— Мисс Б.! — окликнул меня Дейтон, пока остальные ученики в конце учебного дня гурьбой высыпали в коридор.

— Не забудьте про завтрашнее собрание и сокращенные уроки! — перекричала я его, надеясь, что хоть один ученик меня слушает.

— Мисс Б.! — снова позвал Дейтон. Я поправила на носу свои огромные, как у стрекозы, очки, пока он спешил к моему столу.

— В чем дело, Дейтон? — спросила я, собирая последнюю стопку бумаг с края стола, и со вздохом облегчения плюхнулась в кресло.

— Я сделал это, — радостно произнес он.

— Сделал что? — спросила я, стряхивая бумажную пыль со своей белой блузки и прямых брюк пудрового цвета.

— Я уговорил старшего брата прийти завтра. По крайней мере, на собрание. Я знаю, вам нужно было узнать еще сегодня, придет ли кто-нибудь поделиться своим опытом на уроке, но я надеялся, что вы дадите мне отсрочку? — Дейтон сжал лямки рюкзака и широко распахнул глаза, полные надежды.

— Ты ведь рассказывал, каким упрямым он бывает. Звучит в точности как кое-кто из моих знакомых, — поддразнила я, и Дейтон закатил глаза.

— В общем, он ненадолго приехал домой в отпуск, или как там это называется, когда ждешь следующей отправки, которая, как надеется мама, станет для него последней и он наконец-то уйдет в отставку. Я постараюсь уговорить его зайти в класс; он реально крутой, и у него есть отпадные истории. Если я смогу заставить его хоть чем-то поделиться… — Глаза Дейтона затуманились, став мрачными.

— Дай мне знать завтра как можно скорее, будет ли твой брат делиться своими историями. Если да, я обязательно выделю для этого время, — мягко ответила я, и глаза Дейтона загорелись.

— Он самый классный парень, даже несмотря на то, что немного упертый.

Я ласково улыбнулась, когда Дейтон оттолкнулся от края моего стола.

— Вы лучшая, мисс Б.! До завтра! — Он помахал рукой и побежал к двери.

— Дейтон!

— Да, мисс Б.?

— Даже если он не останется завтра на мой урок, это не значит, что ты ему безразличен.

Дейтон шаркнул ногой и на мгновение уставился в стену; его взгляд снова затуманился. — Я знаю, — наконец ответил он и скрылся в коридоре. Я очень надеялась, что Дейтон в это верит и действительно это знает.

Хотя я не была знакома с его братом, я знала, что любое время, проведенное в армии, меняет человека. ФБР изменило моего папу, а он видел далеко не так много насилия, как, вероятно, военные. Я просто надеялась, что Дейтон действительно это понимает.

Разобравшись со всеми бумагами, я отправилась домой, и теперь мои мысли были заняты запланированной вечерней тренировкой.

Ной первым провел своей карточкой в спортзале и смылся так быстро, как только смог. Я закатила глаза, но не могла его винить; я уже испортила ему несколько тренировок. Но только не сегодня. Я опустила голову, прибавила громкость в наушниках и принялась за дело, полная решимости ни на что не отвлекаться.

Пот выступил на лбу и стекал по носу, когда я закончила последний подход приседаний и вернула штангу на стойки. Сегодня я была собой весьма горда: присед шел отлично, и я ни разу не столкнулась с Гриффином. Я промокнула лицо полотенцем, и тут по спине пробежала дрожь, словно за мной кто-то наблюдал. Опустив ткань, я встретилась с пристальным, немигающим взглядом Гриффина.

Ну конечно.

Он сидел на скамье, опираясь предплечьями на мощные бедра; его неизменная толстовка была низко натянута на лоб, и он был таким же магнетическим и мрачно-задумчивым, как всегда.

Я смотрела на него, не в силах оторвать глаз.

Казалось, он был разгоряченным и взвинченным.

Я представила, что для него, должно быть, выгляжу так же. Я завелась с пол-оборота за считанные удары сердца. Всё мое тело ревело пылающим пламенем, и это знакомое скользкое, влажное чувство вспыхнуло между ног. Я хотела снова почувствовать его губы на своих. Хотела почувствовать, как его мозолистая рука притягивает меня к себе, как тогда. Мне нравилась его агрессивная страсть. Я хотела, чтобы он снова поцеловал меня так же, раздраженная тем, что это пробудило во мне нечто первобытное — закованного в цепи изголодавшегося зверя, требующего, чтобы его накормили.

Он мог бы вымещать на мне свое разочарование в любое время. Особенно если бы после этого я чувствовала себя точно так же, как в том магазине. А может, и сильнее. Я боялась, что мой собственный самоконтроль летит ко всем чертям, как бы отчаянно я ни избегала любых любовных драм.

Он снова разрушил чары, прижав пальцы к глазам и покачав головой. Проведя рукой по губам, он оглядел спортзал во всех направлениях — смотрел на что угодно, только не на меня. В чем, черт возьми, была его проблема?

С меня точно хватит.

Раздраженная, расстроенная и сытая всем этим по горло, я зашагала к нему, когда он небрежно отошел от скамьи. Не раздумывая, я схватила его за спину влажной толстовки.

— Какого черта? — прорычала я.

Он свирепо посмотрел на меня сверху вниз. — Я должен спросить тебя о том же.

— Я не смотрела на тебя так злобно, как ты на меня.

Его челюсть напряглась, желваки дернулись пару раз. — Я тебя не понимаю. Как ты могла?

В отчаянии я вскинула руки. — Как я могла что? Понятия не имею, чем я тебя так выбесила, но ты, похоже, меня ненавидишь или типа того! Я извинилась за всё, что произошло! И вообще, это всё была случайность! К тому же, это я выглядела дурой, а не ты.

— Случайность? То есть, да, по большей части так и было, но то, что ты попросила меня притвориться твоим парнем — это была случайность? То, что ты согласилась быть моей девушкой на этих выходных — это случайность? То, что ты просила меня поцеловать тебя — это была случайность? — Он был спокоен, слишком спокоен. Он ни разу не повысил голос, хотя было очевидно, что он в бешенстве.

И это злило меня еще больше. Что не так с этим парнем?

— Я не просила тебя меня целовать, — процедила я сквозь зубы, не желая привлекать внимание, несмотря на ярость, которая медленно закипала внутри.

— Ах да. Ты просто что? Хотела, чтобы я подержал тебя за ручку? Будто это остановило бы того придурка, кем бы он ни был. — Он выдернул свою толстовку из моих пальцев, и я, оступившись, сделала шаг назад.

— Ну, то есть, наверное, не остановило бы, — пробормотала я.

— Вот и славно. Значит, ты согласна, что попросила меня нагло переступить черту.

— Какую черту? О чем ты говоришь?

— О том факте, что у тебя есть настоящий парень, и прямо на его глазах у тебя хватило наглости подойти ко мне!

Я нахмурилась и закусила нижнюю губу, пытаясь сообразить, что он имеет в виду. Он сверлил меня взглядом, словно это было очевидно, в то время как для меня это оставалось тайной за семью печатями. — Пожалуйста, объясни, о чем ты. Я совершенно запуталась.

— Я говорю о том, что ты внаглую изменяешь своему парню, а он просто смотрит, как всё это происходит! — Я проследила за его рукой, когда он указал на спину человека, которого я знала слишком хорошо.

— Подожди, ты имеешь в виду Ноя? — Я ткнула большим пальцем в сторону брата, который как раз заканчивал подход становой тяги.

Гриффин закрыл глаза и покачал головой. — Знаешь что, будет гораздо проще, если я просто пойду и скажу ему всё сам. — Он повесил наушники на шею и решительно направился к Ною.

— Скажешь ему что? — Я побежала за ним.

— Знаешь, что меня по-настоящему бесит? Я никак не думал, что та девушка из антикварного магазина может запасть на парня, который выглядит так, словно едва закончил старшую школу, а я обычно хорошо разбираюсь в людях, — бросил Гриффин через плечо, отказываясь смотреть на меня.

И тут я чуть не споткнулась о собственные ноги, когда до меня дошло. Впервые он увидел нас с Ноем на той самой фотографии, которая выпала из моей сумочки. Добавьте к этому всё остальное, что он видел, и то, что мы с братом вообще не похожи, и неудивительно, что он решил, будто мы встречаемся, а не родственники.

Я издала совершенно неженственный смешок.

— Что тут смешного? — спросил Гриффин, резко останавливаясь, пока я бежала за ним. Он успел пройти почти две трети пути к Ною.

— Ты думаешь, я встречаюсь с Ноем? С этим здоровенным олухом с детским личиком, у которого еще даже яйца не опустились? — хихикнула я, пока брови Гриффина грозно сходились на переносице.

— И теперь ты так о нем отзываешься? — Гриффин в ужасе вытаращился на меня, когда я согнулась пополам и уперлась руками в колени, снова фыркнув, пытаясь сдержать душивший меня смех. Мой растрепанный хвост упал на лицо, несколько прядей зацепились за воротник моего черного кроп-топа.

— А теперь ты еще и издеваешься надо мной. Потрясающе. Хороша девушка, нечего сказать, — пробормотал он. — Тем больше причин радоваться тому, что он сейчас узнает обо всем дерьме, которое ты натворила.

Я молча подняла руку, умоляя его остановиться, но поезд уже ушел. Гриффин быстрым шагом подошел к Ною.

— Нет, — выдавила я сквозь смех. — Стой. — Но это прозвучало едва слышным шепотом; парни поздоровались и стукнулись кулаками. Такое я просто обязана была услышать, поэтому быстро поспешила к ним.

— Что? — с недоумением спросил Ной, когда Гриффин снова указал на меня.

— Повторюсь, чувак, мне жаль быть тем, кто тебе это скажет, но она тебе изменяет, — ответил Гриффин, и Ной согнулся пополам, не в силах сдержать фырканье и утробный хохот; я вдруг осознала: пусть внешне мы и не похожи, но звучать мы точно можем одинаково.

— Гриффин! — слабо позвала я, пока мышцы живота сводило от смеха, а он в замешательстве переводил взгляд с меня на Ноя и обратно.

— Что за чертовщина тут происходит? — Гриффин откинул капюшон с головы и вопросительно развел руками.

Я подняла палец, пытаясь подавить очередной приступ смеха, готовый вырваться наружу. — Гриффин, он не мой парень, — сказала я.

Его руки медленно опустились вдоль туловища. — Нет?

— Я ее младший брат, — с трудом выдавил сквозь смех Ной, и Гриффин закрыл глаза, выражение его лица смягчилось. Облегчение разлилось по его напряженной фигуре, а я закусила губу изнутри, ожидая, пока остатки смеха улягутся. Ной пару раз кашлянул и обменялся со мной взглядом.

— Хотя я ценю твое желание поставить меня в известность, раз уж ты думал, что мы встречаемся, — поспешно и официально добавил Ной, но его широкая ухмылка грозила перерасти в новый взрыв хохота.

Гриффин глубоко вдохнул и смущенно покачал головой. Когда он открыл глаза, на его губах заиграла легкая улыбка.

— Что ж, это дерьмо теперь имеет куда больше смысла. — Он тяжело вздохнул. И вежливо кивнул Ною, который предложил ему снова стукнуться кулаками, после чего Ной едва заметно поиграл бровями, глядя на меня. Брат снова надел наушники, возвращаясь к очередному подходу становой тяги.

Гриффин повернулся ко мне; гнев полностью исчез с его точеных черт лица. Он неуверенно зашагал в мою сторону. — Наверное, мне стоит извиниться за то, что я повел себя как мудак.

— Да, стоит.

— А тебе следовало бы яснее дать понять, что ты с ним не встречаешься.

— Насколько ясно я должна была это сделать? Может, мне везде ходить с табличкой: «Он мой младший брат»? — Я подняла взгляд, встретившись с его тяжелыми карими глазами.

И он одарил меня дурацкой улыбкой.

— Ты и правда мудак, — пробормотала я, но, боже, как же было приятно больше на него не злиться. Наполнив легкие свежим воздухом, я продолжила: — Может, попробуем познакомиться заново?

Нежная улыбка коснулась его губ. — Привет, я Гриффин, и обычно я не такой уж мудак.

— Только наполовину мудак, — поддразнила я, и он покачал головой. — Приятно познакомиться, Гриффин. Я Джейн, и обычно я не такая назойливая.

— Нет, ты просто язва с повышенной тревожностью. — Он подмигнул, а я ахнула, изображая шок.

— Как ты догадался?

Он усмехнулся и направился к скамье, а я последовала за ним, заинтригованная одной мыслью. — Кстати, если ты думал, что я с кем-то встречаюсь, то почему все равно поцеловал меня и попросил стать твоей фейковой девушкой? — спросила я.

Он сел на край черной обивки и посмотрел мне прямо в глаза. — Я хотел получить неопровержимые доказательства, прежде чем разрушить чьи-то отношения.

— Ого?

— И, если мне не изменяет память, ты ответила на мой поцелуй, язва, — добавил он с кривой ухмылкой. Мне нравилась его улыбка. Вот таким я и запомнила этого мужчину из антикварного магазина.

— Это ты меня поцеловал. Вот и всё, что было.

— Ладно, как скажешь. — Он подмигнул и лег на скамью. — А теперь либо подстрахуй меня, либо иди делай следующее упражнение. Я слишком засиделся.

Я зашла за скамью, пока он устраивался под штангой. — Тебе вообще нужна страховка? — спросила я, и он лукаво усмехнулся, снимая штангу со стоек и начав без малейших усилий делать повторения. Мой взгляд скользил по его фигуре; с каждым жимом толстовка натягивалась на его мышцах. Кожу покалывало от этого зрелища.

Я заставила себя прекратить это постыдное разглядывание. — И, если тебе интересно, моему брату двадцать, так что он не такой уж и малолетка, — произнесла я, надеясь скрыть то, как откровенно я на него пялилась.

Гриффин замер на середине повторения, затем дожал штангу, со звоном вернул ее на стойки, сел и повернулся ко мне. — Всё равно ребенок. Совратительница малолетних.

— Мы не встречаемся, Гриффин! — воскликнула я, и он разразился сексуальным хохотом, заставив девушку по соседству откровенно уставиться на него. Ее глаза расширились, щеки залил румянец, и она поспешно отвернулась.

— Я знаю, язва.

Боже, этот парень одновременно бесил и будоражил, но мне нравился этот поворот на 180 градусов, который мы совершили. Подобные перепалки были куда веселее и, признаться, немного тешили мое самолюбие. — И еще один вопрос: почему ты так долго ждал, чтобы выяснить, встречаемся мы или нет? Почему не спросил раньше?

Он закрыл глаза, вскинул брови и посмотрел на меня так, словно ответ был очевиден. — Я пытался спросить несколько раз, даже в супермаркете, но у тебя есть дурная привычка постоянно сбегать до того, как мне выдастся шанс.

Я судорожно вздохнула и поморщилась. — Точно. Та-а-ак, ты уже узнал что-нибудь насчет этих выходных? — Я поспешно сменила тему, чувствуя, как горят щеки.

— Ну, да. Я узнал, что не приведу с собой изменщицу, — усмехнулся он; в его глазах плясали смешинки.

Я показала ему язык, наблюдая, как его пальцы ерошат волосы; это вызвало крайне некстати вспыхнувшее чувство возбуждения внизу живота. — Моя мама сказала, что, надеюсь, к завтрашнему вечеру они окончательно всё спланируют.

— Хорошо, держи меня в курсе, — ответила я, подавляя в себе желание почувствовать его руки на своем теле, и направилась к гантелям, чувствуя себя в тысячу раз легче. По крайней мере, он больше на меня не злился.

Не в силах удержаться, я оглянулась через плечо на его ссутулившуюся фигуру — он смотрел мне вслед, — и не смогла сдержать смешок. Поверить не могу, что он считал, будто я встречаюсь с Ноем, и именно это было причиной его непонятной враждебности.

Но в то же время напрашивался вопрос: почему его это так сильно задело? Испытывал ли он определенные чувства, которые его раздражали, потому что он считал их безответными? В животе вспыхнула крошечная искра, щекоча надежду на самом краю мысли, о которой мне вообще не следовало бы даже задумываться.