Монтгомери находился в ауте после поцелуя, наверное, целую минуту. Достаточно долго, чтобы его пассия ускакала подальше и не требовала немедленного розыска.

— Я поражен до глубины души, — признал Синклер. — Должно быть, мисс Скай — поклонница шахмат, — сказал с иронией, явно понимая, что древняя игра лишь повод. — Еще одну партию?

— Давай в другой раз, — если Монти все же станет частью Каналья Геймс, сыграть с ним мне еще предстоит, не отверчусь. И череда грядущих поражений не пугает. Не уверен, есть ли у него потенциал чемпиона мира, но от попытки ему противостоять я истинное шахматное наслаждение получил. Как если бы выкрутил уровень сложности в игре на максимум.

— Да, верно, боюсь, мои мысли неизбежно уйдут в иную сторону. Обсудим твоё предложение о работе?

— Моя фирма, Каналья Геймс, которую я официально зарегистрирую буквально на днях, занимается разработкой видеоигр. Стремительно растущая отрасль. У нас в портфолио уже пять проектов, проданных издателю Сьерра-Онлайн, ты мог слышать о них, как об Онлайн-Системс. Но меня не устраивает принцип «один человек — одна игра». Нужна организация на принципах командной работы и разделения труда, — начал я. Но к обещаниям достойной оплаты перейти не успел.

— Крис. Прости, что перебиваю. Я, пока вы играли, поболтала с Селестой. Ты говорил, что профессор Кроуфорд советовал найти литературного редактора. Она попросту очарована самой концепцией «Сорока тысяч способов» и готова взяться за текст.

Ты же моя умница! Теперь Монти, даже если не поклонник игрушек, уже никуда не денется. Возможность побольше пообщаться с пассией сама по себе станет для него приманкой получше, чем деньги.

— Признаться, я ни разу не играл в видеоигры, в расписании не находилось времени. Это на самом деле увлекательное развлечение?

Тон совершенно серьезный. Он ведь не разыгрывает меня? Как подросток из 80-х мог не интересоваться игрушками?

— Лучшее в мире! — с жаром подтвердила Линда, — Монти, ты обязан попробовать Фроггер… нет, игры Криса! Они даже круче!

Высшая степень признания. Но я и в самом деле считаю свои поделки лучше Фроггера. Сложить число 2048 — это вам не лягушку через дорогу перевести. И если Рокки я обе игры уже показал, то и Синклер ничего страшного, если увидит. Вот Тетрис я до старта продаж планирую оберегать от посторонних глаз.

— У нас в гостиничном номере есть компьютер и телевизор. Правда, там тесновато…

— Приглашаю вас к себе в гости. Как я уже упоминал ранее, я совершил просчет, арендовав слишком большой дом в Эль-Серрито, соседнем с Беркли пригороде Сан-Франциско. Десять минут на машине от кампуса.

Очень удачно, отлично укладывается в мои планы присмотреть место для штаб-квартиры и временного жилья. Делить дом с Монтгомери, каким бы он хорошим парнем ни оказался, мне так-то не очень и хочется. Придется постоянно на шахматы отвлекаться, но поселиться по соседству — хорошая идея, если район подойдет. А к Синклеру подселим пару разрабов… которых мне еще найти надо. Но это уже в сентябре, скорее всего.

Доехали до номера, Линда сбегала за Вик-20 и кассетами, после чего мы пристроились в хвост машине мажора. Двигаясь вдоль эстакады местного наземного метро, мы взобрались в горку на пологий холм и оказались в чистеньком тихом районе. Одноэтажная Америка в лучшем ее воплощении.

Невысокие фанерные домики, узкие улочки, клумбы, газончики. Самая главная черта Сан-Франциско, какую я узнал из массовой культуры — совершенно безумный ландшафт. Ни одной ровной поверхности, из-за чего дома приходится строить на заметных уклонах. Мне с моей тростью придется сложновато, но, думаю, скорее пойдет на пользу.

А еще с холмов Эль Серрито — дословно с испанского «холмик», между прочим — открывается шикарнейший вид на залив. Уже несколько месяцев проживаю на Калифорнщине, а всё еще океана не видел. Непорядок! Ведь на небесах только и разговоров, что о море. И о закате. Там говорят о том, как чертовски здорово наблюдать за огромным огненным шаром, как он тает в волнах. А того, кто не видел красивое, местные окрестят лохом. Может, даже чингасос отвесят. Хотя бы частично я избежал незавидной участи, заходящим солнцем потом полюбуюсь.

И среди чистеньких каркасных домиков-новоделов я увидел его — черный двухэтажный особняк в готическом стиле с высоким фронтоном, намекающим на просторный чердак, утопающий в зелени, раскинувшего свои лапы сада.

— Ставлю свою трость, что мы едем именно к этому дому семейки Адамс, — сказал я, любуясь издалека шедевром викторианской архитектуры. Прямо дом Катценъяммера из полюбившейся мне фантастической книги. Не стонет ли там на чердаке плененный демон? Тот-кто-открывает-дверь-ногой. Стопроцентно нет, мистики всё еще не существует. Ха-ха! Главный герой той книги — смуглокожий шумерский архимаг, своего рода путешественник во времени. А его дама сердца — красивая азиатка. Мы с Линдой идеально подходим для их косплея, но образы остались бы непонятны большинству и в современной мне России, не то, что США восьмидесятых.

Чертовски атмосферное местечко на вид. При приближении наших машин десятки птиц сорвались с насиженных мест на ветвях тенистого сада, навевая ассоциации с классикой Хичкока. Надеюсь, тут есть навес для машины, а то запачкают самым нехорошим образом.

Увы, прикольный особняк не стал финальной точкой маршрута, Монтгомери свернул к другому дому, расположенному напротив. Самому обычному, не такому громадному, с заросшей зеленой лужайкой и забетонированной подъездной дорожкой. Крошечный фольксваген жук влез под навес для машины с запасом, позволяющим припарковать нашу Короллу, и еще одна такая же машина бы поместилась.

— Вот и моя скромная обитель, — Монти проявил манеры истинного джентльмена. Припарковавшись первым, он сначала подал руку Линде, помогая выйти из-за руля, а затем и временному калеке — мне.

— А там, напротив? — не мог не спросить я.

— Дом в три раза больше арендованного мной, в нормальном состоянии, но его прошлые владельцы — братья Коллайер. Внутри всё захламлено, а нынешний хозяин не желает наводить порядок.

Вероятно, тех самых братьев-коллайдеров у нас в России назвали бы Плюшкиными. Жить внутри можно только после полной дезинфекции. Но всё равно привлекательно, учитывая, что за убитое состояние наверняка положена скидка! Особняк на холмах Сан-Франциско — отличное вложение денег, как мне кажется. Пока что отсутствующих.

Не знаю, как тут с динамикой стоимости недвижимости и земли, но дешеветь наверняка не будет, скорее, наоборот. Обойдется мне старая рухлядь, допустим, тысяч в двести или триста. А к концу девяностых уже речь о нескольких миллионах пойдет. Но это с потолка цены, нужно посоветоваться с умными людьми, с Лео, с Кеном, с Рокки. Мрачный ведьминский дом, как из сериала Зачарованные, мне видится крутейшей покупкой. И была бы у меня лишняя половина ляма — уже беседовал бы с риелтором. Кредит? Одну ипотеку я уже закрыл, с заработками от Тетриса потяну вторую. Но горячку пороть не стоит.

Дом, арендованный Монти, оказался ближе к тому, что мы оставили в Оукхерсте. Чуть более капитальный. Потолки повыше, но со следами от предыдущих жильцов. Ковролин на полу. Светлые, почти нигде не отставшие от стен обои, крашеные потолки.

Наверное, у меня пунктик и вообще зацикленность, но то, что безупречный аристократ обувь на входе снимать и не подумал — минус ему в карму. Придется переучивать.

Пять комнат, включая столовую, являющуюся частью кухни. Отдельно гостиная и три спальни. Быть может, это стандарт такой? Санузлы можно и не считать. Их больше, чем нужно одинокому парню. Может быть, рассчитано на прислугу? Дворецкого, горничную, повариху, ткачиху и сватью бабу бабариху. До сих пор не понимаю, что это за баба такая у Пушкина.

На обивке дивана в гостиной несколько подозрительных пятен, как и на обоях в прихожей, а так ничего, жить можно.

В одной из спален, превращенной в кабинет, имелся компьютер, причем не какой-то стремительно устаревающий Эппл 2, а цельный IBM PC 5150. Я чуть не прослезился, видя нормальную отделенную от корпуса клавиатуру, ставшую в итоге отраслевым стандартом. Монитор Амдек Колор 2 с диагональю в 14 дюймов. Точнее, маркировка на корпусе говорила о 13, но у меня глаз наметан. Хочу! И плевать, что по функционалу он недалеко от Эппл 2 убежал. Тетрис мне на него все равно портировать, а графика цветная и процессор 16-битный. Может быть, даже подсветку синтаксиса намутить выйдет. Или тут монохромная видеокарта?

Я сейчас как ребенок, что на желанную игрушку на витрине смотрит!

— Простите, у меня бардак, так как не готовился к приему гостей. Присаживайтесь в гостиной, я сделаю чай или кофе.

— Кофе, — солидарно подтвердили мы с Линдой. Пока Синклер колдовал с кофеваркой, я начал подключать Вик-20 к не самому новому, но вполне неплохому телевизору. Особого бардака не заметил, даже на холостяцкую берлогу не тянет.

Если комп мажор явно привез свой собственный, домашний, то ТВ наверняка сдавался вместе с жилищем.

Первое, что Монти сделал при загрузке 2048 — прочитал лицензию и широко улыбнулся, оценив шутку про пиратов и котят. Далее я подсказал, как запустить игровой процесс и мажор замер на целую минуту, глядя на поле.

— Алгоритм решения головоломки несложен. Самое крупное число нужно расположить в левом углу, вверху или внизу, остальные стыковать к нему по убыванию, — выдал он оптимальный алгоритм и спустя несколько минут доказал его правильность, — любопытно, но на один раз. Это и есть то самое лучшее в мире развлечение?

Мне почему-то захотелось ему второй глаз подбить. Но не лезть же в драку из-за ерунды.

— Не все такие умные! — вступилась Линда, ей явно тоже не понравилась критика. — Попробуй лучше уточку.

— Провести птицу сквозь трубы? Не вижу тут вызова интеллекту.

Самодовольная улыбка стерлась, когда Монтгомери расшиб трех птичек о первую же трубу. Он снова завис в стиле шахматиста и сильно лучше играть не стал. Ну разве что перестал застревать на первом препятствии и начал цеплять второе. Да большинство посетителей прачечной справлялись лучше.

Аристократ снял пиджак и ослабил галстук, после чего вернулся к клавиатуре.

— Друзья, чувствуйте себя, как дома, мне нужно немного больше времени, чтобы освоиться.

Я только хмыкнул, сев в кресло в гостиной, дабы разгрузить ногу. Протянул руку к журнальному столику и обнаружил, что держу Плейбой за октябрь 81-го. С обложки на меня смотрела жгучая брюнетка со слегка азиатскими чертами лица. Чичис не настолько выдающиеся, как у Трейси или мисс Июль, но гармонично сложенная. Ну привет, мисс Октябрь, кандидатка в мой виртуальный гарем на виртуальной яхте, которой никогда не будет.

— Ого, Монти, а ты знаешь толк в высокой литературе, — если уж я собираюсь воспринимать Синклера, как приятеля, то и общаться с ним нужно неформально. А если оскорбится на невинную подколку, то и шел бы лесом — значит, нам с ним не по пути.

— Это осталось от предыдущего арендатора, — наверняка соврал Синклер. Уши его при этом покраснели даже сильнее, чем когда Селеста подарила ему поцелуй.

— Ага, знакомая ситуация, мне при переезде на новое место тоже целая подшивка за восемьдесят первый год досталась.

— О, знакомые интерьеры, — будничным тоном заметила Линда, заглянув мне через плечо. — Я же недавно была у них на съемках, эту декорацию пробовали, но она не подошла.

Очередная уточка на полной скорости впечаталась в зеленую трубу, но мажор этого даже не заметил. Монтгомери медленно повернулся к нам. Его уши сейчас сгодились бы для обогрева помещения.

— Разве у подобных изданий нет отбора по определенным параметрам? — медленно, подбирая слова, чтобы не обидеть девушку, спросил он. За дипломатичность — плюсик.

— Хи-хи. Я ходила вместе с подругой, оказать моральную поддержку. Будущая мисс Сентябрь. А еще я по образам из журналов рисую девушек для игры, — объяснила Линда.

— Игры про непристойности?

— В некотором роде, — пояснил я, — секс отлично продает что угодно. Давай поговорим о более важном. Скажи, твоего уровня программирования хватит для того, чтобы написать шахматы?

— Компьютер никогда не сможет сравниться в шахматах с человеком, — с уверенностью ответил Монти. — У него нет интуиции и чувства прекрасного, а чтобы просчитать бесчисленное множество вариантов развития партии — не хватит ресурсов. Поэтому смогу, но уровень игры от шахматной программы стоит ожидать, как у начинающего. С глубиной не больше трех ходов. С шашками проще, они не такие вариативные. Покер нужно оценить.

— Скорее всего, покер окажется сложнее. Мне нужны шашки. И написанная тобой шашечная программа, обещаю, станет одной из самых известных в мире после того, как мы соединим ее с творчеством Линды. Обязательное условие — градация силы. То есть на легких уровнях программа обязана проигрывать, но так, чтобы игрок считал победу своим достижением, а не слабостью алгоритма.

— Выглядит достойным вызовом, — признал Синклер,– но отец учил меня не вести бизнес на устных соглашениях. Я хочу знать, что мне причитается за работу.

— Умный человек. Я предлагаю разделить всю прибыль, полученную от издателя следующим образом — треть тебе, треть Линде и треть компании Каналья Геймс. Учти, сам по себе алгоритм без рисунков купит малое число игроков. Контракт для проверки привезу через несколько дней или недель, в зависимости от того, как юристы сделают свою работу.

Монтгомери угробил очередную утку и завис в своей манере. Его мозг наверняка просчитывал вероятности и искал подвох, которого нет. Я не кидала и не собираюсь грабить разработчиков. В будущем вообще хотелось бы создать бизнес-модель, аналогичную компании Габена.

В Валве у каждого разраба есть фиксированный оклад рыночного уровня и годовой бонус, определяемый по общему вкладу в работу команды и отношению коллег. Ты можешь заниматься чем угодно и участвовать в любых проектах, к которым лежит душа, или быть приятным человеком, комфортным для остальных — и это повлияет на твой бонус, который в несколько раз выше оклада.

Очень утопично выглядит — прямо коммунизм и «от каждого по способностям", хотя вместо 'по потребностям» получается справедливое «согласно вкладу в общее дело». И я хочу к тому же однажды прийти. К идеальной команде единомышленников. Возможно, подружусь со стариной Гейбом и пусть он поможет систему выстроить.

— Звучит внезапно справедливо. Даже подозрительно. Я не могу найти очевидных слабых мест в предложенной схеме разделения прибыли. До начала занятий в Беркли осталось около двух месяцев, к тому моменту я, по моим расчетам, справлюсь. Язык Паскаль ведь подойдет для разработки?

— Да.

Очень удачно, что он предложил. Заранее максимально упрощает мне перенос на Эппл, так как Паскаль идентичен. Пожалуй, есть нерешенная проблема со звуками, нужными порношашкам. Но если разрабы «Замка Вольфенштейн» смогли заставить нацистов кричать грозное «Хальт!», то и мы с мистером Лоу сумеем выдавить из пищалки компьютера томные стоны.

В гостях у мажора мы проторчали два часа прежде, чем он сдался, признав, что наша уточка — каналья. Его результат — 12 труб. Вполне себе неплохой, получше моего, но я так подолгу за игрой и не задротил. Так, изредка пару попыток делаю.

Монти оказался не только никудышным игроком во Флэппи Бёрд, но и приятным собеседником. Поделился тем, что большинство его будущих университетских курсов посвящены бизнесу, финансам и праву, как оговорено с семьёй, причем без большой радости.

— Законы гравитации не властны над этой птицей. Благодарю за хорошо проведенное время. Двери моего дома всегда открыты для вас, — с явной неохотой отложил клавиатуру Синклер.

Спасибо этому дому, пойдем к другому.