Меня выволокли из камеры двое — тот самый здоровяк, что лыбился у двери, и еще один, поменьше, с бегающими глазами и нервными, цепкими пальцами. Арчи попытался было вырваться следом, но дверь захлопнулась у него перед носом. Кот заорал так, что, наверное, его было слышно даже на верхних этажах башни, но сектанты даже ухом не повели.

— Не дергайся, — бросил здоровяк, чувствуя, как я напрягаюсь.

Я его не послушал.

Результат был мгновенным: кто-то из них — я не понял, кто именно, — коротко взмахнул рукой, и в грудь ударило так, будто меня протаранил грузовик. Магия — грубая, жесткая, — едва не вырубила сознание. Меня согнуло пополам, из легких вышибло воздух, перед глазами поплыли багровые круги.

— Я же сказал: не дергайся, — повторил здоровяк без всякой эмоции.

Меня подхватили под руки и потащили дальше. Ноги не слушались, волочились по каменному полу, набивая синяки. Сознание так и норовило и норовило уплыть куда-то в теплую, безопасную темноту, но я цеплялся за реальность из последних сил. Нет, сейчас нельзя отрубиться. Только не сейчас.

Коридоры под водонапорной башней оказались длиннее, чем я думал. Мы шли мимо таких же низких сводов, мимо колонн, мимо старых кирпичных арок, сложенных еще в прошлом веке, а то и раньше. Где-то в стенах были вмурованы ржавые кольца — для факелов, что ли? Сейчас они не использовались — коридоры освещали редкие магические светильники, тусклые, с мертвенным зеленоватым оттенком.

В одном месте я заметил ответвление, уходящее куда-то вниз, в еще более глубокую темноту. Оттуда тянуло холодом и сыростью.

— Туда лучше не соваться, — перехватил мой взгляд тот, второй, нервный. Было видно, что сектант любит поболтать. — Там старый коллектор. Магический фон там такой, что и за сутки не выберешься.

— Заткнись, — бросил здоровяк. — Не распускай язык при жертве.

— Какая разница? — нервный дернул плечом. — Все равно он…

— Заткнись, я сказал.

Они замолчали. Я попытался запомнить дорогу — повороты, ответвления, характерные отметины на стенах, — но магический удар все еще отдавался в голове глухой пульсацией, и мысли путались.

Наконец мы вышли в большой зал.

Не тот, где я видел сектантов в первый раз. Другой — больше, выше, с настоящим алтарем в центре. Алтарь был вырублен из цельного куска черного камня, отполированного до зеркального блеска. По краям его тянулись желобки.

«Для стока крови», — понял я.

Однако не это заставило меня ужаснуться. В центре зала, прямо над алтарем, в воздухе висел…

Портал!

Сгусток пульсирующей тьмы, из глубины которой иногда доносились странные звуки, от которых волосы на затылке вставали дыбом.

Они открыли портал! Но как? Зарен? Да, видимо Зарен дал им необходимые заклятия. Но зачем? Ответ предстояло выяснить.

Вокруг алтаря стояли сектанты. Те же, что и в прошлый раз, только теперь их было больше. Человек пятнадцать, не меньше. Все в длинных черных одеждах, с капюшонами, низко надвинутыми на лица. В руках у некоторых — свечи. У некоторых — ножи. У некоторых — странные амулеты, поблескивающие в полумраке.

Главарь — высокий, сухой, с бесцветными глазами — ждал у алтаря. Рядом с ним на низком столике лежали инструменты: ножи с узкими лезвиями, чаши, ампулы, стеклянные палочки для перемешивания.

Меня подвели к алтарю.

— Положите, — велел главарь.

Меня грубо развернули и толкнули. Я упал на холодный камень, больно ударившись коленями и локтями. Кто-то навалился сверху, прижимая лопатками к алтарю. Кто-то схватил за руки, вытягивая их вдоль тела.

Я дернулся — и снова получил магический удар. На этот раз слабее, предупредительный. Из глаз посыпались искры.

— Не тратьте силы, — спокойно сказал главарь. — Жертва еще понадобится.

— Он буйный, — буркнул здоровяк.

— Все буйные в начале. — Главарь подошел ближе, наклонился, вглядываясь в мое лицо бесцветными рыбьими глазами. — Ничего. Ритуал усмирит. Жертва должна увидеть Врата. Таков порядок.

Он выпрямился и сделал знак рукой.

Из темноты вышли двое. В руках у них были какие-то странные приспособления — подставки с зажимами, похожие на те, что используют в больницах для капельниц. Их установили по обе стороны от алтаря.

— Сейчас я введу тебе раствор, — произнес главарь тоном, будто объяснял ученикам очередной урок. — Он очистит каналы, сделает тебя более восприимчивым к контуру. Ты увидишь Врата. Ты почувствуешь их. А когда придет время — ты отдашь свою кровь, чтобы они открылись.

— Зачем? — не смог сдержаться я. — Зачем вам это?

— Чтобы получить то, что нам обещано.

— Кем? Зареном?

Он чуть заметно усмехнулся, но ничего не ответил.

Он кивнул, и один из сектантов — тот, с бегающими глазами, — подошел ко мне с узким, длинным предметом в руках.

— Держите его, — велел главарь.

Зал вдруг наполнился низким, протяжным гулом. Сначала тихим, едва различимым, но с каждой секундой он нарастал, превращаясь в вибрацию, от которой начали мелко дрожать каменные плиты пола. Свечи на стенах замигали, тени заметались, будто живые.

Ампула выпала из рук сектанта и разбилась о камень.

— Что… — начал главарь, оборачиваясь. И сам замолчал.

Портал в центре зала дрогнул.

Не так, как раньше — не пульсирующая, размеренная дрожь живого организма. Нет. Он задрожал крупной, судорожной дрожью, будто по его поверхности прошелся разряд электричества. Тьма внутри заклубилась быстрее, заворачиваясь спиралями, и из глубины донесся звук — низкий, гортанный, полный ярости и боли.

— Кто нарушил контур⁈ — закричал главарь, впервые теряя самообладание. — Кто прикоснулся к…

Он не договорил. В тот же миг из портала вырвался сгусток тьмы, ударивший в потолок и разлившейся по залу маслянистой, вязкой волной.

Мрак? Арчи!

Кот остался в камере. Но у него остался дар в виде Мрака — та самая странная способность, которой он пользовался, когда хотел отвлечь внимание или напугать противника. Я не знал, как именно, но я был уверен: это его рук дело. Или, скорее, лап.

— Стабилизируйте! — рявкнул главарь — попытка кота запугать его не удалась, секант явно понимал, что это аиллюзия не принесет ему вреда.

— Стабилизируйте! — повторил он жестче, но голос потонул в новом звуке — скрежете, будто кто-то огромный царапал когтями по стеклу изнутри портала.

А вот это уже точно не Арчи…

Портал вновь дрогнул и из него начало что-то появляться…

Сначала — лапа. Толстая, бугристая, покрытая чешуей, темно-серой, с красноватыми прожилками, будто под кожей текла раскаленная лава. Когти — длинные, изогнутые, похожие на кинжалы, с тусклым металлическим блеском. Лапа вцепилась в край стены, и камень под лапой пошел трещинами.

Потом я увидел морду, вытянутую, с плоским, скошенным черепом и огромной пастью, усеянной рядами зубов. Желтые глаза с вертикальными зрачками зыркнули на сектантов.

Портал, они активировали портал. Но почему раньше времени? Опять сбой? Или иллюзия Арчи послужила каким-то спусковым механизмом?

Сектанты явно не ожидали такого поворота событий. Кто-то побежал к выходу, кто-то замер на месте, парализованный ужасом. Один из них — тот, с бегающими глазами, — попытался было выставить руку, чтобы ударить магией, но тварь оказалась быстрее.

Она стремительно вырвалась из портала наполовину, ее лапа метнулась вперед. Когти вонзились в плечо сектанта, дернули, и бедолага с криком полетел прямо в пасть.

Хруст. Крик, потонувший в чавкающем жутком звуке. Тварь сожрала сектанта в считанные секунды.

В зале воцарилась паника. Люди начали метаться, натыкаясь друг на друга, кто-то попытался колдовать, но заклинания тут же рассыпались, не долетая до цели. И только главарь остался на месте — бледный, но спокойный, и я заметил, что его правая рука сжата в кулак.

Мне бы тоже следовало встать с камня и побежать, но сейчас нельзя действовать одними эмоциями — так недолго и в пасть твари прямиком заскочить. Я присмотрелся.

Между пальцев пробивался свет. Тусклый, зеленоватый, пульсирующий словно бы в такт сердцебиению. Маленький предмет, размером со спичечный коробок, зажатый в его ладони. От него тянулись тонкие, почти невидимые нити — они уходили к порталу, вплетались в его структуру, удерживали край, не давая твари вырваться окончательно.

Артефакт. Сдерживающий. Что-то вроде предохранителя.

Каждый раз, когда монстр дергался, пытаясь пролезть дальше, артефакт вспыхивал ярче, и портал сужался, сжимал тварь, как удавка. Монстр рычал, царапал камень, но не мог вылезти целиком. Только лапа и голова — остальное оставалось по ту сторону.

А вот это интересно.

— Держать! — крикнул главарь, но его никто не услышал. — Держать контур, идиоты!

Сектанты побежали. Не все — двое-трое остались, пытаясь навести порядок, но их было слишком мало. А тварь, сожрав первого, уже тянулась за вторым.

Я понял: это мой шанс.

Рядом со мной стоял тот самый здоровяк, что волок меня из камеры. Он смотрел на портал, забыв обо мне. Я не раздумывал ни секунды.

Собрав все силы, выгадав момент, я спрыгнул с алтаря и ударил тому в колено. Нога здоровяка подогнулась, он заорал и начал заваливаться назад. Еще удар — в голову, — и бандит без сознания. Я рванул рукой — браслеты все еще блокировали магию, но не движения. Ладонь скользнула по чужой спине, пальцы нащупали кинжал на поясе.

Я выдернул его, перевернул и одни движением рассек магический удерживающий браслет. Тот звякнул, посыпались искры. Металл не поддался, но ослаб.

Еще удар. Браслет лопнул.

Магия хлынула обратно — резко, больно, будто в вены влили кипяток. Я застонал, но не остановился. Второй браслет разлетелся в щепки, и я вскочил на ноги, все еще сжимая кинжал.

В зале творился ад.

— Держать монстра! Не дай ему вырваться! — зарычал главарь.

На удивление остальные культисты послушали вожака, принялись вновь сотворять какое-то заклятие. Но явно проигрывали противнику. Тварь ловко управляла длиной своей многосуставчатой лапой, которой хватала даже из самого дальнего уголка людей. Чудовщие сожрало второго сектанта и теперь тянулась к третьему. Главарь продолжал сжимать артефакт. Рука сектанта дрожала — нити, удерживавшие портал, истончались на глазах. Еще минута, и монстр вырвется окончательно.

Я рванул к главарю, не думая, не анализируя — просто действуя на чистом инстинкте. Секунда — и я уже рядом.

— Нам нужно… объединится, — произнес я.

Главарь выпучил свои рыбьи глаза. Да, прозвучало мое предложение конечно дико, но сейчас оно было самым разумным, из всего, что тут пытались сотворить сектанты. Только объединение сил сможет побороть такого мощного противника. Иначе тварь просто сожрет нас всех, не разбирая кто хороший, а кто плохой…

— Вместе мы можем одолеть монстра!

— Кто тебя выпустил⁈ — прорычал он. И зыркнул по сторонам. — А ну взять его! Схватить! Выпустить ему внутренности!

Понятно. Взывать к разуму у этого идиота сейчас бессмысленно. Мало того, он сейчас лишняя проблема.

Поэтому… Прямой боксерский хук — и главарь полетел на каменный пол, выронив артефакт.

Маленький предмет покатился по камню, и я накрыл его ладонью.

Теплый. Пульсирующий. Живой.

Ага, вот он мне и нужен. Я поднял артефакт. Но не успел активировать. Нити, удерживавшие портал, дернулись, истончились и лопнули. Монстр за спиной победоносно взревел — понял, что наконец свободен.

Кажется, пора валить.

Я побежал к выходу из зала, туда, где в стене темнел узкий проход, ведущий в коридоры.

— Взять его! — закричал главарь, вытирая кровь из разибитой губы. — У него артефакт! Без него мы не удержим…

Договорить он не успел.

Сзади раздался крик — чужой, полный агонии. Я краем глаза увидел, как тварь, вырвавшись наконец из портала, обрушилась на ближайшего сектанта. Ее пасть сомкнулась на чьем-то плече, брызнула кровь. Кто-то заверещал, кто-то заорал, призывая на помощь.

Хаос. Настоящий, кровавый хаос. А ведь могли объединиться. Главарь сам себе подписал смертный приговор…

В проходе, ведущем из зала, было темно. Я нырнул в него, почти не видя дороги, ощущая ступнями неровный, скользкий камень. Сзади — топот, крики, звон металла.

— Держите его! Он побежал в левое крыло!

— А тварь⁈

— Плевать на тварь! Артефакт у него!

Я петлял, как заяц, ныряя в боковые проходы, сворачивая за колонны, перепрыгивая через ящики и мусор, оставленный неизвестно кем и неизвестно когда. В одной руке — артефакт, пульсирующий теплом. В другой — кинжал, который я так и не выпустил.

Арчи.

Где Арчи? Нужно выпустить его. Вспоминая дорогу, которой меня привели сюда, я нашел, кажется, нужный коридор. Черт, они все так похожи!

— Арчи! — крикнул я, уже теряя надежду. — Арчи, ты где⁈

— Да здесь я! Здесь!

Голос доносился откуда-то справа, из узкого бокового ответвления. Я метнулся туда, едва не сломав ногу о что-то железное. Удар кинжалом — и замок на двери грохнулся на пол. А ножичек то магический!

— Ты как? — выдохнул я, хватая его и засовывая за пазуху.

— Жить буду! — прошипел Арчи, цепляясь когтями за куртку. — Валить надо!

Мы нырнули в следующий коридор — низкий, сводчатый, с влажными стенами и лужами на полу. Сзади послышались голоса. Несколько человек. Трое? Четверо? Не меньше. Идут по следу. Ругань, сбивчивое дыхание, короткие, злые команды.

— Он свернул к коллектору!

— Не уйдет! Там тупик!

Я замер на секунду, прислушиваясь. Коллектор? Тупик?

— Налево! — неожиданно рявкнул Арчи. — Там ход, я видел, когда они нас тащили!

Я свернул.

Коридор расширился, превратившись в подобие зала — не такого большого, как ритуальный, но все же просторного. Здесь было темнее, только редкие магические светильники тускло мерцали на стенах, отбрасывая длинные, искаженные тени.

— Догонят, — прохрипел я, не сбавляя темпа.

— Не догонят, — ответил Арчи. — Ты слышишь?

Я прислушался.

Сзади — погоня. Но все это перекрывал другой звук. Низкий, гортанный, от которого кровь стыла в жилах.

Тварь.

Она вырвалась. И теперь ее рык разносился по коридорам, сотрясая стены, заставляя сектантов кричать громче и бежать быстрее — но не за мной, а от нее.

— Отлично! — Арчи оскалился. — Пока тварь на свободе у нас есть шанс.

Шанс — это верно. Но рано или поздно тварь расправится с сектантами и придет за за нами.

Мы побежали. Коридоры петляли, как змеи, норовя завести в тупик. Арчи сидел за пазухой, вцепившись когтями в куртку, и время от времени выкрикивал направления:

— Прямо!.. Налево!.. Обходи справа, там нет хода!

Я слушался, не думая. Ноги гудели, в груди жгло, но адреналин гнал вперед, не давая остановиться.

Сзади уже не было криков. Только топот. Кто-то из сектантов все еще преследовал, а кто-то остался там, в зале, где тварь пировала. Я слышал ее рык — низкий, гортанный, он разносился по коридорам, сотрясал стены, заставлял пыль сыпаться с потолка.

— Тварь злая и голодная, — сказал Арчи. — Прибавь!

Я прибавил.

Мы свернули в очередной проход — узкий, с низким сводом, где пришлось пригнуться. Под ногами захлюпало.

— Куда-то путь этот нас выведет? — спросил я, надеясь, что Арчи помнит дорогу.

— К лестнице! — отозвался кот. — Еще немного!

Мы выскочили в небольшой зал — квадратный, с колоннами по углам и высоким потолком, теряющимся в темноте. Здесь было светлее: горели два магических светильника, отбрасывая тусклый, зеленоватый свет. Пол был ровным, каменным, без луж и мусора.

Но лестницы, ведущей на выход, там не было. Вместо нее… тварь из портала!

Я замер как вкопанный.

— Чтоб меня… — только и смог выдохнуть Арчи.

— Как она…

— Нашла обходной путь. Звери чуют это, — ответил я.

— А почему ты не почуял?

Тварь зарычала и сделала шаг вперед.

Я попятился, нащупывая в кармане артефакт. Главарь сектантов удерживал с помощью камня монстра. Может, и у меня получится?

— Лекс! — крикнул Арчи. — Ты чего застыл⁈

Я не ответил. Вытащил артефакт и направил его на тварь, как оружие. Не знаю, зачем. Не знаю, как. Просто сделал — на чистом инстинкте, на отчаянии.

Артефакт вспыхнул. Зеленоватый свет ударил в потолок, и от него, как паутина, потянулись тонкие, почти невидимые нити. Они обвили иномирца, как веревки.

Монстр взревел. Дернулся, попытался вырваться, но нити держали крепко.

Я сжал артефакт, чувствуя, как он вытягивает из меня силы. Теперь понятно, почему главарь держал его с опаской. Продержишь чуть больше — и упадешь без сил.

Магия внутри меня откликнулась — пустота застонала, забилась. Я потянул на себя, используя свой дар, чтобы усилить хватку.

Нити стали толще. Ярче.

Тварь забилась в конвульсиях. Ее пасть раскрылась в полном ярости крике.

— Лекс, ты ее держишь! — заорал Арчи. — Держишь!

Да, держал. Из последних сил. Пот заливал глаза, руки тряслись, но я не отпускал артефакт. Не разжимал пальцы. Отпущу — и нас сожрут.

«А артефакт интересный», — невольно отметил я. Интересно, а таким можно удержать изнавров?

Тварь попыталась вырваться. Она забилась в невидимых оковах, начала царапать каменный пол, высекая искры. Рык перешел в визг — такой, что посыпалась штукатурка с потолка.

Но нити не поддавались.

Я уже почти поверил, что смогу ее удержать. Что смогу заставить подчиниться и…

Из-за угла послышались шаги. Спокойные, неторопливые, уверенные. Я поднял глаза. Из темноты вышел главарь сектантов. Губы от моего меткого удара у него распухли, но продолжали ухмыляться. Вид конечно у него был еще тот. Кровь на рассеченной губе запеклась темной коркой, плащ порван, на щеке алеет глубокая царапина.

Однако вожак шел ровно. В руке — кинжал с узким, изогнутым лезвием, на котором тускло мерцали руны.

— Молодец, — сказал он, и голос его звучал почти ласково, будто учитель хвалил прилежного ученика. — Ты даже не представляешь, как ты мне помог.

Я не ответил. Все силы уходили на то, чтобы удерживать нити. Тварь затихла, но я чувствовал — она ждет. Чует слабину. Отпущу — и меня тут же разорвут на части.

— Артефакт, — главарь кивнул на мою руку. — Ты активировал его. Связал тварь. А теперь… теперь ты связан с ней.

Он шагнул ближе. Я попытался отступить, но ноги не слушались — будто приросли к полу.

— Видишь ли, — продолжал он, — артефакт не просто сдерживает. Он связывает. Тебя, тварь и портал в одну цепь. Пока ты держишь ее — ты держишь и Врата. А когда ты устанешь… — он улыбнулся, — когда ты устанешь, Врата откроются. Полностью. И тогда тебе не сдобровать. Потому что у нас, в отличие от нас, нет защитно амулета.

Блефовал ли он насчет амулетов? Я не знал, но рисковать не хотелось.

Сектант поднял кинжал, но не замахнулся. Вместо этого он сделал знак рукой — короткий, резкий жест в сторону темноты, откуда пришел.

— Выходите, — сказал он.

Из прохода послышались шаги. Несколько пар. Кто-то шел следом за ним — те, кто не остался в ритуальном зале, кто не побоялся твари.

Первым вышел здоровяк, тот самый, что волок меня из камеры. Лицо в крови, глаз заплыл, но он держался на ногах, сжимая в руке короткий меч. За ним — еще двое, с ножами и какими-то амулетами на груди.

— Я же ведь могу и отпустить монстра, — я кивнул на тварь. — Что мне терять?

— Думаю, тебе все же есть что терять, — главарь подал знак рукой и толпа расступилась. Ко мне вывели…

— Катя⁈ — не смог сдержать я удивления.

Да, это была она. Руки связаны за спиной.

— Лекс!

— Молчать! — рявкнул главарь и один из державших ее сектантов одернул девушку.

— Я сразу понял, что она твоя знакомая. Пришла в башню, одна, без оружия. Искала тебя, дура. Прямо в руки приплыла.

— Отпустите ее, — выдавил я, чувствуя, как нити в руках начинают дрожать. Тварь снова дернулась, почуяв мою слабину.

— Отпустим, — главарь покачал головой. — Ты отдашь нам артефакт, и сам сдашься. А мы ее отпустим. Жертвенная кровь — она все равно нужна. Нам без разницы кого выбирать. А девушка… — он оглядел Катю с ног до головы, — девушка тоже подойдет. Молодая, чистая. Ритуал ее примет.

Катя плюнула ему под ноги.

Здоровяк ударил ее по лицу. Голова девушки мотнулась, но она устояла.

— Не смей! — закричал я.

Нити дернулись. Тварь взревела, почуяв, что контроль слабеет. Я понял, что не смогу одновременно держать монстра и спасти Катю.

— Выбирай, — сказал главарь. — Артефакт или она.

Он подал знак. Здоровяк достал нож и приставил к горлу Кати.

— Я жду.