П.Х. Витгенштейн, наследник старого немецкого рода, был опытным военачальником, и он хорошо понимал, что в его распоряжении есть только одна возможность выполнить возложенную на него задачу – бить французов поодиночке. Если бы выделенные против него Наполеоном корпуса соединились, против 20–23 тыс. русских выступил бы почти 70-тысячная армия противника, имеющая к тому же перевес в артиллерии. По отдельности противостояние выглядело более реальным.
И планам генерала Витгенштейна суждено было сбыться. Корпус маршала Макдональда застрял на подходах к Риге, которую так и не сумел взять. Корпус маршала Удино действовал более успешно, сумел переправиться через Западную Двину в городе Динабурге и двинулся в наступление. Французы рассчитывали, пользуясь преимуществом в силах, зайти с севера, отрезать русский корпус от тылов и уничтожить. Но они совершенно не предполагали, что чуть ли не во время марша попадут во встречное сражение, которое обернется для них поражением.
Как и полмесяца назад, первый удар нанесли гусары генерал-майора Я.П. Кульнева, которые 16 (28) июля при поддержке полутысячи казаков напали на авангард французских сил. И хотя перевес в силах был на стороне противника, лихая внезапная атака принесла свои плоды: враг был опрокинут.
Это вынудило маршала Удино прекратить марш и, заняв деревню Клястицы, попытаться собрать все свои силы в кулак, чтобы нанести ответный удар. Однако генерал Витгенштейн не собирался давать ему такой возможности. Уже через два дня, 18 (30) июля, все тот же генерал Кульнев нанес французам очередной удар, столкнувшись с ними у деревни Якубово. Встречный бой шел с переменным успехом, но на сей раз противнику удалось удержать деревню, вынудив русскую кавалерию отступить. Впрочем, ненадолго. Уже на следующий день, соединившись с основными силами, гусары Кульнева вновь предприняли атаку на Якубово, и на сей раз она оказалась успешной.
К этому времени корпус Удино насчитывал всего 28 тыс. человек при 114 орудиях. Витгенштейн располагал 23 тыс. человек при 108 орудиях. Авангард Кульнева был усилен Севским и Калужским пехотными полками, а также артиллерией и насчитывал 3730 человек при 12 орудиях.
Понимая, что основные силы противника, сосредоточенные в Клястицах, все еще представляют для него серьезную угрозу, П.Х. Витгенштейн решил развивать наступление. Русские войска не остановила ни установленная французами на высоком западном берегу реки Нищи артиллерия, ни зажженный мост. Гусары Кульнева преодолели реку вброд, а гренадеры Павловского гренадерского полка сумели прорваться прямо по горящему мосту, чего противник точно не ожидал. Не выдержав натиска, наполеоновские войска начали отступление.
Чтобы не дать им опомниться и закрепить победу, русские начали преследование. Во время него погиб генерал-майор Яков Петрович Кульнев, став первым русским генералом, убитым в Отечественной войне 1812 года. Утром 20 июля (1 августа) его соединение попало в засаду во время переправы через реку Дрисса, оказавшись под огнем расставленных на высотах французских пушек. Ядром отважному генералу Кульневу оторвало обе ноги выше колена.
По одной из версий, Кульнев увлекся преследованием и не заметил подхода главных сил французского корпуса, по другой – смертельное ранение генерал получил, распоряжаясь стрельбой русских артиллеристов.
Николай Самокиш. Атака у Клястиц 20 июля 1812 года. 1900-е
Историк А.В. Беспалов описывает смерть Кульнева так: «Кульнев, во главе авангарда, был направлен преследовать противника, но не вступать с ним в сражение. Однако генерал нарушил приказ. Думая, что перед ним небольшой вражеский отряд, он 20 июля переправился через Дриссу и двинулся вперед <..> Русские были идеальной мишенью. Обрушив на них огонь корпусной артиллерии, маршал стал обходить голову авангарда с флангов <..> Кульнев пытался привести свой отряд в порядок, но французы обошли его <..> Кульнев, подавленный неудачей, шел в последних рядах отступавших. Здесь его и настигло вражеское ядро»215216.
В любом случае, понимая, что жить ему осталось считаные минуты, Кульнев, по свидетельству другого знаменитого гусара Дениса Давыдова, сорвал с себя Георгиевский и Владимирский кресты и бросил их товарищам, сказав: «Возьмите! Пусть неприятель, когда найдет труп мой, примет его за труп простого, рядового солдата и не тщеславится убитием русского генерала»217.
В результате этих боев наступление Удино на Санкт-Петербург было приостановлено. Наполеон же был вынужден отправить на поддержку Удино 6-й армейский корпус генерала Л. Гувьон СенСира (13 тыс. человек), что ослабило силы Великой армии на главном направлении.