Кристине не спалось.

Мысли играли в салочки и не отпускали даже под натиском недомогания. Мужчина, которого в храме звали просто Драконом, давно ушел, и поговорить о нем с Арчибальдом она не решилась. Сегодня на нем не было маски — но она все равно узнала, не могла не узнать…

Подслушивать было опасно, но неизвестность страшила сильнее. Новость о том, что Джимми планируют отправить на опыты, ее почти не огорчила. После его побега с подлодки она скорее чувствовала некую мстительную радость. Странное влечение, которое она ощущала после встречи в храме, прошло, теперь она и сама не могла понять, что именно тянуло ее к бывшему любовнику помимо задания доктора. Впрочем, долго размышлять об этом ей не хотелось.

Куда интереснее была новость о Королеве.

Она плохо помнила разговор прошлой ночью, однако мысль о единственной девушке, которую Ливси любил в своей жизни, осталась в сознании. Королева драконов, единственная и прекраснейшая… Да, ради такой можно пойти на любые жертвы, и уж конечно, храмовой шлюхе с нею не сравниться. Но именно сейчас появление другой женщины ломало все планы Кристины на спокойную жизнь.

Арчи весь вечер отмалчивался, и было в выражении его лица что-то такое, что она не решилась задавать вопросы. Сейчас доктор спал, да и кобры с ним, она не нуждалась в обществе. Кристина любила одиночество. Для всех она была легкой на подъем приспособленкой, но внешняя беззаботность скрывала сильную внутреннюю надломленность. Она шла по жизни наугад, словно слепая, не имея четкой цели и особенных желаний, постоянно попадала в переделки, выбиралась ценой многих жертв и сейчас попала в ситуацию, где нет места ошибке. Любая мелочь может стать фатальной. Она делит постель с фанатичным убийцей, с драконом, она носит его дитя. Ее дитя.

Сможет ли она выносить дракона после тех издевательств над ее телом, после всех загубленных жизней? Что станет с нею после того, как малыш родится? Каким он будет? Сможет ли она его воспитать, или Ливси выставит ее за дверь, стоит Королеве поманить пальчиком? Ничто не сможет ему помешать. Кристина не питала никаких иллюзий. Она завлекла в свои сети очень сложного мужчину, привязала своим телом и будет пытаться ему не надоесть. Во взгляде Арчи проскальзывали порой искры теплоты, но жить с таким психопатом смертельно опасно. Мужчины меняются, только если сами того хотят, а не из-за внешнего воздействия. Захочет ли он измениться ради ребенка? Остаться с ней? Кристина неосознанным движением погладила пока еще плоский живот. В любом случае сожительство с драконом — это скользкая дорожка над пропастью, и ей придется очень постараться, чтобы выжить.

Жаль, что сама она ничем не может помочь в его исследованиях. В свое время учеба казалась ей ужасно скучной, но если бы…

Фантазии оказались неожиданно притягательными. Да, она могла бы стать, к примеру, медсестрой, отец не был бы против. Тогда сейчас Арчи ценил бы не только ее тело, но и умения. Она подавала бы ему инструменты во время операций, выдавала лекарства пациентам, следила за порядком в лаборатории, кормила русалок…

Она вздрогнула и остановилась.

Прямо перед ней призывно светилась дверь в лабораторию.

Кристина крепко зажмурилась, потом открыла глаза — дверь осталась на месте. Охранники по обе стороны от нее слепо таращились в пространство, у того, что слева, стекала по подбородку ниточка слюны. Стоило бы вернуться и разбудить Арчи — как вообще она умудрилась выскользнуть из постели, не потревожив его? Но неожиданное любопытство оказалось сильнее.

Кристина сделала осторожный шаг вперед. Охранники по прежнему ее игнорировали, будто спали наяву — а вот русалки бодрствовали.

Они звали ее.

Слегка подсвеченные снизу резервуары искажали и без того малоприятные черты существ, их плавники отбрасывали тени, а выпуклые глаза, казавшиеся в сумраке черными, не отрываясь смотрели на Кристину. Она слышала голоса пленниц сквозь воду, сквозь толстое стекло, но так четко и ясно, будто они вещали прямо в ее голове.

— Ты слышишь нас. Ты можешь остановить их, доктора и ученого, — сказали они. — Нужно торопиться, иначе быть беде.

— Какой беде? Почему я вас понимаю, почему кроме меня никто не слышит?

— Ты — измененная, способная выносить дитя дракона. Новое начало — химеру. Дитя влияет на тебя, меняет твое тело и разум. Послушай, самка человека, и расскажи всем.

В их родном мире обитали два разумных вида. Шинтани и афалеоны, русалки и драконы — выходцы из одного мира, беженцы, дальние родственники. Разница между видами — в нескольких компонентах строения клетки, это позволило им расселиться по своему миру: крылатые на суше, хвостатые — в воде. Цивилизация росла, множились знания, ученые с обеих сторон совершали открытия и процветали, начались эксперименты по открытию других миров. Лучше всего порталы работали на морском дне, потому русалки вынужденно стали хранителями Врат.

А потом случилась катастрофа — мир шинтани и афалеонов накрыла вечная зима. Морозы по всему континенту, океаны и моря начали замерзать — зато пробуждались вулканы. Снег и пепел — застилающие небо, падающие черными хлопьями на землю…

Было принято решение уходить в похожий мир. Они почти успели, но… Всегда есть какое-то но.

— Сначала уходил молодняк и женщины, слишком мало женщин… Афалеоны спасали потомство, старшие особи не успели. Мы оказались в более выгодном положении.

В тот момент, когда планета раскололась, выбрасывая свое нутро на поверхность, старые драконы и ученые были на пути к Вратам. Но шинтани не могли ждать. Они ушли и запечатали проходы навсегда.

Молодые афалеоны не имели накопленных знаний, многое было утеряно, в том числе умение пользоваться порталами — и общаться с другим видом. Неизвестно, что повлияло на умение, но факт остается фактом: русалки и драконы перестали друг друга понимать.

Шинтани ушли в глубины океанов, остались хранителям утерянных знаний о погибшем мире и всеми силами обороняли Врата…

— Ученый пытается расшифровать наши предупреждения на Вратах, злой доктор — ставит эксперименты, но это все не важно. Важно остановить их, если они откроют Врата в наш родной мир — умрет и этот. Ученый говорил о разграблении города шинтани у Врат, мы скорбим, мы предупреждаем! Спаси свой мир, самка человека! Им нельзя, нельзя, нельзя!

На последних словах голоса пленниц сорвались на визг. Кристина вскрикнула и зажала уши ладонями, но вопли пробирались под черепную коробку, звенели в голове, вызывая боль и тошноту. Но она должна была передать, объяснить, должна была…

* * *

Охранник действительно принес одежду и одеяла. Это слегка примирило Джеймса с действительностью, но планов насчет побега не поколебало. Лорд Элессар на прямой вопрос пожал плечами и сообщил, что он мог бы разнести ледник на кусочки — он чувствует запертую воду совсем рядом, уж кто-кто, а Болотный дракон с водой договорится. Увы, блокирующий магию браслет не позволял свершиться столь эффектному действу. Но разве вор, взломавший магическую защиту на кабинете ректора, не справится с одним браслетом? Наверняка у него есть инструменты и навыки!

— Ну разумеется, — буркнул Джеймс, кутаясь в одеяло. Он прошелся по камере и остановился у двери, задумчиво ее разглядывая. — Каждый раз, когда я отправляюсь в гости к Королеве драконов, непременно беру с собой чемодан отмычек. Мало ли, по пути попадется сокровищница. С таким же дурацким замком, как здесь…

— Ты и без чемодана способен на многое, — хмыкнул Элессар. — Показывай, что там у тебя.

Джеймс, помедлив, вынул из-под одежды свою добычу. Кольцо с когтем не тянуло на профессиональную отмычку, но в том состоянии он мало что соображал и действовал скорее интуитивно. Королева взяла его за руку, металл коснулся пальцев — дальнейшее было делом техники. Очень удобно, что пленников обыскали заранее…

— Эта штука у вас на руке выглядит цельнолитой, — проговорил вор, пока дракон с любопытством рассматривал кольцо. — Я не разбираюсь в магии настолько, чтобы ее открыть, а вот с дверью можно попытаться. Другой вопрос, что там охрана, да и вообще толпа драконов.

— Зато в магии разбираюсь я, — ректор вернул кольцо и тоже поднял с койки одеяло. Подержал, уронил обратно. — Лучше бы ты снова утащил серьги… Но будем работать с тем, что есть. Дождемся ночи.

План был прост, как все гениальное. Сам дракон являлся существом магическим, и полное отсутствие доступа к магии убило бы его — впрочем, сделать такой артефакт, насколько знал Элессар, пока никому не удалось. Браслет не давал ему превращаться и активно работать с энергией, но если бы в руки ректора попал другой магический предмет, пусть даже самый мелкий…

— Ночью охраны наверняка меньше, я чувствую, как они двигаются. Откроешь дверь, закроешь дверь. Найдешь любой артефакт — вообще любой, понимаешь? Сгодится даже просто крупный драгоценный камень. Вернешься, я взломаю эту штуку, а потом по обстоятельствам. Понял?

— Допустим, — Джеймс присел перед дверью на корточки и заглянул в замочную скважину. — А если они придут, а меня нет?

— Притворимся, что ты спишь, — Элессар несколькими движениями собрал из одеял на койке подобие человеческой фигуры. — Вряд ли они станут присматриваться. Но на всякий случай не уходи далеко.

Заблудиться в незнакомом месте Джеймс не боялся, но риск наткнуться на дракона был велик. Лорд Элессар подсказал момент, когда охраны не было рядом, замок открылся почти без труда, и вот теперь лучший вор Драконвиля крался по коридору, надеясь, что удача ему не изменит.

Еще две камеры по левую руку — пусто. Охранник на углу — словно спит с открытыми глазами, не реагируя ни на что. Разбираться в этом феномене было некогда, и Джеймс тихо проскользнул мимо, пока зачарованный страж не пришел в себя. Поворот, лестница, два десятка ступеней вниз — Ливси что-то болтал о том, что его лаборатория совсем рядом, там уж наверняка должны быть хоть какие-то артефакты…

Охрана спала и здесь. Света в лаборатории почти не было, и искать, где он зажигается, Джеймс не рискнул. В центре, правда, что-то светилось и булькало, но он предпочел держаться в тени и сразу от входа скользнул вправо, за столы и шкафы. Здесь пусто, здесь тоже, здесь ящик с какими-то железками…

Как выяснилось, смотреть нужно было еще и под ноги. Второй ящик прятался в тени под столом, споткнувшись, Джеймс едва не полетел на пол. Не дожидаясь, пока охрана очухается и пойдет проверять, что за шум, он нырнул за ближайший шкаф и притаился.

Тихо.

Полминуты Джеймс стоял, не шевелясь, но охранники продолжали его игнорировать. Странно. На сверхсекретной базе не должно быть идиотов, спящих на посту, тем более сразу полным составом. Напрашивается вывод о диверсии… Неужели их уже пришли спасать?

Впрочем, лучше перестраховаться.

Осторожно оглядевшись, Джеймс подобрал с пола скальпель и сунул за пояс, после чего продолжил осматривать лабораторию. Шкаф, за которым он прятался, оказался заперт, но вора это не смутило. Замок оказался чуть сложнее, чем на двери, но и содержимое было поинтереснее пары пленников: стоило приоткрыть дверцу, как из-за нее брызнул свет.

— Это я очень удачно зашел, — пробормотал Джеймс, сгребая с полки сразу несколько драконьих кристаллов и распихивая их по карманам. Кто знает, сколько штук понадобится ректору, лишними не будут…

Прикрыв шкаф, он неслышно двинулся дальше. Вряд ли доктор хранил на рабочем месте оружие, да и искать уже было некогда, разве что быстро обойти лабораторию и бежать прочь. Но любопытство все-таки победило и Джеймс решил одним глазком посмотреть на источник света — вдруг окажется что-то полезное?..

Он почти сразу понял, что ошибся.

Первым порывом при виде русалок было зажать уши, но пленницы в стеклянных колбах интересовались им не более, чем охрана. Все их внимание притягивала замершая у стекла фигура. Падающий от аквариумов свет превращал человека в темный силуэт, но, присмотревшись, Джеймс определил, что силуэт, во-первых, женский, а во-вторых, весьма знакомый.

Кристина. Снова она. Черт побери, она нарочно гоняется за ним по планете?!

Стремясь остаться незамеченным, Джеймс тихонько шагнул назад. О чем именно секретничала бывшая подружка с русалками, он знать не хотел, но если она ходит по базе драконов безо всякого надзора, не стоит попадаться ей на глаза. Однако в следующий миг все планы вылетели из головы.

Русалки закричали.

Это не было похоже на пение, зачаровавшее его на подлодке. Дикий, нечеловеческий визг ввинчивался в уши, рвал сознание на части, резонировал в груди, сбивая дыхание. Звук накатывал волнами, странно, что охраны все еще нет, и еще более странно, что сквозь дикие вопли прорываются голоса…

«Иди сюда… Помоги ей…»

Когда он пришел в себя, вокруг снова царила тишина. Русалки молча наблюдали, как он на подгибающихся ногах подходит ближе, опускается на колени возле распростертой на полу Кристины и пытается найти пульс. Впрочем, он мог и не стараться, девушка явно была жива. Хотя глаза ее были закрыты, губы непрестанно шевелились, и тихий шепот звучал сейчас едва ли не громче русалочьих воплей.

Драконы. Русалки. Врата между мирами.

Чушь собачья.

Джеймс сделал движение, чтобы подняться, но русалки угрожающе зашипели, и он понял намек.

— Крис, очнись. Ты жива? Давай, девочка, приходи в себя…

Он осторожно похлопал девушку по щекам. Это помогло — Кристина недоуменно поморщилась, заморгала, словно только проснулась, поймала его взгляд… Джеймс поймал ощущение дежа-вю, но на сей раз Кристина даже не попыталась дать ему пощечину, лишь тяжко вздохнула.

— Снова ты… Святая Мадонна, когда же ты пропадешь из моей жизни?

— Я задаю себе тот же вопрос, — буркнул вор, помогая девушке подняться. — Что за аттракцион с русалками?

Она помотала головой, явно не желая распространяться на эту тему. Джеймс оглянулся через плечо, но твари в аквариумах дружно сделали вид, будто его не замечают. Неужели именно они зачаровали охрану? Как бы то ни было, нужно спешить.

— Держи, — он стащил с себя выданную охраной куртку и накинул на плечи дрожащей девушке. — И валим отсюда, пока охрана спит, у них наверняка найдутся вопросы.

Кристина послушно прошла несколько шагов к двери, а потом вдруг остановилась.

— Ты же в плену.

— Ну… Вроде того. А ты нет?

— Нет, — Кристина с вызовом взглянула ему в глаза, и выражение ее лица Джеймсу очень не понравилось. Не хватало еще устроить ссору…

— Послушай, я понимаю, что ты могла обидеться за мой побег, но…

— Мне плевать на тебя, — перебила она. — И тебе плевать тоже, не притворяйся. Я понятия не имею, что ты тут делаешь, но на сей раз моя шкура мне важнее.

Инстинкты взвыли, предупреждая об опасности, Джеймс попытался схватить рванувшуюся в сторону девушку за руку, и ему это даже удалось. А в следующий миг Кристина свободной рукой хлопнула по кнопке на столе, и лабораторию затопили свет и звук.

— Сигнал тревоги! — крикнула девушка, и на ее лице расцвела торжествующая улыбка. Джеймс рефлекторно рванулся, но теперь уже его держали за руку. — Думаю, из тебя получится очень милый дракон… Уже завтра!

Ему наконец удалось вырваться, но в коридоре за дверью уже слышались голоса и шум. Охрана ворвалась в лабораторию, и вор не стал сопротивляться, даже послушно поднял руки, давая забрать скальпель. Последним в лабораторию вломился Ливси, на ходу запахивая халат, бросился к Кристине, что-то спрашивая… Надо же, какой заботливый. Впрочем, с ее характером сойтись с психованным драконом — самое то.

Кристина поймала взгляд Джеймса, и тот вздохнул.

— Мстительная стерва, — произнес он, просто чтобы не молчать. Она ответила милой улыбкой.

— Блудливый кобель. Арчи, я так устала…

Доктор без слов подхватил девушку на руки и поволок к выходу. Джеймс отвернулся, не желая встречаться с ним взглядом, лишь краем уха вслушивался в приказы — обыскать, запереть отдельно, подготовить к ритуалу…

Когда охрана выводила его из лаборатории, Джеймс обернулся на русалок, и их взгляды показались ему сочувствующими.