На мгновение на территории замка всё замерло. Казалось, что даже лёгкий ветерок, который сквозил между немногими уцелевшими зданиями, остановил свой поток, ожидая следующего хода одного из нас. Я напитывал свой Покров посильнее, чтобы получить возможность хоть раз ошибиться, в то время как Патриарх вампиров размышлял, уверен, над тем, как бы меня прикончить.

Несмотря на внешнее спокойствие кровососа, даже в его недвижимой фигуре было видно, что его поведение изменилось. Он больше не мог себе позволить взять меня с наскока, потому как Духовная энергия не прощает ни одну из стихий. И, возможно, его тело, уже перевоплощённое, сможет некоторое время сопротивляться, однако исход будет один: мой меч, покрытый Духовной силой, вонзиться в его плоть и оборвёт жизнь, собрав жатву.

Я всё ещё продолжал использовать Духовное зрение, пока наблюдал за недвижимым Патриархом. Не хотелось бы проворонить подготовку вампира к действию и последующее за этим стремительное сокращение дистанции между нами. Даже небольшого импульса энергии внутри тела кровососа будет достаточным для того, чтобы я среагировал на его выпад. Однако Патриарх поступил иначе.

В какой-то момент ток энергии, разлившейся по всему окружающему пространству, изменился. Все потоки устремили к телу Патриарха, включая частицы моей силы Теневой Бури, которая вкупе с Духовной энергии даровала мне защиту. Помимо этого, к вампиру потянулись тонкие струйки крови от лежащих на земле мёртвых иномирцев. В ней всё ещё была заточена энергия воинов рихта, которую Патриарх неумолимо поглощал, становясь сильнее.

Внешний облик вампира вновь начал претерпевать изменения. Дряхлая, покрытая крупными бороздами трещин кожа становилась всё более упругой. Крылья и виднеющиеся мышцы наливались силой, становясь массивнее и рельефнее.

«Поглощает не только кровь, но и энергию… — подумалось мне очевидное. — Продолжает восстанавливаться после затяжного воздержания от энергетической пищи?»

Мне никто не ответил: Чайя продолжала молчать, а Кей ещё не вернулась. Да и не требовались мне какие-либо ответы или пояснения: всё было очевидным. Однако Патриарх допустил одну лишь ошибку. Решив воспользоваться не только разлитой вокруг энергией и кровью мёртвых иномирцев, но и коснуться моих собственных запасов энергетических сил.

Столь наглое, пусть и тонкое, вмешательство в мою энергосистему меня взбесило, но разум оставался холодным. Недолго думая, я добавил в стекающую с меня в направлении вампира энергию толику Духовных сил. Немного, но вполне достаточно для того, что глаза Патриарха вытаращились, а сам он закашлялся, словно подавившись.

— Отдам тебе должное, Идущий, — откашлявшись, вновь взял слово глава клана кровососов. — Твои предшественники по сравнению с тобой были бездарями. Надо же, отравить свою энергию своим же Духом…

Мою энергию поглотить Патриарх больше не пытался. Однако меня мало устраивал тот факт, что он всё ещё продолжает напитывать своё тело силой из окружающего пространства и валяющихся в нём трупов. Пришлось первому сдвинуться с места, дабы пресечь возможность вампира продолжать восстановление.

Со стороны могло показаться, что я «замерцал». Фактически я использовал Шаг Теневой Бури, приправленный малым количеством Духовного Дара. Это простое действие позволило мне напитать не только свою энергию частицей Духа, но и окружающее пространство. Пришлось изрядно потратиться, чтобы замкнуть вампира в своеобразный купол из смешанной энергии. Да и сам Патриарх стоять на месте не собирался: заметив, что я приступил к активным действиям, он принялся атаковать меня издали, не двигаясь с места. То и дело мне приходилось выходить в ином от изначально выбранного месте, дабы не попасть под серп кроваво-красного цвета. Учитывая то, какие разрушения приходились на здания и стены замка от одного лишь попадания подобным снарядом, боюсь, двух таких мне бы хватило с головой. Однако при использовании Теневой Бури я был чрезвычайно быстр, а при добавлении в неё Духовной силы — в разы быстрее.

Пока перемещался от места к месту, отметил тот факт, что, преобразившись, вампир потерял львиную долю своей скорости, сменив её на мощь. Да, прежде я с трудом поспевал за его передвижениями, однако теперь каждая использованная им техника читалась мною заранее, благодаря чему я мог благополучно уклоняться, продолжая отравлять окружающее нас пространство своим Духом.

Когда я закончил, на лице Патриарха проявилось нечто, отдалённо похожее на злость. Похоже, жизнь в коконе своей силы расслабила его. К тому же на достигнутом результате я останавливаться не собирался, ведь остались ещё тела иномирцев, от которых к вампиру продолжали курсировать тонкие линии крови, хранящие в себе энергию убитых. С мертвецами подход был ещё проще, нежели с окружающим пространством. Изрядно напитав свой клинок Духовной силой, я с помощью Шага поочередно перемещался между трупами, вонзая в них своё оружие. Этого с головой хватало, чтобы кровосос вновь заходился в кашле и обрубал каналы подпитки.

На всё про всё я потратил треть своего запаса Духовной энергии. Немало, но не так, чтобы критично. Особенно, если учесть тот факт, каким был результат. Передо мной стоял Патриарх, который восстановился процентов на двадцать от того максимума, которого мог достичь, поглоти он всю кровь из тел и энергию из округи. Бонусом стало то, что окружающая энергия чувствовалась мной, как моя собственная, отчего Шаг Теневой Бури в ней стал в разы проще и стремительнее.

Патриарх обозлился. Оскалившись, он взмахнул своими крыльями, от которых пошёл плотный поток ядовито-красной энергии. Она медленно, с большими затратами, выдавливала как мою силу, так и витавшую вместе с ней обычную энергию пространства. Кроме того, таким образом вампир лишал меня возможности подобраться к нему вплотную, дабы нанести свой удар. Можно было, конечно, войти в облако кровавой энергии в Духовном Доспехе, однако не факт, что мне удалось бы нанести сокрушительные повреждения своему противнику, при этом не подставившись. Риск — дело благородное, но не тогда, когда на кону стоит слишком многое.

Вместо самоубийственного рывка я воплотил в свободной руке Громовое Копьё и добавил в него Дух, дабы оно смогло пробиться сквозь завесу из энергии Патриарха. Метнуть его прицельно оказалось невозможным, так как даже моё пресловутое духовное зрение не могло пробиться сквозь облако вампира. Пришлось провести предварительную разведку, спрятав клинок и метнув парочку Теневых Дуг. Пусть они не смогли полностью развеять технику моего противника, однако заставили его сместиться, чем тот обозначил своё местоположение.

Бросок. Над замком раздался громкий хлопок, разрываемого Копьём пространства. Попадание было неизбежно. Последнее, что я успел увидеть, прежде чем округа скрылась под калейдоскопом двух энергий, было то, как вампир прикрыл своё старое тело крыльями.

На мгновение мне пришлось ослабить духовный взор, потому как энергии, которая, помимо прочего, приглушила мой Дар, вокруг выделилось столько, что у меня банально закружилась голова. А когда я вновь смог видеть, то первое, что смог лицезреть, так это искажённое в немом гневе лицо вампира в двух сантиметрах от своего. Одно из его крыльев отсутствовало, но я не могу сказать, что это меня успокоило, потому как в следующее мгновение моё тело содрогнулось под хлёстким ударом Патриарха.

В глазах потемнело, из груди выбило дух. Несмотря на плотную защиту из Теневой Бури и Духовной силы, меня чуть ли не разорвало изнутри. С силой впечатавшись в стену одного из зданий, я смог лишь скрестить руки перед собой, чем, скорее всего, спас свою жизнь. Здание за моей спиной было пробито моим телом насквозь, после чего я кубарем покатился по выстланной мелким булыжником дорожке, рассекающей замок рихта, который стал местом нашего сражения.

Несмотря на боль, пронзившую всё тело, и постоянно ускользающее сознание, я попытался было встать. Но увидев вместо своих крепких рук и покрытых мозолями ладоней две обрубленные практически по плечи культи, обессиленно упал наземь. Казалось, что все силы покинули меня, оставив наедине с грозным противником.

Я с трудом повернул свою голову в направлении мерно шедшего в мою сторону Патриарха. Тот выглядел ещё более старым, нежели до этого. Его тело рассыпалось на ходу, однако это, казалось, никак не мешало ему передвигаться. Подойдя ко мне вплотную, Патриарх схватил меня за волосы и раскрутил вокруг своей оси. Моментом броска стал наживую содранный с меня скальп, обнаживший череп. Я улетел в другую часть замка, разбивая своим телом наскоро построенные иномирцами заграждения.

Когда моё тело в очередной раз коснулось земли, я уже с трудом понимал, что происходит. Статус Неограниченного позволял мне ещё хоть как-то сохранять сознание, и всё на этом. Вампир тем временем чувствовал себя прекрасно несмотря на то, что половину его тела уже представляла собой кроваво-красная энергия.

Схватив меня за обрывки моей шевелюры, Патриарх скрестил мой замыленный взгляд со своим, оторвав мою грудь от земли. Разглядев во мне остатки сознания, вампир со злостью прорычал:

— Ты заставил меня использовать то, что я поклялся никогда не использовать, — он выдержал театральную паузу, глядя на моё лицо, в котором застыл изнеможённый, но всё ещё непоколебимый взгляд. — СВОЮ ЖИЗНЬ! Полтысячи лет я сжёг, чтобы уделать тебя, человек! Мне придётся восстанавливать накопленные мной годы, убивая сотни и тысячи людей. Ты доволен своим результатом, Идущий?

Патриарх кричал что-то ещё, брызгая своей едкой слюной прямиком на моё лицо, но меня это в этот момент совсем не тревожило. Почему-то одна только мысль о том, что я заставил древнего вампира сжигать свою жизнь, чтобы вырвать у меня победу, грела мою душу. Ан-нет. Это не мысль согревает меня теплом, а Чайя, которая засияла ярче прежнего. Мой разум прояснился, происходящее вокруг замедлилось в десятки раз, и я услышал:

«Извини, что не поддержала тебя в схватке, Артём, — сходу сделал вывод, что богиня волновалась, так как вновь использовала моё прошлое имя, хотя мысленный голос её не содержал и толики дрожи. — Я долго думала, и теперь могу со всей смелостью заявить, что готова рискнуть своими душой и многовековой историей ради тебя. А ты?»

«Что ты имеешь ввиду?» — не понял я, понимая, что окончательно перестал слышать то, что пытался втолковать мне Патриарх: его рот медленно и немо открывался, как у рыбы, а я ждал ответа от Чайи.

«Слияние душ. Временное, разумеется, но дарующее колоссальное количество сил, и с… — богиня сделала паузу, — со всеми вытекающими последствиями. Не думаю, что после первого слияния ты сможешь полноценно использовать свой Духовный Дар некоторое время.»

«Цена не столь высока, учитывая, что на кону стоят наши жизни», — резюмировал я.

«Это ещё не всё, — остановила меня Чайя. — Если мы погибнем в момент слияния, то оба растворимся. Не станет ни меня, ни тебя. Лишь пустота и отголоски воспоминаний в разумах знакомых нам людей.»

«На одной чаше весов — смерть, на другой — борьба за жизнь с риском полного забвения?»

«На одной — шанс на новую попытку, на другой — безоговорочное доверие друг другу, — поправила меня богиня. — Я для себя уже решила. Выбор за тобой.»

«Ты на протяжении двух моих жизней находилась в моей душе? Если бы я тебе не доверял, Чайя, то давно бы нашёл способ от тебя избавиться, — хмыкнул я. — Что нужно для слияния наших душ?»

«В нашем с тобой случае проводником станет духовный клинок. Достаточным будет повторить поступок того самого легионера и лечь на собственный меч», — меланхолично проговорила богиня и в реальности из моей груди выпал духовный клинок, уперевшись рукоятью в землю и остриём мне в душу.

— Решил самоубиться и не дать мне возвыситься за твой счёт, Идущий⁈ — время восстановило свой привычный ход, и я сразу смог разобрать слова Патриарха, что всё ещё удерживал меня за голову, тем самым лишая меня возможность лечь грудью на собственное оружие.

— Мечтай, — прохрипел я и изо всех сил выпустил из себя Дух.

Этого было достаточным для того, чтобы Патриарх отпустил меня, защитившись от разрушительной силы Духа, а я лёг грудью на собственный духовный клинок. Мгновенная вспышка боли, а затем — темнота.

* * *

Кей негодовала.

Александру предстояло сражаться с непомерно сильным противником, в то время как ей приходилось выводить из этого мира тех, кто пошёл вслед за ним. Так ещё нужно проводить сквозь свои порталы тех, кто не готов к подобному. Пленные были чертовски уставшими, и лишняя перегрузка могла привести к их скорой кончине. Поэтому приходилось передвигаться, используя переходы на короткие расстояния.

Помимо всего прочего, необходимо было не дать Зубинину и остальным гвардейцам разочароваться в собственных силах. Все, как один, опустили свои головы и тянулись вслед за пленными, как приговорённые к виселице. Потапову же в это время приходилось удерживать рвущуюся в обратном направлении Эллис, которой предстояло покинуть этот мир, не отыскав ответов на свои вопросы.

— Неужели мы не можем ничем помочь господину? — в очередной раз раздался вопрос от одного из понурых гвардейцев.

Если прежде Кей предпочитала отмалчиваться, делая свою работу, то в этот раз не выдержала её язвительность, отчего она высказала:

— Александр сейчас сражается с противником, каких ваш, люди, мир не видывал. И если бы остался хоть кто-нибудь из вас там, в замке, то помимо вашей напрасной смерти вы бы добились того, что ваш господин напрасно рисковал бы своей жизнью, стараясь спасти вашу, — лисица тяжело задышала, сама не понимая, почему вспылила. Зло выдохнув, она повела рукой, вследствие чего открылся ещё один портал, и гаркнула: — Разбор полётов будем проводить позже, если выживем… Дальше!

Это был последний переход в этом мире, осталось лишь отправить всех обратно в Российскую империю, в Иваново, в имение Рода Новиковых. Кицунэ принялась вырисовывать пассы руками, опираясь на собственные ощущения.

Когда она заканчивала, стабилизируя портал, она почувствовала, что что-то не так. Стабильный поток энергии со стороны Александра уменьшился до маленького ручейка. Что-то случилось, раз её хозяин принял решение уменьшить подпитку своей лисицы. Благо Кей продумала подобный вариант развития событий и скопила небольшой запас возле своего ядра. Пусть она и хранила его для того, чтобы когда-нибудь спасти жизнь Саше, однако сейчас она, не раздумывая ни секунды, потратила его часть для того, чтобы закончить портал и защитить тела пленных от грядущего перехода.

Стоило последнему гвардейцу пройти сквозь разлом в пространстве, Кей закрыла портал и сломя голову рванула в обратном направлении. Чувство тревоги в груди кицунэ разгоралось с невиданной до этого момента силой. Демоница сама не поняла, когда заплакала. Она понимала, что не успевает, несмотря на свои скорость и мобильность. Использовать порталы кицунэ не могла. Потока энергии, шедшей от Александра, попросту не хватало, а использовать остатки запаса на авось демонице не хотелось.

К тому моменту, как Кей подобралась к стенам замка, что-то внутри неё оборвалось. Сперва демоница посчитала, что это лопнул тонкий ручей энергии, однако тот был на месте, что давало кицунэ понять, что её хозяин был ещё жив. Затем хвостатая поняла, что это оборвалось её чувство окружающего пространства. Она, способная перемещаться между мирами, не могла понять того, где находится. Лишь тот самый ручей энергии был напоминанием того, куда торопилась лисица.

На стену Кей не взобралась, а взлетела, мощно оттолкнувшись от земли. А когда её взор устремился вниз, в место, куда шёл ручеек энергии, который вновь напитался былой силой, ей одновременно захотелось сбежать, пасть на колени и обиженно топнуть ножкой.

«Почему опять она, а не я⁈» — устояв на месте, вознегодовала Кей, разглядывая того, кем стал Александр.

Не обращая внимания на чудовище, в которое превратился Патриарх вампиров, Кей скользила взглядом по, казалось, сотканной из Тени и молний фигуре её хозяина. Он был облачён в одеяние, подобное тому, которое предпочитала носить Чайя. Поверх него была накинута белая накидка, колышущаяся на ветру. Белые, испещрённые тёмными прядями, волосы были распущены и вздымались к небу.

«Его руки…» — мысленно прошептала Кей.

Вместо привычных взгляду конечностей из тела Александра шли руки, полностью сотворённые из Тени. Каждая из них удерживала по клинку: левая — абсолютно белый, правая — абсолютно чёрный. Кей была уверена, что будь у неё возможность заглянуть в глаза Александру, то смогла бы увидеть те же метаморфозы, что произошли и с духовным оружием.

На разглядывание своего хозяина демоница потратила доли секунды, в течение которых Александр и его противник неотрывно глядели друг на друга. А потом… Потом хозяин Кей взмахнул белым клинком. И сделал это он небрежно, словно нехотя. Однако результат, который взывало это простое действие, заставил кицунэ прикрыть лицо хвостами, а руками — ухватиться за выступ, чтобы не быть снесённой со стен замка.

Когда поднявшаяся пыль развеялась, Кей увидела, как в том направлении, в котором Александр взмахнул мечом, зиял огромный разрез, пронзивший собой все здания и стены замка, встреченные на своём пути. Уходил он гораздо дальше, чем Кей могла видеть с того места, на котором находилась. Но это не так сильно заинтересовало демоницу, как то, что Патриарх вампиров лишился последнего крыла, а также одной руки и одной ноги. На его лице застыли изумление и первобытный ужас.

Александр взмахнул чёрным клинком, направив его параллельно земле. В отличие от предыдущего удара, этот огромных разрушений не вызвал. Наоборот, на шее Патриарха появилась тонкая линия, через которую медленно потекла кровь. Голова вампира медленно сползла по линии среза и упала на землю.

Кей перевела взгляд на своего хозяина, который плавно двинулся к телу Патриарха. Подойдя, он медленно поднял голову врага и резко повернулся к кицунэ, отчего она невольно вздрогнула, потому как впервые столкнулась с холодным застывшем на бледном лице Александра взглядом чёрно-белых глаз. Без слов он поманил хвостатую к себе одним лишь кивком, и Кей, спрыгнув со стены, послушно сблизилась со своим хозяином. Безэмоционально тот вручил ей голову Патриарха, после чего её разум пронзился голосом Александра, приобретшим бархатные нотки:

«Выуди из его разума всё, что нужно, — приказал он. — Вампир жив, пока я того желаю. Такова моя Воля! — небольшая пауза, после которой Александр продолжил уже более привычным демонице тоном: — И найди мои руки. Мне нужны мои кольца!»

У Кей вырвался выдох, наполненный облегчением. Это был он. Её Александр. Слияние душ, его и Чайи, прошло успешно.