Теперь настал черед Лоры подтрунивать над потенциальным романтическим интересом Ханны. Но продлилось это недолго: совсем скоро обе девушки влюбились в Стерлинг, поэтому, наскоро перекусив бургерами и овощным салатом, отправились на экскурсию. И вплоть до вечера им удалось оставить позади историю с кражей, нервозностью Энн и десятками мануфактур – словно они заперли ее в темном чулане, подперев ручку метелкой.

– Боже, Лори, мы как будто на машине времени переместились в Средневековье! – восторгалась Ханна на каждом шагу. – Ну, если не считать того парня на электросамокате.

Прелесть древнего района Стерлинга была даже не в том, что весь населенный пункт походил на старинный европейский городок, а в том, что обойти его можно было буквально за два-три часа быстрым шагом. Когда Ханне перезвонил Грейсон, они только что подошли к Стерлингскому замку.

– Придется довольствоваться фотографиями, – печально произнесла Ханна, сделав не менее дюжины снимков.

Замок в свете желтых фонарей казался объятым волшебным огнем и словно источал тепло. Ежась, Лора поняла, что ее мысли и физические ощущения перестали синхронизироваться.

Счастливый Грейсон помахал в воздухе какой-то силиконовой накладкой, стоило девушкам войти в мастерскую.

– Я сделал две. На всякий случай. Все-таки большинство использует указательный палец, а большой… это что-то для телефонов. В общем, вот.

Грейсон протянул Ханне пластиковый зиплок-пакетик с двумя напальчниками из розового силикона. Их причудливая форма с прорезью над костяшкой пальца напомнила ей самодельные бумажные фигурки для пальчикового театра. На наконечнике находилась тонкая овальная накладка, похожая на резину, – чуть ребристая, с оттиском отпечатка Энн Колт.

«Не хочу знать, как Грейсон это изготовил, и не хочу думать, что он и правда взламывает сейфы и помогает преступникам. У нас дело другое. И пусть это звучит как отговорка… конечно, это отговорка! Это преступно. Но если я распутываю уже второе дело, могу же я немного поиграть с огнем? Мне нравится, когда меня называют детективом. Зачем лгать самой себе?» – Лора провалилась в размышления и пропустила момент, когда Грейсон все же дерзнул спросить об оплате и пригласил Ханну на кофе «прямо сейчас».

После россыпи искренних благодарностей Лоре не оставалось ничего другого, как посетить ближайшую кофейню и предаться раздумьям. Не могла же она сидеть в одном кафе с Ханной! Иначе она оказалась бы похожа на собственного отца, который не просто провожал ее на первые свидания, но и оставался рядом на расстоянии максимум четырех метров.

В крошечной кофейне с тремя высокими столиками и полубарными стульями горел неяркий свет. Лора заказала мятный чай, печенье на вкус бариста и, сделав пару глотков, невольно задремала, уперевшись головой и плечом в стену. Эту самую голову посетила не идея или умная мысль, а что-то вроде цитаты неизвестно откуда. У Лоры такое иногда бывало, она обещала себе обязательно ее запомнить и записать, как только очнется ото сна. Но на деле же этого не происходило. «Вероятно, когда вам будет казаться, что вы не просто устали, а физически и морально истощены, жизнь подготовит для вас приключение или иной подарок судьбы. Так непременно случается, и он переворачивает все с ног на голову и приносит с собой небольшой бонус в виде второго, а может быть, и третьего или десятого дыхания».

Когда Лора очнулась, чай уже остыл. Зато интернет пестрел статьями о пресс-конференции Энн Колт. Лора с замиранием открыла страницу новостного портала и нажала кнопку воспроизведения видеоролика. Энн выглядела, как всегда, отлично, но следы помятости с лица стереть не удалось даже дорогостоящей экспресс-маске. Репортеры были приглашены в конференц-зал, тот самый, в котором проходили собрания ремесленного сообщества. Энн пустила слезу и старательно давила на жалость, не забыв упомянуть, как ее больной муж жаждал, чтобы сделка состоялась, как он желал стать первым по производству изделий из шерсти викуний и какой искренней была его мечта о всемирной известности «Колтенберри».

Лора выгнула бровь и скривилась в усмешке: «Как сказала бы тетя Мэдди, у Энн Колт явно рыльце в пушку. Какая еще сделка, если Лахлан почти не приходил в себя? Мечты о всемирной известности? А Меган не такая простушка, как нам показалось».

Конечно, Энн добавляла что-то и от себя, не могла же она слепо следовать сценарию. Поэтому, рассказав про договор о неразглашении заказа, она, вновь проливая крокодильи слезы, убеждала всех в том, что сокрытие факта кражи объясняется ее «переживаниями о репутации, падении акций и благополучии дражайшего Лахлана».

Итог был очевиден. Восемьдесят процентов комментаторов искренне жалели Энн Колт и желали скорейшего возвращения пряжи. Ведь закончила она фразой: «Если пряжа не будет найдена, боюсь, мой несчастный муж этого не переживет».

Лора отложила телефон и залпом допила холодный чай. Как все-таки хорошо, что Энн не назвала ее имени в своей жалобной речи. Чат с ребятами из Саффолк Грина разрывался от уведомлений. Лора уверила всех, что все в порядке, что они с Ханной лишь размышляют над следующим шагом. Она знала, что Стивен будет отговаривать ее от затеи с сейфом.

Еще через час Лора начала трезвонить Ханне. Той самой Ханне, которая не намеревалась идти на свидание с Грейсоном. Отчего же тогда ее так долго нет? Неужели он и правда…

– Извини, Лори, заболтались! Ты не представляешь, какой Грейсон забавный и какие клиенты к нему обращаются. Самые настоящие шпионы, может быть, даже из МИ-6[25]!

Ханна ворвалась в кофейню, как ураган, и бариста со свисающими бурундучьими щеками взглянул на нее с сомнением.

– Поехали обратно, я тебе столько всего расскажу!

Лоре повезло, что на этот раз таксист попался слышащий, поэтому Ханна не рискнула пересказывать басни Грейсона в его присутствии. В гостинице Лора кивала подруге, но не слышала ее по-настоящему. Ее снедали страхи. Выйти сухой из воды Лоре помогла одна из ее суперспособностей: она могла вспомнить то, что ей говорили, даже если слушала вполуха, а то и в треть.

Ханна казалась окрыленной. Возможно, пока было рано говорить о какой-либо симпатии, но у них с Грейсоном оказалось намного больше тем для обсуждения, чем Ханна полагала. Он интересовался Таро и собирался писать научную работу о том, что гадания можно структурировать и найти в них математическую закономерность.

– Значит… второму свиданию быть? – полюбопытствовала Лора, нанося на доску подозреваемых хаотичные карандашные штрихи.

– Посмотрим. Он обещал приехать в Манчестер. Если все-таки доедет, я дам ему шанс. Если нет – то цена его обещаниям не больше пенни. Все же он в первую очередь парень, а потом уже Грейсон.

– Спасибо, что согласилась. Благодаря тебе у нас есть чудо-напальчники!

Лора подняла указательный и средний пальцы, показывая жест «Виктория» – победа.

– Рада служить благой цели! Или не благой… в общем, можешь радоваться, что Грейсон вовсе не противный сноб. На первый взгляд.

Они, конечно, обсудили речь Энн, но Ханну она сейчас мало заботила. Девушка увидела в ее выступлении одни плюсы: теперь репортеры на какое-то время отцепятся от Энн, может быть, вырастут продажи, и она все-таки заплатит Лоре за работу. Лора не спешила с ней спорить – что толку? И пока Ханна прокручивала в голове приятные моменты этого вечера, совершенно позабыв о предстоящем проникновении в кабинет Энн, Лора погрузилась на самое дно моря страхов и опасений, кромсая об острые коралловые рифы привычную ей уверенность.

Надежда все же оставалась. На то, что утро вечера мудренее.