Часы показывают 4:15 утра. Я сладко потягиваюсь и понимаю: прошлая ночь не сон. Эйден мирно спит, раскинувшись на большой кровати в позе морской звезды. Мне хочется прикоснуться к нему, пока он блуждает в своих сновидениях. А что мешает? Ничего. Я забираюсь на него сверху, зная, что не разбужу. Наклоняюсь и покрываю поцелуями все лицо. Мои губы нежно и осторожно оставляют следы на его коже. Он – моя личная собственность с правом владения до конца жизни. А поцелуи, как клеймо, говорят о том, что он принадлежит только одной девушке. От всех этих мыслей и телесного контакта во мне просыпается желание. Думаю сейчас только о том, как бы попробовать его на вкус.

Спускаюсь губами от груди к животу, следуя за темной полоской кудрявых волос под одеяло. В укрытии я даю волю своим рукам и языку. Он начинает шевелиться от моих ласк, но я не позволю ему прервать мое утреннее путешествие. Слишком долгим было мое воздержание. Невыносимо бесконечным.

Я наслаждаюсь каждой минутой, каждым движением Эйдена на мои откровенные шалости. И меня ловят с поличным, откидывая одеяло к ногам. Его темные глаза прожигают во мне дыру. Я не останавливаюсь, а нарочно извожу всем своим видом, горячим дыханием и слюной, слизывая ее с возбужденного члена.

– Я тебя разбудила? Обещай, что простишь свою ненормальную подружку, – хихикаю и снова возвращаюсь к желанному занятию.

– Это чертовски приятное пробуждение, детка, – хрипит Эйден, и его ладони зарываются в мои волосы.

– Тогда держись.

Я делаю все, чтобы добиться желаемого эффекта. Чувствую, как сжался его кулак, слегка потянув пряди моих волос. Еще немного, и он будет готов.

– Твою мать, Эштон, ты сводишь меня с ума!

Эйден начинает двигать бедрами.

Несколько ловких, но нежных движений, и он готов взорваться прямо здесь и сейчас. Я незаметно улыбаюсь, а потом вместо того, чтобы довести его влажным языком, сажусь верхом, словно на необъезженного жеребца. Не даю ему прикоснуться ко мне, удерживая руки на подушке. Я хочу ощутить эту власть. И мне удается. Мягкое тепло разливается внутри меня, и я тут же целую Эйдена в губы.

– Я готов продать душу дьяволу, если каждое утро буду наслаждаться видом твоего тела на своем члене, – шепчет парень у моего рта.

– Не нужно ничего продавать. Я и так твоя, Эйден. Только пока на небольшом расстоянии. Но мне так хочется находиться с тобой рядом. И почему нельзя закрыться и не выходить несколько дней?

– Дней? Для начала я согласен на месяц заточения с тобой!

Эйден подминает меня под себя и осыпает мое лицо поцелуями.

– Думаю, Эдвард с Кларой нас не поймут, если мы привезем к ним Алана на месяц, – игриво улыбаюсь и таю от поцелуев.

– Кевин и Рейчел вообще не знают о существовании внука, которому уже пять лет. – Эйден нависает надо мной. – Мы должны поговорить с сыном, – твердо произносит он.

– Хорошо, мы с ним поговорим. Доволен?

– Да, детка. Спасибо. Я люблю тебя, – жарко шепчет он и клеймит меня жадным поцелуем.

– А я люблю тебя больше. Теперь мы можем поспать еще пару часов?

Тяну на себя край одеяла. Эйден бросает взгляд на часы на прикроватной тумбочке.

– Думаю, у нас есть пара часиков до прихода миссис Грин.

Он устраивает меня удобнее на своей груди, и через пару минут до меня доносится его равномерное дыхание. Я проваливаюсь в сон следом за ним.

* * *

Отчего-то взгляд миссис Грин отбрасывает меня на десятилетие назад, когда мама моей подружки застала нас за просмотром запрещенного фильма. То же самое неловкое чувство появляется в груди и сейчас.

– Доброе утро! – мило улыбается домработница, и я вижу Алана, уплетающего блинчики.

Эйден пошел в душ после меня, и сейчас мы с сыном одни в просторной кухне. Женщина ставит передо мной тарелку, но мне совсем не хочется есть. Соглашаюсь только потому, что не хочу обидеть эту приятную рыжеволосую толстушку. Отправляю в рот пару кусочков теплого блинчика и дожидаюсь Алана в коридоре перед зеркалом. Одного взгляда на меня достаточно, чтобы понять, чем я занималась ночью. Эйден появляется позади меня и, пробежав руками по моей талии, стискивает грудь в своих больших ладонях.

– Мы увидимся вечером? – спрашивает он с надеждой.

– Не знаю, – целую его покрытую щетиной щеку.

– Подумай хорошо, детка. – Эйден берет меня за подбородок и напоминает о себе продолжительным поцелуем.

Я отпихиваю его, когда вижу направляющегося к нам Алана.

– Мне понравилось у тебя ночевать. Было бы совсем круто, если бы не эти ужасные обои!

– Это не проблема. Мы можем их переклеить. – Эйден присаживается на корточки перед ребенком.

– Правда? И кто там будет жить?

– Ты, когда тебе надоест мама или захочешь снова обыграть меня в приставку. – Парень лукаво подмигивает мальчишке.

– Вау! Класс! Спасибо! – Алан обнимает Эйдена и, позвав Бакси, несется на улицу.

Я улыбаюсь и подхожу к двери.

– Люблю тебя, – шепчу, чтобы никто не слышал, и коротким поцелуем оставляю в прошлом свое пребывание в этом доме.

* * *

Неуравновешенность Нанду обходится мне в почти пять сотен долларов и получасовое объяснение с Эльзой. Женщина так обозлилась на бразильского кретина, что, пока в доме велась масштабная уборка, вышла погулять с Аланом и собакой на пляже. Мне же срочно нужно ехать на работу. Два незапланированных выходных дня могут завершиться крахом карьеры.

Джастин встречает меня с улыбкой и отправляется с моей машиной на подземную парковку. Я успеваю в лифт на последних секундах и становлюсь рядом со знакомым парнем. Кажется, я встретила его в офисе Эйдена в тот день, когда узнала об их свидании с Мелани… Черт, Мелани! Даже не хочу слушать ее рассусоливания о разбитом сердце. Переглянувшись с этим парнем, выхожу на своем этаже и вышагиваю по любимому холлу.

– Эштон, наконец-то! – Мелани приводит в шок своим скромным видом. Не к добру на ней брючный костюм и белая рубашка.

– Прости, я немного задержалась.

– Это ерунда. Меня уже замучила Наоми. Она вопит о том, что ты должна быть в Мельбурне завтра днем!

– Что? Но я не подготовилась к встрече, – захожу в свой кабинет и ставлю сумку на стол.

– И я об этом. Только эта фурия оборвала все телефоны. Что ей сказать?

Я сажусь в кресло и, подперев голову рукой, нехотя говорю:

– Передай, что я приеду. Придется выехать сегодня вечером, чтобы к утру быть на месте. Позвони водителю, с которым я ездила в прошлый раз, пожалуйста. Не хочу двенадцать часов быть за рулем.

– Конечно. – Мелани заправляет карандаш за ухо. – А ты хорошо провела выходные, не так ли?

– С чего ты взяла?

– От тебя будто какое-то сияние исходит. Ладно, пойду работать.

Девушка уходит, и я расслабляюсь. В сумке выискиваю телефон и, потянув за внутренний кармашек, вместе с ним выуживаю фото Эйдена. Так и недолго потерять. Поэтому вкладываю его в визитницу и закрываю в верхнем ящике стола. Так надежнее.

* * *

Мои дизайнеры сходят с ума и не отпускают весь день. Сначала мы обсуждаем вышедшей номер и радуемся положительным отзывам в профессиональных кругах и в интернете. А потом выбираем тематику следующего выпуска. Первые фото Нанду, присланные с выездной фотосессии, меня впечатляют. Звериная злость на его лице кажется жутко притягательной. Это подмечает молодая стажерка из университета, и я почти уверена: она без ума от Нанду. Когда наручные часы показывают без пяти пять, я прощаюсь со всеми до среды и покидаю офис. В лифт захожу вместе с Мэл. Она-то почему так задерживается? Я же отпустила ее на час раньше.

– Я думала, ты уже дома?

– Были кое-какие личные дела, – подмигивает она мне, и в этот момент звонит ее айфон.

Она не скрывает имя на экране. Это Нанду.

– Почему тебе звонит мой бывший парень?

– Не знаю, он звонил днем, но я не ответила. И вот снова. – Девушка принимает вызов и разговаривает с ним довольно дружелюбно. Потом улыбается и прячет телефон обратно в сумочку.

– Поделишься?

– Да, интересуется, пришлись ли по вкусу его фотографии. Видимо, с тобой общаться он не хочет. Все настолько плохо? – ехидничает Мэл.

Мой взгляд изучает электронное табло с цифрами.

– Просто расстались, и все. А у тебя как? – И зачем я завожу эту тему?

– Прекрасно. Палмер, правда, сопротивляется. Но ты же знаешь, я обожаю покорять неприступные вершины.

Двери разъезжаются, и я выхожу первой. На ходу бросаю Мелани дежурное «пока» и пролетаю мимо пункта охраны, как гоночный болид. Машина ждет меня у здания, и я мгновенно сажусь за руль.

До коттеджной змейки вдоль берега добираюсь быстро. Перед тем как пойти домой собирать вещи, сворачиваю к вилле Эйдена. Мне нужно увидеть его до отъезда. С замиранием сердца стучу в стеклянную дверь, но перестаю нервничать лишь тогда, когда вижу высокую фигуру. Щелчок замка, и я в его крепких объятиях. Боже, как мало надо для счастья. Он вжимает меня в стену и принимается расстегивать пуговицы на шелковой блузке. Я забываю, зачем вообще пришла. Его губы скользят по моей шее к ложбинке между грудей.

– Постой, Эйден… – стискиваю руками лицо парня, – Я уезжаю. Через час.

– Что? – хмурится он и смотрит на мои губы.

– Я еду в Мельбурн на два дня. По работе. Хочу, чтобы ты присмотрел за Аланом и Эльзой. И мне нужен твой номер телефона на всякий случай.

Он согласно кивает, а после снова страстно целует меня. Я понимаю, что не могу сопротивляться, и решаю, что пятнадцать-двадцать минут ни на что не повлияют… Итог быстрого секса в гостиной – забитый в контакты номер телефона и невероятное послевкусие во всем теле.

Чуть позже этим же вечером за мной приезжает машина. Я без особого желания покидаю семью и сажусь в салон. Саймон – опытный водитель, и я знаю, что с этим мужчиной за рулем мне ничего не грозит.

Выехав за пределы Сиднея, получаю видеозвонок от Авы. Как хорошо, что она вспомнила про меня сейчас. Это поможет скрасить долгую дорогу. Я чувствую, что подруга хочет поделиться чем-то сокровенным, поэтому надеваю наушники и поднимаю стекло, разделяющее две части автомобиля.

– Говори, что-то случилось?

– Джай какой-то подозрительный. Постоянно озирается по сторонам на улице, вечно кому-то звонит. Ты не в курсе, что это может означать?

– Я? Нет. Может, тебе лучше напрямую поговорить с ним?

– Не думаю, что он поделится. Он носится со мной как курица-наседка! Боится, что если я чихну, то тут же рожу!

Я смеюсь и в то же время сочувствую подруге.

– Извини, я не имею понятия, что происходит у твоего мужа. Когда вернусь, попытаюсь раскрутить Эйдена.

– Оу, так вот, значит, как мы заговорили? Выкладывай!

Ава и я давно стали больше чем подругами, поэтому я откровенно делюсь с ней тем, как обстоят дела. Она самодовольно ухмыляется. А в конце каждого предложения добавляет: «Если бы не я…» В этом подруга права: если бы не ее коварный план, я продолжала бы думать, что жизнь без Эйдена может быть счастливой.