ската, было для меня как на ладони. Уверен, что у этого ёкая, если он таковым является, есть своё наименование, однако ходячая энциклопедия по имени Кей осталась приглядывать за Хари-онаго в реальном мире. Впрочем, это маловажно, ведь я планировал уничтожить существо и вернуть себе господство в Теневом пространстве.

Задачка оказалась из разряда невыполнимых. Управление Тенью и перемещение внутри неё у нас было на одном уровне. Как я не поспевал за существом, так и оно не поспевало за мной. Мы словно играли в бесконечные догонялки, зная, что победителя в этом состязании не будет. В какой-то момент мы даже перестали атаковать друг друга, играя в кошки-мышки. А потом… Потом скат понял, что если мы равны, то он может попросту меня сожрать.

Перемена настроения существа оказалась для меня неожиданной: лишь чуйка кольнула острым ощущением опасности. Буквально доля секунды и скат вместо того, чтобы убегать от меня, оказывается прямиком передо мной с широко открытой пастью, из которой на меня глядела сама тьма.

Но и я оказался не лыком шит. Как только осознал, что в Теневом пространстве нам друг с другом не совладать, я решил, что необходимо бы перенести своего противника либо в реальный мир, либо туда, где я владею Теневой Бурей. Придерживался я примерно того же принципа, что и при проникновении сквозь грань, отделяющую Тень, Теневую Бурю и реальный мир: где она была тоньше, туда я и планировал затянуть своего противника.

Казалось бы, я волен попадать в любое из пространств за долю мгновения и особой роли выбранное место играть не должно, однако стоит напротив меня поставить того, кто владеет той же стихией в должной мере, как всё меняется. Решают именно доли мгновения, которые я должен был выиграть, выбрав в качестве конечной точки пространство Теневой Бури.

Ёкай, заметив, что я не избегаю его атаки так, как делал всё время до этого момента, что-то почувствовал. Я всем нутром почувствовал, как огромный скат захотел отменить свою атаку, однако инерция такая штука, что присутствует даже в Теневом пространстве.

Раз, и я с силой просовываю руку, сотканную из родной стихии, прямиком в глотку Теневого существа, чтобы в следующее мгновение начать примешивать себе молнию. Белая искра на мгновение ослепила меня, но я понял, что у меня всё получилось. Мощных запах озона и ударивший в лицо дождь чётко сигнализировали о том, что мы оказались в пространстве Теневой Бури.

Скат завопил. Теневая Буря не Тень: её среда крайне отрицательно влияет на того, кому она неподвластна. Кроме того, само пространство вознегодовало присутствию в нём лишнего существа, отчего непогода ухудшилась ещё сильнее. Вот дух и ощутил на себе это разрушительное влияние.

Я же, в отличие от ёкая, чувствовал себя просто прекрасно. В пространстве Теневой Бури для меня не было никаких препятствий, словно это место было создано аккурат под меня.

Дабы поскорее вернуться обратно в реальный мир, я решил не затягивать с расправой над существом. К тому же скат отчаянно пытался сбежать обратно в Тень, которая даровала бы ему утраченное чувство превосходства.

Не желая тратить время на то, чтобы повторно затянуть ёкая в пространство Теневой Бури, я запустил в него несколько Теневых Дуг, которые здесь выглядели совсем иначе, нежели в реальном мире. Если там техника представляла собой небольшой пульсирующий шарик, возникающих из ниоткуда и разрастающийся в размерах, то здесь это был отчётливый ручей, по которому курсировали тёмные змейки молний, что в конечной точке сливались в один плотный клубок. В этих клубках я узнал те самые маяки, по которым ориентировался, когда использовал Шаг Теневой Бури.

Так совпало, что скопление Теневых Дуг оказалось в непосредственной близости к телу ската. А дальше… Стоило одной из техник сдетонировать, как остальные среагировали преждевременно, расщепляя сверхъестественное существо на атомы.

Мгновение, и пространство Теневой Бури избавляется от остатков того, кого не признавало. Окружающее пространство вернулось к относительно нормальному состоянию, если его можно было таковым назвать, учитывая, где я находился. Но наслаждаться приятным времяпрепровождением я не стал и сходу вернулся в реальный мир, стоило мне понять, что угроза ликвидирована.

В императорском саду обстановка изменилась кардинально. Если до моего ухода ёкаи численно превосходили людей, то сейчас ситуация перевернулась с ног на голову. Пространство возле Родовой усыпальницы Романовых заполонили императорские гвардейцы, которых, видимо, призвал отец нынешнего императора, Михаил I. Да и в целом восточных духов осталось крайне мало. Сопротивлялись давлению даже не самые сильные, а те, что были наиболее приспособлены к защите. О том, чтобы они смогли добраться до Кей, не шло даже и речи.

К слову, о кицунэ. Ни её, ни Хари-онаго я поблизости не ощущал. Нет, демоницу, понятное дело, чувствовал и даже мог сказать её точное местоположение. Но находилась Кей точно вне пределов ледяной тюрьмы Романова. Похоже, лиса решила обезопасить новоиспечённую боевую подругу, чтобы ту случайно романовцы не прихлопнули.

Кроме Кей меня интересовало положение дел Такахаси. Старик всё ещё сопротивлялся, однако сбежать уже не пытался. Надменность на его лице сменилась обречённостью. Ещё бы, когда против тебя выступает глава твоей же страны, то становится вовсе не до веселья.

Именно император Юкихито сейчас противостоял человеку из своей же делегации. Остальные японцы были либо повержены, либо старались не вмешиваться в поединок своего лидера. Оно и понятно, Юкихито так рассвирепел, что от него шла весьма скверная аура, отпугивающая всяких инициативных личностей.

Вмешиваться в сражение представителей страны восходящего солнца я также не стал. А вот отказать себе в помощи обычным воинам, что сошлись в битве с остатками ёкаев, я не смог.

Несколько десятков точечных ударов исподтишка, и романовцы выдыхают. Переживать по поводу того, что я не сошёлся лицом к лицу с восточной нечистью, посчитал излишним. На кой ляд я тогда тварь из Теневого пространства изгонял, как не для того, чтобы этой самой Тенью пользоваться?

К тому моменту, как все ёкаи были уничтожены, император Юкихито уже одолел Такахаси и вёл беседу с главой Российской империи. Лица у обоих были чересчур серьёзными, что было совсем неудивительно.

Как виновник торжества, я посчитал своим долгом присоединиться к разговору двух императоров. А они, казалось бы, только этого и ждали, потому как стоило мне подойти ближе, то Юкихито воодушевился, а лицо Михаила стало ещё более смурным, чем было во время разговора наедине с лидером страны восходящего солнца.

— Миша, ну чего ты на меня так смотришь? Лучше бы поблагодарил меня за то, что тебе не придётся разбираться с Японской империей на поле брани, — указал я на венценосного коллегу Романова. — Уверен, что Такахаси стоит и за теми вещами, что мы видели в лесах близ Владивостока.

— О чём вы говорите, Александр Петрович? — сходу спросил Юкихито на чистом русском языке. — Я, конечно, понимаю, что поступок главы весьма уважаемого клана Японской империи из ряда вон выходящий. Но смею надеяться, что нам удастся оставить данный инцидент вне известности широкой общественности. Конфликт с великой страной, которой первой удалось избавиться от иномирцев, весьма нежелателен.

— У нас есть сведения полагать, что кто-то из представителей Японской империи связан с иномирцами, — заявил Михаил, не став делать из этого тайны.

— Ставлю свой завод, что это Такахаси, — улыбнулся я. — Уж больно болезненно старик воспринял наличие у меня кицунэ. А если взять в учёт тот факт, что недавно ко мне присоединилась Юри, которая и указала на страну восходящего солнца, то… — я отрицательно покачал головой, показав, что более чем уверен в правоте своих слов.

Романов в очередной раз нахмурился. Черты его лица заострились, превращая главу Российской империи в хищника, вышедшего на охоту.

— Почему вы сохранили жизнь Такахаси? — холодно спросил он у восточного коллеги.

— Он глава одного из самых уважаемых кланов моей империи, — поморщился Юкихито. — Если бы я избавился от него здесь и сейчас, то последствия были бы незамедлительными.

— То есть вы предлагаете нам спустить произошедшее на тормозах? — жаргонно спросил я.

— Нет, что вы, Александр Петрович! — возмутился Юкихито. — Такахаси, как и все причастные, понесут заслуженные наказания, о чём я обязательно сообщу, предоставив все необходимые доказательства. Будь у меня данные, подтверждающие участие иномирцев в делах Такахаси…

— Мы их дадим, — строго произнёс Романов. — Но лишь после того, как убедимся в серьезности ваших намерений.

— В ином случае я лично явлюсь к вам в гости, дабы спросить сатисфакции. Никто меня не остановит, — добавил я, глядя Юкихито прямо в глаза. — И это не угроза, Ваше Императорское Величество, а лишь предупреждение, которое легко может стать явью.