— Включить стелс-протоколы, — приказал капитан 2-го ранга Ричард Лэш. — Приготовиться к переходу в обычное пространство.
— Да, сэр, — капитан-лейтенант Джулиан Уотерс повернулся к офицерам капитанского мостика «Сумрака».
— Внешние источники питания обесточить, — распорядился он. — Зафиксировать абляционные перегородки. Закрыть заслонки двигателей.
Лейтенант Бетани Дурруно за постом навигатора перепроверила расчёты перехода из подпространства.
— Мы почти там, сэр. Тридцать секунд.
— Готовы к тёмной и тихой пробежке, сэр, — сказал сидящий за сенсорным постом лейтенант Джо Янг. — Пять баллов подтверждаю.
Лэш лично всё перепроверил на дисплее напротив капитанского кресла. Всё в полном порядке. Так почему тогда его преследует чувство, что всё вот-вот станет явным? Ответ, впрочем, был столь же очевиден: за то короткое время, что он пробыл командиром «Сумрака», неизбежная беда стала нормой. И на этот раз он не ждал меньшего.
— Переходим в обычное пространство, — приказал он. — Запускайте часы.
Уотерс установил хронометр.
— Время на миссию: пятнадцать минут. Обратный отсчёт пошёл.
Ричард глянул на свои старомодные наручные часы со стрелками и шестерёнками, которые ему подарил отец, когда он выпустился из академии. «Затяни их, сынок», сказал он тогда. Он проверил: они были действительно затянуты накрепко.
Освещение мостика померкло до красного цвета, когда энергия корабля отошла в ускоритель частиц сверхсветового двигателя Шоу-Фуджикавы, прорвав дыру, ведущую в нормальную трёхмерную вселенную. Три обзорных экрана, до тех пор показывающие лишь тьму, засияли звёздами. Одна из этих точек света было необычно яркой. Основной экран взял эту звезду в центр и по нему поползли астрономические данные по Дзете Золотой Рыбы. Эллиптические орбиты пересекали шесть внутренних планет.
— Подтверждаю правильность звёздных координат, — сказала Дурруно. — Мы немного отклонились от цели, сэр. Три миллиона километров.
— Веди нас, — приказал Лэш, — идём вперёд на одной третьей скорости по курсу перехвата четвёртой планеты. Передай капитану-лейтенанту Чо в машинном, чтобы начал перезарядку конденсаторов подпространства.
— Так точно, сэр, — откликнулась Бетани. Она прикусила нижнюю губу. Коммандер Лэш знал, что она тоже нервничала… чувствуя что-то неладное в этой миссии.
Столь же чёрный, как и окружающий космос, «Сумрак» плыл по его просторам; на его присутствие указывало лишь едва заметное мерцание звёзд на фоне.
Уотерс глянул на хронометр и прошептал:
— Сэр, осталось тринадцать минут. Мы едва успеем сблизиться с целью, если будем идти незаметно, не говоря уже про сбор детального анализа.
Время никогда не было на стороне коммандера Лэша. Его было либо чересчур много, и тогда экипаж просиживал под прикрытием дни или недели, либо, как это было сейчас, им приходилось спешить, собирая точные данные и при этом оставаясь скрытыми. Выбор был щекотливым: от этого зависели судьбы тысяч жизней и восьми других кораблей. С другой стороны, если «Сумрак» засекут, разведданные не дойдут до получателя. И это если не упоминать то, что они все погибнут.
Восемнадцать месяцев работы на износ и постоянных действий начинали брать своё над офицерами Лэша. Он смотрел на лейтенантов Дурруно и Янга, видя борьбу с усталостью, отражающуюся в их застывших глазах, украшенных тёмными кругами. Они вынесли бесконечное выжидание, прерываемое залпами лазерного огня и ковенантской плазмы. Они видели падение четырёх колоний и сожжение заживо миллиардов людей. И они были на грани. Также как и он.
— У нас есть приказы, — возразил Лэш. — Пятнадцать минут, а затем прыжок обратно. Мы сделаем всё возможное с отведённым нам временем.
Время было ограничено по двум причинам. Во-первых, за пятнадцать минут статистически резко вырастала возможность их обнаружения ковенантскими сенсорами. А во-вторых, через пятнадцать минут возможность «Сумрака» отыскать остальную боевую группу в пространстве скольжения столь же резко уменьшится.
Лэш откинулся на спинку кресла и стал практиковать терпение в лучших традициях всех командиров подобных стелс-кораблей.
Обратное путешествие «Сумрака» к Земле состоялось в рекордное время. Они уловили след в пространстве скольжения несоизмеримо более крупный, чем тот ковенантский след, по которому они летели ранее. Их навигационный ИИ назвал это так: уединённые волновые сигналы, обнаруженные рядом с Ореолом. Лэш даже понятия не имел, чем это было вызвано. Он всего лишь доложил об этом лорду Худу, который прочитал его доклад о следах в гиперпространстве, а затем без промедления приказал им провернуть такой же трюк, последовав по вектору ударной команды Спартанцев, пока они не доберутся до отдалённой станции «Триполи». Там им было велено перегруппироваться с боевой группой под началом адмирала Карла «Кутилы» Паттерсона, оказать помощь команде Спартанцев и завладеть технологиями, способными повернуть ход этой войны.
Лэш к тому моменту уже прослышал про отважные действия Спартанцев, взявших на абордаж корабль Ковенанта, подорвавших ядерным оружием другой и попутно обрушивших Талло Негро дель Маиз. Новое сырьё для новой легенды. Он был более чем рад оставаться в тенях. И, слава богу, без всяких видеотрансляций его славной смерти.
«Сумраку» даже не представилось возможности добрать полный экипаж или пополнить запасы на Земле — вместо этого им пришлось тут же прыгнуть в пространство скольжения, чтобы уловить быстро рассеивающейся след от захваченного Спартанцами ковенантского судна.
— Задан максимальный радиус для радарной системы X-ELF, — объявил лейтенант Янг. — На часах восемь минут, сэр.
— Запускай видеоряд с высоким разрешением, — сказал ему Лэш, — от поверхности планеты до точек Лагранжа.
— Включаю, — ответил Янг и напрягся. — Два контакта на высокой орбите планеты! Эсминцы Ковенанта.
В подтверждение его анализа на дисплее Лэша вспыхнули силуэты.
— Тяжёлые эсминцы, — пробормотал Ричард. Достаточно огневой мощи, чтобы уничтожить десяток разведчиков ККОН.
— Может, один из них — корабль Спартанцев? — спросил Уотерс. — Мы могли бы послать узкополосный зашифрованный импульс, сэр.
— Со Спартанцами возможно всякое, — ответил Лэш, — но пытаться связаться с ними не наша работа. Мы здесь с целью сбора информации для стратегического планирования адмирала Паттерсона.
Уотерс прикрыл глаза и после секундного размышления наконец ответил:
— Так точно, сэр.
Капитан-лейтенант явно хотел ввязаться в драку. Смертельный настрой для офицера разведчика. И Лэш его понимал. Давным-давно Уотерс потерял жену и ребёнка на Жатве. Но скрытность была их единственной защитой против такой силы. На его корабле не было места для мести.
— Обломки на орбите, — сказал Янг. — Металлические. Спектроскопический анализ указал на неизвестный сплав.
— С недавнего боя? — поинтересовался Уотерс.
— Да, сэр, обнаружена остаточная плазма. Однако… их совместный тоннаж не дотягивает даже до одного ковенантского эсминца.
— Лечь на курс ноль-два-ноль на три-два-пять, — приказал Лэш лейтенанту Дурруно. — Отрубай двигатели и передай энергию на перезарядку конденсаторов подпространства.
Она сосредоточила своё предельное внимание на навигационном контроле:
— Меняю направление. Новая траектория задана. Наша инерция вынесет нас на низкую орбиту. — Все следы её усталости исчезли и вбив с молниеносной скоростью сообщение на клавиатуре, она ответила:
— Капитан-лейтенант Чо докладывает о зарядке конденсаторов на пятьдесят процентов. Они разогреются через шесть минут.
— Входим в активный камуфляж, — сказал коммандер Лэш Уотерсу.
Ричард заставил себя оставаться собранным. Он чувствовал себя обманщиком, но должен был хотя бы попытаться поддержать иллюзию уверенности ради своих офицеров. Он ни за что не позволит им почувствовать свой страх.
— Активный камуфляж включен, — отчитался Уотерс. — Текстурные буферы работают на полную. На часах четыре минуты.
«Сумрак» нырнул по направлению к тёмной разграничительной линии планеты. Обычно матово-чёрное абляционное покрытие на задних поверхностях корабля замерцало узорами перисто-слоистых облаков, тёмно-голубых океанов и мерцающего оранжевого заката.
— Что с рентгенологией? — спросил Лэш.
— В магнитосфере бета-излучения не обнаружено, — ответил Янг. — Спартанская команда подрывов боеголовок «Фенрир» не осуществляла.
— Это хорошо или плохо? — пробормотал Уотерс.
Лэш и сам не был уверен. Если тут были Спартанцы, он ожидал увидеть полосу разрушений.
— Энергетические источники на планете? — обратился он к Янгу.
— Ничего, сэр, — ответил тот, вглядываясь во вспыхивающие на его экранах данные. — Впрочем, для сканирования нам по-прежнему доступна только одна четверть поверхности планеты. С текущей орбиты для покрытия этого региона уйдёт семь минут.
— Одна минута на часах, — доложил Уотерс. Он колебался, словно ему было что ещё сказать… но молчал. Лэш знал, чего хотел его старпом: полную орбиту, больше времени и близкий проход рядом с боевыми кораблями Ковенанта. Уотерс хотел быть героем.
— Мы будем следовать приказам адмирала Паттерсона досконально, — твёрдо сказал Лэш. — У нас есть два боевых корабля Ковенанта на другой стороне планеты. Никаких заметных следов Спартанцев. Никаких взорванных боеголовок. И мы до сих пор ничего не видели. Этого достаточно.
Он впился взглядом в Уотерса. Тот отвернулся, нахмурился, но кивнул.
— Готовимся к переходу в гиперпространство, — сказал он.
— Слушаюсь, — сказала Дурруно. Она вздохнула, явно расслабленная решением уйти. — Матричные вычисления запущены. Готовность к переходу — семнадцать секунд.
Капитан заёрзал в своём кресле. Уйти было правильным ходом. Если бы они вышли на полную орбиту, их удача наверняка бы иссякла. Также как и у ожидающей от них разведданных в пространстве скольжения боевой группы Паттерсона из восьми кораблей. Конечно, два ковенантских эсминца были угрозой, но угрозой приемлемой при численном превосходстве ККОН над войсками Ковенанта три к одному. А четверо к одному? В этой войне им редко выпадали такие шансы. Так почему тогда всё казалось неправильным?
— Начать переход в пространство скольжения, — скомандовал Лэш.
Космос вокруг «Сумрака» вспыхнул синим и белым светом и звёзды исчезли.
В чёрный межзвёздный вакуум из пространства скольжения вышло восемь кораблей ККОН, сопровождаемые светопредставлением из синей радиации Черенкова и субатомных распадов частиц, закручивающихся в спирали.
Коммандер Лэш использовал это в своих интересах.
— Задать новый курс на борт, перпендикулярно с атакующим вектором флота, — приказал он лейтенанту Дурруно.
— Да, сэр.
Под красным светом боевого освещения мостика, его офицеры стали более оживлёнными… и более напуганными.
Замаскированный «Сумрак» ушёл в сторону от эсминцев, носителя и крейсера боевой группы Паттерсона. Лэш не бежал — хотя это чувство он периодически испытывал с тех пор, как стал свидетелем событий у Ореола. Он настоял на том, чтобы «Сумрак» вернулся и изучил планету в ходе второй разведывательной миссии. Но адмирал ответил ему, что на это не было времени. Он собирался «застать этих ковенантских ублюдков со спущенными штанами» и ударить, пока они были рядом с гравитационным колодцем планеты.
С перевесом в свою пользу это была хорошая тактика. И всё-таки Лэша беспокоило, что адмирал так легко распорядился столькими жизнями без полной картины происходящего.
— Выведи нас на эллиптическую орбиту вокруг сумрачной стороны Оникса, — распорядился Лэш. — Задай апогей до пятидесяти тысяч километров. Вперёд на одной третьей от общей мощности.
— Новый курс введён, сэр. — Лейтенант Дурруно повернулась к нему лицом. С больным выражением лица она открыла рот, чтобы заговорить, поколебалась, а потом выпалила: — Простите, командир. Я думала, что у нас приказ держаться в стороне от битвы.
— Мы так и сделаем, — заверил её Лэш, — но мы всё-таки закончим это планетарное сканирование.
Он подошёл к посту навигации и положил свою руку на плечо девушки.
— Просто подведи нас туда аккуратно.
Её глаза уставились на экраны своего поста.
— Да, сэр.
— Отслеживай тепловой след двигателей и подталкивай нас на одной трети от общей мощности… вплоть до конца тёмной линии, — обратился он уже к Янгу.
— Так точно, командир, — ответил тот, сглотнув.
Лэш балансировал на тонкой грани. Он хотел скорость и невидимость.
— Действия на экране! — объявил капитан-лейтенант Уотерс.
В черноте на центральном экране появились вспышки. Адмирал Паттерсон начал свой первый удар.
— Увеличение до сорока, — приказал Лэш.
Экран заполнили два эсминца Ковенанта. Рассеянные ракеты «Лучник» безвредно расплескались по их щитам. Корабли развернулись, чтобы встретиться с врагом, и тем самым сомкнули ряды. За ними распустились три белые сферы. Они расширились и поглотили скучившиеся вражеские эсминцы. Струи сверхзаряженных ионов устремились вниз к магнитосфере планеты.
— Идеальное размещение ядерных ракет, — пробормотал Янг, глядя то на обзорный экран, то на свою консоль.
— Максимальное разрушение и радиационная ловушка около планеты позволят флоту выйти вперёд.
— …И расправиться с ними. — Уотерс потёр руки в бессознательном ожидании.
Огненные шары остыли до красного цвета, а затем показался одинокий плавный силуэт: один из эсминцев Ковенанта уцелел. Его плазменные заряды устремились к центру боевой группы ККОН — прямиком на «Сталинград», носитель и флагман адмирала Паттерсона. Носы кораблей ККОН полыхнули, когда их магнитно-рельсовые пушки выстрелили. Линии пламени и сверхперегретые снаряды пересекли пространство между обеими сторонами. Эсминец ККОН «Поцелуй Глазго» вылетел вперёд перед флотом; узкое судно развернулось на борт, заслоняя собой «Сталинград» от приближающейся плазмы. Десяток спасательных капсул вылетели из эсминца, когда в него угодили три из четырёх копий огня. Корпус раскалился в мгновенье ока и разлетелся на осколки.
— Отследи капсулы, — приказал Лэш лейтенанту Янгу.
— Так точно, сэр.
Тем временем на экране «Сталинград» принял прямое попадание по левому борту. Плазма прошла сквозь несколько метров брони из титана-А подобно паяльнику, направленному на рисовую бумагу, и палубы средней части судна испарились. Снаряды МРП ударили по вражескому эсминцу. Болванки сбили восстановившиеся было щиты корабля, а потом вошли в корпус. Отдача получилась настолько сильной, что судно ковенантов потеряло управление и влетело в атмосферу планеты, оставляя след из турбулентности и огня. Его двигатели замерцали и вывели корабль на предельно низкую орбиту — подальше от флота ККОН.
— Трусы, — пробормотал Уотерс.
— Не знаю, — ответил Лэш. — Мы пережили пять столкновений ККОН и Ковенанта.
Он смотрел в дальний космос, вспоминая резню и то, что ККОН выиграло лишь одну из тех битв.
— Ковенанты так просто не бегут, капитан-лейтенант. Они могут выйти из боя для ретировки, но будучи задавленными по огневому превосходству и числу… они терпят поражение, но не сдаются.
Была лишь одна возможная причина, почему этот одинокий эсминец Ковенанта дал дёру.
— Пора выйти на свет. Увеличь скорость на фланг, — сказал Лэш лейтенанту Дурруно. — Держись прежнего курса.
— Сэр…? — Она наклонилась над своим постом. — Есть, сэр.
Лэш настроил корабельную связь с машинным отделением.
— Капитан-лейтенант Чо, опустошите конденсаторы подпространства и подайте энергию в двигатели. Я хочу, чтобы они работали на сто тридцать процентов.
Ощущение победы, царившее на мостике мгновенье назад, исчезло, и офицеры Лэша снова стали осторожными и усталыми.
На корабельной частоте царила тишина, а потом Чо ответил:
— Перевожу энергию.
«Сумрак» вышел из маскировки и Лэш только что нарушил первое правило любого капитана разведкорабля: оставаться скрытым. Но каждый его инстинкт вопил, что победить Ковенант будет не так легко и они проглядели что-то жизненно важное.
Семь кораблей адмирала Паттерсона кинулись за одиноким кораблём Ковенанта. Они исчезли из виду, едва «Сумрак» дугой обошёл планету.
Лэш вернулся к креслу капитана и неловко уселся на него. Уотерс встал рядом с ним и прошептал:
— Скажи мне, что ты знаешь, что делаешь, Ричард.
Лэш наклонился вперёд, ничего не сказав.
— Выход на тёмную сторону Оникса через пятнадцать секунд, — доложил лейтенант Янг. — Десять… пять… три, два, один.
На каждом экране отобразилась ночная сторона планеты. Тьма окутывала всё, кроме светящихся облаков на границе заката.
— Горячая точка! — выпалил Янг. — На горизонте: двадцать семь градусов к северу, сто восемнадцать к востоку. Перенастраиваю тепловые для вида сквозь атмосферное искажение.
На главном экране колеблющееся изображение превратилось в двадцать боевых кораблей ковенантов. Они на полном ходу поднимались сквозь атмосферу, идя на перехват флота адмирала Паттерсона. Лэш вскочил на ноги.
— Сбросить мощность двигателя до одной трети, — сказал он. — Активировать повторно стелс-протоколы. Перейти на новый курс: полярную орбиту. Дайте мне чёткое поле зрения на «Сталинград».
— Есть новое направление, — сказала лейтенант Дурруно напряжённым голосом, рассчитывая орбиту. — Приготовиться к корректирующему импульсу на одной трети.
«Сумрак» качнулся и наклонился, выходя на курс в сторону полюса. Двигатели заурчали, и разведчик дугой устремился к ледяным шапкам Оникса.
— Зенит через двадцать три секунды, — сказала Дурруно.
Лэш повернулся к капитану-лейтенанту Уотерсу.
— Отчёт об операции.
Взгляд старшего помощника уже был направлен на дисплей.
— Ничего. Флот ковенантов игнорирует нас.
Лэшу должно было бы полегчать; чужаки могли уничтожить «Сумрак» парой лазерных выстрелов. Уход под прикрытие был правильным ходом. Но несмотря на годы тренировок по избеганию врага Лэшу всё же хотелось, чтобы ковенанты засекли их. Это могло дать Паттерсону несколько лишних секунд, чтобы увидеть надвигающуюся угрозу.
Он переждал пятнадцать секунд — худшую четверть минуты в своей жизни — рассматривая облака, сушу и океаны Оникса, плывущие под кораблём. Наконец, «Сумрак» достиг полюса и на переднем экране появились звёзды, а также флот адмирала Паттерсона. На расстоянии всего в сотню километров друг от друга, корабли ККОН открыли огонь из всех магнитно-рельсовых пушек и дали залп ракетами «Лучник» по идущим прямо на них судам Ковенанта. Снаряды промчались через атмосферу, оставляя дымные шрамы подобно метеоритам. С кораблей Ковенанта ударили лазеры, уничтожая приближающиеся ракеты, но вот выпущенные в упор снаряды МРП они остановить не могли.
Семь болванок из МРП ударили по двум передовым эсминцам в строю Ковенанта, разрушив их щиты, смяв броню и пройдя через корпус. Получив урон, эти корабли прервали атаку и угодили в гравитационный колодец планеты. Двигатели одного из них вспыхнули от перегрузки, когда капитан этого эсминца попытался совершить посадку. Но второй эсминец, обезвреженный лишь на мгновенье, вернулся на орбиту. Победа. Лэш знал, что она не будет долгой.
Враг превосходил их числом три к одному, имея к тому же более лучшее оружие и оборонительные щиты. Близость к гравитационному колодцу означала, что Паттерсона загнали в угол. Сейчас начнётся бойня.
Флот Ковенанта изрыгнул плазму, похожую на солнечную вспышку, когда она, кипя, устремилась через вакуум космоса к кораблям ККОН.
Паттерсон не был дураком. Он не попытался уклониться на такой дистанции. Вместо этого двигатели его кораблей полыхнули, и они под углом ушли на нижнюю орбиту — идя в атаку. Это не поможет остановить управляемую плазму, но они смогут вырваться из неё гораздо быстрее — возможно, даже достаточно быстро, чтобы избежать второго удара.
Плазма повторила манёвр кораблей ККОН. За мгновенье до её удара, на ковенантских кораблях вспыхнули энергетические проекторы и ослепительные лучи из чистой белой энергии озарили боевую группу Паттерсона с такой яркостью, что происходящее словно замерло на секунду, отпечатываясь в сетчатке Лэша.
Взрывы и струи расплавленного титана заполонили обзорные экраны и мгновенно разрослись в облако из искр, дыма и кувыркающихся силуэтов кораблей ККОН. И тут, словно по мановению чуда, из центра этого хаоса вырвались пять человеческих кораблей. Охваченные огнём и ореолом из улетучивающейся атмосферы, они ворвались в самое сердце ковенантского флота. Эсминец ККОН «Иводзима» задел превосходящий его в три раза носитель Ковенанта, отскочил от щитов и накренился, врезавшись в два других эсминца чужаков. Судно ККОН взорвалось изнутри от перегруженного реактора, принеся себя в жертву с силой ядерной бомбы. Огненный шар поглотил восемь близлежащих кораблей противника, из которых уцелело лишь шесть благодаря своим вспыхнувшим энергетическим щитам.
Флот Ковенанта оказался в смятении, замедлился и остановился для перегруппировки.
Корабли Паттерсона продолжили свой путь, огибая Оникс аркой, чтобы выйти на обратную сторону планеты. Они выжили… по крайней мере для ещё одного орбитального захода.
— Новые контакты, — сообщил Янг. Он привстал со своего места и наклонился над сенсорным пультом. — Быстро поднимаются с поверхности планеты. Курс — перехват флота ковенантов.
Сердце Лэша опустилось в живот.
— Подкрепления, — выдавил он из себя.
Янг промолчал, изучая свой дисплей, а затем сказал:
— Нет, сэр. Смотрите, на вашем экране.
Ричард перенастроил крошечный дисплей капитанского кресла перед собой и изучил силуэт корабля. Компьютер выдал грубую трёхмерную модель трёх стрел, промеж которых безо всяких соединений висела сфера.
— Они трёх метров от края до края, — добавил Янг. — Пассивный радар засёк тысячи похожих объектов.
Главный обзорный экран скользнул к виду на среднюю орбиту и Лэш увидел, как облако крохотных корабликов объединилось в три восьмигранные фигуры. Корабли чужаков развернулись к новой угрозе, бросив преследование боевой группы Паттерсона. Их боковые линии разогрелись и плазменные дуги устремились к приближающимся инопланетным построениям. Огонь дождём обрушился на идущую впереди восьмигранную конструкцию, перед которой, объединяясь, вспыхнул энергетический щит, похожий на золотое пятно воды. Плазма замерла перед ним, словно пойманная в магнитное поле. Она нагрелась до жёлтого, калёного, затем слегка окрасилась в синий и ультрафиолетовый цвета. Плазма протекла сквозь щит и безвредно прошла внутрь построения.
— Захват плазмы? — прошептал трепетно Уотерс. — Вот так трюк.
Сферы внутри построения засветились и из каждой выстрелили искрящиеся лучи, улетевшие сквозь атмосферу по направлению к кораблям Ковенанта, находящимся на переднем крае их флота. Сотни энергетических лучей проникли за ковенантские щиты и пронзили их корпусы. Затем сверхнагретая плазма внутри инопланетных построений потоком потекла по этим лучам, обвиваясь вокруг них подобно змеям, и окрасила повреждённые корабли чужаков. Под таким напором обшивка ковенантов испарялась, а палубы и надстройки плавились так, словно были сделаны из полиэтиленовой плёнки.
Под таким скомбинированным огнём три эсминца Ковенанта взорвались.
Плазма рассеялась по верхней атмосфере, заливая прилегающий вакуум исчезающей фиолетовой дымкой. Уцелевшие корабли ковенантов поспешно стали отходить из гравитационного колодца. Впрочем, другие инопланетные корабли оказались быстрее и набросились на них.
Два судна Ковенанта развернулись и выстрелили своими энергетическими проекторами и лазерами по переднему инопланетному построению. Восьмигранные щиты потрескались и рассеялись. Крохотные кораблики в построении превратились в огненные шары. Оставшиеся две формации открыли огонь по этому арьергарду ковенантов — энергетические лучи пробили щиты и испарили отважных ковенантов на атомы.
И всё-таки уловка чужаков сработала.
Оставшийся их флот сбежал за пределы гравитационного поля Оникса и оторвался от своих преследователей.
Разум Лэша переваривал увиденное. Кто эти новые пришельцы? Или это было оружие, захваченное и управляемое Спартанцами?
Тактика ковенантов также смутила его. Они не воспользовались гиперпространственным прыжком — тем, что, по его мнению, они бы и сделали для бегства, а не принесли бы в жертву два корабля.
Неожиданно всё в этой войне встало с ног на голову. Коммандер Лэш даже не знал, к добру это или к худу.
— Уходим с орбиты… предельно медленно, — прошептал он. — Движемся к точке Лагранж-три. Лейтенант Янг, продолжайте следить за нашей маскировкой. Дурруно, следи за пассивным радаром и высматривай спасательные капсулы.
— Кто они, во имя всего святого? — спросил Уотерс, продолжая смотреть на обзорный экран. Восьмигранные формации распались и дроны рассредоточились по верхней атмосфере.
Ричард покачал головой.
— Сообщение на частоте E ККОН, сэр, — сообщил Янг, вслушиваясь в свой наушник. — С поверхности планеты. Кто-то вещает на открытом канале.
«Всем силам ККОН на орбите планеты с обозначением XF-063, говорит искусственный интеллект Нескончаемое Лето, идентификационный номер военного ИИ 4279. Если вы хотите выжить в следующие три минуты, отзовитесь».
Лэш и Уотерс обменялись удивлёнными взглядами.
— Сообщение повторяется, сэр, — сказал Янг. — Схема кодировки на несущей волне указывает на ответ по шифровальному протоколу ИЕРИХОН.
Лэш не знал, что делать. Флот Паттерсона был не на той стороне планеты, чтобы получить это сообщение. А близость сил Ковенанта и пришельцев неопознанного происхождения создавала предельный дискомфорт. На данный момент, пока «Сумрак» молчит, они будут в безопасности.
— Сбросить радиоспутник «Чёрная вдова», — приказал Лэш, — после чего отходим на тридцать тысяч метров подальше и налаживаем однолучевую связь. Отправьте следующее: «Военному ИИ, идентификационный номер 4279, говорит капитан 2-го ранга Ричард Лэш с разведчика ККОН «Сумрак». Мы слушаем…»