Двадцать восемь человек. Такое столпотворение в моём сне впервые. Сначала я думаю разместить всех на крыше, потом в курилке, но в итоге решаю, что для масштабного собрания нужно помещение побольше, и «нахожу» в административном корпусе чугунного завода маленький актовый зал, с олдскулинкой в виде портрета Ленина на стене и красными флагами за кулисами. Гости усаживаются в зале. Для пущей аутентичности я организую на сцене место для президиума – накрываю красным бархатом два больших стола, ставлю графин с водой и пару стаканов.

Публика собирается настолько разношёрстная, что даже не с чем это сравнить – ни на каком вокзале, ни на одном базаре не встретишь столько уникумов. Разнообразие географических широт и временных эпох впечатляет. Вот японский средневековый воин с глефой сидит по соседству с советским солдатом середины прошлого века и что-то втолковывает мужчине в блестящем экзоскелете. Викингскую воительницу не смущает соседство с шаолиньским монахом. Да что там земная география! В зале присутствуют эльфийская лучница, коренастый гном с клевцом, вампир и вампирша, волшебник в стимпанковских очках…

Почему они все так выглядят? Потому что во сне каждый может быть тем, кем хочет. А ещё потому, что сновидения, в которых им предстоит находиться ближайшее время, наверняка самые важные в их жизни, и сдерживать себя не хочется. Я таких людей называю персонажами. У Адолат подцепил словечко. Есть обычные люди, фоновые, а есть персонажи.

Наиболее странно в нашей компании смотрится человек в цивильном костюме, сидящий посередине первого ряда, да ещё, пожалуй, я, занимающий, по приглашению Рогова, место рядом с ним в президиуме. У меня внешность обычного парня с длинной шевелюрой и короткой, но густой бородкой – только чтобы не быть похожим на себя. Сам Рогов из кота Тимофея превратился в нелепого студента, героя старых комедий. Тот, кто с ним лично не знаком, в этом виде его не узнал бы.

– Дорогие товарищи, – начинает Рогов и стучит ручкой по графину, призывая к тишине, – прошу поприветствовать хозяина нашего сновидения, известного нам по позывному Сенсей!

Поддерживая атмосферу, присутствующие разражаются бурными и продолжительными аплодисментами.

– Между прочим, сновидение очень любопытное, и когда-нибудь я попрошу Сенсея провести по нему экскурсию – архитекторам будет особенно интересно. Но сейчас нам не стоит отвлекаться. Конечно, времени нам хватило бы, Сенсей тут с ним чудеса творит. Однако не нужно зря тратить силы, пригодятся ещё… Итак, в этом зале собрались сильнейшие сновидцы, так или иначе связанные с ЭРА либо вступившие с организацией во временный альянс для проведения операции по внедрению в спецсновидение Совета директоров «Фабрики снов». Подробности я опущу – вы все здесь неслучайно. В целях безопасности, на всякий случай, мы используем вместо имён позывные, а также соответствующие облики. Меня вы знаете как Тимофея. Могу назвать разве что одного из присутствующих – его уже много лет разыскивает ГСБ, ещё одно дело ничего не решает. Прошу любить и жаловать – Игнат Епифанцев. Мы его для краткости будем звать Тёркин.

Советский солдат встаёт и машет рукой. На спине у него висит пистолет-пулемёт Шпагина. В зале в очередной раз раздаются аплодисменты – сновидцы пока ещё не настроились на серьёзный лад.

«Сам напросился, – шепчет мне Рогов, – думаю, чтобы всё проконтролировать. Эристави очень настаивала».

Аплодисменты стихают, и Рогов-Тимофей продолжает речь:

– Теперь прошу слушать особенно внимательно! Переходим к плану операции. Цель нашей миссии – раскрыть место нахождения проекта «Царь-сонник». Для этого нам придётся проникнуть в служебное сновидение Совета директоров «Фабрики снов» и там получить требуемую информацию любой ценой.

К слову, как многие из вас знают, наши соратники сейчас действуют в реальности, атакуют системы связи «Фабрики» и нейтрализуют известных сновидцев. И в наших руках не только их результативность, но и, возможно, жизни. Поэтому прошу прослушать всё ещё раз даже тех, кто в курсе деталей.

Итак, мы разделимся на четыре группы в соответствии с онейрогномикой и опытом. Общее руководство операцией лежит на мне. Чтобы замести следы, мы пройдём через несколько сновидений, каждую группу по своему пути проведёт командир. В атакуемое сновидение мы проникнем в разных местах и, возможно, в разное время. У каждой группы будет свой план действий, на общем собрании мы это обсуждать не станем, командир посвятит в него членов своей группы в одном из промежуточных сновидений. Я буду командиром группы «Арктика», со мной идут Сенсей, товарищ Тридцатый и Туюсхан.

– Туйусхаан, – недовольно ворчит Голышев. Он сидит в центре всей группы, с боевым раскрасом на лице, в шубе, унтах и прочих северных штуках, в руке у него копьё, за спиной – лук и колчан. От шамана струится холодный туман, как будто его только что вынули из морозилки.

– Да, верно, – поправляется Рогов и продолжает: – Если у других групп есть возможность помочь моей, эта помощь приоритетна. Если группа потеряла больше половины бойцов, она присоединяется к моей группе или к одной из других – по ситуации. Командиры, назначьте заместителей на случай, если группа останется без вас. И ещё. Если смерть в сновидении неизбежна, примите её спокойно. Да, мы закинулись снотворным и легко не проснёмся. Нас может не выкинуть сразу. Но не паникуйте. Хуже всего смерть внезапная. Также плохо, если вы боитесь смерти во сне и не принимаете её. Последствия могут быть тяжёлыми, вплоть до физической смерти или помешательства. Но если всё сделать правильно, то вы почувствуете лишь лёгкое недомогание, да на пару дней пропадёт способность к эндогнозису.

Затем Рогов называет командиров. Одним из них оказывается усатый ковбой с позывным Монтана, в отряд которого попадают Епифанцев, японец с глефой, оба вампира, стимпанковский чародей, эльфийка и (я почему-то специально слежу за его судьбой) человек в костюме. Вторая группа встаёт под начало Золтана – того самого гнома с клевцом, но оказывается самой «современной»: помимо шаолиньского монаха, монгольского лучника, янычара и рыцаря, туда входят снайпер, солдат в футуристичном экзоскелете и гигант с пулемётом Гатлинга. Третью команду, которая состоит из джедая, блондинки с катаной, друида, спецназовца, ниндзя, пиратки и волшебницы, возглавляет валькирия Хельга.

Когда все расходятся по местам, Рогов прорезает в моём сне четыре портала – за спиной каждой из групп – и объявляет минутную готовность. Возле нашего портала холоднее всего, ведь от Туйусхаана-Голышева не переставая валит туман. Рогов осматривает «войско». В своём сне я ощущаю на уровне телепатии всё, что здесь происходит, и потому слышу, как наш командир шепчет на ухо Хельге: «Береги себя, Елена».

– Всем удачи! Поехали! – командует наконец Рогов, и группы начинают исчезать в порталах.

Я покидаю этот импровизированный слёт косплееров последним. Передо мной ныряет в портал товарищ Тридцатый, который выглядит как типичный солдат армии будущего: костюм напичкан какими-то электронными приспособлениями, за спиной реактивный ранец, а над головой кружат два небольших дрона. Я уже понял, кто это такой. Товарищ Тридцатый, 30 тов. – Зотов, конечно.