Две светошумовые гранаты взорвались шарами из света, грома и разлетающихся листьев. Эш упал и инстинктивно свернулся клубком. Он слишком поздно увидел стальные шестигранные трубки, силуэты которых отпечатались у него на сетчатке.
Они были хорошо замаскированы в деревьях на уровне груди. Как глупо. Вместо трезвого мышления он дал пылу взять верх над собой. Он расправился и поднялся на ноги. Всё что сейчас слышал Эш, было биение его сердца; он оглох. Эш моргнул, стараясь прояснить затуманенное зрение.
Команда «Сабля» была нейтрализована. Марк, Оливия, Холли и Данте стояли на коленях. Камуфляжные буферы их ПСР-брони были уничтожены светошумовыми, и только блеклый бежевый камуфляж покрывал их словно синяки. Новое фотореактивное покрытие могло имитировать широкий спектр электромагнитного излучения, но по-прежнему было уязвимо к перегрузке.
Он поставил Марка на ноги, изрядно встряхнув его. Тот кивнул, а затем помог подняться остальным.
Эш жестом приказал им отступать, меняя направление, которое вывело их на эту ловушку. У них было не так много времени, прежде чем команда «Катана» придёт за добычей.
Это была его ошибка. Он слишком нетерпеливо и неосторожно ломился в бой, не обдумав всё наперёд. Марк засёк снайпера «Катаны», и Эш тут же решил обойти его с левого фланга… где и напоролся на настоящую ловушку в виде светошумовых гранат. Но не в том ли был смысл занятия? Столкнуть три отряда Спартанцев на площади в квадратный километр — тут либо соображай живо, либо умри. Или хуже, как в данном случае — соображай быстро или проиграй.
Эш вскинул руку вверх, приказывая остановиться. Им не стоило идти прямо назад: будь он командиром «Катаны», то точно устроил бы ловушку для отступающего противника. Жестом он увёл своих людей в правую сторону. Медленно и осторожно, члены «Сабли» пригнулись и пробрались через кусты, продолжая внимательно следить за обстановкой. Идущая первой Оливия скрылась в тенях зарослей.
В ушах Эша начало звенеть. Это был хороший знак. Будь граната на полметра ближе, взрыв лишил бы его барабанной перепонки. А клонирование представляло из себя мучительно скучную процедуру, и он был только счастлив избежать обязательной двухнедельной паузы. Сигнальный огонёк Оливии моргнул красным. Отряд замер.
В пяти метрах впереди папоротник наклонился и отскочил назад.
Эш быстро мигнул своим зелёным огоньком, давая сигнал открыть огонь. За всё утро это была их самая лучшая цель.
Его окружил подавляющий огонь. Папоротник разлетелся в кучку конфетти. Прячущийся за папоротником одинокий Спартанец повернулся к ним: его броня отливала серебряной краской от многочисленных оглушающих патронов, усеявших её поверхность. Его нога зацепилась за корень, и он упал.
Эш продублировал сигнал продолжать, и его отряд при помощи пары точно пущенных пуль позаботился о том, чтобы их цель осталась лежать. Внутренний слой баллистического геля в их броне мог принять на себя град пуль прежде чем отказать.
Выждав три секунды, он мигнул красным индикатором, и они прекратили огонь. Оливия подошла и шлепком прикрепила к спине всё ещё корчащегося Спартанца липкий светло-зелёный флажок. Теперь цель была официально «мертва». Эш активировал навигационный маячок и обозначил им «тело» для подбора.
И тут земля задрожала. Это длилось всего мгновенье, но все Спартанцы из «Сабли» замерли, после чего взволнованно начали выискивать источник этого волнения.
Землетрясение? Маловероятно. На Ониксе никогда не было тектонической активности. Значит, оставалось два варианта: удар или подрыв. Ни то, ни другое не было особо приятным.
Эш жестом приказал «Сабле» двигаться. Отряд исчез в джунглях и вскоре вышел на равнину. Отсюда на север уходили небольшие гранитные известняки, кварцевые плоскогорья, гроты и трещины. Всё это упиралось в высокий забор Зоны 67, и продолжалось за ним.
Зона 67. Это было то самое место, где, как считалось, водится «призрак» Оникса. Если верить рассказам остальных кадетов, его видели там несколько раз: одинокий глаз, парящий во тьме. Они считали, что это была всего лишь чепуха, которой пугали новичков. И всё же Эш слышал историю о том, как неподалёку отсюда исчез один из отрядов роты Бета, который так до сих пор и не нашли.
Он настороженно огляделся и заметил природный тоннель, вырытый эрозией и проходящий через холм. Эш указал на него, и вся команда забралась внутрь, чтобы оценить тактическую обстановку.Эш стянул с себя шлем и вытер кровь с носа и ушей.
— Ещё бы чуть-чуть, и…
— И всё-таки мы сняли одного, — сказала Холли, сняв свой шлем с золотистым щитком, — и при том не потеряли ни одного из наших… хотя ты дал им хорошую попытку.
Она почесала пушок на своей голове, которому придавала форму шрамов от медвежьих когтей. По уставам с её причёской было всё в порядке, но некоторые из других команд дразнили её за это. Холли бурно реагировала на насмешки, и за драки девочку уже дважды понижали в ранге.
Данте стянул шлем и пощупал лицо на предмет ранений. Удовлетворившись результатом, он вытащил из рюкзака две чёрные светошумовые гранаты.
— Нашёл их как раз перед тем, как рванули ваши. Успел сорвать с растяжки.
Эш кивнул. Ему следовало сделать Данте выговор за то, что тот решился снять с растяжек взведённые гранаты. Но когда дело доходило до взрывчатки, в Данте пробуждались почти сверхъестественные способности. Он всегда знал, когда она готова взорваться, а когда — нет. Либо так, либо он был самым везучим человеком, которого когда-либо встречал Эш.
Оливия так и не сняла шлема. Она выскользнула из пещеры, заняв пост снаружи. Но Эш не волновался за неё. Оливия была самым незаметным человеком во всей роте Гамма. Они звали её «О», поскольку она была столь же бесшумна, как и это данное ей прозвище.
Наконец, Эш повернулся к Марку.
— Перекличка, — сказал он и похлопал друга по задней части его шлема.
Марк стащил с себя шлем, и глазам Эша открылся неприятный синяк, растёкшийся по щеке друга. Марк провёл руками по своей выбритой голове, и тревожно ощупал края синяка.
— Я в порядке.
Марк пригладил внутреннюю оболочку своей брони, убедившись в её идеальном состоянии, и натянул шлем обратно на голову.
Они прозвали Марка «Стрелком», потому как он хорошо обращался со снайперской винтовкой и ещё лучше — с выставленным на автоматический режим оружием во время свободной стрельбы по целям. Чем больше на него давили, тем хладнокровнее он становился.
Эш обратил внимание на грубо выступающие из стены туннеля полосы оникса, которые отсвечивали чёрно-белым и пёстрыми цветами с примесью золотистого оттенка. Заинтригованный этой геологической странностью, он провёл по ним закованным в перчатку пальцем руки. Затем он отвёл руку от стены и сосредоточился на том, что творится сейчас. Он нахлобучил свой шлем обратно на голову.
— Проверка акустики, — прошептал Эш на командной частоте.
В ответ мигнули зелёные огоньки. Отлично. Значит, никто не оглох.
От отдалённых склонов столповых гор эхом отразился глухой удар, и с потолка пещеры посыпалась пыль. Команда инстинктивно припала на корточки. Эш выхватил пистолет.
— Что-то здоровенное, — пробормотал Данте. — Артиллерия? Может, одна из новых сорок четвёрок?
— Я не думаю, что капитан-лейтенант стал бы использовать против нас артиллерию, — отозвался шёпотом Эш.
— Это ненормально, — ответила Холли. — Но… это же последнее испытание. Может, он пускает в ход всё, чтобы выяснить, кто получит высшую награду.
Высшую награду. За последние три года Эш вывел и удерживал команду «Сабля» в первенстве среди остальных команд. Они оттачивали свои способности, изучали каждый из уроков Нескончаемого Лета; думали, двигались и действовали вместе, как заточенное оружие. Из всех остальных только две команды были близки к ним по рейтингу. «Гладий» и «Катана». Высшая награда подразумевала почётные права и уважение. Это означало бы, что они лучшие. Что они могут побеждать.
— О, ты знаешь, откуда шёл этот взрыв? — спросил Эш по командному каналу.
Статусный огонёк Оливии мигнул красным.
— Хорошо, — откликнулся Эш, — мы пока полагаем, что это артиллерия. Не могу поверить, что капитан-лейтенант мог использовать её… но вот Мендез — совсем иной случай. Если услышите снаряд, рассейтесь и займите укрытия.
На его головном дисплее мигнули четыре зелёных огонька, подтверждая получение приказа. Эш как-то читал о том, что нельзя услышать артиллерийский снаряд, который тебя убьёт. И у него не было желания лично проверять этот боевой миф.
— Какие планы на «Катану» и «Гладий»? — спросил Марк.
— «Катана» потеряла одного, — ответил Эш. — Сосредоточимся на ослаблении второй команды. Мы отыщем…
Его бесцеремонно прервали ещё одним взрывом, потрясшим землю.
— Этот был ближе, — раздался по командному каналу шёпот Оливии. — Направление: север.
Эш вышел из туннеля и занял укрытие за большим валуном. Остальные последовали за ним, и их ПСР-броня слилась с каменистой поверхностью. Если это была очередная ловушка, то они, скорее всего, вышли прямиком в зону снайперского прострела. Но Эш так не считал. Никто, даже Мендез, не стал бы использовать такие большие снаряды так близко.
Взрыв, подобный этому, не мог быть вызван чем-то вроде пары светошумовых гранат… таким образом, команды «Катана» и «Гладий» отпадали. Так кто же это делал?
В сорока метрах к северу тянулся тройной забор, окружавший Зону 67. Колючая проволока под напряжением, датчики движения и ряды минных полей были более чем эффективной преградой. При желании «Сабля» могла бы обойти её — но они не смели. Приказы охранников были однозначными: ВХОДИТЬ ЗАПРЕЩЕНО. Ослушание могло грозить немедленной дисквалификацией и лишением высшей награды.
А что насчёт других команд? Могли ли они по-быстрому проскочить туда, чтобы зайти к ним сбоку? Нет. Никто из них не стал бы рисковать дисквалификацией.
В трёх километрах от забора, в глубине Зоны 67, шла пылевая буря: стена песка, закрученного дыма… и огня.
Прозвучал четвёртый взрыв: на этот раз взорвалась отдалённая столповая гора. Вся возвышенность испарилась в облаке сверкающей кварцевой пыли, града валунов и всколыхнувшегося пламени. Эш инстинктивно пригнулся, его нутро сжалось. Большие взрывы он видел и прежде. Но ничего подобного тому, что только что произошло.
— Два километра, — сказал Данте. — Я аж костями это прочувствовал.
Они продолжали смотреть, как камни дождём сыплются с неба.
— Может, это было несколько ракет «Лучник»… — пробормотал Марк.
Вокруг расширяющегося облака от взрыва кружили какие-то точки. Не знай Эш об этом мире, он бы принял их за стервятников. Но на Ониксе не водятся хищные птицы. Меняя изображение на своём лицевом щитке, на пятикратном увеличении он заметил, что у точек была тройная симметрия. Он снял с плеча снайперскую винтовку и взглянул через прицел.
Точки оказались некими дронами. Но это были не «Мако» ККОН и не ковенантские «Баньши». Роботы достигали нескольких метров в длину. У каждого из них были три монотонные стальные стрелы, окружающие центральный глаз, мерцающий словно расплавленное железо. Никаких видимых реактивных струй или кабин. И их были десятки.
— Должно быть это экспериментальный прототип, — подытожил Данте. — Может, Зона 67 является испытательным полигоном для нового оружия.
— Они не стали бы испытывать настолько мощное оружие, пока мы находимся близко, — возразил Эш.
А может, это было частью их последнего испытания? Новая угроза, для победы на которой три отряда должны были объединить свои силы? Вот это было уже в стиле старшины Мендеза: изменять правила в разгар испытаний.
Дроны начали удаляться от распылённой горы, подплывая ближе к позиции команды «Сабля». Они остановились только перед противоположной стороной забора Зоны 67, где взяли в окружение очередную возвышенность. Глаза Эша уловили движение на её вершине. Это были ставни, которые скрывали замаскированный бункер. Как только они открылись, на дронов обрушился сильный пулемётный огонь. Три стрелы ведущей машины рванулись вперёд, образуя треугольную гладкую плоскость. Внутри практически сразу же замерцала золотая плёнка, ударившись о которую, патроны пятидесятого калибра отскочили в сторону.
— Энергетические щиты! — произнёс Данте. — Голову даю на отсечение, что это Ковенант.
Эш неохотно согласился. Это была уже не игра и не последнее испытание. Война пришла на Оникс.
Он переключился на открытый радиоканал.
— Лагерь Каррахи, приём. Говорит Сабля-один. У нас экстренная ситуация.
Ответа не последовало. Радио было включено, он был в эфире, но его никто не слышал.
— Проверьте связь, — сказал Эш своей команде. — Попытайтесь связаться с капитаном-лейтенантом или со старшиной. И ещё попробуйте предупредить «Азенкур».
Пока команда исполняла приказ, он продолжил следить за дронами при помощи снайперской винтовки. Оставшиеся одиннадцать роботов выстроились позади того, что генерировал энергетический щит; их красные глаза повернулись и нацелились прямо на верхушку горы. Из бункера выскочил солдат с ракетной установкой M19. В этот момент глаза дронов озарились сверкающим золотым цветом — вырвавшийся из них энергетический луч устремился вперёд, подобно взмаху рапиры.
Человек и бункер на мгновенье заколыхались, а затем вспыхнули и испарились. Верхушка столповой горы взорвалась облаком из пыли и расплавленной породы.Земля под Спартанцами наклонилась и пошла трещинами. Отряд быстро отступил внутрь туннеля и сверху на них обрушился град обломков.
Прищурившись от пыли, Эш оглянулся назад. Дроны рассеялись и продолжали двигаться вперёд, выписывая зигзаги над скалистой поверхностью. Они искали следующую цель.
Эш отбежал к тупику на другом конце туннеля, и решил ещё раз попытать удачу по открытому каналу.
— «Катана», «Гладий», в Зоне 67 наблюдается активность ковенантов. Забудьте об экзамене, ребята. У нас проблема.