Александр Иванович! Прочитав со вниманием все бумаги, содержащие как обзор нынешнего положения дел, так и проект предполагаемых действий, и расспрося и выслушав подробно полковника] Вольфа, нужным считаю отвечать тебе следующее:

Когда с сим же полковником] Вольфом сообщил я тебе, какие способы назначил Я для действия сего года, равно с какою целью Я предоставлял их в твое распоряжение, не были мне еще известны события, заставившие покинуть Аварию.

Хотя потеря сия значительно затрудняет исполнение непременной Моей цели, но не вижу, однако, ни одной уважительной причины, могущей Меня заставить отказаться от оной.

Предположение твое покорить Акушу и таким образом обеспечить тыл и левый фланг войск, действующих в северном Дагестане, правильно и совершенно полезно, потому соглашаюсь на оное и тем охотнее, что, как вижу, ты полагаешь кончить сию экспедицию до времени, удобного для начала действий в горах. Желаю только, чтобы лишних войск на сие не было употреблено, дабы сберечь силы для главных действий в горах.

Постройка укрепления на дороге из Акуши в Шуру хороша; но ты про Гергебиль ничего не говоришь; желаю знать, входит ли в твои предположения восстановить сей пост и в какой силе?

Затем обращаюсь к главной цели: действиям в Чечне и в горах. Здесь мысли наши совершенно не сходны.

Ты ограничиваешь все действия прогулкой по Чечне, возвращением Аварии, возобновлением Хунзаха и прочих брошенных фортов, а потом обращаешь все огромные способы, тебе данные, на одно улучшение наших укреплений. Согласно ли это с Моими ожиданиями, с Моими положительными требованиями.

Разберем все по порядку.

Возвратить Аварию не мудрено; но знать надо: для чего? Ежели с тем только, чтобы повторять все прежние ошибки, бедственными опытами искупленные, то это было бы ныне непростительно.

Хунзах никогда не был пунктом военной важности; одни политические причины, уже ныне исчезнувшие, могли заставить нас учинить ошибку – занять его; теперь же нет никакой уважительной причины с доброй охоты повторять то же.

Ежели занимать нам Аварию снова, то следует прежде всего ее узнать в подробности, чего доселе не было, и тогда убедиться, есть ли возможность избрать иной стратегический пункт, где бы можно было с пользою основать укрепление значительное, где бы, кроме гарнизона, можно было оставить, как в центре гор, постоянный отряд батальонов в шесть, с нужным числом артиллерии, который, занимая центральный пункт среди враждебных племен, мог бы во всякое время двигаться в любую сторону, имея возможность предупреждать всякий сбор, всякий замысел. Вот наша цель, иной быть не должно. Если, по тщательной рекогносцировке вверх по Андийскому Койсу, такого места не найдется, то решительно бросить Аварию, устроив только при входах в оную сильные посты, например, в Балаканах[216], может быть, и в Гоцатле, дабы вход был в руках наших.

Действия в Чечне тоже отнюдь не должны кончиться прогулкой; сперва надо разбить все скопища и стараться покорить Салатау, Дарго и в особенности Анди, как самое значительное и торговое место. Тогда, оставя сильный отряд в оном, в виде авангарда, для отнятия способов у неприятеля к новым сборам, обратиться сейчас к устройству передовой Чеченской линии на тех точках, кои по осмотру окажутся удобнейшими.

Мне желательно, чтобы отряд в Аварии в особенности старался достичь места, показанного на присланной карте под названием Энхели; тут переправа чрез Койсу и дорога на Анди; весьма хорошо было бы, если бы оказалось возможным тут устроить упомянутое выше укрепление; во всяком случае, чрез сие место, кажется, оба отряда могут войти в сообщение и в совокупное действие.

Здесь полезно будет не упустить из виду, какие местные способы представятся к возведению укреплений и проч, и нельзя ли будет, в виде подати, возложить на ближайшие племена доставку провианта, скота и дров. Ежели мысль сего укрепления состоится, то нужно будет связать сообщение с оным из Темир-Хан-Шуры посредством цепи малых, но крепких постов, чрез Ахальчи и Цатаных.

Когда все сие исполнится, или, при невозможности последнего, устоится хотя передовая Чеченская линия, тогда только Я найду, что плод соответствовать будет данным тебе способам.

Противное же, или то, чем ты полагал довольствоваться, унизило бы нас в глазах врагов, возвысило бы их дерзость донельзя и уронило бы совершенно дух тех войск, кои, по отсутствию 5-го пехотного корпуса, с которым вместе ничего не могли сделать, одни уже не почтут себя в возможности ничего впредь предпринимать; одним словом, это была бы гибель вместо помощи.

Неужели ты этого не видишь сам?

Надеюсь, что ты теперь убедишься в том, что невозможного Я не требую ни от тебя, ни от войск. Но требую откровенного ответа: берешься ли сие исполнить как непременную Мою волю или нет?

В первом случае действуй сходно Моей воле, или, ежели не считаешь возможным принять на себя ответственность исполнения, то скажи Мне, и тогда Я приму нужные по сему меры.