Я вошёл в портал и оказался в зале с арками Башни Испытаний. Только выглядел он совсем не так, как я его помнил.

Все девять порталов пылали энергией, отбрасывая на стены пляшущие отсветы. Сам зал словно ожил — каменные плиты под ногами тихо гудели, наполненные глубинной мощью. По высоким сводам струились тонкие линии света, складываясь в сложные руны, которых я раньше никогда здесь не видел. Воздух дрожал, насыщенный плотной, осязаемой силой — такой, что покалывало кожу.

Тут и там виднелись члены Ордена Хранителей. Кто-то сосредоточенно изучал арки, кто-то спешил по своим делам, обмениваясь короткими репликами. Несмотря на внешнюю слабость и даже измождённость — следы недавних испытаний всё ещё лежали на их лицах — глаза Хранителей светились живым энтузиазмом.

Нынешний зал с арками значительно отличался от того, каким он остался в моей памяти. Это место как будто заново родилось — обновлённое, расцветшее, дышащее иной, более глубокой магией. Даже сами арки были выше и шире прежних.

— Впечатляет, — произнёс я, обводя зал взглядом. — Изменения видны невооружённым глазом.

— Это лишь то, что лежит на поверхности, — усмехнулся Архонт и направился к первой арке. — Пойдём, покажу, во что превратилась Башня Испытаний.

Все попадающиеся нам на пути маги уважительно кланялись. Архонт покровительственно кивал в ответ, и я повторял за ним. Многие Хранители с подозрением провожали меня взглядом — мало кому был известен мой истинный статус в Ордене.

Мы шагнули в портал и оказались на кладбище. Причём кладбище было в самой активной своей фазе — зомби давно выбрались из могил и теперь, шатаясь и подвывая, рыскали между покосившимися надгробиями в поисках добычи.

Мы с Архонтом взмыли вверх и зависли высоко в небе, откуда открывался вид на бескрайнее поле могил. Тяжёлый, гнилостный воздух клубился внизу серой дымкой, и сквозь неё то и дело прорывались вспышки боевой магии — где-то там, среди надгробий, претенденты бились за свои жизни.

— Первый этаж, Испытание Смелости, — провозгласил Гаррик, обводя кладбище неторопливым взглядом. — Дыхание Искры Основы Хаоса заметно воздействовало на него. Гляди.

Архонт указал вниз. Я пригляделся и увидел группу Хранителей, которые отчаянно сражались с мертвецами. На их лицах был написан ужас.

Сосредоточившись, я смог расслышать, что они говорят.

— Нет, нет, мама! Почему ты⁈ — кричал один из Хранителей, бледный от ужаса.

Из его глаз текли слёзы. Он размахивал жезлом, создавая огненные плети, и отбивался от женщины-зомби. Та после каждого удара отлетала прочь, но всякий раз вставала и снова шла на Хранителя.

С другой стороны я заметил белобородого старика. Глотая слёзы, он выпускал из рук молнии, прожаривая юного зомби, совсем похожего на живого человека. Дед не мог нанести последний удар — так же, как и предыдущий Хранитель, он просто тянул время.

— Они видят своих родных, — понял я.

— Да, — кивнул Архонт. — Испытание Смелости стало ещё более жестоким. Теперь среди монстров встречаются люди, которых претенденты когда-то потеряли. Их дети, родители, братья и сёстры. Чтобы пройти, им придётся убить их — иначе испытание невозможно завершить.

— Жестоко, — заметил я, мысленно радуясь, что в моё время такого не было.

Не хотелось бы мне встречаться с мёртвыми копиями своей погибшей жены или детей.

— Да, но действенно, — жёстко сказал Гаррик. — Как ты видишь, все претенденты ниже Высшего ранга. Подобные испытания в первую очередь полезны именно для них — они закаляют их, готовят их души к прорыву. Никакая материальная награда не сравнится с тем, что они получают на этом кладбище.

— Так можно и психику сломать, — заметил я. — Думаю, далеко не все готовы проходить такое испытание.

Я кивнул в сторону старика, который опустил руки. Молодой зомби набросился на него и принялся рвать когтями. Архонт поморщился.

Раненого старика тут же охватила волна света, и он исчез. Похоже, Хранители не хотят терять никого из своих и значительно снизили смертность Башни Испытаний.

— Если он не сломается, то станет сильнее, — вздохнув, сказал Гаррик. — Ладно, пойдём дальше.

Архонт взмахом руки создал портал, и мы вошли в него, снова оказавшись в зале с арками. На этот раз Гаррик шагнул во вторую арку, и мы переместились в знакомую мне библиотеку, где проходило Испытание Мудрости.

Архонт полетел вперёд, проносясь мимо бесконечных рядов полок, и остановился у самой дальней стены. Здесь раньше было пусто, но теперь в камне проступила узкая ниша. Внутри неё висела одинокая полка, мерцающая слабым серебристым светом. От неё веяло магией Разума и Обмена.

— Гляди, — сказал Гаррик.

Он коснулся полки пальцами, и над гладкой поверхностью возникла россыпь бледных символов. Несколько мгновений они кружились в воздухе, а затем начали стягиваться в форму тонкой книги. Обложка ещё не имела ни названия, ни цвета — только туманное пятно, словно Башня пока не решила, чем именно станет этот фолиант.

— У второго испытания появилась новая функция, — пояснил Архонт. — Теперь претендент может оставить здесь часть своих знаний. Не просто книгу и не набор чужих формул, а то, что он действительно понял сам. Личный опыт, открытие, методику, редкое наблюдение, завершённую мысль.

— И что взамен? — спросил я.

— Башня ответит знанием, — Гаррик убрал руку, и недосформированная книга медленно растворилась. — Не тем, которое нужно для решения загадки этажа. Это правило сохранилось: Испытание Мудрости нельзя купить. Но претендент может получить сведения, которые будут полезны ему самому. Чем ценнее и глубже оставленное знание, тем больше даст библиотека.

— Неплохо, — кивнул я. — Но чтобы эта функция в полной мере сыграла, требуется большой поток претендентов.

— Скоро он будет, — усмехнулся Архонт. — Пойдём, больше тут ничего существенного не поменялось. Всё осталось на своих местах. Библиотекари по-прежнему следят за порядком, книги всё так же помогают искать ответ на загадку, а сама библиотека не стала ни больше, ни меньше. Но качественно этаж изменился. Загадки стали глубже, ложные ответы убедительнее, а фолианты начали вести себя почти как живые существа. Некоторые прячут нужные страницы. Другие подсовывают правдивый, но бесполезный ответ. А третьи, наоборот, помогают тем, кто им понравился.

Гаррик создал портал и шагнул в него. Я последовал за ним.

Мы остановились перед третьим порталом. Архонт сказал:

— Тут тоже ничего существенного не поменялось. Основные изменения коснулись Кукольного Города — в нём появилось больше энергии, а сами куклы с душами жителей стали более совершенными. Более того, у нас появилось больше пустых оболочек, и в будущем мы будем пополнять их новыми душами. Кукольный Город станет больше — места для строительства там достаточно.

— Хорошие новости, — кивнул я.

На самом деле третий этаж Башни Испытаний — это, наверное, самое удивительное место, что я видел в своей жизни. У меня к нему какое-то особенное отношение.

— Механика превращения повреждений в задание тоже улучшилась, — продолжил Архонт. — Более того, появилась одна интересная деталь. Ладно, пойдём, покажу.

Гаррик всё же не сдержался, ему захотелось чем-то похвастаться.

Мы вошли во врата и появились прямо перед Ратушей — Архонт вмешался в перемещающий массив и сделал так, чтобы мы оказались в нужном месте.

У входа в Ратушу нас встречал знакомый мне Старейшина. Старик уважительно поклонился нам обоим.

— Приветствую вас! Господин Архонт, господин Избранный!

— Привет, — с улыбкой кивнул я.

Да уж, это место с каждым разом становится мне всё более родным. Надо будет встретиться с Фродо и остальными учителями, когда будет время.

Мы вошли в Ратушу и проследовали в комнату, где показывались задания. Архонт коснулся стены, и та разошлась в стороны, раскрыв чёрную панель, в которой словно крутилась космическая пыль. Гаррик положил ладонь на эту панель и прикрыл глаза.

— Присоединяйся, — сказал он через секунду.

Я встал рядом и тоже положил ладонь на чёрный камень. Моё сознание мгновенно затянуло внутрь, словно в водоворот, и я стал свидетелем того, как Архонт Гаррик, по сути, создаёт новое задание.

«На горе завелись каменные големы, пожирающие ценную руду. Их надо уничтожить».

Передо мной развернулась проекция горного хребта — исполинские склоны, изрытые жилами драгоценной породы. И в глубине, в самом сердце камня, я увидел, как зарождается жизнь там, где её не должно быть.

Каменные пласты дрогнули, по ним пробежала рябь, словно по поверхности воды. Из монолитной породы начали выделяться силуэты — грубые, угловатые, неотёсанные. Сперва один, затем второй, третий. Десятки. Они отрывались от материнской скалы с тяжёлым, утробным треском, в их пустых глазницах вспыхивали тусклые искры сознания.

Одновременно живое и неживое, иллюзия и материя.

Затаив дыхание, я смотрел, как передо мной творится некий акт, который можно сравнить с божественным. Архонт Гаррик создавал новый вид существ. Не оживлял, не призывал — именно создавал, с нуля, наделяя их сущностью, инстинктами, голодом.

Да, эти твари не могут существовать за пределами Башни. Но это ничуть не снижает удивительности процесса.

Самый крупный голем поднял голову, и я ощутил его взгляд почти физически — тяжёлый, древний, чужеродный. Внутри этого каменного исполина пульсировало ядро, в котором клубилась мощь Высшего ранга. От него по склонам гор расходились мелкие сородичи — и каждый нёс в себе частицу той же силы.

И вот угроза была создана. Я открыл глаза, повернул голову и увидел, как на стене разгорается задание — пятизвёздочное, ведь среди созданных големов оказалась Высшая тварь пятого Шага.

— Но как? — я посмотрел на Архонта. — Башня ведь не повреждена, она цела как никогда.

— Аванс, — усмехнулся он. — Это новая способность третьего этажа. Можно выполнять задание авансом и накапливать небольшой жирок. Конечно, этот ресурс ограничен, и бесконечно проделывать подобное не получится. Однако заранее спастись от двух-трёх ударов тех же Мёртвых Апостолов вполне реально.

— Офигеть, — оценил я. — Очень полезное изменение.

Архонт Гаррик, довольный моей реакцией, кивнул.

— Пойдём, покажу остальные этажи.

Мы вышли в зал с арками и шагнули в четвёртые врата — туда, где проходили Испытания Боли. Это место, наверное, было моим самым нелюбимым во всей Башне Испытаний.

— Изменения этого этажа нравятся мне меньше всех остальных, — мрачно сказал Архонт. — Теперь, помимо физических пыток, тут появились и душевные.

Мы находились в тёмном коридоре с пустыми клетками. Гаррик шагнул вперёд, пространство перед ним задрожало, и мы оба переместились в пыточную. Я скривился, вспомнив это ужасное место.

— Смотри.

Архонт подошёл к стеклянному контейнеру, в котором извивались отвратительные червеобразные личинки.

— Личинки, пожирающие душу, — скривившись, сказал Гаррик. — Их подсаживают человеку, и они начинают пожирать его душу. Это настоящая душевная боль, от которой можно легко сойти с ума.

Архонт помедлил.

— Теперь четвёртое испытание стало ещё сложнее, чем раньше. Людей, которые смогут подняться выше, станет меньше. Лучший шанс выдержать его — заранее подготовиться: укрепить тело, выпить нужные эликсиры и настроиться на затяжную пытку. Но даже так пройти смогут далеко не все. И это только первый этап. Финальное духовное испытание никуда не делось: под конец претенденту придётся пережить нечто такое, что способно сломать его куда сильнее любых физических мучений.

Я кивнул, вспомнив своё прохождение. Тогда меня словно забросило в далёкое будущее: замок был разрушен, род почти уничтожен, а среди руин меня встретил Толик, превратившийся в слепого глубокого старика.

— Пойдём, больше тут нечего смотреть, — сказал Архонт Гаррик и создал портал.

Мы вышли в зал с арками, Гаррик повернулся к пятым вратам.

— Испытание Одиночеством мало изменилось. Разве что условия стали более жёсткими, и появилась неприятная особенность — иногда перед человеком могут возникать миражи — иллюзии людей, с которыми он как будто бы может поговорить.

Архонт нахмурился.

— Но стоит претенденту попытаться что-то сказать, как иллюзии тут же рассеиваются. Это ещё сильнее давит на психику.

— Неприятно, — согласился я.

— Тут тоже мало что изменилось, — Архонт Гаррик повернул голову, взглянув на шестые врата. — Раньше на шестом этаже была всего одна локация — тот мир, в котором ты побывал.

Я с интересом кивнул, вспоминая жизнь, которую прожил от рождения до смерти во время Испытания Временем. Это было интересно.

— Сейчас же локаций несколько, и Башня Испытаний будет забрасывать человека в наиболее близкое ему место, — продолжал Гаррик. — Более того, вариаций сценариев жизни стало больше. Кто-то родится калекой в приюте, а кто-то — молодым принцем. У каждого будет своя судьба, своя жизнь, которую ему придётся пережить. В целом изменения, которые коснулись шестого этажа, самые оптимальные. Просто качественный сдвиг.

— Отлично, — кивнул я.

— Испытание Ответственностью претерпело мало изменений, — продолжил Гаррик. — Разве что масштаб слегка увеличился, а сам искусственный мир стал более хаотичным. Теперь людям будет тяжелее продвигаться по службе и управлять собственными отрядами. Раньше был хоть какой-то порядок, сейчас же он практически полностью исчез.

Архонт двинулся дальше.

— Претенденту придётся тяжелее, чем было раньше. Однако и награда выше — опыт руководства собственной армией в столь сложных условиях невероятно ценен.

Я кивнул. Гаррик зашагал в сторону девятой арки, по пути продолжая говорить:

— Восьмое Испытание тоже претерпело качественный скачок, но небольшой. Образ Академии Ордена стал более совершенным, личности населяющих её магов — более проработанными и глубокими. Если ты помнишь, раньше полноценными личностями можно было назвать только Архонтов, у остальных были изъяны.

Я вспомнил, как мои клоны пересношались с женским населением Академии, и заметил:

— Ну, всё было вполне себе нормально, очень по-человечески.

Архонт странно посмотрел на меня и покачал головой.

— Нет. Люди там были более глупыми и доверчивыми, чем на самом деле.

Я смущённо кашлянул. Что значит «более глупыми»?

Мне вдруг стало интересно: а если я сейчас попробую пройти восьмое Испытание, история повторится? Будут ли мои клоны пользоваться таким же успехом у женского населения, как в прошлый раз? Или это всё было из-за того, что слепки личностей были такими доверчивыми?

Архонт остановился у девятой арки и повернулся ко мне.

— Ты прошёл восемь Испытаний. Я предлагаю тебе пройти последнее, девятое.

Я приподнял брови в удивлении.

— Ты получишь неплохую пользу, — пообещал Гаррик. — Конечно, будь ты хотя бы четвёртого Шага, эффект был бы сильнее. Но и сейчас девятое Испытание будет для тебя весьма полезным.

Архонт чуть наклонил голову.

— Более того, с твоим статусом ты сразу поймёшь его суть. Твоя память не сотрётся, как это будет у остальных.

Я задумчиво взглянул на девятую арку.

— Испытание пройдёт быстро, — заверил меня Гаррик. — Время на девятом этаже движется быстрее, чем снаружи. Я дождусь тебя здесь.

Я кивнул. Ладно, раз уж Гаррик так говорит, то доверюсь ему. А ещё мне самому интересно, каким же будет последнее испытание Башни.

Не став больше думать, я шагнул в портал и оказался на девятом этаже Башни Испытаний. Сперва я ощутил волну сканирующей энергии, которая пронеслась по моему телу и словно пощекотала разум. Башня будто решала, что со мной делать.

А затем я оказался в помещении гигантских размеров, у которого не было видно ни конца, ни края. Я стоял на сером плиточном полу, уходившем во все стороны, бесконечно далеко. Не было ни стен, ни потолка.

Я оглянулся и увидел, как один за другим начали появляться фантомы — призраки людей. Один, два, три. Их становилось всё больше и больше — десятки, затем сотни, тысячи фантомов появлялись вокруг меня.

Ко мне пришло понимание — Башня Испытаний сама подсказывала, что происходит. Это фантомы Хранителей. Тех самых людей, которые тысячи лет провели в коме на девятом этаже.

Искра Основы Хаоса сотворила это место, но в качестве фундамента она взяла гробницу, где спали все Хранители. Тысячелетиями их сознания дремали в каменных саркофагах, и каждое из них оставило здесь глубокий, неизгладимый отпечаток — словно вода, год за годом, капля за каплей, точащая камень.

Башня считала эти отпечатки и воссоздала их — слепки личностей, призраки ещё живых людей. Не души, не копии, а нечто среднее: эхо, отзвук, тень, обретшая форму.

Последними появились четверо фантомов. Двоих из них я прекрасно знал — это были Гаррик и Варгас. Архонты.

Значит, те двое — тоже Архонты. Только почему я их не видел?

Тут один из призраков, стоявший за спинами Архонтов, зашевелился. Он зашагал в мою сторону и, пройдя сквозь старших товарищей, подошёл ко мне.

Это был мрачный на вид лысый мужчина, которому на вид было около пятидесяти. Его голову испещряли рваные шрамы, а челюсть с одной стороны была почти сгнившей. Незнакомец встал вплотную и протянул мне руку.

Я, чуть помедлив, пожал её. Началось девятое испытание.