Страница из памфлета о Дракуле. Переиздание. 1499

Элуа Фирмен-Ферон. Портрет Жиля де Лаваль, сеньора де Ре, компаньона Жанны д’Арк. 1835

Гюстав Доре. Синяя борода. Гравюра. 1862

Влад Цепеш. Раскрашенная вручную гравюра. 1500-е

«В Жиле де Рэ не было ничего разумного. Он чудовищен с любой точки зрения. В памяти людей Рэ остался легендарным монстром; в краю, где он обитал, эта память смешалась с легендой о Синей Бороде. Между Синей Бородой Перро и Синей Бородой, которому население Анжу, Пуату и Бретани позднее приписало владение замками Машкуль, Тиффож и Шантосе, нет ничего общего. В жизни Жиля де Рэ ничто не соответствует запретной комнате, испачканному ключу или дозору сестры Анны с вершины башни… Впрочем, от легенды вряд ли можно ожидать какой-то логики. Замки и преступления Жиля де Рэ молва связала с Синей Бородой лишь в том смысле, что черты реальной личности перешли к сказочному персонажу», – так пишет философ Жорж Батай об одной из самых чудовищных фигур в истории человечества – маршале Франции, сподвижнике святой Жанны д’Арк. Его история куда страшнее, чем сказка о Синей Бороде, но ведь и жизнь реального Дракулы, пожалуй, поужаснее фантазии Брэма Стокера. И в обоих случаях реальный человек и легендарный персонаж во многом не совпадают.

«В Нанте, – добавляет аббат Боссар, – небольшой покаянный памятник, воздвигнутый усилиями Марии де Рэ на месте казни ее отца, всюду обозначен и известен лишь под именем памятника Синей Бороде. Старики в окрестностях Клиссона рассказали нам, что, когда они были детьми, их родители, проходя с ними мимо этого небольшого сооружения, говорили им: ^"Вот здесь и был сожжен Синяя Борода^"; они не говорили: ^"Жиль де Рэ^". Как будто бы героем такой ни с чем не соразмерной истории мог быть лишь монстр, существо, находящееся за пределами всеобщей человечности, которому не подходило никакое имя, кроме отягощенного миазмами легенды. Синяя Борода не мог быть одним из тех, кто похож на нас, он мог быть только священным монстром, не стесненным границами общепринятой жизни. Имени Синей Бороды удавалось гораздо лучше, чем Жилю де Рэ, укреплять и воспроизводить память о призраке, обитавшую в воображении бедняков», – поясняет причину слияния двух персонажей Батай.

Что ж, невзирая на предупреждение Ницше, мы продолжим «вглядываться в бездну», потому что иначе нет смысла и браться за таких персонажей, как Дракула и его братьев по крови. По пролитию крови…