– Доброе утро, дядь Жень!

Роман приветственно кивнул соседу. Он только что вышел на прогулку с Винтом. Погода стояла солнечная, весна наступала неумолимо.

Вечно мерзлявый Вишневецкий сменил чёрный пуховик на пальто того же цвета, посему всё так же оставался похожим на большого грача, но к концу зимы как будто несколько похудевшего.

– Привет, Ром, – добродушно ответил он.

– Пройдётесь с нами?

– Да, конечно, всегда рад с тобой поболтать.

И Вишневецкий присоединился к прогулке Гончаренко и Винта. На привычном всем маршруте до бульвара Роман вёл разговор на малозначимые темы, пока они не оказались на широкой полосе уже показавшейся из-под оттаявшего снега прошлогодней травы. Подумал, что Серж наверняка назвал бы такую траву сухой, но мокрой.

– Ой, а может, не пойдём тут, а? Я в ботинках…

– Евгений Маркович, очень надо. Очень важный разговор.

Вишневецкий развёл руками и покинул спасительную полоску асфальта. Влажная почва чуть промялась под его весом, и оппозиционер под маской оппозиционера изобразил на лице страдание. Но Роман и Винт молча продолжили путь, и Вишневецкому ничего не оставалось, как последовать за ними.

– Насколько помню, ЭРА хотела сотрудничать с Зотовым, но получила отказ, – начал Роман.

Вишневецкий неодобрительно заозирался по сторонам, но, ничего подозрительного не заметив, успокоился.

– Во-первых, я знаю, как склонить его на вашу сторону, – продолжил Гончаренко.

– Очень интересно. Но его же СБС задержала, вот в чём незадача.

– Надо помочь ему освободиться.

– Ром, у ЭРА каждый человек на счету. Напасть на ГСБ, вот так просто, в лоб, – это же нереально. Ладно бы лидер какой, ну или хотя бы член организации… Но Зотова ведь и так отпустить могут. Он никак с ЭРА не связан.

– Нет, дядь Жень, не отпустят его. Я уверен. Во всяком случае, быстро. А если и отпустят, то следить будут неотступно. Дело в том, что ему есть что скрывать. И это недопонимание никак, наверно, не устранить. Теперь второе – он нужен ЭРА. Он сможет дать вам такое оружие, которого пока нет ни на «Фабрике», ни где-либо ещё, в нашей стране как минимум, – горячо проговорил Роман.

– Вот так даже? Это очень серьёзное заявление, ты ведь понимаешь?

– Да, дядь Жень, но я уверен в том, что говорю. Зотов сильно продвинулся в своих исследованиях, и некоторые из его открытий могут склонить чашу весов в пользу ЭРА.

Вишневецкий помолчал, задумчиво глядя под ноги, а потом проговорил:

– Так, Ром… Я в ваших сновидческих делах вряд ли что пойму. Давай вот как поступим: я кому нужно твои рассуждения передам. А там уж как получится. О результате сообщу… От, зараза!

Последняя фраза характеризовала отношение Вишневецкого к тому факту, что его ботинки таки не выдержали натиска весны и, сдавшись, промокли.