Это довольно часто помогает общению, да и тщеславие удовлетворяет. Вспоминается такой случай. После пятого курса мы проходили военные сборы на кораблях Черноморского Флота. Когда мы были в увольнении, то я потащил своего однокурсника в музей изобразительных искусств Севастополя. Конечно, ему было все не очень интересно. Я стал давать ему некоторые пояснения. Помню, там были картины Айвазовского. Я сказал, где они еще выставлены. Что-то еще говорил. Вдруг я заметил, что за нами увязалась довольно большая группа посетителей музея. Плановых экскурсий в это время не было. Все это льстило моему самолюбию.
Полубольным я поехал в Ленинград, походил по музеям и заболел тяжелой ангиной. В конце концов, вылечился и приехал в Т. Это уже февраль 1958-го. Приближалось мое двадцатилетие. После ангины субфебрилитет мой прошел. Стал я себя чувствовать хорошо, только несколько ослабленно. Остались легкая несвежесть в голове и легкое продавливание в области сердца. Никакие лекарства мне не помогали. Я левым пальцем придавливал место, куда проецируется верхушка сердца. Становилось легче. Я мог заниматься. Каких-либо событий вплоть до весенней сессии не помню. Это в мединституте считалось самым тяжелым временем. Мне же еще надо было что-то доучивать. Кроме того, несколько раз я еще хватал ангины. Мне тогда поставили диагноз хронического тонзиллита, и было принято решение, что мне на каникулах удалят миндалины. Я помню, что когда у меня болело горло, я полоскал его водкой. Становилось немного легче. В общем, в болячках и учебе прошли у меня первые месяцы 1958 года.
Сессия была очень тяжелая. Три экзамена – патологическая анатомия, фармакология и патофизиология – были государственными. Экзаменаторы славились своей жестокостью. Особенно по патоанатомии и патофизиологии.
Среди преподавателей третьего курса запомнилась такая колоритная Фигура, как ополяченный грузин, заведующий кафедрой патологической анатомии, тоже выходец из Варшавского университета. По крови он был грузином, но переделал свою фамилию на польский лад. Было ему лет 75, но он еще ходил на охоту. Читал он лекции по делу, но, говорят, не менял их лет 39. Мы доставали его лекции, отпечатанные на машинке, и по ним сдавали экзамены. Был он интеллигентом высшей пробы. Когда встречал студентов, всегда первым здоровался, если его не замечали, и приподнимал шляпу, Находясь на территории кафедры, мы старались первыми его заметить и тоже приподнять шляпу. На экзаменах он был строг. Двойка была положительной оценкой. Была еще одна – пребывание в институте считаю нежелательным. Ходил анекдот, что до войны он у одной студентки принимал экзамены раз 15. В конце концов, она не выдержала и спросила, что он от нее хочет. Он ответил, что хочет, чтобы она стала его женой. Потом она была доцентом на кафедре микробиологии и вела у нас группу. Кстати, сдавал я ему экзамен. Принимал он нормально. Тянул меня на пятерку, но что-то у меня не получилось. Те, кто слушали, потом говорили, что четверку я получил из-за зачетки, надо было ставить тройку. Но я-то знаю, что о тройке речи не велось.
Лавры строгого экзаменатора не давали спать заведующему кафедрой патофизиологии. В наш год он поставил 35 % студентов двойки. Многие вынуждены были переводиться в другие институты, чтобы не потерять год.
Запомнился еще ассистент на кафедре фармакологии. Он был хохмач и, по-видимому, неудачник. Лекторов по этому предмету я не запомнил.
Кстати, ярких запоминающихся лекторов не было. При всем моем усердии многих слушать я не мог. На лекциях шла интенсивная студенческая жизнь. Кто-то обменивался записками, кто-то флиртовал. Многие читали книги, играли в шахматы, виселину и другие интеллектуальные игры. Иногда иные лекции были объектом внимания 10–15 студентов, а то и меньше.
Почему именно в этот момент я начал говорить на эту тему, и сам не помню. Наверное, накипело. Ведь сколько времени Вечный Принц сам у себя украл.
Речь пойдет не о том воровстве, которое мы осознаем и за которое можно сесть в тюрьму. Речь пойдет о том воровстве, которое мы осуществляем повседневно и даже не замечаем, и то воруем. Самое интересное, что последствия такого воровства не менее тяжкие, а иногда, может, и более тяжелые, чем последствия воровства явного. Воровство как явление современной жизни можно представить в виде айсберга. Видимая часть – это явное воровство. Им занимаются следственные органы. Там имеется своя классификация. Различают воров, грабителей. Говорят еще об экономических преступлениях, хотя, в принципе, это воровство. Воровство я бы определил как присвоение себе того, что тебе не принадлежит. Это могут быть как материальные ценности, так и идеи. За это можно сесть за решетку или как минимум получить моральное осуждение. Самый же страшный вид воровства – это воровство времени как чужого, так и своего.
Воровство можно классифицировать следующим образом:
I. По критериям морали и юриспруденции:
1. Уголовнонаказуемое и морально осуждаемое.
2. Уголовнонаказуемое, но морально не осуждаемое.
3. Уголовно ненаказуемое, но морально осуждаемое.
4. Уголовно ненаказуемое и морально неосуждаемое.
II. По критерию осознавания:
1. Осознаваемое воровство.
2. Неосознаваемое.
III. По объекту воровства:
1. Воровство имущества и денежных средств.
2. Воровство идей.
3. Воровство чести.
4. Воровство времени.
IV. По субъекту воровства:
1. Воровство у личностей и семей.
2. Воровство у предприятий.
3. Воровство у государства.
4. Воровство у себя.
Отсюда каждый частный случай воровства можно охарактеризовать по вышеназванным критериям. Невозвращение книги своему приятелю следует рассматривать как воровство морально и уголовно ненаказуемое, осознаваемое, не планируемое, завершенное. Это воровство имущества у личности.
Дорогой мой читатель, сейчас я дам очень краткую характеристику осознаваемым и уголовно наказуемым формам воровства. Но в основном буду вести речь о неосознаваемых и об уголовно ненаказуемых формах. Самое страшное в них и то, что человек привыкает воровать и часто не осознает, что он это делает, Он не делает это открыто, он даже не осознает, что ворует, но он привыкает воровать. Рано или поздно он начнет воровать осознанно. Мы же боремся с надводной частью айсберга. Это совершенно бесполезная трата времени, сил и средств, если мы одновременно не предпримем усилий по ликвидации подводной части айсберга. Ведь после того, как мы срежем надводную часть айсберга, та, что была подводной, станет надводной, а подводная может только укрепить свою мощь. Борьба только с явной преступностью, если не идет работа со скрытой, способна лишь увеличить его. Так происходит при попытке избавиться от дерева, когда вырезают ветви, не выкорчевывая корня. Дерево становится только гуще.
Итак, приступим к системному изложению материала. Оно основано на проведении нами социологических анонимных опросов, а также опросов, проводимых другими социологами.
1. По критериям морали и юриспруденции
1. Уголовнонаказуемое и морально осуждаемое воровство. Не буду на нем останавливаться подробно. Практически всеми воровство у отдельных личностей осуждается морально. К этой категории относятся карманники, квартирные воры, грабители и бандиты. Меньшее количество людей осуждает воровство в коммерческих предприятиях. Еще меньшее количество людей осуждает воровство у государства.
2. Уголовнонаказуемое, но морально не осуждаемое воровство. Это прежде всего воровство у государства. Оно даже воровством многими не осознается, а рассматривается как возврат ранее у него отнятого. Здесь подворовывают многие. Кто как может. Формы разные: от экономических преступлений до попытки уклониться от уплаты налогов или взятия в личное пользование материальных средств со своего производства. В годы застоя никто не осуждал врача или медсестру, если они в свое личное пользование брали с поста несколько таблеток от головной боли или с десяток ампул глюкозы или еще какого-нибудь средства.
Эти два вида воровства еще можно подразделить на два варианта: раскрытое и нераскрытое.
Исход раскрытого воровства – наказание. Если воровство незначительное, а наказание легкое, то не исключено, что вор одумается и больше воровать не будет. Если наказание чрезмерное, и вор попадает в тюрьму, то там пройдет «школу» и может стать профессиональным вором.
Исход нераскрытого воровства зависит от личности вора. Те, кто ориентирован еще на легальную жизнь в социуме, могут длительное время находиться в таком страхе, что накажут себя сильнее, чем судья, и больше воровать не будут. Однако чаще нераскрытая кража скорее стимулирует человека к совершению следующего воровства, которое он уже будет делать с большим размахом и меньшими предосторожностями. Но даже успешные воры всех мастей, которые осознают, что их действия подпадают под статью уголовного кодекса, все же находятся в состоянии выраженного эмоционального напряжения. Об этом свидетельствует их образ жизни наркотики, алкоголь, чрезмерное внимание к сексу, которые не столько служат объектом удовольствия, сколько являются транквилизаторами, которые снимают тревогу, если используются в малых дозах, и выключают сознание, если используются в больших количествах. Следует отметить, что при таком образе жизни завершенного полноценного секса постепенно становится меньше, а наркотиков и алкоголя – все больше. Так продолжается до тех пор, пока алкоголь или наркотики не приведут к деградации личности, физическому маразму и слабоумию. Все это приводит к тому, что вор перестает совершать преступление. У меня временами возникает мысль, что если бы мы прекратили борьбу с употреблением наркотиков, а наркоманов поселяли отдельно от нас, как индейцы в резервации, из которых они могли бы выходить для завершения сделок или работы, то уровень наркомании резко бы упал. В самих резервациях они могли бы организовывать свои производства, выращивать мак и пр. Я понимаю, что общество на это не пойдет никогда. Поэтому добиваться этого не буду. Однако в одном я четко убежден, и то современные методы борьбы с этой заразой эффекта не дадут.
3. Уголовноненаказуемое, но морально осуждаемое. В нашей стране это воровство в особо крупных размерах. Я не знаю зарплат наших чиновников, но то, что они имеют, вряд ли можно купить на эти зарплаты. Формально я зарабатываю не меньше многих моих знакомых, но позволить себе то, что они позволяют, я никогда не смогу. Если иногда и кое-кого судят, то это скорее исключение из правил или способ расправиться с конкурентом при переделе имущества. ЧащеЧаще производится отстрел. Тем не менее все расстрелы богатеньких не вызывают гнева народного, который может возникнуть, когда убьют или изнасилуют маленькую девочку.
И все же гораздо шире отмечается мелкое бытовое воровство. Сосед по даче может не отдать инструмент, который он одолжил всего на несколько часов. Сослуживец нередко может не вернуть небольшую сумму денег. Нередко эти формы воровства не осознаются самими ворами, но не теми, кто стал жертвой преступления. Люди в ролях «вор – жертва» часто меняются местами. Когда я украл, то я могу это не осознавать, но вряд ли я забуду, что у меня украли. Не хотите иметь врагов – отдавайте мелкие долги и не обижайтесь, если вам об этом напомнили, а благодарите человека. Лучше эти мелкие долги записывать. Давно уже замечено, что потерянные деньги или имущество за короткое время вырастают в сознании потерпевшего в десятки, а иногда в сотни раз. Не было ли так, мой дорогой читатель, что когда-то вам не хватило той суммы, которую вам не вернули? Вспомните, о чем вы тогда думали? «Вот если бы мне вернули этот долг, я бы смог приобрести эту вещь». А сама вещь стоит во много раз дороже суммы долга. Сразу возникает чувство, что вам не вернули эту огромную сумму, следом за этим завязывается ярость на того, кто лишил тебя возможности приобрести столь ценную вещь. Причем думаете вы так не один, а 10, 15, а то и 20 раз и вообще всегда, когда вам не хватает именно этой суммы или даже больше.
Следует иметь в виду, что если вы не возвращаете мелкие долги, то вам рано или поздно, перестанут одалживать. Тому же, кто одалживает, лучше думать, что ему этот долг никогда не вернут или что он просто сделал подарок человеку, которому одолжил деньги. Тогда вам легко будет знать, на какую сумму вам следует покупать подарки. Это сумма невозвращенного долга, о котором вы практически не вспоминаете. Хотя некоторые все же возвращают свои долги. Тогда у вас будет возможность лишний раз порадоваться. Только не одалживайте помногу. Кстати, тот, кто вам не отдал долг, больше к вам не придет одалживать. За небольшую сумму вы избавитесь от нечестного человека. Послушайте рассказ одного из моих подопечных, педагога по профессии, который подрабатывал книготорговлей: «Я обычно легко отдаю книги своим слушателям и разрешаю им деньги за книгу принести позже. Также могу одолжить и небольшую сумму денег. За много лет человека два или три деньги не вернули. Но они ведь ко мне больше и не приходили! За небольшую для меня сумму я избавился от нескольких мошенников».
Воровство у «своих» осуждается повсеместно, даже в преступной среде. Тогда говорят, что он живет не по «понятиям». Я слышал, что такой вор там наказывается гораздо строже, чем если бы его за подобное деяние наказали профессиональные судьи. Говорят, что проблема аморальности стала актуальной и в уголовной среде. Там стали наше красть у своих.
4. Уголовно ненаказуемое и морально неосуждаемое. Пример такой формы воровства я уже приводил. Это невозвращение книг, которые вы читаете, вашими интеллигентными друзьями. Дорогой мой читатель, уверен, что вы можете привести случай, когда «зачитали» вашу книгу. Но посмотрите на вашу книжную полку. Нет ли там книги, которую вы взяли у вашего друга несколько лет назад и каждый день забываете ему возвратить, а потом уже неудобно и возвращать. Дорогие мои, я хотел бы, чтобы вы четко усвоили, что хорошую нужную книгу вам ваши друзья постараются не вернуть, Дружба всегда предполагает сходство интересов. Поэтому если книга вам нужна, она нужна также и вашему другу. Кроме того, нужную книгу вы читаете довольно часто, делаете какие-то пометки, по которым можете воссоздать мысли, возникшие у вас при чтении этой книги. Когда вы даете читать эту книгу кому-нибудь, то информации, по крайней мере, для вас, уже втрое больше, чем в новой книге. Поэтому утрата такой книги никогда не может быть восполнена, ибо это ваши уникальные мысли. Кроме того, по вашим отметкам на полях и по подчеркиваниям умный человек (а вы же не водитесь с глупыми людьми) может понять всю вашу суть, всю вашу душу. Готовы ли вы полностью раскрыться перед этим человеком? Отсюда вывод: никогда не отдавайте никому читать ту книгу, которую вы читаете много раз, книгу, которая является путеводителем в вашей жизни. Если же вы все-таки не можете отказать своим друзьям, то купите два экземпляра этой книги. Второй экземпляр и будет вам для того, чтобы одалживать почитать. Даже если не вернут, потеря будет невелика. А если кто-то попросит у вас эту книгу, то вы скажете, кому вы ее одолжили. И не думайте, что ваших приятелей мучает совесть за то, что они не отдают вам взятые у вас книги!
Но хочется прямо вам сказать, что эти критерии (юридические и моральные) носят исторический и условный характер. Законы, как паутина, держат только слабых, как говорил великий древнегреческий мудрец Солон. Со временем законы меняются. То, что раньше у нас называлось спекуляцией, т. е. воровством, теперь называется предпринимательством. То, что раньше называлось обманом, теперь называют многоуровневым маркетингом и т. п.
Разумеется, здесь я не специалист. Это просто мои соображения и практические рекомендации. Мне они помогли.
2. А сейчас разберем критерий осознаваемости
1. Осознаваемое воровство. Нас оно интересует в меньшей степени. Им занимаются воры профессионалы. В зависимости от масштабов преступления оно тщательно планируется. Здесь все происходит, как в сексе. Есть идеаторная стадия, когда возникает мысль, что все-таки стоит украсть. Затем наступает время производственной стадии, когда планируются детали операции. Затем идет тренировка (аналог пресексуальной стадии), потом идет собственно процесс воровства (аналог сексуальной стадии). Далее идет постсексуальная стадия, которая здесь называется дележом добычи. В воровстве, как и в сексе, самое главное – это постсексуальная стадия. На дележе добычи воры как раз часто не могут договориться, если живут не по «понятиям».
Профессиональное воровство нас интересует в меньшей степени. Но хочется отметить, что вора-профессионала найти сейчас не так просто, как и вообще профессионала в любой сфере деятельности. Сейчас и среди людей, которые сделали воровство своей профессией, профессионалов не так много, как и в других профессиях. Профессионала очень трудно найти в любой среде, даже там, где они не прячутся, а, наоборот, рекламируют себя. В книге «Бинтование душевных ран…» я дал критерии профессионала среди врачей-психотерапевтов и психологов. Один из них, и, может быть, самый важный: они себя практически не рекламируют. Тем более не рекламирует себя профессиональный вор. Один из его признаков – он практически не оставляет следов. Он старается украсть с минимальными усилиями. После его работы внешняя обстановка практически не меняется, актов вандализма нет, убивать ему не приходится, так как при хорошо спланированном воровстве субъект воровства или отсутствует, или чем-то так увлечен, что самого вора обычно не видит. Более того, профессиональный вор заинтересован, чтобы его жертва осталась живой и работоспособной, чтобы потом можно было еще что-нибудь у нее отнять. Он не будет запугивать своего клиента, а, наоборот, поможет ему выкрутиться из трудной ситуации, поможет ему заработать, а потом уже, может быть, изымет и даже еще больше.
Хочу привести случай из практики. Один из моих подопечных организовал неплохой маслобойный завод. Получил кредит на расширение производства. Но допустил одну стратегическую ошибку: занял своим родственникам большую часть этих денег. Когда пришло время расчета, родственники, естественно, эти деньги не вернули. (Тоже воровство, за которое еще должники осуждают кредитора. Вспомните, как нас научили презирать пвонентшиков.) На него, как говорят сейчас, «наехали», угрожали убить, если он не рассчитается вовремя с долгами. Может быть, он бы и выкрутился как-нибудь, но вид у него был депрессивный. Он еще удивлялся, почему ему никто не одалживает деньги. Я его подвел к зеркалу и велел ему посмотреть на себя и спросил: «Неужели человеку с таким видом кто-нибудь выделит кредит?» Поработали мы с ним немного. Поговорил он совсем в другом тоне со своими кредиторами. Они уверовали в его предприимчивость. Настроение его улучшилось. В конце концов, он рассчитался с долгами. Но если бы на него не «наезжали», со своими долгами он рассчитался бы быстрее. Возможно, эту книгу прочтут резкетипе и перестанут действовать только угрозами. Может быть, помогут в принципе инициативному человеку и получат ещё больше, чем предполагали. Увы, и среди рэкетиров профессионалов мало. Они не столько добиваются своего, сколько вымещают свои невротические обиды на зависимых от них людей.
К сожалению, и в осознаваемом воровстве есть много невротичного. Желание кому-то что-то доказать, эмоционально разрядиться, продемонстрировать себя, отомстить кому-то и пр. Здесь также имеется много моментов, связанных с психологической защитой. Чаще всего здесь встречается рационализация. «Меня государство (предприятие, некая персона) обкрадывает постоянно. Я не ворую, я просто возвращаю себе то, что было у меня украдено». КПД такого воровства часто не более 29 % (чуть больше, чем у паровоза!), даже если оно удачное. Профессиональный вор затрачивает на это гораздо меньше усилий и оставляет меньше следов, да и попадается гораздо реже.
2. Неосознаваемое воровство. Классический пример неосознаваемого воровства описан в рассказе А. П. Чехова «Злоумышленник». Герой рассказа, неграмотный крестьянин, свинчивал гайки, которыми крепили рельсы к шпалам. Эти гайки он использовал в качестве грузила для удочки. Он так и не понял, за что его осудили. Ведь он не все гайки скручивал, а только одну из четырех. Кстати, этим успешно занимались и другие односельчане.
Примеров неосознаваемого воровства можно приводить неограниченное количество. Никто не считает воровством, если проедет остановку в автобусе и не оплатит, да даже если весь маршрут проедет бесплатно, его это не огорчит, и он сам себя оправдает: «Я не заплатил. Все равно водитель не дает билета, а в кассу сдает не всю выручку. Автобусники все время повышают тариф за проезд. Так что мы хоть немного квиты». Воруют по мелочам у себя на предприятиях. На стройке – это стройматериалы, которые можно унести, на предприятиях – продукты питания. Не будет считать воровством директор ресторана, если он пообедает в своем ресторане и не заплатит. Чаще всего воруют друзья друг у друга, не осознавая, что они воруют. Проявляется это в форме «бартера». Услуга за услугу. Мне многие врачи жаловались на это. Подвезет сосед-водитель бесплатно груз один раз в год, а пользуется его услугами в течение нескольких лет. Наоборот тоже бывает. Услугу врач оказал один раз, а эксплуатирует много раз. Знакомый психотерапевт рассказал мне забавную историю. Один из его подопечных, довольно состоятельный человек (на джипе ездит), походил несколько раз на занятия группы, а после подвозил доктора домой. В процессе езды они беседовали. Он старался затянуть эту беседу на более длительное время. Затем он перестал ходить вообще на группы, а приезжал к концу для того, чтобы подвести доктора домой. Нетрудно подсчитать, сколько он у него украл. Он фактически добивался индивидуальной консультации, которая стоила столько, сколько оплачивала вся группа, а в виде бартера расплачивался услугой таксиста, которая стоила раз в 20 меньше. Конечно, ни доктор, ни пациент этого не осознавали. Затем доктор понял, что его обворовывают. Я посоветовал ему, чтобы он сам прекратил воровать – отказаться от его услуг и вызвать такси. Сразу все стало на свои места.
Материальные ценности неосознанно воруют все-таки реже, чем интеллектуальные. На такое обворовывание жалуются многие люди интеллектуального труда разных профессий. Чаще всего стараются обворовать в этом плане юристов, врачей, экономистов, психологов, переводчиков, плановиков, чертежников, конструкторов. Воруют так на работе, в транспорте, но чаще в местах отдыха. Поэтому многие на отдыхе, в командировке и в поездке стараются не говорить о своей профессии, особенно те, кто достиг достаточно больших вершин в своем деле. Они просто скрывают свою профессию.
В моей жизни был такой случай. Я понес в редакцию свою монографию «Неврозы». Редактор показала книгу, которую ей принесли дня два назад. Она была примерно такого же содержания, как и моя монография, но с большим количеством научных искажений и ошибок. Оказывается, автор этого произведения слушал мои лекции, записал их, как понял, перепечатал, размножил в 100 экземплярах и успешно их продал. Кстати, меня он даже не имитировал. Затем он решил все издать. Я беседовал с этим человеком. Он не осознавал, что ворует, считал, что делает благое деяние – распространяет среди народа медицинские знания.
Чаще всего неосознанно люди воруют друг у друга самое ценное – время. При этом считают, что еще оказывают человеку какую-то милость. ЧащеЧащеЧаще всего – это разговор по душам со своими приятелями и друзьями, которые могут затягиваться часами. Подробнее об этом несколько ниже.
3. По объекту воровства
1. Воровство имущества и денежных средств. Чаще бывает осознанным, уголовно наказуемым и морально осуждаемым.
2. Воровство идей. Часто бывает неосознаваемым, редко уголовно наказуемым. Морально осуждаемое. Неосознаваемо из-за отсутствия общего образования или по неосознаваемым психологическим механизмам. Мне часто жаловались «гадкие утята», как их идеи воровали: у них их лучшие «друзья». Вначале в соавторстве опубликуют маленькую статейку с изложением основных принципов. А затем уже ставят свою фамилию на основании этой идеи монографии. Читал я одну очень интересную книгу, посвященную проблеме общения. Автор предупредил, что он не хочет загромождать текст фамилиями и поэтому приводить их не будет. В одном месте он написал, что люди в общении напоминают дикобразов, которые хотят согреться. Но ведь это изречение А. Шопенгауэра. Нашел еще несколько хорошо известных изречений без ссылок. Интерес к книге и автору упал. Знакомиться с ним мне уже расхотелось. Дорогой мой читатель, приводить чужие мысли можно и нужно, но необходимо обязательно ссылаться на автора. Считайте, что вас будут читать умные и образованные люди. В крайнем случае, укажите, что где-то слышали, если не помните автора или если есть сомнение, вы ли это придумали. И не обижайтесь на воров, они вас будут стимулировать на быструю публикацию своих идей. После того случая, о котором я выше говорил, и кражи моего курса лекций по психотерапии, я быстро все опубликовываю. И сейчас все публикую, а потом об этом говорю.
3. Воровство времени. Самый частый и опасный вид воровства. Моруа называл их хронофагами. Хронофагией в моей практике занимаются особенно часто застенчивые люди. На лекции вопросы стесняются задать, а потом, когда ты уже торопишься в другое место, начинают задавать их, пишут письма и требуют внимания. Воровство времени – морально неосуждаемое и уголовно ненаказуемое воровство. Если и осуждают, то скорее того, кто не дает себя обкрадывать. Врачей часто осуждают за то, что не хотят принять лишнего больного. Осуждают, когда он хочет брать за это деньги. Осуждают приглашаемого в гости, если он отказывается прийти. Осуждается подружка, которая не хочет выслушать ваши жалобы. Ведь помочь она не может. Никто не оплачивает потерянное время, если не пришел не назначенную встречу. Человек может не прийти на визит к врачу, парикмахеру, портному, хотя он уже был записан на прием. Ведь он фактически украл время.
4. По субъекту воровства
1. Воровство у личностей и семей. Обычно морально осуждаемо, уголовно наказуемо и осознаваемо. Но если у личности ворует государство, то защитить свои интересы бывает крайне трудно. При задержке зарплаты и пенсии выплата ведь должна идти с процентами. Но, кто их требует и кто выплачивает? Мне один доктор со всеми регалиями жаловался на то, что ему государство платит мало, хотя претензий к нему не высказывает, а, наоборот, поощряет. (У него высшая категория, он доктор наук и отличник здравоохранения.)
2. Воровство у предприятий. Уголовно наказуемо, иногда морально осуждаемо, иногда поощряемо.
3. Воровство у государства. Уголовно наказуемо, не морально не осуждаемое, часто неосознаваемое.
4. Воровство у себя. На этом виде воровства остановимся подробнее.
Уголовно ненаказуемое, часто неосознаваемое, морально приветствуемое (не считается с личным временем – писалось в характеристиках советского времени как достоинство работника, хотя это большой недостаток). Вообще-то, в конечном итоге, каждый вид воровства – это воровство у самого себя. Ушел от налогов – государство беднеет и не может тебя же защитить. Не заплатил в автобусе – их станет меньше на линии, будет давка, протрешь быстрее одежду, опоздаешь на работу. Обманул партнера – можешь его лишиться, да еще и приобрести негативную репутацию. Но больше всего воруют времени у себя школьники и студенты. Вместо того, чтобы приобретать специальность, они занимаются непонятно чем. Что в результате? Становление специалиста приходит где-то к 35 годам.
Мы предложили методики оценки стоимости потерянного времени. Посчитайте, дорогой мой читатель, какие убытки вы понесли. Расчет я предлагаю вести не по тому, сколько вы сейчас зарабатываете, а по той сумме, которую мечтаете зарабатывать. Я предлагаю исходить из суммы 100 долларов в час, средней зарплате врача в США. Тогда вы поймете, во сколько обходится обычный праздник, например, Новый год или день рождения. Подсчитайте все время на подготовку, проведение праздника и время, которое ушло на восстановление формы. По самым скромным подсчетам получается около 2000 долларов в лучшем случае, если дело не осложнилось какой-нибудь болезнью. Но даже если вы хотите зарабатывать в 10 раз меньше, то и эта сумма будет значительной.
Опаснее всего воровство: безнаказанное – человек теряет контроль, расслабляется и попадается. Тяжелее судьба того, кто ворует, чем того, у кого воруют. Обворованный приобретает опыт.
Мы пришли к выводу, что любое воровство – это, в конечном счете, воровство у самих себя. Не воруйте и не давайте себя обкрадывать!!!
Еще немного о воровстве. Шесть лет студенческой жизни и более 20 лет уже в роли преподавателя высшей школы показали мне, что учеба – это воровство времени у студентов. Преподаватели вместо того, чтобы сделать так, чтобы их слушали, грозятся расправой на экзаменах. Но ведь и правда, многих слушать невозможно! Убедился я в этом позже. Штатным преподавателем я стал в 42 года. Я не мог позволить себе эмпирически накапливать педагогический опыт. Я стал посещать лекции, которые читались многими преподавателями в нашей аудитории. Я повторил курс многих наук. К какому выводу я пришел? Все наши преподаватели великолепно знают свой предмет, но мало кто умеет его донести до студента. Он находится как бы в психологическом сне. Картинка примерно следующая. Папа пришел с работы из ночной смены и лег спать. Дети шумят, а мама на них цыкает. Вот и преподаватели в каком-то трансе, психологическом сне. Что-то говорят, с кем-то дискутируют. Студенты при сем присутствуют. Им все это неинтересно. Они потихонечку гудят. Преподаватель живет своей жизнью, студенты – своей. Когда шум становится уж чересчур громким, тогда он цыкнет на студентов, пригрозит встречей на экзаменах. Те затихают, но это не значит, что они начинают слушать. Преподаватель по-прежнему непонятно с кем общается. Многие преподаватели настолько к этому привыкли, что, по-моему, их и не угнетает такая ситуация, что их никто не слушает и не слышит. Лишь бы было тихо. Как-то у нас ввели свободное посещение лекций. Лекции многих преподавателей студенты перестали посещать. Что нужно было делать этим преподавателям? Пойти послушать тех, к которым студенты ходят, и поучиться их методике чтения лекций. Что сделали? Ввели опять обязательное посещение лекций.