— Я дома, — пробормотал я, устало зайдя домой, не особо-то и рассчитывая на чей-то ответ, скорее больше по привычке, но меня услышали. Сначала ко мне выскочил Куро, который окинул меня внимательным взглядом, как будто проверяя, всё ли у меня в порядке, и, убедившись, что хозяин вернулся целым и невредимым, тут же забыл про меня, и начал вылизываться, а затем ко мне из кухни вышла мать.

Она выглядела какой-то уставшей и измученной, под глазами были отчётливо заметны тёмные круги, но губы растянулись в нерешительной улыбке, а во взгляде не было заметно её привычной настороженности, с которой она смотрела на мир раньше.

— Привет, — она дёрнулась было ко мне, как будто собираясь обнять, но в последний момент передумала, и просто спросила, — Есть будешь?

— Нет. Я с дня рождения еду, так что не голоден. Но вот от чая не откажусь, — добавил я, заметив, что её явно расстроил мой отказ.

— Сейчас сделаю, — обрадовалась она, — Мой руки и проходи на кухню.

Уже через пять минут я сидел за столом, пил свежезаваренный горячий чай, и посматривал на неё, в ожидании, что она сама начнёт рассказывать о том, что с ней произошло, но она, почему-то, просто молчала, уставившись на свою чашку с чаем.

— Так что, всё же, произошло при передаче денег? — не выдержал я, и нарушил тишину, — Почему они вдруг похитили тебя, и решили шантажировать бабушку? Откуда они вообще узнали, что у неё есть деньги?

— Это моя вина… — глухо ответила она, не поднимая головы, — У меня там оставалась подруга… Точнее, это я так думала, что она моя подруга, а оказалось, что она втёрлась мне в доверие по поручению моего мужа. Когда я попала в эту ситуацию, она делала вид, что переживает за меня, что тоже пытается найти для меня деньги. Даже несколько тысяч долларов перевела для меня. Когда я вернулась во Францию, и сообщила ей, что нашла деньги, она так обрадовалась за меня… Стала расспрашивать, как я смогла их достать, и я не стала скрывать, что мне моя мать помогла, и что она довольно обеспеченный человек. Уже после того, как бандиты похитили меня, и притащили в свой склад, где меня и стали держать, туда заявился мой муженек, который решил поглумиться надо мной, и рассказал, что и за первым требованием мафией денег, и за этим похищением стоит он, и что моя подруга работает на него. Мол, это моя расплата за измену…

— Но разве ты подружилась с этой своей подругой не до того, как изменила мужу? Или он уже после этого нанял её? — не удержался я от вопроса.

— Не знаю… — медленно покачала она головой, — Но это уже и не важно. Она тоже находилась на том складе, когда туда заявились якудза, которые убили всех, кто там был в тот момент. Пришла к главарю, чтобы передать ему что-то от моего мужа. И как же жаль, что самого муженька не было там! Как бы я хотела посмотреть на его смерть! — прошипела она сквозь зубы, а в её глазах промелькнула такая ненависть, что не хотел бы я оказаться на месте её мужа.

— То есть, это ещё не конец… — вздохнул я тяжело, — Боюсь, что твой муж на этом не успокоится, и тебе так и придётся жить в вечном ожидании очередного удара с его стороны.

— Я понимаю, поэтому и предприняла кое-какие шаги, чтобы он больше никогда меня не побеспокоил, — жутковато усмехнулась она, задумчиво глядя куда-то в сторону, но тут же встряхнулась.

— А откуда ты узнал о том, что меня похитили? И что у вас нового тут? Как дела у Мичико? Ты же бывал у них? — забросала она меня вопросами.

— Бывал, — сразу ответил я на последний, — От бабушки и узнал. Ей ведь мафия звонила, требуя выкуп. И именно она подняла свои связи, чтобы вытащить тебя оттуда, так что не забудь поблагодарить её, — посоветовал я ей, умолчав о своих заслугах в деле её спасения. Да и не такие большие они были, на самом-то деле. До обмена на акции дело ведь не дошло, так что моя роль ограничилась лишь тем, что я помог якудза найти её.

— У Мичико всё хорошо. Ходит в садик, занимается, уже все звуки нормально выговаривает. По тебе скучает, так что будет рада тебя завтра увидеть, — добавил я.

— А уж я как по ней соскучилась… — с нежностью произнесла она, — Девочка моя… Завтра же заберу её оттуда! Ты же съездишь со мной завтра, поможешь уговорить бабушку отдать мне её? — с надеждой посмотрела она на меня, а я понял, что нет, не меняются всё же люди. Вернуться не успела, а уже опять на шею сесть норовит. Договорённость с матерью уже собирается нарушить, которая дала ей огромные деньги с условием, что внучка будет жить у неё, а потом ещё и из лап мафии вытащила.

— Нет, завтра без меня, у меня дела, — сухо отказался я, — А сейчас, извини, спать пойду, поздно уже. Да и тебе не помешает выспаться.

— Это да, — вздохнула она, — Я целую неделю не спала почти. По паре часов в день только получалось. В последние пару дней, когда я уже в Японии оказалась, чуть побольше, но всё равно, как-то тревожно было, и бессонница мучила.

Уже выходя из кухни, я вспомнил ещё кое-что, что хотел у неё уточнить.

— А якудза как обращались с тобой? Почему они так долго не отпускали тебя домой? — повернулся я к ней, решив аккуратно выяснить, известно ли ей, что её спаситель тоже решил погреть на её несчастье руки.

— Обращались хорошо, — пожала она равнодушно плечами, — Вежливо. Мы долго добирались до Японии каким-то кружным путём, только два дня назад прибыли, меня заселили в хорошую гостиницу, и попросили не выходить, пока они не убедятся, что всё нормально, и сюда не приехала мафия искать меня. Охраняли. Сегодня сказали, что всё проверили, ничего подозрительного не нашли, и меня отпустили. А почему ты спрашиваешь?

— Да так. Для общего развития, — мрачно ответил я, вышел из кухни, и пошёл к себе.

В комнате я прямо в одежде рухнул на заправленную кровать, бросив рядом рюкзак, и уже собрался провалиться в сон, как вдруг вспомнил про подарок Симады. Там у меня не было времени особо его рассматривать, так что я решил прямо сейчас посмотреть на него, и достал шкатулку с набором для каллиграфии из рюкзака.

— Интересно, зачем он мне его подарил? Только в память о моём деде, или в этом есть ещё какой-то смысл? — размышлял я, перебирая её содержимое — несколько разных кисточек, с украшенными изящной резьбой деревянными ручками, в специальном футляре из чёрного дерева, чернильница из какого-то камня, палочка твёрдой туши, камень для растирания. Я внимательнейшим образом изучил всё содержимое шкатулки, но никаких подсказок не нашёл. Почему-то я думал, что тут где-то должна была быть выгравирована подарочная надпись от Симады моему деду, но ничего, даже обычной подписи, не было.

Я убрал набор обратно в шкатулку, и лёг спать, продолжая гадать о том, что же могло связывать таких разных людей, как главу крупной корпорации и ректора института? Чем мой дед мог помочь Симаде? Но на ум так ничего и не пришло, и я провалился в сон…

* * *

— И что за сюрприз ты приготовила? — с интересом спросил я у Мидори, сев рядом с ней в машину, на которой она заехала за мной после обеда. В этот раз она решила взять полностью на себя организацию нашего свидания, и сказала, чтобы я был готов к четырём часам дня.

Меня полностью устроило, что мне ненужно было заранее самому выезжать за ней, потом ещё час, а то и больше, ждать, когда она закончит собираться, что превращалось в пустую трату времени. А тут всё идеально прямо получалось. Мало того, что у меня половина дня свободна была, так ещё и ждать никого не надо будет — сел в машину, и поехали. Красота.

Мать с утра пораньше умчалась к Мичико, перед отъездом ещё раз попробовав уговорить меня поехать с ней, и я ещё раз ответил ей отказом.

Я же сбегал на пробежку, потренировался, а потом на пару часов засел за мангу, которые плавно перетекли в четыре часа за планшетом, и отвлек меня от работы только телефонный звонок.

Я уж подумал, что это Мидори звонит сказать, что уже едет, но нет, там оказалась глава моего фанклуба, которая сообщила, что изучила присланный моим адвокатом договор об оказании услуг, замечаний у неё не оказалось, а потому она сразу подписала его и готова приступить к работе прямо сегодня.

Я решил, что тянуть тогда больше с этим не буду, и согласился на то, чтобы уже сегодня одна из девушек фанклуба поехала с нами на свидание, и сделала несколько фотографий нас с Мидори. Предварительно я, естественно, созвонился с Мидори, чтобы узнать, не будет ли она против того, что на свидании мы будем втроём, и нас там немного пофотографируют. Она не возражала, так что сейчас за нашей машиной ехало такси, в котором сидела наш папарацци, которую звали Томико-тян. Именно так она попросила нас называть её.

— Имей терпение. Скоро узнаешь, — улыбнулась мне Мидори, и положила голову мне на плечо, — И считай это моим извинением за то, что вчера я не смогла уделить тебе внимания, из-за чего тебе пришлось скучать на этом дне рождения.

— Не знаю, что ты задумал, но можешь считать, что твои извинения приняты, — улыбнулся я, глядя в окно. Сейчас было уже понятно, что мы едем куда-то в сторону залива, и ещё через несколько минут я окончательно убедился в этом, когда мы въехали на Радужный мост, являющийся одной из достопримечательностей Токио, и соединяющий район Сибура с искусственным островом Одайба, который был одним из самых популярных мест для туристов в Токио.

Остров славился своими торговыми центрами, парками, панорамными видами на город, и многим другим. Тут где-то даже копия статуи Свободы была! Пусть и поменьше, чем оригинальная. Я даже подумал, что понял, зачем Мидори меня сюда привезла, и мы будем гулять по острову, но промчавшись по мосту, мы не остановились, а продолжили ехать, и затормозили лишь тогда, когда подъехали к какому-то причалу.

Я вышел из машины, открыл дверь Мидори и подал ей руку, помогая ей выйти, и лишь затем огляделся по сторонам, полной грудью вдыхая освежающий морской воздух.

Рядом с причалом на воде покачивался белоснежный теплоход с большими панорамными окнами и открытой верхней палубой. На борту играла ненавязчивая японская мелодия, доносившаяся из скрытых динамиков.

Рядом с ним, на причале, собралась небольшая группа будущих пассажиров, которые ожидали, когда их начнут пускать на борт, и фотографировались на его фоне.

— Ну, что? Готов к приключениям? — улыбаясь спросила Мидори, взяв меня под руку, — Надеюсь, ты не страдаешь морской болезнью, так как скоро мы отправимся с тобой в плавание.

— С тобой — всегда готов, и нет, не страдаю. Вроде… — с сомнением закончил я, так как ни в той, ни в этой жизни я на теплоходах не катался, кажется… Может, Сайто и плавал, но я в его воспоминаниях этого не видел.

— Нашла! — радостно крикнула тут Томико, подбегая к нам, — А я уж думала, что мы с таксистом вас потеряли. Уже хотела главе звонить, чтобы она узнала, где вы. Мы же контактами не обменялисью Можно я вас сфотографирую на фоне теплохода? И мы что, на морскую прогулку отправимся? — тут же закидала она нас вопросами.

— Мы-то да, отправимся, а насчёт тебя… А у тебя разве есть билет? У меня их только два для нас Сайто, лишнего нет, — развела руками Мидори, с лёгкой улыбкой глядя на девушку, — Если ты собираешься плыть с нами, то тебе лучше за билетом бежать, а не нас фотографировать. И как можно скорее! До отплытия осталось минут десять всего.

— Ой! — пискнула Томико, и умчалась к кассам.

— Может, надо было мне ей купить билет? — с сомнением спросил я, — Всё-таки, она, по сути, не отдыхать едет, а работать.

— Не переживай. Думаю, её начальство ей компенсирует расходы. Ты и без того ведь платить им будешь. Вот с этих выплат пусть сотрудникам и компенсируют подобные траты. Иначе сам не заметишь, как они сядут тебе на шею, и ты им всё оплачивать будешь, — резонно возразила Мидори, — И скажи лучше, как тебе моя идея? Я же помню, как ты жаловался, что уже столько времени живёшь в Токио, а рядом с морем не был практически, вот я и решила тебя на морскую прогулку по вечернему Токио вытащить. Правда, здорово я придумала?

— Здорово не то слово. Восхитительно! — согласился я с ней, — И удивляет, что наследница семьи Симада как простая смертная собирается отправиться в круиз на обычном теплоходе, а не на собственной яхте. Наверняка ведь у вашей семьи она есть?

— Есть. Но я не люблю на ней плавать, — поморщилась она, — Слишком там всё пафосное. Капитан и члены экипажа из кожи вон лезут, чтобы услужить. Раздражает. Я больше люблю вот такие прогулки, где люди отдыхают и веселятся, не зная, кто я такая, и я могу спокойно наслаждаться поездкой, без того, чтобы каждые пять минут выслушивать вопрос — не желает ли госпожа ещё чего-нибудь? Бесит! — аж передёрнуло её.

— Понимаю, — задумчиво кивнул я, и правда полностью понимая и поддерживая её в этом вопросе. Я и сам такой же. Именно поэтому у меня и не будет никогда собственной яхты.

Через пару минут на теплоход начали запускать пассажиров, и мы с Мидори медленным шагом, никуда не торопясь, чтобы не толпиться среди других пассажиров, пошли на посадку, поднялись на верхнюю палубу, и устроились у самого борта, и уже перед самым отплытием к нам присоединилась запыхавшаяся Томико.

— Фух! — выдохнула она с облегчением, плюхнувшись рядом с Мидори, — Еле успела! Буквально в последнюю секунд заскочила! Готова приступить к работе!

— Передохни хоть пару минут, а там уже и начнём, — предложила ей Мидори, и в этот момент мы начали плавно отплывать.