Над Краковом выла сирена. Её заунывные причитания отскакивали от башенок Вавельского замка, путались в шпилях Мариацкого костёла, шли рябью по гигантской площади Главного рынка. Казалось, город вибрирует от страха перед неведомой угрозой. Впрочем, угроза известна и хорошо видна.

– Как прекрасен древний город королей в солнечную погоду, – зачитывает оператор Александр, перелистывая мокрые страницы съёмочного плана.

О, да. Я понимаю сарказм. И скепсис. Я не понимаю только, как снимать запланированную «прогулку по Старому городу», когда с неба тоннами рушится вода. Это даже не тропический ливень, нет, всё гораздо хуже. Похоже, будто над городом королей опрокинули огромный котёл с влагой и пузырьками. Не дождь, а вертикальная река.

– Знаменитые краковские дрожки, запряжённые парой лошадей, – лучший способ прокатиться по узким средневековым улочкам, – продолжает изучать сценарный план оператор Александр.

На наших глазах упомянутые улочки превращаются в горные ручьи. Сейчас по ним можно кататься разве что на келпи – мифических водяных лошадках из средневековых бестиариев, которые известны тем, что увлекают пассажиров прямо в пучину. (И, кстати, пожирают оных).

А вот и кафе, где мы планировали найти главное городское лакомство – бублики «обважанек». В XVI веке король Ян Ольбрахт даже издал указ, согласно которому только три булочника и только в Кракове могли печь обважанеки.

– Похоже, съёмок не будет, – меланхолично замечает Александр, наблюдая, как мимо нашего укрытия проплывают столик и два стула.

– По прогнозу дождь скоро закончится, – оптимистично заявляет продюсер, прыгая по колено в воде.

Как бы в подтверждение её слов, солдаты, высыпавшие из грузовика, споро перегораживают узкую средневековую улочку мешками с песком.

Ничего, наверняка завтра повезёт. Я пересчитываю оставшиеся съёмочные дни. Какие были планы! Краковская колбаса, конечно же. Польские «мочанки» – изобретение извозчиков. Титанические краюхи с тушёным мясом, маринованными огурчиками, горчичным соусом, бобами, подливкой. Или «газдовски» с горным сыром под яблочным соусом. Ойцовская копчёная форель. Завтра, всё завтра. Назавтра Висла вышла из берегов.

Поляки – великие мастера супов (воды у них в достатке). И, на мой взгляд, первый среди равных – белёсый «журек».

По преданию, рецепт появился в незапамятные времена в результате пари. Некий хозяин корчмы взялся приготовить похлёбку из самых дешёвых продуктов, которые завалялись на кухне. В том числе, остатков хлебной закваски.