— О чём ты, Мирон?.. — Житков опешил от подобного заявления.

— Как о чём⁈ — взвился незваный гость, шагнув почти вплотную. — Я у тебя траву купил — корова её съела и слегла! Так что живо говори, что ты туда подмешал!

— Я тебе ничего не продавал! — попытался отвертеться фермер, отступая назад, но тут не нужно быть гением, чтобы понимать, к чему всё идёт.

Они перекинулись ещё парой неприязненных взглядов, каждый ждал, что первым сорвётся другой. Напряжение в воздухе понемногу нарастало, будто и в без того маленькой комнате становилось теснее с каждым вдохом. Нет, ну в такой обстановке работать просто невозможно.

— Трава была отравлена, но в этом нет вины Павла, — вмешался я в их разговор, попутно готовя лекарство для Анны: раздавил в ступке пару засушенных корешков, плеснул отвара и размешал до однородной массы.

— А ты что ещё за хрен? — рявкнул Мирон, обернувшись.

— В огороде хрен растёт, а я лекарь, — отрезал я, не поднимая взгляда. — И если хочешь, чтобы тебе оказали помощь с твоим недугом — катись отсюда.

— Ты что… — он принялся натужно дышать, рука сама собой легла на ножны. — Совсем страх потерял⁈ Да за скотину я могу вас здесь всех вздёрнуть, и ни один местный властитель не пискнет. Я в своём праве!

— Так дерзай, — я встал напротив него, выпрямился, перехватил взгляд. — Сделай, что задумал. Но можешь быть уверен: из этого дома на ногах ты не выйдешь.

Мужик опешил. В его глазах блеснул страх, дыхание стало сбивчивым. Он ещё секунду размышлял — драться или отступить, затем плечи опали, и гость медленно опустил руки.

— Как тогда поступим? — уже спокойнее спросил он. — Мне не хочется брать с друга долг кровью…

— Выйди, — я кивнул на дверь. — Как закончу здесь — вместе пойдём решать твою проблему.

Мирон кивнул, грубо отодвинул засов и вышел за дверь, тяжело притворив её за собой.

— Господин, вы не должны… — сразу же начал Павел, как только сосед скрылся за порогом.

— Позволь мне решать, что я должен, а чего не должен, — хмыкнул я, протягивая мужчине зелье. — Кому станет проще оттого, что какой-то скотовод зарежет фермера? Явно не жителям этого города.

— Но мне нечем будет вам отплатить… — прошептал он, опустив голову и сжимая кружку с лекарством так, будто это был последний шанс.

— Поверь, твоим талантам я-то найду применение.

— Но я…

— Будешь давать ей лекарство три раза в день, — перебил я. — И если лучше не станет — отправишь за мной мелкую.

Передав ему пузырёк, я спустился на первый этаж, где меня уже дожидался Мирон, мрачный и переминающийся с ноги на ногу.

— Пошли, покажешь скотину.

* * *

Я стоял возле дома, а точнее — у речки за двором, изрядно уставший от махинаций со скотом. Мы с Мироном уже обошли весь хлев, заглянули в каждый стойло, перетаскали пару вялых коров поближе к свету. Как оказалось, заболело у Мирона около трёх коров. «Около» — потому что все ели разное количество травы, а кто-то вообще был на смешанном корме, так что определить больных было сложнее… если бы не алхимическое зрение.

Пара раз я прикладывал ладонь к бокам животных, щурился, просматривая энергетические потоки, и мысленно отмечал, где яд уже осел. Затем — некоторые манипуляции и затратa энергии, от которой руки до локтей гудели так, что даже вспоминать не хочется. Но результат получился более чем сносный.

Первая корова, которая слегла почти сразу, через несколько минут дрожи и хриплого дыхания вдруг взбодрилась и встала на ноги… кхм, копыта. Мирон охнул, как ребёнок, и даже потрепал её по шее, будто хотел убедиться, что это не чудится.

Мирон теперь у меня в долгу.

Вот чего мне для счастья всё это время не хватало! Весь город в долги записать! Одно только радует за свои старания я получил котелок. Прямо как ведьмин, тяжёлый, добротный, но только с дыркой, из которой с убийственной охотой выливается пока только вода.

Траву я велел сжечь, молоко с коров не продавать, а сливать как минимум несколько дней. Яда там недостаточно, чтобы испортить землю, но предостаточно, чтобы человек заболел — точно так же, как жена Житкова. Мирон поморщился, но спорить не стал, только кивнул и пошёл распоряжаться работникам.

Насчёт котелка — здесь всё предельно ясно. Прежде чем тащить его домой, я, как порядочный хозяин чугунного монстра, должен его отмыть. Для этой экзекуции пришлось прихватить у Мирона металлическую щётку и небольшой кусок мыла.

Закатил котёл под слабое речное течение и, набрав немного воды внутрь, скинул туда мыло. Металл противно скрипнул по камням, но устоял. Я сосредоточился и представил, как энергия из воздуха перетекает в моё тело, мягко перенаправляя тепло в мыльную воду.

Немного переборщил с температурой, вода начала подниматься лёгким паром, но благо речка была холодной и охотно забрала лишнее тепло. Отдраивание чугуна не вызвало лишних хлопот: несколько круговых движений щёткой, мыльная пена потемнела, и стенки засияли по-своему, по-чёрному.

Закончил, вылил воду и принялся катить котёл по траве до дома. Нужно залатать бедолагу, а так как у меня уже есть «заплаточный» материал — это не должно вызвать особых проблем.

Затащил котелок домой. Честно, сперва думал, что придётся ломать дверь, чтобы внести его, но благо он и так прекрасно закатился, лишь пару раз глухо стукнув о притолоку.

Выдохнул, стянул с себя мокрую одежду, чувствуя, как по спине пробегает холодный сквозняк.

— Ну прикройся что ли, — возмутилась проявившаяся змея, возникнув прямо из воздуха и прикрыв один глаз концом хвоста. — Всё-таки ты с дамой живёшь.

— Слушай, дамочка, могла бы палиться менее откровенно, — вздохнул я, бросив одежду на стул.

— Это как? — усмехнулась она, всё ещё не отводя от моего тела заинтересованного взгляда.

— Прикрыв оба глаза, а лучше отвернувшись, — вернул ей усмешку. — И вообще, могла бы не появляться.

— Кхм, мне нужно было оценить действие системы. Вижу, результат хороший. Уже как минимум пятый уровень.

Я мельком глянул в зеркало, висящее на стене комнаты. Действительно, от использования энергии каналы принялись приходить в норму, а тело — восстанавливаться. Результаты незначительные, но уже начал пробиваться пресс. В общем, пошёл набор «мяса» — мышечной ткани, и это ещё дня не прошло. А ведь я начинал с третьего уровня новичка…

Возможно, к концу третьего дня я смогу перейти предел ранга. Тогда за год можно дойти… нет, это всё равно медленно. Если я хочу осуществить задуманное, мне нужно развиваться в разы быстрее.

Переоделся, вышел в зал и достал из кармана толстовки мел. Можно было, конечно, сделать это и углём, но мелом как-то привычнее. Из рюкзака достал небольшой слиток чугуна, нарисовал на «испытуемом» руны для приплавки и сосредоточился.

— Думаешь, получится? — с сомнением спросила Айя, зависнув у меня над плечом. — Я никогда не видела, чтобы при помощи алхимии чинили предметы.

— А что, по-твоему, алхимия создана, чтобы лечить или калечить людей? — усмехнулся я, потирая руки. — Этому я научился на Большом материке. Там алхимия не просто какая-то наука, а целая система, способная на всё.

— На Большом материке? — переспросила она. — Но ведь ты никогда не покидал отчий дом.

— А, ну да, — хохотнул я. — Не я, конечно. Из книжек вычитал. Отец моей матери… вроде что-то оставлял.

— Твоя мать ничего из дома, кроме кольца, не взяла…

— Неважно, — перебил я. — Ты ведь сможешь помочь? Направишь излишек энергии, когда увидишь, что металл начал менять цвет.

Сущность кивнула, и я приступил к делу.

Первый шаг — очистка и шлифовка — был выполнен без каких-либо проблем: щётка, энергия, пара рун на снятие налёта — и поверхность засияла по-новому. А вот второй… Сделать ровный шов с ограничениями в энергии практически невозможно. Но я умею удивлять.

Взял кусок чугуна в клещи и принялся нагревать пламенем. Можно было бы заморочиться: сделать из глины и соломы печь, разжечь её и выплавить там, но к чёрту простые пути — алхимику горн не нужен, хватит и мощи пламени.

Металл медленно краснел, становился вязким. Айя, как и обещала, слегка подправляла потоки, чтобы не перегреть. Когда дело было сделано — осталось лишь зачистить шов металлической щёткой. Я склонился над котлом, пару раз прошёлся по шву.

Зачистил, налил воды. Всё держит, да и прогореть ничего не должно.

Место специально готовить не нужно: котёл будет не обычным, а алхимическим, так что за целость пола можно не беспокоиться. Всё тепло уйдёт туда, куда нужно, — на приготовление зелий.

Проявив пламя на конце указательного пальца, я принялся методично водить им, рисуя различные руны на полу и вокруг котла. Когда закончил, выставил его на положенное место и задумался. Думал я о самом прозаичном — как натаскать воды.

— Нужен шланг… — задумчиво протянул я и пошёл откручивать душевой шланг.

Криво, но мне удалось приделать его к источнику воды на кухне и протянуть до котла. Вода есть, остались ингредиенты. Очень много ингредиентов. Но для начала нужно подогреть воду.

Активировал руны, подключая их к своей энергосистеме, достал из кармана круглое, золотого цвета ядро. Только подумать — из-за него меня хотели убить… Ладно, нужно его спрятать. Или нет?

— А ты ведь и сама можешь хранить в себе ядро, — протянул я, и передо мной возник образ змеи. — Энергетический уровень у тебя выше, да и так оно будет в большей безопасности.

— Возможно. Я никогда раньше ничего подобного не пробовала… Мне его просто съесть?

— Грубо, но да, — я протянул жёлтый энергетический шарик сущности.

Она широко разинула пасть и проглотила его.

— Гадость, — прошипела Айя, поморщившись.

— Но теперь он хотя бы всегда будет с нами, — кивнул я и приступил к сортировке трав.

Церемониться с ними особого смысла нет, да и если появится сильная нужда — всегда можно собрать ещё. У меня нет так много времени до рассвета, так что всё нужно делать быстро, а спать уже зверски хочется.

Я рассыпал пучки по столу, отбрасывая лишнее, привычными движениями разделял стебли и корни. Потом сел в позу лотоса. Нужно немного помедитировать и сбросить накопившееся за день напряжение. Слишком долго изводить тело до предела — это прямой путь к прогрессу, но путь через боль и возможные травмы.

Поэтому важно качественно отдыхать, спать и расслабляться. Но сейчас я не могу себе этого позволить.

Глаза закрыты. Вдох и медленный выдох. Чувствуется каждая мышца живота, спины, рук, ног. Всё тело расслабляется, а внутри источника ощущается уже давно забытое тепло. Потоки энергии мягко расходятся по каналам, зашивая микротрещины.

— Пора за работу, — произнёс я, открывая глаза.

* * *

— Максим, — послышался знакомый мужской голос, и я сразу же проснулся, рывком приставив нож к шее возмутителя спокойствия.

Это был Борис, и, если честно, я едва не оставил лавку без владельца.

— Что-то нервы в последнее время шалят, — я быстро убрал нож обратно в ножны, но взгляда от Росса не отвёл. — А ты молодец. Замок починен, я даже сперва не понял — хотел выломать дверь.

— Надо бы тебе ключи сделать, — хохотнул мужчина, открывая лавку и отодвигая засов. — К слову, а почему у тебя такой вид, будто ты не спал всю ночь?

Я только посмотрел на Бориса с немым вопросом, и тот заметно дёрнулся. Видимо, мой взгляд всё сказал за меня.

— А ты неплохо постарался за полдня-то, — уже я принялся осматривать комнату, которая стала выглядеть в разы лучше. — Чисто, прямо как в лаборатории.

— Это, конечно, важно… — замялся Борис, почесав затылок, — но ты ведь не забыл про свою часть сделки? Ты ведь не принёс всё в набедренной сумке?

— Я ничего никогда не забываю. И нет — в набедренной сумке нет зелий на продажу. Пошли на второй этаж.

Мы поднялись наверх, а там… Там тоже всё блистало. Чувствовался лёгкий запах чистящих средств и трав. В общем, Росс взялся за работу со всем рвением: прибрался на всех полках, выкинул ненужное и вымыл всю стеклотару. Теперь главное — оправдать его доверие.

Я подошёл к первому шкафу, где находились алхимические склянки. Здесь примерно пятьдесят миллилитров — идеальный размер для лечебных зелий. Разложил все склянки на большом столе перед собой, предварительно сняв с каждой крышку.

Сосредоточился на энергии пространственного кольца, пока Борис буравил меня взглядом.

— Не понимаю, что ты делаешь? — спросил Росс, но ответ явился буквально через мгновение.

— Отворись, — прошептал я, и из кольца равномерным потоком, разделённым на несколько струй, вышло зелье восстановления. Прозрачная жидкость аккуратно наполняла каждую склянку.

— Ну нихрена ж себе… — он схватился за лоб. — Это что? Пространственное кольцо⁈

— Да, — кивнул я, заполняя последние флаконы. — Эти не на прилавок, а за стойку. Предосторожность от воров.

Я подошёл к следующему шкафу, пока Росс занимался закрытием и спуском готового товара на первый этаж. Так как времени и сил у меня было не так уж и много, я едва ли наварил четверть котелка, так что получилось всего пять литров. Итого — сотня штук… Маловато, но сейчас даже такое количество — прогресс.

Открыл шкаф, а там…

— Росс, а где остальные склянки?.. — спросил я, глядя прямо в глаза своему бизнес-партнёру.

— Так это… — он поёрзал. — В общем, мне нужны были деньги на замену замка и кое-какие растраты… Но там было в основном битое стекло, так что ничего, по сути…

— Хорошо, — вздохнул я, не показывая своего беспокойства. — Где мы можем купить ещё стеклотары?

— А, ну есть лавка поблизости и ещё… — он явно задумался. — Нет, больше в городе негде купить. Сейчас со стеклом есть некоторые проблемы… но это так. Может быть, вам он и продаст.

— Посмотрим. Продаёшь как и обсуждали. Я скоро вернусь.

Что же, придётся решать неожиданную проблему, делать-то больше нечего.

Я выскочил из лавки в указанном направлении. Найти нужное место не составило труда — витрина, за которой виднелось множество стеклянных изделий, сама по себе давала определение: не промахнёшься.

Вошёл внутрь. Лавка встретила меня приятным тёплым светом, который, естественно, болью отдавался в моих глазах. И снова усталость даёт о себе знать.

Свет блистал на разных поверхностях, красиво играл в отражениях хрустальных бокалов и стеклянных тарелок. Кажется, здесь есть неплохой выбор товара, но мне предельно ясно, для чего я здесь.

Подошёл к стойке, где меня встретил пожилой лысый мужчина с хитрым взглядом.

Что-то в нём мне сразу не понравилось. Скрученные пальцы, жилет с золотым тиснением, монокль в золотой оправе, тщательно стягивающий внимание от старческих пятен и морщин.

— Чего изволите, господин? — спросил тот, сложив руки за спиной.

— Склянки по пятьдесят миллилитров. По чём? — задал я вопрос, и на его лице появилась лукавая улыбка.

— Как бы вам сказать, молодой человек… — задумчиво протянул старик, внимательно рассматривая мою фигуру, словно прикидывая, сколько из меня можно выжать. — Скажем, что это зависит от того, от кого вы пришли.

— От кого надо, — не стал любезничать я, уперевшись кулаками в стойку. — Может, тебе напомнить? Я сегодня не в настроении…

— Что вы, господин. Я прекрасно вижу, от кого вы, — его улыбка смягчилась, но в ней всё равно оставалось что-то едкое. — Не могли бы показать жетончик?

Я задумался. Жетончик? Он про медальон Ассоциации алхимиков?

— Прошу, — достал из набедренной сумки медальон и кинул на стойку.

— Золотого достоинства… — восхитился старик, приподняв монокль. — Давно я их уже не видел. Что, наш общий друг получил повышение и решил сменить курьера? Впрочем, мне-то какое дело. Подождите здесь немного, — произнёс он и прошёл в кладовку.

Я выдохнул. Видимо, не придётся мучаться с вопросом, во что разливать зелья, — что радует.

Старик вышел из кладовки с паллетой склянок.

— По пятьдесят. Но только у меня к вам один простой вопрос, — начал он, поставив паллет на стойку. — Как зовут нашего общего знакомого, твоего господина?

Тут-то я и встал в ступор. Соврать? Да куда там, я даже примерного имени этого алхимика не знаю. Сказать, что новичок? Тогда откуда у меня его золотой жетон? Попытаться уйти от темы и сказать, что это мой жетон Алхимической Ассоциации?

Не думаю. У него глаз намётан, да и там есть номер, который не так уж сложно пробить. Выхода нет, остаётся только одно…

— У меня нет господина, — произнёс я, внимательно следя за реакцией старика.

— Неправильный ответ, — вздохнул он с разочарованием в голосе. — Прости, парнишка, но я просто не имею права продать тебе что-либо из моей лавки.

— Кто так сказал?

— Удивительно, но и этого я сказать не могу. Как быстро меняется мир… — он сделал глоток чая из кружки, морщась от боли в спине. — Мгновение, и вот человек сам себе уже не хозяин. Хех. Проваливай, пока не случилось ничего дурно…

Он не успел договорить — пальцы судорожно вцепились в бок, и старик, прошипев, повалился на пол.

Его скрутило сильно. Я быстро перепрыгнул за стойку, опускаясь на колени рядом и включив алхимическое зрение.

Хрень. Его отравили.

Глаза налились красным, на шее вздулись вены, лицо начало краснеть, старик задыхался, хватая ртом воздух. Он то ли от безысходности, то ли прося помощи, вцепился в мою руку.

Если так будет и дальше, то вытащить его не получится. Но я не из тех, кто бросит человека умирать у ног.

Я расстегнул жилет и стянул с него рубашку, обнажив грудную клетку, и тут же принялся работать с энергией. Стал собирать капли яда по всей его энергоструктуре, стягивая их в единый центр.

Достал нож и сделал небольшой надрез на груди старика, выводя весь яд наружу тонкой, тёмной струйкой. Запах металла и горечи сразу ударил в нос.

Вытащил из набедренной сумки пробирку, отогнул крышку и аккуратно залил всё содержимое ему в рот. Говорить он всё ещё не мог, но, по сравнению с тем, что было минуту назад, старику стало гораздо легче — он хотя бы мог вдохнуть глубже и не захрипеть.

В этот момент послышался звук открывания двери и несколько быстрых шагов. Я мельком глянул на вход — в проёме показался мужчина в лохмотьях и двое крепких стражников в форме.

— Это он! — завопил мужик, тыча в меня пальцем. — Он Старцева отравил!