Сатира Джорджа Оруэлла на русский коммунизм, «Скотный двор», только что появилась в Америке, но слава опередила её: наверняка к этому моменту каждый уже слышал про притчу о животных, которые восстали и основали республику на ферме; о том, как свиньи захватили власть и как под предводительством диктатора, борова по имени Наполеон, они в конце концов превратились в человеческих существ, которые ходят на двух ногах и размахивают кнутами так же, как это делал старый фермер Джонс. На каждом этапе этой угасающей революции один из семи принципов первоначального восстания подвергается искажению, так, к заповеди «Животные не должны убивать себе подобных» добавляются слова «беспричинно», когда происходит массовая расправа над так называемыми сочувствующими изгнанному борову по имени Снежок; а заповедь «Животные не должны спать на кровати» дополняется фразой «с простынями», когда свиньи переезжают в людской дом и присваивают себе все предметы роскоши. В итоге остаётся лишь одна заповедь, получившая вид «Все животные равны, но некоторые животные равнее других», в этот момент Скотный двор, который опять стал называться Господским двором, вновь принимают в сообщество человеческих ферм, после того как соседи осознают, что на этой ферме «низшие» животные работают усерднее и едят меньше, чем на любой другой, в конечном итоге, образец пролетарской республики становится образцом эксплуатации труда.

История написана очень умело, особенно эпизод со Снежком, который наводит на мысль о том, что «троцкист» у коммунистов — это понятие того же ментального порядка, что и «еврей» у нацистов, а злая ирония последних дней рабочего коня Боксёра — это, пожалуй, по-настоящему великая сатира. С другой стороны, сатира в эпизоде, соответствующем немецкому вторжению, кажется мне одновременно глупой и бессердечной, а финальное превращение свиней в людей в самом конце является странным нарушением трезвой логики повествования. Причина смены метода заключалась в том, чтобы завершить историю, показав финал коммунизма при Сталине как точную копию его начала при царе. Подобное сопоставление, разумеется, полная бессмыслица, и поскольку мистер Оруэлл не может не знать, что это бессмыслица, его мотивом для такого шага было, по-видимому, то, что он не знал, как иначе придать своей аллегории изящную афористичную завершённость.

В «Скотном дворе» используется одна из классических формул сатиры — разрушение принципов ради целесообразности, величайшим примером которой является «Сказка бочки» Свифта. Это описание того, как утопические стремления застревают в зыбучих песках человеческой природы; нечто подобное мог бы написать современник Артемуса Уорда[85] об одной из попыток создания кооперативных общин в Америке в прошлом веке. Но именно по этой причине книга совершенно бьёт мимо цели как сатира на русскую модификацию марксизма и как выражение разочарования, которое многие люди доброй воли испытывают по отношению к России. Причину этого разочарования гораздо точнее можно было бы описать как разрушение принципов ради целесообразности. Ведь суть марксизма определенно заключалась в том, что это было первое революционное движение в истории, которое попыталось оттолкнуться от конкретной исторической ситуации, а не от пространных априорных обобщений типа «все люди равны», и ставило перед собой научные, а не утопические цели. Маркс и Энгельс разработали революционную методику, основанную на анализе истории, известном как диалектический материализм, появившийся в девятнадцатом веке, когда метафизический материализм был модным учением, однако Маркс и Энгельс всегда настаивали на том, что это совершенно отличная от метафизического материализма вещь.

Сегодня в западных демократиях марксистский подход к историческим и экономическим проблемам — осознанно или нет — является неотъемлемой частью сознания современного образованного человека в той же степени, что электроны или динозавры, в то время как метафизический материализм мёртв как додо[86] — или был бы мёртв, если бы не одно обстоятельство. По ряду причин, главной из которых является обширность требований, предъявляемых революционеру революционной философией, только что упомянутое различие совершенно не смогло закрепиться на практике так же успешно, как в теории. Официальный марксизм сегодня на первой странице заявляет, что диалектический материализм следует чётко отличать от метафизического, а затем со второй страницы и до конца настаивает на том, что марксизм, тем не менее, является законченной материалистической метафизикой опыта, дающей материалистические ответы на такие вопросы, как существование Бога, происхождение познания и смысл культуры. Таким образом, вместо того чтобы включиться в массив современной мысли и придать ему революционную динамику, марксизм превратился в замкнутую догматическую систему, причём настолько исключительную в своём отношении к остальной современной мысли, что он кажется всё более архаичным и сектантским. При этом у данного метафизического материализма нет иного основания, кроме его первоначальной диалектики, его программы революционного действия. Результатом становится абсолютизация целесообразности, которая превращает саму целесообразность во всеобщую истину. Отсюда проистекает та безрассудная интеллектуальная нечестность, которую так трудно не заметить в современном коммунизме и которая, естественно, способна рационализировать любую форму действия, какой бы жестокой она ни была.

Итак, по-настоящему глубокая сатира на русский коммунизм должна была бы в большей степени сосредоточиться на скрытых причинах его превращения из диктатуры пролетариата в своего рода пародию на католическую церковь. Мистера Оруэлла не волнует мотивация: он делает своего Наполеона необъяснимо амбициозным — и на этом ставит точку; для него какая-нибудь древняя ретроградная банальность в духе «человеческую природу не изменить» оказывается вполне подходящей моралью для его притчи. Но он, как и Кёстлер, являет собой пример тех многочисленных писателей в западных демократиях, которые на протяжении последних пятнадцати лет изо всех сил пытались принять русскую интерпретацию марксизма как собственное мировоззрение, но потерпели неудачу.