У причала их ждала лодка. Лира забралась в нее, несмотря на вечернее платье.

– Водителя нет, – заметила она.

Грэйсон залез в лодку следом за ней.

– Водителя нет, – повторил голос, – и ключа тоже.

Это был не Грэйсон. Лира подняла голову и увидела на причале Брэди Дэниелса. Она даже не догадывалась, что он тоже здесь, не ощутила его присутствия.

Интересно, как далеко он продвинулся в игре.

– Водителя нет, – повторил голос с британским акцентом. – И ключа тоже. Вот незадача.

На причал спустился Рохан и оказался в круге тусклого света, отбрасываемого лодкой. Лира мысленно отметила, что маска Рохана была такой же асимметричной, а смокинг – темно-фиолетовым, в то время как Брэди выбрал для себя классический черный костюм.

– Это незадача лишь для некоторых из нас. – Саванна протиснулась мимо Рохана и бросила красноречивый взгляд на Грэйсона. – Где он? – спросила она брата. – Ключ от лодки?

Лира едва успела рассмотреть платье Саванны – белое – и заметить, что на ее руке что-то написано черным, потому что Грэйсон вместо ответа перегнулся через борт лодки и протянул руку к краю причала.

Через пару секунд его пальцы сжимали ключ от лодки с брелком. Лира впилась взглядом в брелок, изучая его форму. И она была не единственной.

– Это что, нарвал, который катает на спине аксолотля? – Брэди нахмурился.

– Дай-ка я угадаю. – Лира встретилась взглядом с Грэйсоном. – Это лодка Ксандра.

Грэйсон вставил ключ в замок зажигания:

– Скорее, это его запасная лодка.

Он повернул ключ в тот момент, когда все пять игроков оказались в лодке. На приборной панели тут же вспыхнула сетка с двумя мигающими точками.

Рохан уселся на корме, вытянув ноги и широко раскинув руки:

– Кто хочет поспорить, что это еще одна карта?

Грэйсон отвел лодку от причала и, набрав скорость, устремился в Тихий океан. Лира сразу поняла, что на приборной панели отслеживается траектория их передвижения по открытому океану, одна мигающая точка приближалась ко второй – к месту назначения.

Прошло целых десять минут, прежде чем оно показалось в поле зрения.

Это была яхта. Даже зная, что Эйвери Грэмбс владела миллиардами, Лира и представить себе не могла таких огромных размеров и роскоши. Чем ближе они подходили к яхте, тем внушительнее она казалась. Длиной в две трети футбольного поля. Высотой в четыре этажа. Каждая из четырех палуб яхты была освещена призрачным золотистым светом. Из-за синих светодиодных фонарей, опоясывающих нижнюю часть корпуса яхты, полуночный океан казался еще чернее.

– Неплохо, – высказал свое мнение Рохан. – Для командного центра.

Лира решила, что, учитывая местоположение игры, было логично организовать штаб на корабле. А вернее, на яхте, превосходящей любые другие яхты.

Когда лодка подошла ближе, Лира увидела Эйвери Грэмбс. Она стояла на самой нижней палубе в золотистом платье и точной такой же маске. И только когда они причалили и Лира ступила на корму, стало заметно: узор на платье Эйвери, изысканные завитки деталей…

Они образовывали один и тот же знакомый символ. Бесконечность.

– Где-то на этой яхте, – объявила наследница Хоторнов, – вы найдете пару подсказок к головоломкам, которые сейчас решаете.

– Головоломки, во множественном числе, – заметил Рохан. – Я так понимаю, кто-то уже разгадал музыкальную шкатулку.

Очевидно, это был не он и не Саванна. Лира и Грэйсон тоже еще не нашли решение. Оставался только один игрок, и он уже один раз поделился ответом с Лирой. Брэди.

– Вы также можете поесть, поиграть и отдохнуть, пока находитесь здесь, – произнес другой голос. – Если пожелаете.

Лира подняла глаза. На металлическом ограждении на самой верхней палубе стояла фигура в маске. Джеймсон Хоторн.

– И внезапно, – Рохан щелкнул пальцами, – наш ученый исчез.

Лира оглянулась по сторонам. Действительно, Брэди уже с ними не было.

– После сегодняшнего вечера, – сказал Эйвери оставшимся игрокам, – вы больше не увидите нас до самого финала. Больше не будет вечерних нарядов. Масок. Вечеринок. Только головоломки за головоломками.

– И так до тех пор, – крикнул им Джеймсон, – пока мы не узнаем нашего победителя.

Лира не смогла различить новые интонации, прозвучавшие в его голосе, а когда она подняла глаза, Джеймсон Хоторн смотрел на нее – и только на нее. На нем больше не было маски.

И он не улыбался.

Лира отвела взгляд и тут же заметила, как на нее смотрит Саванна Грэйсон. В ушах вновь зазвенел ее голос: «Он всегда будет выбирать их. Он будет выбирать ее».

Грэйсон, стоявший рядом с Лирой, не сводил глаз с Эйвери в платье с символами бесконечности.

«Я не стану просить его выбрать меня», – со злостью подумала Лира, и все же страх грядущего словно парализовал ее изнутри.

Саванна повернулась к Рохану и обнажила зубы в ослепительной, но холодной улыбке.

– Игра начинается.