Началась череда приятных для меня событий.
Я стал систематически ездить в Красноярск, где организовывал встречи психотерапевтов тогда еще доцент, а теперь профессор и президент крупного психотерапевтического отделения, которое приобрело международное признание. В последующем изложении я буду называть его Президент. С помощью моих учеников мы организовали Северокавказскую психотерапевтическую ассоциацию, работал также клуб «Неваляшка».
Поступило предложение участвовать в международной психотерапевтической конференции в Германии. Организаторы конференции выделяли для нас автобус. Все складывалось великолепно.
Я, чтобы не путаться в датах и не перескакивать с одного события на другое, изложу их по разделам.
Рига. Поездки мои в Ригу начались по протекции профессора Латыша, с которым мы учились вместе в Москве в 1984-м, а потом встретились на одной из конференций. В марте 1990 года меня пригласили проводить семинар в Риге с оплатой командировочных расходов, проживания и питания. Рига тогда ещё была в составе CCCP. B общем, весной 1990 года я в Психиатрической республиканской больнице провел довольно успешно недельный семинар с врачами-психиатрами республики. На нем присутствовал представитель Министерства здравоохранения Латвийской ССР, который пригласил меня на семинар для руководителей Министерства здравоохранения.
Время второго семинара совпало с волнениями в Риге, Латвия объявила себя самостоятельной. Была какая-то реакция. И я под давлением близких и декана отказался от поездки. Было это где-то в двадцатых числах января 1991-го. (Лукавит Вечный Принц. Он сам испугался. Непонятно, почему испугался. Я беседовал с ним по этому поводу и задал ему такой вопрос: «А разве дома с вами ничего не могло случиться? Ведь криминальная обстановка в вашем регионе не очень спокойная. Кроме того, в Риге вы бы не пошли на площадь. Вас бы встретили в аэропорту, отвезли в гостиницу, а потом бы возили каждый день на семинар. Мои доводы убедили Вечного Принца. После этого он уже никогда не отказывался от поездок по причине стихийных событий и политических волнений. – М.Л.) Когда я понял, что сыграл труса, я спросил Золушку, как она себя будет чувствовать, если в эту неделю, которую я должен был быть в Риге, со мной что-нибудь случится дома. Правда, ничего плохого не случилось. Золушка всю неделю провела в напряжении. Через неделю мне предстояла поездка в Красноярск, от которой я уже, конечно, не отказывался. В Ригу я все-таки попал, но года через два. Это была моя последняя поездка в Ригу. Там тоже были всякие нюансы, но они не играли особой роли в моей жизни.
Красноярск. Поездки в этот город сыграли большую роль в моем становлении и в росте моей известности в психотерапевтическом мире. Первая моя поездка, если я не ошибаюсь, была летом 1990 года. Пригласил меня в Красноярск Президент. Поехал я туда с группой своих учеников. Мы договорились, что будем ходить по разным преподавателям, потом обменяемся впечатлениями. Масштаб проводимых мероприятий меня поразил. Проводил их и организовал заведующий кафедрой при поддержке декана факультета совершенствования врачей.
На декадник прибыло более 400 человек. Все это проводилось в Музее Вождя революции. В общем зале была объявлена программа первых пяти дней декадника. Общие секции перемежались групповыми занятиями. Все это гудело до 8 вечера.
Я избрал входящую тогда в моду методику нейролингвистического программирования. Начальный курс проводил студент 4-го курса. И надо сказать проводил хорошо. Он был влюблен в Гриндера и Бандлера, часто их цитировал. Jo было кое-что и из своей практики. Я старался активно участвовать во всем этом и, надо сказать, освоил эту методику практически. Но затем прибегал к ней редко, ибо она слишком технологична. Кроме того, я начал разрабатывать свои методы, и мне не хотелось смешиваться и слушать упреки типа того, что я не так провожу нейролингвистическое перепрограммирование или гештальт-терапию. Когда я работаю на своих авторских программах, мне никто не сможет сказать, что я что-то не так делаю, а вот я смогу это казать своим последователям. Но тем не менее в ряде случаев владение другими методами меня выручало и выручает сейчас.
Через 5 дней была возможность перейти к другим преподавателям и заявиться самому со своей программой. Вот эта возможность – характерная черта семинаров Президента. Он дал путь многим психотерапевтам, и мне в том числе, за что большое ему спасибо. И в дальнейшем он был моим добрым ангелом-хранителем, несмотря на несколько суховатую манеру обращения. Все, кто хотел, выступали с самопрезентацией. Выступил и я. Рассказал немного о себе и о своих методах.
В первый день ко мне пришло человек 75. На второй день было уже 125 человек. На третий день число слушателей доходило до 200. Это были бурный успех и известность. С тех пор меня стали регулярно приглашать на все психотерапевтические тусовки. Там же я познакомился со многими психотерапевтами. Когда подводили итоги второй пятидневки, многие мои слушатели отзывались обо мне с восторгом. Президент пригласил меня принять участие в летней программе, которая проводилась на теплоходе по маршруту Красноярск – Северный Ледовитый океан. Я с восторгом принял это предложение, как и последующие. Не буду описывать детально эти семинары. Вы, Михаил Ефимович, сами бывали на них.
Дома тоже все было успешно. Функционировал клуб «Неваляшка». Начали работать циклы психологического дзю-до. Дети успешно учились в институте. Инфляция довольно больно ударила по нам. Мы успели купить машину «Запорожец», кое какие вещи. Но некоторое количество денег пропало. «Запорожец» был куплен на имя старшего сына. Стала падать посещаемость на лекциях и на тренингах. Что-то нужно было придумывать новое. Я решил, что если на цикл, который стоил тогда 12 застойных рублей, и 10-рублевый тренинг денег у народа могло не хватить, то брошюрку стоимостью один рубль он купит. Так я написал первую книжонку, посвященную психологии общения. Вначале я пробно выпустил 100 экземпляров, и они довольно быстро разошлись. Потом занял немного денег и типографским способом выпустил 1000 экземпляров. Рассчитался с долгами и получил прибыль. Затем мне удалось уговорить одно издательство выпустить эту брошюру тиражом 50 тысяч экземпляров. Со мной они рассчитались моими же книжками. И тут оказалось, что имя-то мое не раскручено. Кое-что в нашем городе купили, но большое количество экземпляров застряло у меня в квартире и на складе издательства. Издательство упрекало меня за то, что книги не расходятся. Я взял кредит и выкупил почти весь их тираж чуть выше себестоимости и не прогадал. Известность моя росла, книга в соответствии с галопирующей инфляцией возрастала в цене. Но если честно сказать, то стоимость ее росла быстрее, чем инфляция. В общем, уже маленькая брошюрка дала мне неплохой доход и решила практически все наши скромные материальные запросы в период галопирующей инфляции.
Азовское море. С 1992 года я стал систематически выезжать на отдых и работу в Приазовск, довольно крупный город и порт Азовского моря, который после распада Союза стал приобретать все большее значение. История этих поездок такова. Пришел ко мне один доктор, который учился у меня несколько лет назад и сказал, что хотел бы меня как-то отблагодарить за то хорошее, что я для него сделал. Я широко раскрыл глаза. Он мне объяснил, что во время учебы на цикле психиатрии в одной из лекций я сказал решающую фразу, которая круто изменила его жизнь. Я спросил, что это за фраза. Он мне сказал ее: «Пробиваясь в этой жизни, имейте дело только с первыми людьми». Он сказал, что после этой фразы он понял, в чем была причина его неудач. Стал добиваться своего, общаясь напрямую только с теми, кто мог принимать решение, и вскоре стал главным врачом психоневрологического диспансера. Мы там отдыхали и одновременно читали лекции врачам города.
Когда мне Вечный Принц рассказал эту историю, меня самого пробило. Кстати, эту фразу он услышал от меня, а я не помню от кого. Не может быть, чтобы я сам ее придумал, потому что всю свою жизнь искал через кого-то дорогу к первым лицам. Однажды меня несколько моих покровителей водили за нос несколько лет. Они имели вход к первому лицу и просили меня немного подождать, говорили, что мой вопрос решается. Когда же я, потеряв терпение, сам обратился с этой просьбой к первому лицу, то мне сразу стало ясно, что вопрос в этом кабинете ни разу не поднимался. Ситуация для меня моментально прояснилась, я понял, что потерял три года. Теперь я тоже, решая свои вопросы, обращаюсь напрямую только к тем лицам, которые могут этот вопрос решить, Люди, имеющие реальную власть, решают вопросы довольно просто, быстро и эффективно. Верно и обратное правило. Если человек тянет резину, значит, у него нет реальной власти.
Хочу еще обратить ваше внимание на один нюанс. Педагоги, по крайней мере, я, довольно часто превращаются в говорящие магнитофоны, т. е. преподают, сами не понимая, что они преподают. Так, в программу обучения врачей входит изучение таких болезней, с которыми сами ни разу в своей практике не встречались. Как это делается? Прочтешь в книге клинику заболевания, напишешь на эту тему лекцию и читаешь ее. Прочел несколько раз, выучил наизусть. А когда встретишься с этим заболеванием на практике, то и не узнаешь его. Сейчас я преподаю только то, чем владею сам. Но сейчас я вольный человек, не связанный с программами. Я, правда, когда рассказывал о болезнях, с которыми не сталкивался, честно признавался слушателям в этом. Что делать преподавателям, работающим в учебных заведениях и вынужденных преподавать то, чем сами практически не владеют, я не знаю.
Так вот теперь, когда я заканчиваю цикл психологической подготовки, я всегда спрашиваю, что из пройденного запомнилось более всего, что упало в душу, что перевернуло взгляды на мир. Выясняется, что воздействие оказывают всего одна-две, максимум три фразы. Получается, что человек живет по какому-то лозунгу, терпит бедствия и будет терпеть, если этот лозунг не поменяет на другой, более адаптивный. Так я стал учиться у своих учеников. Они обращали мое внимание на мысли, которые я же им высказывал, но которые сами не влияли на мое поведение, так как я и сам не понимал их смысла. Но стоит поменять хотя бы одно слово, которое вызывает у тебя дезадаптацию, на адаптивное, то жизнь сразу меняется.
Приведу пример.
Многим моим ученикам становилось легче, когда они слово «должен» меняли на «вынужден». Приведу отчет одного из моих подопечных. «Когда я услышал эту фразу, меня «пробило». Сразу становится легче. Я не должен делать эту работу, а вынужден. Это мой способ зарабатывать себе на хлеб. А раз вынужден, то должен выполнять ее хорошо. Иначе мою работу не будут покупать. А если должен, то можно и абы как». И еще один рассказ другого из моих подопечных. «Я считал, что должен на своем производстве устраивать свои дни рождения. Когда я понял, что никому ничего я не должен, то перестал это делать, но тем самым вызвал неудовольствие своего начальника. Тогда я понял, что я вынужден это делать. И я снова стал устраивать свои дни рождения, но уже перестал приглашать на них весь коллектив, а приглашал только тех, кого считал нужным пригласить, т. е. приятных и полезных для меня людей и тех, которых хотел видеть мой начальник. Дни рождения мне стали обходиться в несколько раз дешевле. Если не дешевле, то более высокого качества. Польза получилась двойная. И меня стали реже приглашать люди, которые меня не интересуют. Это тоже экономия времени, сил средств».
Пожалуй, поговорю еще об одном слове. Много бед приносит нам слово «терпеть». Некоторые говорят об этом, как о большом достижении в своей психологической подготовке: «Мне плохо, терплю, но вида никому не показываю». Вместо того чтобы убить другого этим терпением, человек убивает самого себя. Лучше пользоваться словом «перетерпеть». Какой смысл, дорогой мой читатель, читая эту книгу, задерживать дыхание и терпеть? Нет смысла. Но если вы под водой, то лучше перетерпеть и не дышать. А пока вы перетерпливаете, то все усилия следует потратить на то, чтобы выбраться из-под воды и начать дышать. Так вот, когда вы в зависимости от кого-то, следует не ругаться с этим человеком, требуя от него каких-то благ, а перетерпеть и все делать для того, чтобы стать независимым. Для некоторых моих подопечных эта фраза была решающим моментом в жизни. Юноши переставали ругаться со своими родителями и требовать себе материальные блага, а начали думать, как научиться самому зарабатывать. Это очень организовало их жизнь. Они отказались от тех форм времяпрепровождения, которые тормозили их развитие.