Вечер перед каникулами я провел, обдумывая дальнейшие планы. Именно в таком состоянии меня застал Буров.

– Архипов, что с лицом? Такой серьезный, будто обдумываешь очередное безумное дело.

– Да так, неважно.

– Колись!

– Ну, после недели у Масловых собираюсь в Царицын. Меня там никто особо не ждет, но хочется пройтись по родным местам.

– Ага, только не заблудись в незнакомом городе, – ляпнул Буров и пристроился на краю стола.

– Ты это к чему?

– К тому, что никаких Архиповых в Царицыне нет и не было, – Дима хитро сощурился и посмотрел на меня. – Я навел справки и выяснил любопытную вещь. Знаешь, я имею обыкновение узнавать о людях как можно больше. На примере Радулова и Адашкина ты уже мог в этом убедиться – все-таки хочется понимать с кем имеешь дело. Откуда же ты взялся, Архипов, которого никогда не было в Царицыне? И документов у тебя при себе не оказалось, и рекомендацию тебе выдал Драгунов, которого вот уже лет тридцать как след простыл, и неожиданно он вернулся. Конечно же, разгадка кроется в той Арке, что простаивала на территории академии без дела и была так спешно демонтирована после твоего появления.

– Ты знал, что я пришел сюда через Арку?

– А как ты думал? У тех ребят, которые нашли тебя во дворе академии, оказались длинные языки. И потом, отец в хороших отношениях и с ректором, и с князем, а они ни минуты не скрывали откуда появился Драгунов. И если с Василием Степанычем все понятно, то зачем здесь ты?

– А что, если я тебе скажу, что попал случайно? Так же, как и трое моих друзей, которые попали не в Смоленск, а в Новгород. Просто скрывался от людей, с которыми не стоит встречаться в безлюдных местах.

– Интересная версия. Кстати, когда ты упомянул Новгород, многое стало на свои места. Еще бы, ведь у новгородских есть Питер – выход в море, порт и лакомый кусок для Картели.

– Ты и о них знаешь?

– А кто же не знает? Да, в гимназиях о них не рассказывают, а тему картелей проходят вскользь, упоминая генуэзских и венецианских купцов, а потом небезызвестную Ост-Индскую компанию. А вот о самой Картели – молчок. Даже интересно, Сахаров осмелится рассказать о ней, или побоится создавать себе проблемы на старости лет? Впрочем, я не об этом хотел поговорить. Я ведь узнал кое-что на счет твоей картины. На ней изображен Архангельск. Ты ведь туда собираешься, когда погостишь у Масловой?

– Предположим.

– В общем, что бы ты ни задумал, я еду с тобой! – произнес Дмитрий и поднялся, хлопнув ладонью по столу.

– Я тоже! – тут же вмешался Булычев, который все это время стоял неподалеку и подслушивал наш разговор.

– Нет, ребята, вы не понимаете чем это грозит. Гера, ты ведь не из богатой семьи. Если Диму еще могут взять в плен, чтобы поторговаться, то тебя сразу прикончат.

– Спокойно, капитан! Мы в Москве на арене и не таких рвали, как-нибудь справимся.

– Вот только на арене были студенты, а у Картели будут работать профи.

– Разберемся. И поступим мы следующим образом…

Идея Бурова мне понравилась, вот только я все равно не понимал к чему он это затеял, и зачем с нами увязался Булычев. Не хватало, чтобы он растрепал Глебу с Лукой, и тогда точно засыпемся. Шутка что ли – ехать в Архангельск впятером!

Суть заключалась в том, чтобы встретиться в Твери – подальше от Москвы и оживленных городов, где могут ошиваться представители Картели, а оттуда уже добираться до северного порта империи. Встречу назначили на набережной Афанасия Никитина, у самого памятника известному путешественнику.

– Каждый день, в половине первого дня будем ждать друг друга у памятника. Собираемся на восьмой день каникул, – произнес Буров.

Обсудив детали, разошлись по комнатам, чтобы отдохнуть. Каждому из нас завтра предстояло много работы. Буров собирался на охоту. Благородные семьи Смоленска собирались у князя в загородном охотничьем домике, поэтому Диме предстояло рано вставать. Ну а Гера вез домой заработанные у Малиновского деньги. Булычев успел проболтаться, что скопил около четырехсот рублей и собирается купить матери с сестрой хорошей одежды, а остальную сумму отложить на покупку собственного жилья поближе к фабрике по производству мехов, где мечтал работать в будущем. Ну а мне завтра предстояла поездка к Масловым, и поэтому я волновался не меньше.

Студенты отправлялись по домам с самого утра. Буров, Суровцев и Трегубов уехали на охоту еще до завтрака. У кого семьи были побогаче, прислали машины, остальные же торопились на автобус и даже на вокзал. Нам с Полиной предстояла именно такая прогулка.

Стоило нам выйти за пределы академии, огляделся по сторонам. Рядом было припарковано три автомобиля, и только в одном из них сидел водитель. Эх, не чета Победе, которую сконструировал Степаныч! Но ездит, что уже хорошо. Эдакое ведро с болтами, хоть и выглядит весьма элегантно и двигается тише. Главное, что подозрительных людей, которые хотели бы прикончить меня прямо на выходе, я не наблюдаю.

– Волнуешься? – Полина посмотрела на меня и крепко сжала руку.

– Немного. Пойдем скорее на автобус, а то опоздаем, и придется брать извозчика.

Конечно, у меня при себе были деньги. Часть наследства Степаныча я все же положил на свой счет, но добрых полторы тысячи, среди которых была и сумма, заработанная за полгода у Листика, была при мне. Лучше припрячу где-нибудь в другом месте.

Ехать пришлось чуть больше часа. Полина жила буквально в пригороде Смоленска – в Печерске. Небольшая деревенька стояла особняком от Смоленска и лет через десять с легкостью могла бы срастись со столицей княжества, но видно того не хотел никто, поэтому между городом и деревней пролегала широкая полоса, поросшая деревьями, которая напрочь глушила столичный шум.

Поместье Масловых оказалось небольшим. Хотя, смотря с чем сравнивать. Двухэтажный домик, с большими окнами на первом этаже и уютными комнатками на втором. Позже я понял, что на первом этаже располагались кухня, столовая, гостиная, детская и две уборных комнаты – мечта любой большой семьи. А практически весь второй этаж был занят спальнями. Только с одной стороны дома расположилась небольшая площадка, на которой можно было посидеть вечером и попить чай. Даже кресла-качалки имелись и теплые пледы на случай, если вечер выдастся прохладным.

Нас встречал не в пример Полине высокий худощавый парень лет двадцати пяти на вид. Я сразу понял, что они с Полей родственники, потому как глаза, нос и цвет волос были очень похожи. Только взгляд у парня был более суровый и мужественный.

– Сестренка! – Парень кинулся к Полине и заключил ее в объятия, и только через несколько секунд перевел взгляд на меня. – О, этот тот самый Андрей, о котором ты писала?

– Писала? – я перевел взгляд на Полину.

– Ну да, а ты что, не в курсе, что в академии можно отправлять почту? Забирают почти каждый день, не считая воскресенье.

Хотя, откуда мне это знать, ведь за пределы академии мне и писать было некому. На счет газет я знал, а вот письма… Логично ведь, странно, что я сразу об этом не подумал.

– Степан! – парень подошел ко мне и протянул руку.

– Андрей. Хотя, ты и так уже знаешь. А вот Полина о тебе почти не рассказывала. Сказала только, что у нее есть два брата, а дальше молчок.

– Ну, Полинка у нас скромница, – улыбнулся парень.

В общении такой же простой, как и его сестра, что нечасто встретишь среди аристократов. Хотя, назвать Масловых семьей аристо получалось с трудом. Никакой прислуги – все своими руками. Только для поддержания чистоты в доме приходилось нанимать людей, которые раз в неделю помогали проводить генеральную уборку. В остальном же дом держался на Степане.

– Внученька! – к нам вышла пожилая женщина и широко расставила руки, намереваясь заключить Полину в свои объятия.

– Бабуля! – Поля тут же обняла бабушку.

– Погоди, солнышко. Сперва представь молодого человека.

– Это Андрей Архипов. Мы с ним учимся в одной группе в академии.

– Клара Степановна! – женщина протянула руку, и я ее с охотой пожал. – Пройдемте в дом! Вы, наверняка устали от казенной еды. Я встала с самого утра и напекла угощений. Но сначала горячее!

Мне отрядили комнатку в правом крыле, которое предназначалось для гостей. Всего, как я понял, наверху располагалось восемь комнат. Несмотря на широко распахнутые шторы и чистоту, дом казался немного пустым и заброшенным. Шутка что ли? После отъезда Полины в академию постоянно здесь жило всего два человека.

– Полечка, я застелила в твоей комнате! – Клара Степановна светилась от счастья, видя внучку. – Посмотри, твоя комната осталась такой же, как до отъезда.

Говорят, обстановка меняет людей. В разных местах мы ведем себя по-разному, но я готов был поспорить, что Поля ничуть не изменилась – просто немного расслабилась и испытывала чувство ностальгии по былым временам. Это мой дар активно подсказывал мне настроение девушки. Привычка использовать силу и ловить из окружения любые изменения настроения никуда не исчезла. Да, в конце дня я обычно чувствовал себя как выжатый лимон, но это того стоило! Лишь на первом курсе я уже второй луч! С такими темпами до третьего доберусь всего за год, а к концу учебы… Ладно, не буду загадывать.

– Андрей, пойдем, покажу мою комнату! – девушка схватила меня за руку, и прежде чем я успел что-то ответить, потащила меня за собой.

У Полины было очень мило. Широкая кровать, на которой, если потесниться, могли бы поместиться два человека, кружевные шторки на окнах, мягкий ковер с длинным ворсом. Девушка подошла ко мне, положила руки на плечи и посмотрела в глаза.

– Знаешь, а тут у нас еще не было…

– Муррр! – в комнату пробрался пушистый обломщик, запрыгнул на кровать Полины и уставился на нас с наглой мордой. Размерами он был не меньше спаниеля. Не знаю чем нужно кормить котов, чтобы они росли такими огромными.

– Уголёк! – девушка тут же бросилась к коту и принялась его обнимать.

– Красивый кот, – сел рядом и провел рукой по голове котейки. Пушистый комок тут же выгнулся, промурлыкал что-то на своем языке и запрыгнул мне на колени, после чего сделал круг и устроился, свернувшись в клубок.

– Это не совсем кот. Сибирский бастет.

– Кто?

– Бастет. Разве ты никогда не слышал о таких? Это те же коты, только владеющие особенными силами. К примеру, бастеты отличаются даром целительства. Когда я в детстве упала с велосипеда и свезла коленки, он первый зализывал раны и не слезал с меня, пока раны не затянулись. Представляешь, за день все прошло. А еще Уголёк всегда заступался за меня, когда бабушка сердилась и грозила ремнем.

– Уголёк, говоришь?

– А ты ему понравился, – Полина улыбнулась и устроилась рядом. Девушка провела рукой по голове кота, и тот ответил мурчанием. Размером эта махина не уступала мейн-куну или тому же манулу крупного размера, но по уровню доброты превосходил всех известных мне кошачьих.

– Погоди, я не совсем понимаю. Помнишь, мы разговаривали о ревяке, который задрал отца Геры на охоте? Как я понял, на существ, обладающих даром, охотятся ради их чудесных свойств. Угольку не грозит опасность?

– Не волнуйся, бастеты никому не интересны, никто на них не охотится. Да и не стоит недооценивать этого добродушного мурлыку – коготки у него что надо.

В этот момент Уголёк вытянулся и показал острые когти.

– Полина! – буквально через пару мгновений в комнату вошла бабушка. – Идемте скорее, Витя с семьей приехал!

Пока мы спустились, карета уже отъехала от дома, а Степан заносил многочисленные чемоданы. Странно, почему бы не воспользоваться автомобилем? В коридоре показался мужчина, которому немного не хватало до тридцати. Хотя, может быть, что его немного старила короткая стриженая бородка и усы. Судя по дорогому костюму, его семья явно не бедствовала. Следом за ним вошла жена в роскошном пальто, а потом дом наполнился шумом и детским смехом, потому как в коридоре появились трое детей – две девочки и мальчик.

– Мама, Костя отобрал у меня рюкзачок!

– Я только хотел помочь донести! – тут же начал оправдываться мальчик.

– Дети, спокойно! Костя, молодец, но отдай рюкзак Вике. Заносите свои вещи в детскую.

– Ма, мне уже пять, можно я буду спать наверху, как все взрослые? – оживился парень.

– Посмотрим на твое поведение сегодня.

Гости тепло поприветствовали бабушку и помогли Степе занести чемоданы в дом. Заметив нас, пошли знакомиться. Я чувствовал на себе оценивающий взгляд Виктора и испытал легкий холодок, когда он смотрел на меня. Готов поспорить, он попытался считать меня с помощью дара. Выходит, у Масловых в семье есть псионик.

– Ну вот, почти все комнаты заняты! Совсем как в прежние времена! – обрадовалась Клара Степановна. Бабуле явно не хватало внимания, да и скучала она по внукам и правнукам, поэтому так суетилась.

– Поля! – девчонки тут же обступили девушку и принялись обниматься, а парень засмущался и сдержанно протянул руку. Меня дети пока изучали со стороны.

– А вы с Андреем, как папа и мама? – тут же озадачила вопросом самая младшая – Вероника. Дети – сама непосредственность, они ведь даже не понимают, что могут задать неудобный вопрос.

– Почти. Мы пока тренируемся, – не растерялась Полина.

– Андрей мне нравится. Он классный! – тут же подхватил Костя.

– Я знаю, – ответила девушка и провела рукой по голове племянника.

– Самовар уже вскипел! Садитесь пить чай. Или горячего погреть?

– Ба, ну какое горячее? – отозвался Виктор. – Нам после дороги кроме чая и твоих плюшек с корицей больше ничего не влезет.

– Еще бы! Только попробуйте отказаться от моих плюшек! Я их все утро пекла!

И все равно Клара Степановна умудрилась накормить нас. А как тут откажешься, ведь на столе было столько вкусностей! Домашние котлеты, рыба в кляре, картофель, запеченный с грибами, а к чаю – плюшки с корицей и блины с медом. Не скажу, что в академии плохо кормят, но после обеда у бабушки Полины наелся до отвала.

А во время чаепития, когда дети умчались играть во двор, Клара Степановна разоткровенничалась и принялась рассказывать о семье.

– Андрей, а Полина рассказывала тебе кем работают братья?

– Еще нет, ба. Лучше ты расскажи, у тебя хорошо получается.

– Хорошо, уговорила, подлиза, – Клара Степановна улыбнулась и начала рассказ. – Витя – директор княжеской типографии. Через него проходит почти вся печать газет. И книги, которые сейчас используют в гимназиях и академиях, печатались у него.

– На самом деле типография принадлежит князю, а я всего лишь руковожу предприятием, – вмешался Виктор.

– И все же ты делаешь важную работу, – тут же парировала бабуля и продолжила. – Олечка у Вити сильный целитель. Аж седьмой луч! Сейчас она посвятила себя воспитанию детей, но как только они немного подрастут и пойдут в гимназию, вернется в смоленскую больницу. Я очень надеюсь, что Полина пойдет по ее стопам.

– Да, у Поли хорошо получается! – я воспользовался случаем похвалить девушку, и та раскраснелась.

– Ну а Стёпка весь на хозяйстве. Поддерживает порядок в доме, следит за садом. Забота о поместье свалилась на его плечи. У меня уже нет сил поддерживать порядок в таком большом доме, поэтому в основном это его заслуга.

– Андрей, а кто твои родители? – поинтересовался Виктор.

– Витя! – тут же осадила брата Полина. – Родители Андрея умерли.

– Прости! – тут же отозвался Виктор и потупил взгляд.

– В этом вы похожи, – протянула Клара Степановна. – Родители Полины и Вити со Стёпой погибли вот уже пятнадцать лет назад во время Лихачевского восстания. Тёмная страница нашей истории, тогда было много горя, но так всегда бывает, когда в мире царит несправедливость. Люди, живущие без дара, получили равные права, пусть и большой ценой. Прости, а чем занимались родители?

– Мой отец был механиком, – я решил немного рассказать и просто адаптировал историю под реалии этого мира. – Они были знакомы с профессором Драгуновым. Собственно, я и отправился из Царицына в Смоленск, надеясь на его поддержку. Знания о механике у меня от отца.

– Да, я слышал о смерти Василия Степановича, – оживился Виктор. – Это вопиющий случай. Сначала эта история с Борисовым, потом Драгунов… Герасимову стоит серьезнее относиться к безопасности академии, а он взял и поставил вместо Долматова полного бездаря!

– Виктор! Пожалуйста, следи за словами за столом, – тут же повысила тон бабуля.

– На самом деле, у ректора были связаны руки. – Сам не знаю почему, но я решил вступиться за Герасимова. Может, исключительно справедливости ради. – Это вынужденное решение, и в этом вопросе Борисову удалось переиграть Разумовского. К счастью, только в этом.

– Долматов еще меня учил! – поддержал Степан. – Преподавал рукопашку и владение даром. Хороший мужик!

Выходит, разница у нас со Стёпой не такая уж и большая, если учесть, что Долматов работал в академии всего шесть лет. Выходит, брату Полины от силы двадцать пять, а то и меньше.

– А давайте-ка сыграем в аркашар! – предложил Стёпа. – Вить, составишь компанию?

– А с кем играть-то? Сестренку с Андреем мы точно уделаем на раз-два, – Виктор заговорщически подмигнул брату, а Поля тут же вскинулась.

– Думаете, сможете нас обыграть? Ну-ну, попробуйте!

– Забьемся?

– А давай!

Все это время я следил за перепалкой Полины с братьями и не мог понять как мы собираемся играть.

– А как вы себе это представляете? Нас тут и на одну команду наберется с натяжкой. Если условно играть с одним пронырой.

– Так мы два на два, с играющим арочником! Ты как будто никогда не играл на маленьком поле, – отозвался Виктор. – Стёпка, тащи Арки!

– Помогай! Каждая весит с полцентнера. Или думаешь, что я ратник, так мне все по силам?

– Ладно, давай вдвоем, – нехотя согласился брат и ушел вслед за Степаном.

Через несколько минут арки были выставлены в пазы и прикручены, а шар ждал на середине поля.

– Оля, будешь судьей? – Виктор повернулся к жене, но та отрицательно покачала головой.

– Мы с детьми лучше понаблюдаем за вашей игрой.

– А что, я судьей буду! – тут же оживилась Клара Степановна. – Или ты думаешь, что моего зрения не хватит, чтобы заметить как вы со Стёпкой мухлюете?

– Ладно, ба, давай отмашку!

Клара Степановна бодрым шагом вышла на середину небольшого поля, длиной метров в десять, и подбросила мяч вверх. Я тут же потянулся к нему даром, но Виктор оказался сильнее. Мяч плавно сместился в руки к Степану, а ратник сразу же прокинул мяч в арку с помощью дара, запульнув его с такой силой, что он вмазался в дом – Полина просто не успела дотянуться.

– Первый пошел! – заржал Виктор, глядя на то, как хмурился девушка.

– Полина, давай ты на проныру, а я буду арочником и стражем. Попробуй ослабить Виктора, чтобы мы выиграли борьбу за шар.

Девушка кивнула, но хмуриться не перестала. Следующий розыгрыш шара мы снова проиграли – Виктор оказался куда сильнее, чем я думал. Явно выше четвертого луча. Зато повторить трюк Степану не удалось – я с легкостью взял брошенный шар.

– Поля, играем в пас! – бросаю шар девушке, а сам выдвигаюсь вперед.

Степа бросается сначала навстречу Полине, а потом смещается ближе ко мне, чтобы не позволить приблизиться к арке, где уже стоит Виктор. Полина возвращает мне шар, я перехватываю его и отправляю в арку. Правда, припас небольшую хитрость. В сторону арки помчалось сразу четыре шара, но настоящий был только один. Пусть Виктор ломает голову и пытается вычислить иллюзии. Конечно, для опытного псионика это не проблема, но решающий фактор здесь играет время – решение нужно принимать мгновенно.

Виктор бросается в сторону ближайшего шара, решая, что я надеялся поскорее забросить его в арку, но ошибся. Моим шаром был тот, что летел ниже центра – как опытный вратарь, а здесь арочник, я отлично знал, что нижние удары вообще тяжело брать, а бросок в дальний угол скорее всего будет перехвачен, потому как у арочника будет больше времени, чтобы среагировать. План сработал блестяще, и мы сравняли счет.

– Ба, ты видела? Они жульничают! – Виктор шутливо надулся, но Клара Степановна погрозила ему кулаком.

– А то я не видела, что вы тоже играете с даром! Раз первые начали, расхлебывайте!

Виктор попытался использовать этот же фокус против меня, но я уже был готов к такому исходу – растянул ментальную сеть по всему полю и вовремя определил какой из шаров настоящий, а какие – иллюзии. Дальше было непросто, потому как приходилось быстро реагировать на фокусы братьев. Еще дважды мы пропускали, и дважды забрасывали шар. В итоге со счетом три на три разошлись отдыхать, потому как время вышло и Клара Степановна объявила о завершении матча.

– Хорошая игра, Андрей! – похвалил меня Виктор после матча. – Правда, мы со Стёпкой немного поддавались…

– Ага, по вам заметно! – оба брата были мокрые от пота и тяжело дышали. Даже ратник, которому приходилось отрабатывать на поле за двоих, упахался как лошадь.

– Доживи до наших лет, тогда посмотрим как бегать будешь, – отозвался Стёпа.

Ой, напугали кота котлетой. Если Виктор был старше меня лет на десять, то Стёпа – лет на семь, не больше. Дожить до их возраста, конечно, еще та задача в моих условиях, когда у Картели ко мне нездоровый интерес. Но если уж это произойдет, я уверен, что буду живчиком! Запускать физическую подготовку у меня в планах не значилось.

– А ты им понравился, – произнесла Полина, когда мы шли со двора обратно к дому.

– С чего ты взяла?

– А ты разве не видишь по глазам? Они оценивали тебя, каждое решение, как ты держишься, разговариваешь, смотришь на меня и остальных. Масловы – это семья, и нам очень важно, чтобы рядом был человек, на которого можно положиться.

Внезапно я почувствовал какое-то необъяснимое тепло, словно на мгновение у меня снова появилась семья. Не там, в другом мире, а здесь, прямо под боком. Одновременно до жути захотелось домой. Посидеть с отцом, слушая его поучительные истории из жизни, поболтать с матерью на кухне, глядя как она хлопочет у плиты, а я в это время чищу картошку… Иногда счастье совсем рядом, просто за кучей проблем и событий мы торопимся и не замечаем его, не чувствуем, позволяя суете занять место в нашей душе.

– Да, возможно, ты права.

Остаток дня мы провели в гостиной, а вечером вышли с Полиной прогуляться. Стёпа провел нас глазами и загадочно улыбнулся, когда мы вышли из дома и направились в сад. На самом деле, все было прилично. Не считая момента, когда мне показалось, что заснеженные ветви деревьев надежно закрывают нас, и я привлек к себе девушку. Мы долго целовались, стоя посреди дорожки, а потом примчался Костя и позвал нас на ужин.

В целом, это был замечательный день, после которого я практически мгновенно отключился, успев перед сном уже по привычке растянуть ментальную сеть, которая в случае чего предупредит о приближении незваных гостей.

Уже утром услышал как дверь отворилась и в комнату кто-то вошел. Ментальная сеть первой помогла установить личность гостьи, а стоило мне открыть глаза, увидел Полину. Девушка уже успела добраться до ванной и привести себя в порядок. Вот же я соня!

Поля осторожно подкралась к моей кровати, не замечая, что я уже слежу за ней из-под слегка приоткрытых век, села на краю и потянула на себя одеяло.

– Доброе утро!

Тут же поднялся и прижал к себе девушку. Рука сама скользнула к рубашке, на автомате расстегивая верхнюю пуговицу.

– Стой, это я хотела тебя разбудить.

– А если мы разбудим друг друга?

– Ты же знаешь что бывает, когда ты меня будишь. Бабуля точно услышит!

Скрип половиц выдал приближение кого-то из семьи Масловых. Полина тут же высвободилась из объятий, подскочила и спешно застегнула пуговицу на рубашке. Сначала в комнату пробрался Уголёк, а буквально через пару секунд появилась Клара Степановна.

– Поля! Вот егоза, не даешь гостю выспаться! – тут же выругалась бабуля. – Андрюша, приглашаем за стол. Завтрак уже готов!

– Спасибо за приглашение, сейчас приведу себя в порядок и спущусь.

– Внуча, не смущай парня, ему нужно переодеться. Пойдем, лучше поможешь накрыть на стол.

Полина упорхнула вслед за бабушкой, на прощание состроив мне глазки и подарила воздушный поцелуй, а я дождался пока закроется дверь и выбрался с кровати. Надо же, сколько я проспал? А улице было уже светло. Часов восемь, не меньше. В академии я уже остался бы без завтрака. Вот что значит позволил себе расслабиться.

День зимнего солнцестояния праздновали по особенному. На столе разместили двенадцать блюд, посвященные каждому месяцу года. Загадывали желания, дарили подарки, делились планами на будущее и болтали. А на рассвете бабуля подняла девушек гадать. Как она призналась, на рассвете первого дня, когда день начинает расти, можно погадать и узнать практически все, что хочешь. Мне тоже хотелось испытать свой дар предвидения, пусть на втором луче он откровенно слаб, но Клара Петровна не позволила, сославшись, что это обряд только для девушек.

И все же мне не спалось. То ли из-за эмоций, которыми был наполнен уходящий день, то ли из-за волнения перед чем-то необъяснимым. С непроходящим чувством тревоги проворочался в кровати до самого рассвета, а потом решил спуститься вниз и подышать свежим воздухом во дворе. На ступеньках встретил заплаканную Полину.

– Что случилось? – тут же обнял девушку и прижал к себе. – Плохой сон?

– Нет, мы гадали и…

– Что?

– Я решила погадать на нас с тобой, и нам обоим выпали тяжелые испытания…