* * *

Наземная база, 2550-07-21 05:42

Пшшшшшш. Холодные струи душа ударили в лицо.

Глубокий вздох. Второй.

Резким, злым движением Малиника расстегнула комбинезон, скинула его с плеч, выдрала руки из рукавов. Через голову сорвала футболку. Замерла, чтобы сделать ещё один вдох. «Восемьдесят процентов!» Вероятности так не работают. «Вероятности так не работают!!» Стиснуть зубы, чтобы не закричать. Вероятность смены погоды, вероятность успеха проекта и вероятность выжить ― это разные вещи.

Со всей силы врезала кулаком по стене. Тут же расслабила руку, приложила обе ладони к серому гладкому пластику. Прислонилась лбом, сотрясаясь в беззвучных рыданиях. Вдох. Не забывать дышать. Сосредоточиться на влажном воздухе, заполняющем легкие.

Комбинезон упал на пол. С трудом стащила с себя уже насквозь мокрое белье. Затолкала тяжелые, пахнувшие желчью комки в текстильный автомат: комбинезон ― чиститься, остальное ― перерабатываться. Вдох. Внимание на крохотную долю мгновенья зацепилось за ещё один запах. Сложный, незнакомый. Но сил обдумывать это нет. Вдох.

Не глядя, нажала кнопку. Взяла выдвинувшуюся на специальную полочку одноразовую губку. Быстро и совершенно механически начала намыливаться.

На истерику есть только пара минут. Собраться. Не паниковать. Ей нужно присутствовать. Быть со всеми.

Выключить воду.

Вдох.

Выдох вышел рваным, но вколотое Робом успокоительное делало свое дело. Диод над отсеком очистки комбинезона мигнул зеленым. Малиника взяла полотенце. Вытерла лицо. Привычным, почти автоматическим движением ткнула в экран генерации белья. На полсекунды замерла, осознав, что уже больше недели носит одноразовую одежду, хотя всегда предпочитала вещи, живущие дольше нескольких часов.

Одеться можно прямо в душевой кабине. Этого Малиника тоже не любила. Можно включить фен, который быстро высушит волосы и кожу даже без полотенца, а влага из воздуха эффективно впитывалась в покрытие стен, автоматически изменявшее наноструктуру, но Малинике нравилось самой выходить из облака теплого пара. «Сейчас не до ритуалов». Вязиницына быстро начала одеваться.

В предбаннике ее ждала Алия. Это она увела Малинику в душ. Заставила подняться с вытоптанной травы. Взяла под локоть. Направила на какую-то боковую тропу, подальше от посторонних глаз.

Вейверка тоже сменила майку и почистила комбинезон, но мыться не стала.

Стоит. Молча смотрит, ловит глазами каждое движение, словно боится что-то упустить.

Вынула из кармана стопку блистеров, развернула в разноцветный веер. Датчик состояния, несколько успокоительных и стимуляторов на выбор, леденец и презерватив.

Но Малиника не знает, что ей сейчас нужно.

― Сама выбирай.

Алия молча заталкивает всё, кроме датчика, назад в карман, распаковывает маленький серый квадратик. Аккуратно приклеивает его к шее Вязиницыной. Сзади, под волосы.

― Психологи потом «спасибо» скажут, ― шепотом.

Алия ещё секунду смотрела Малинике в глаза, потом достала планшет, что-то на нем открыла. Вязиницына медленно моргнула, собираясь с мыслями и пытаясь понять, что происходит. Стоявшую перед ней девушку почему-то волновало не состояние ее друга и командира, лежащего сейчас в операционной, а именно Малиника.

Словно услышав невысказанный вопрос, Алия развернула свой планшет к Вязиницыной.

― С Вером всё будет в порядке. Он самый живучий из всех, кого я встречала. В этот раз вообще ничего страшного.

На экране ― развернутый мониторинг подготовки к операции.

«Ничего страшного?!» Алия ― спокойная, уверенная. Молчит. Смотрит пристально. Словно ее не было там, на площадке перед Стекляшкой! Малиника поджала губы. Она сама никогда раньше не видела, как люди умирают от чего-то, кроме старости. Даже когда она впервые встретила Ямакаву, изможденного, словно высохшего, лысого возвращенца, он выглядел живее, чем сегодня. Алия же держала перед собой планшет, усыпанный тревожно-красными индикаторами, словно это не цифровая картина чьей-то борьбы за жизнь, а состояние загрузки пищевого аппарата после вечеринки.

* * *

Наземная база, 2550-07-21 05:57

Алия внимательно следила за глазами Малиники. Тревога. Сомнения. Тень пережитого ужаса.

― Он не умрет, ― она вложила в эти слова всю искренность, на которую была способна. Так, как если бы говорила с Верноном.

Малиника вдруг нахмурилась. Алия резко развернула планшет к себе.

Совинсон: Помоги.

Женщины переглянулись и поспешили на улицу.

* * *

Наземная база, 2550-07-21 06:04

Толпу Малиника заметила сразу ― она собралась у приземлившегося в стороне исследовательского катера ― и тут же почувствовала, как волосы на загривке, возле индикатора, становятся дыбом.

― … в лесу оставить?! Вы грибы местные вместо завтрака сожрали?! Одного в реанимации не!… ― в этот момент орущий Расти заметил Вязиницыну, ― …хватает, ― выдохнул он уже шепотом.

Малиника мгновенье пораженно смотрит на Шмидта. Всегда такой рассудительный и уравновешенный, сейчас он тяжело дышит, волосы ― мокрые от пота, глаза ― совершенно безумные. Стоящие чуть позади него Серж и Перси тоже в шоке: они никогда не видели своего старшего товарища в таком состоянии. «Истерика». Малиника ощутила, как волны исступленного отчаяния, исходящие от Расти, пытаются захлестнуть и ее.

Алия, идущая чуть впереди, готова броситься бегом. «Ну нет». Вязиницына ловит ее руку. Холодные, вялые пальцы едва отвечают на рукопожатие.

А бежать есть куда: вейверы сгрудились вокруг исследовательского катера. «Скорее, окружили, готовясь защищать». Впереди стоит Гвиневера. «Не впереди, а между». Между двух миров. Из мира космических разведчиков, как сильным ветром из глубокого горного ущелья, веет паникой. Сразу за Гвен стоят Лера, Ли Ем и Герман. Лица мрачные и напряженные. «Но не решительные. Вы не знаете, что делать». Дежавю, неприятное, как осенний сквозняк. В точности как тогда, много лет назад, на первой встрече с возвращенцами с Аделаира в гостиной Семенова: та же жутковатая, трудно вообразимая беспомощность перед другими людьми.

Малиника удивленно моргнула: «Гвен, похоже, единственный доброволец среди них!» Одновременно обостренное стрессом, но пока что не полностью подконтрольное Малинике внимание зацепилось за яркое пятно, глубоко в толпе, возле самого катера. Рыжие волосы Деборы. Внутри Вязиницыной всё похолодело: Деб буквально висела на Рене, обхватив ту руками. Вплотную к девушкам стоял Рик и, похоже, тоже ее держал.

― Расти, в чем дело?

― Они высадили Ал-Каласади где-то в лесу и не дают координаты! ― голос Шмидта срывался то на хрип, то на фальцет.

Холодные пальцы Алии до боли сжали ладонь Вязиницыной, но тут же отпустили.

― Что значит ― не дают? ― свободной рукой Малиника машинально открыла планшет. Вся техника подключена в сеть, у каждого есть доступ.

― Отцепили энергоустановку от системы связи, а теперь и от компьютера.

― Зачем? ― Малиника повернулась к Гвен.

Губы Гвиневеры не дрожали лишь потому, что она их плотно сжимала. Судорожный вздох.

― Джамиль прицепит маяк на катер аборигенов, и завтра мы будем знать, где они.

― А что сразу не включить? ― раздалось из толпы колонистов за спиной Малиники.

― Если сразу, то его заметят. К тому же там не энергоустановка, а аккумулятор, чтобы грависканеры не видели, и чтоб за раз выдать большую мощность. По расчетам, к вечеру они как раз доберутся до своего дома, ― проговаривая эти детали, Гвен вроде бы успокаивалась, но ей в спину дышала такая невыразимая паника, что с каждым порывом этого жуткого ветра она едва заметно спотыкалась в объяснениях.

«Напуганы, как оставленные родителями дети». И один из этих «родителей» в лесу, а второй ― в реанимации. «Джамиль, какого хрена?! Ты нужен здесь, а не в чертовых дебрях!»

― Что он сказал?

― Забрать его в шесть часов, ― повторение приказа Ал-Каласади, похоже, создало обратную волну, хоть немного гася ледяное пламя тихой истерики в рядах вейверов.

― Почему не сейчас?! ― Расти всё ещё возмущен, но, похоже, наконец справился со своими чувствами.

― Потому что он не умеет нормально ждать! ― запал решимости в Гвен иссяк, остались лишь горечь и беспомощность. ― Лучше пусть он будет в лесу чем-то занят!

― Что значит ― занят? ― голос Шмидта, напротив, зазвучал почти нормально. Он видит, что Малиника на скорую руку собирает в планшете какую-то модель и отправляет на обсчет.

Треньк.

― Вероятность того, что с Ал-Каласади всё будет в порядке, больше пяти девяток. Чтобы к восьми вечера были на базе! Забирать полетите с Персивалем. Расти, мне нужен план посещения деревни. Гвен, законсервируй катер, чтобы у сорвиголов не было соблазна, ― тапнула по планшету, отправляя ей электронный ключ. ― Первый приоритет ― подготовка к контакту. Всем, кто не задействован, продолжать плановые работы.

Малиника выдавала указания уверенным, будничным тоном, уткнувшись в планшет и не глядя на собеседников. Закончив, снова схватила руку Алии, развернулась и направилась к жилому корпусу.

Конфликт разрешен, но уже несколько секунд, как это потеряло всякое значение: в углу экрана светилось уведомление. Лидия Маккой. Главный врач экспедиции. Находящаяся в операционной.

* * *

Наземная база, 2550-07-21 06:08

Алия не сопротивлялась, а когда поняла направление движения, даже ускорила шаг и вырвалась вперед. На ходу открыла свой планшет, убедилась, что ничего непоправимого не произошло, и немного успокоилась.

Малиника же, отойдя от злополучного катера на достаточное расстояние, на секунду отпустила ее руку, чтобы открыть сообщение.

Маккой: Срочно подойди в медпункт.

Скрипнула зубами. «Да. Я это и делаю».

* * *

Наземная база, 2550-07-21 05:45

― Нет.

― Что значит нет? Ты собираешься делать полостную операцию на пациенте в сознании?

― Да. На этот препарат у Вера аллергия.

«А ещё, когда он в сознании, меньше шансов, что его гипоталамус решит, что он помирает и настала пора устроить реанимационный гормональный кавардак в крови». Но этого доктор Робин Оливо своему сегодняшнему ассистенту говорить не стал, просто продолжил подготовку к операции. Медицинский робот уже накрыл пациента прозрачным куполом и сейчас устанавливал датчики и подключал анестезиологические системы. Великолепный автоматизированный комплекс. Новый. Исправный. С полноценным энергетическим, вычислительным и субстанционным обеспечением. «И всем вокруг не надо надевать кислородные маски на случай, если систему регенерации воздуха на корабле придется отключить ради операции». Роб всё равно надел хирургический костюм и тщательно, по протоколу вымыл руки. Сунул их в перчаточный распылитель. Несколько раз сжал и разжал кулаки, помогая застывающему пластику равномерно распределиться. Дождался, когда хирургическое покрытие сформируется, сунул кисти в распылитель снова, на этот раз ― для защитного слоя, который позволит управлять роботом, сохраняя руки чистыми. Головой Роб понимал: вероятность того, что придется взять в руки скальпель, ничтожна, да и ассистент, Нканду, косился на него, как на параноика, но Маккой в соседнем распылителе делала то же самое.

Операционный бокс ― просторный и светлый. Мирно шуршит и попискивает аппаратура. Робин привычно встает за панель управления. Можно начинать.

Открыть обзор состояния.

― Восстановление состава крови ― семьдесят один процент. Эффективность ИВЛ ― полная. Тяжелая почечная недостаточность. Остальные органы повреждены незначительно. Механических повреждений внутренних органов или костей не обнаружено. Эффект обезболивающего ― пятьдесят пять процентов.

Нканду скептически вскидывает бровь. Мало того, что эту и без того выведенную на обзорные экраны информацию Робин зачитывает без использования профессиональной терминологии, так ещё и некому зачитывать: Нканду здесь только для ускорения подготовки, а Маккой занимается какими-то анализами. Вся операционная бригада ― это доктор Оливо и робот. «И Вер». Судя по активности мозга, он слышит.

Маккой ни о чем не спрашивает, лишь секунду смотрит на Роба особенно пристально, а потом возвращается к своей панели. Это первая операция в экспедиции Б-32, и она хочет убедиться, что всё в порядке.

Из-за обезвоживания анальгетик действует медленнее, чем обычно. Надо ещё немного подождать.

Лидия Маккой вдруг поджимает губы, увидев что-то в свежих результатах анализов.

― Без меня давайте, ― и выходит из бокса.

Нканду удивленно вскинул брови. Роб переключил свой экран на тот, что только что оставила главврач экспедиции. Нахмурился. Переключил обратно. «Не моя проблема».

* * *

Где-то в лесу, 2550-07-21 11:00 по местному времени

Дорога назад, к Деревне, заняла гораздо больше времени, чем полет к базе колонистов. Олли вел Птичку как можно ниже, по ущельям, вдоль хребтов, а порой ― даже под кронами деревьев, то ли прячась, то ли оттягивая неизбежное. Компьютер уверенно ориентировался по солнцам, указывая направление к дому.

Сейчас катер как раз летел под пологом леса, над огромными, бархатными от мха валунами с тонкой струей ручейка между ними. В воздух то там, то тут взмывали стайки разноцветных жуков и мух. Вслед за ними взлетали тварюшки покрупнее: стрекозы и крылатые ящерицы. После очередного поворота впереди нестерпимо ярко вспыхнуло внезапно открывшееся небо. Катер заложил крутой вираж, спускаясь вдоль скалы к зеркалу лесного озера. Олли улыбнулся, представляя восторженное лицо Инн.

Обернулся на секунду. Девочка спала в своем кресле. «Устала. Ещё бы, столько впечатлений! Ну ничего, скоро будем дома!»

Дома.

О том, что его там ждет, Олли старался не думать.

* * *

Наземная база, 2550-07-21 06:10

Малиника толкнула дверь, и они с Алией вошли в медпункт. Большую его часть сейчас занимал стерильный бокс, где за белым, совершенно непрозрачным пластиком врачи боролись за жизнь Ямакавы. Шлюзовой тамбур бокса открыт наружу, в проеме видна мощная, опирающаяся на раковину фигура Лидии. На ней ― белесо-голубой, с матовым отливом хирургический комбинезон, защитная маска ― рядом.

Услышав шаги, главврач глубоко вздохнула и сунула руки в нишу над раковиной. Пшш. Секунда ― и напыленные перчатки крохкой скорлупой осыпались с ее пальцев. Уверенным, отработанным движением Лидия содрала с себя операционный комбинезон, оставшись в обычной одежде под ним. Затолкала на глазах разлагающуюся под действием специального раствора пленку в раковину. Обернулась к Малинике.

― У Ямакавы хилмидский грипп в открытой стадии. Теперь у тебя есть формальный повод искать местных.

Мгновенье замешательства.

― Нас же от него прививали! ― недоуменно пролепетала Алия.

― Точно. И поэтому самому Вернону эта зараза не угрожает.

Малиника смотрела в черные, внимательные глаза Лидии и молчала.

Секунда. На Хилмиде этим гриппом переболевал каждый, первый раз ― примерно в возрасте трех лет. Маленькие дети переносили болезнь легко, и их иммунитет формировал защиту от тяжелых форм на всю жизнь. Всех приезжих прививали, но полной защиты не получал никто. Ещё секунда. Те, кто прожил на планете достаточно долго, становились носителями болезни, и она могла проявляться при серьезных проблемах со здоровьем. Эта опасная зараза появилась ещё на Ковчеге «Хилмид» и унесла тогда две трети населения. Взрослые болели тяжело, но иногда выздоравливали сами. Подростки умирали все.

Третья секунда.

Малиника открыла планшет и нажала кнопку оповещения об инциденте.

* * *

Где-то в лесу, 2550-07-21 15:00 по местному времени

Знакомая долина между двух невысоких, но скалистых холмов. Знакомый изгиб прозрачной, полноводной реки. В небе ― многослойное кружево облаков. «Похоже, ночью будет гроза». И в лесу, и среди людей.

«Надо разбудить Инн. Негоже будет такой умнице просыпаться под предстоящий скандал». Птичка зависла над самыми макушками деревьев. Олли отстегнул ремень, выбрался из своего кресла и, улыбнувшись, бережно коснулся детского плечика. Ноль реакции. Тряхнул сильнее. Исходивший от Инн жар ощущался даже через перчатку. У Олли, напротив, внутри всё похолодело.

― Инн! ― приложил ладони к горячим, нездорово румяным щекам. ― Ох ты ж! ― Голова девочки безвольно свесилась на грудь. Олли тут же вернул ее в вертикальное положение, потом, вслепую нащупав рычаг раскладывания кресла, откинул кресло, уложив девочку горизонтально. Судорожно вздохнул, заполошно взмахнув руками. «Что стряслось?!» И когда? Когда сон перешел в лихорадку?

Секунду смотрел на дрожащие пальцы. Потом взгляд главного инженера О’Донохью метнулся к нише аварийного запаса. Старый Олли знал, что аптечки там давно нет. Сжал кулак. Резко вернулся в пилотское кресло. Все сомнения вымело из головы ледяным ураганом ужаса. «Скорее!»