Иви. Грэйсон мог бы и сам догадаться. Ведь ему было прекрасно известно, что Иви знала про Список старика, видела фамилии, читала досье. И конечно же, она не могла не вмешаться в «Грандиозную игру». И разумеется, она выбрала себе игрока, который, по ее мнению, ненавидел Хоторнов.

Но знала ли Иви, что Лира связалась с ним? Что Грэйсон искал ее? Даже если знала, это не имело для нее никакого значения. Иви просто не могла их отпустить – их всех, но его особенно. Однажды ей удалось залезть к нему в душу. Но он уже давно выгнал ее оттуда. В этом и заключалось умение принимать свои мысли и чувства – перестань пытаться заглушить их и только так освободишься.

И сейчас, даже после того, как Лира рассказала ему о предложении Иви, Грэйсон ощущал эту свободу, он хотел жить настоящим. В открытом океане ночной воздух был еще холоднее, но Лира согревала его. Ее кожа. Ее дыхание. И она позволила ему отдать ей свой пиджак. Позволила ему позаботиться о ней.

Я же говорил тебе, Джейми, что Лира не угроза. Она не Иви.

– Я должна была рассказать тебе раньше, – сокрушалась Лира. – Должна была сразу же тебе признаться!

Иви предложила ей все, что та хотела: информацию об отце, более чем достаточную сумму денег для сохранения семейного дома. И вот Лира корила себя за то, что ждала почти полтора часа, чтобы рассказать, чтобы довериться ему.

– Иви хорошо умеет манипулировать людьми, – сказал Грэйсон Лире. – У тебя получилось не попасться в эту ловушку.

Она замолчала на несколько секунд.

– Но Иви действительно ничего не знала о цветке на вертолетной площадке, Грэйсон. Она вовлекла меня в игру, но та калла не ее рук дело.

Грэйсон начал мысленно складывать кусочки пазла. Он подумал о Брэди Дэниелсе и его Калле. О том, как Джеймсон настаивал, чтобы имя Элис Хоторн даже не произносилось вслух. О мраморной калле в музыкальной шкатулке.

– Мы разберемся с этим, – пообещал Грэйсон Лире.

– Я поищу на яхте подсказки… и лемнискаты. – Лира отбросила свои темные волосы за плечи. – А ты иди и поговори со своими братьями и Эйвери.

– Это предложение, – спросил Грэйсон, – или приказ?

Лира выгнула бровь:

– Ты подчиняешься приказам?

– Если они исходят от тебя? – Грэйсон посмотрел на нее. – Беспрекословно.